Поклонник.

Я не раб Бога, которого не существует. Я не раб мира, которому насрать. ©.

— Пит, даже если ты будешь вздыхать каждую минуту, это не отдалит завтрашнее возвращение в школу, — Патрик тепло улыбался, глядя на своего несчастного бойфренда. Вентц утыкался носом в шею Патрика и горестно стонал.

Джош смотрел на них, и еле заметное чувство тоски появилось у него в груди. Он отвык быть одиноким. Тайлер был рядом так долго. Даже если между ними были препятствия, Джош ловил на себе его взгляды, полные обожания. Снова и снова. Но Тайлер больше никогда на него так не посмотрит. Джош оттолкнул его. Сам. Патрик был немного зол на Дана и даже не слишком это скрывал. Он считал, что Вентца ранили из-за него. И был прав. Джош проводил время с друзьями, чувствуя себя глупым третьим колесом. Но одному было ещё тоскливее. Тайлера с ними не было. Ещё бы.

— Как Уэй? — поинтересовался Пит, заметив, как Джош отводит глаза, чтобы не мешать двум влюблённым голубкам.

— Мы не общаемся, — кратко ответил Джош. Он думал о том, как ему вернуть свою барабанную установку, при этом не заходя в то здание.

— Джош вообще любит НЕ ОБЩАТЬСЯ, — ехидно пропел Патрик. — Он любит играть в мрачного, одинокого, отчаявшегося страдальца.

Джош обалдевшими глазами посмотрел на Стампа. Он не думал, что этот добряк умеет ерничать. Пит вопросительно взглянул на своего парня.

— А знаешь, что он любит? — протянул Стамп, буравя Джоша глазами из-под очков. — Причинять боль людям, которые в него влюблены. Да, Джошуа? Это прямо твоя тема. Двух зайцев одним выстрелом. Бах-бах! И всё!

Джош вздрогнул.

— Я не прав, Джош? — весело спросил Патрик. — Ты не такой? Ты не приближаешь к себе людей, влюбляя их в себя, а потом не отталкиваешь их за ненадобностью? А? Разве не так было с Мэттом?

— Пат, ты что это? — обеспокоенно спросил Пит, выпуская его руку.

— А Джерард? — тон Патрика становился всё холоднее. — Как ты поступил с ним? Разве не по-свински? Вместо того, чтобы сесть и объясниться, ты просто использовал его снова и снова. А потом, решив, что он тебе более не нужен, — избавился от него.

Джош молчал. В груди ворочалось тяжелое болезненное чувство.

— Малыш, ты перегибаешь, — негромко предупредил Пит, его глаза тревожно заблестели.

— Видит Бог, я долго молчал, Питти. Но мне надоело лицезреть это. Потому-то я и выскажусь. А то, как ты отнесся к Тайлеру — низко, Джош. Он не виноват в том, что Райан накинул петлю на шею. Он не виноват в том, что Брендон решился на такое. И он не виноват в том, что Мэтта не стало! Но ты мстишь ему. За эти муки, которые тебе доставили другие. Это легче всего, не так ли? Бить по тем людям, которые тебя любят, потому что они не дадут сдачи! — Патрик тяжело дышал. Он сверлил Джоша взглядом, пока тот стоял, низко опустив голову. — Ты трус, Джош! Ты лучше будешь прятаться дома, в притоне или в своей спальне. Это же гораздо удобнее, чем попытаться пережить трагедию. И пусть за твоей спиной целая армия, желающих тебе помочь! Ты всё равно сдаёшься! Потому что ты — ссыкло! И мне искренне жаль, что мой лучший друг отдал сердце такой тряпке! Потому что ты не достоин Тайлера! Как не был достоин Мэтта и никогда не будешь достоин Джи.

Челюсть Пита отвалилась. Это буквально была самая длинная речь из всех, что он слышал от своего парня. А та ярость, что была в его словах, наделяя их невероятной силой, искренне поразила Вентца. Джош поправил кепку. Сбросил невидимую пылинку с куртки, а потом развернулся и пошёл прочь. Он не сказал ни единого слова. Он не бросил на Стампа ни единого взгляда. Он просто ушёл. Пит что-то бормотал ему вслед, но рука Патрика, крепко сжавшая его плечо, пойти за Даном ему не позволила. Пит несколько секунд горестно смотрел вслед уходящему Джошу, а потом Патрик, обняв его, повёл в противоположную сторону.

Джош шёл. Шёл по улице, мечтая о том, чтобы в его голове было так же пусто, как на этой заснеженной дорожке. Но злые слова Патрика эхом звучали в ушах. Ты ссыкло. Тряпка. Ты недостоин Тайлера. Ему захотелось зажать уши, сделать так, чтобы этот голос перестал его преследовать, подгоняя вперёд. Провоцируя на что-то нехорошее. Впереди замаячил роскошный особняк Ури. Джош смотрел на огромное здание, которое выглядело как неприступная крепость, огражденная массивным забором. И в душе закипала ненависть. Сам не зная зачем, он приблизился к этому страшному опустевшему дому. И вдруг его внимание привлек джип Брендона, припаркованный неподалеку. Джош подошёл к автомобилю и с трудом подавил удивленный возглас.

Все стекла в машине были выбиты. За исключением лишь лобового стекла. Колеса проколоты. Бампер был поцарапан чем-то острым. Сиденья были вырваны с мясом. А на единственном уцелевшем стекле красной краской было написано «Гори в аду, убийца». Джош отшатнулся. Машина покойника выглядела устрашающе. Также, наверное, выглядела и чёрная душа Брендона, после того, как Райана нашли повесившимся. Искорёженная, истерзанная, развороченная. Быстрым шагом Джош пошёл дальше. Впервые за долгое время он почувствовал нечто вроде жалости к Брендону Ури.

* * *

Джош вошёл в школу и замер. Джордан стоял рядом, словно оберегая брата от страшных мыслей. Он не шевелился, решив для себя, что не оставит Джоша одного ни на минуту. Школа гудела, как растревоженный улей. Большинство ребят передвигалось группами или парами. Джош мечтал оказаться где угодно, с кем угодно, но только подальше от этого места.

— Идём? — предложил Джордан, опасливо оглядывая Джоша.

— Да, конечно.

Они пошли вперёд. Голова Джоша была полуопущена, он не хотел встречаться взглядом с кем-то из своих друзей. Потому что друзей у него больше не осталось, если быть честным. Они были либо мертвы, либо уже не являлись частью его жизни.

— Тебе на второй этаж, — подсказал Джордан ласково.

— Я в порядке, — механически уверил Джош, — не беспокойся. Кабинет химии я отыщу.

— И всё же, я тебя провожу, — тоном, не терпящим возражений, заявил Джордан.

Они молча поднялись по лестнице. И тут же наткнулись на Патрика и Пита, которые шли впереди, о чём-то тихо разговаривая. Джош отвёл глаза. Джордан остановился у аудитории и заглянул в лицо брата:

— Справишься?

— Забыл, кто из нас младший брат? — криво улыбнулся Джош. — Это я должен заботиться о тебе.

— Нет, — серьёзно сказал Джордан, — вовсе нет. Мы семья, Джош. И мы защищаем наших близких. И я буду рядом, покуда буду нужен. Я не оставлю тебя. Никогда.

— Всё хорошо, мелкий, — Джош потрепал братишку по волосам. — Люблю тебя.

— После звонка я встречу тебя тут, — пообещал Джордан и побежал вниз.

Джош сделал глубокий вдох и вошёл в кабинет. Он автоматически прошёл на свое место и упал на стул. Вытащив учебник и тетрадь, он уставился в окно. У каждого рано или поздно возникает вопрос «что я делаю со своей жизнью?». И прямо сейчас Джош думал как раз об этом. Нужно было проявить стойкость. Жить дальше, высоко задрав подбородок и как бы уверяя всех в своей выносливости и пуленепробиваемости. Вон он, мол, я какой молодец. Не падаю духом. Схоронил двух друзей. Видел смерть и боль. Но смотрите, я живу, я улыбаюсь, я сильнее обстоятельств. Ни черта подобного. Пусть он на самом деле ссыкло, но он так не мог.

Джош осознавал, что сильно много истины было в словах Патрика, и даже не противился этим мыслям. На него слишком много всего навалилось. Да, люди живут с таким грузом, выживают как-то. Но он, видимо, просто не такой как все. Он просто парень, молодой, глупый и неопытный. С расстройством психики и вечными кошмарами, что, кажется, из снов давно перекинулись в реальность. Он просто сломленный мальчишка. И отрицать это он не хотел.

Он закрыл глаза и уронил голову на руки, что покоились на парте. Кабинет наполнялся учениками. Дан услышал лёгкие шаги. Стул возле него заскрипел. Джошу не нужно было открывать глаза, чтобы узнать его. Его уши легко опознали эту пружинистую походку. Джош не открыл глаз, даже когда прозвенел звонок, и мистер Мейсон появился в классе. Но он чувствовал. Чувствовал его взгляд. Он смотрел на него. Не отводя глаз ни на секунду. Ну зачем так пристально смотреть, когда Джошу без того хочется разреветься, как глупая девица? Зачем прожигать его глазами? Почему он просто не отвернётся? Не сосредоточится на тихом бормотании пожилого преподавателя? Наконец, Джош не выдержал:

— Что? — беззлобно бросил он, даже не потрудившись разлепить ресницы.

И тут Тайлер улыбнулся. Вымученной, горькой, несчастной, кривой улыбкой.

— Ничего, — тихо ответил он, — у тебя… У тебя ресница упала.

Джош открыл глаза и уставился на него.

— Ты прикалываешься? — негромко прорычал он.

— Нет, — спокойно ответил Тайлер. Рык Джоша ни капли его не напугал.

— Ностальгия одолела? — Джош был взбешен.

Тайлер промолчал. Он открыл учебник и начал читать параграф.

— Зачем ты сел со мной? — потребовал Джош, отодвигая книгу и заставляя Тайлера посмотреть на него.

— Это моё место, — твердо сказал Джозеф. Его карие глаза выглядели такими живыми, такими решительными.

— Это не ответ, — Джош злился. Ему хотелось, чтобы Тайлер тоже начал психовать. Он хотел ссоры.

— А ты хотел сесть с кем-то другим?

— Не вариант, — цинично сказал Джош. — Мне не с кем. Мои друзья мертвы, вот незадача. Но я сам бы не умер от одиночества на этой парте. Можешь свалить.

На секунду Тайлер растерялся. Ему был непривычен этот жёсткий тон Джоша. Но самообладание вернулось к нему в считанные секунды. Он отнял учебник, снова его открыл, а потом прошептал:

— Не обязательно быть таким колючим. Если бы я мог сдаться — я бы давно это сделал. Но, сюрприз-сюрприз, я всё ещё здесь! И мне на самом деле жаль, что так вышло.

— Как, сука, вышло? — грубо спросил Джош. — Ты соврал мне, обеляя своего дружка Ури. И посмотри, к чему это привело!

— Я не об этом, — Тайлер начал писать что-то в тетради.

— А о чём? — поинтересовался Джош, подавляя желание выдрать у него ручку и швырнуть её в окно, а потом отправить туда же стул, Тайлера и самого себя.

— Мне жаль, что меня ты хотел бросить на сцене одного, растаптывая мою мечту, но остался ради воспоминаний о Райане, которого больше нет. Такая вот незатейливая чаша весов. Что накренилась не в мою сторону.

Джош опешил. Он попытался что-то сказать, но неприкрытая скорбь в голосе Тайлера настолько шокировала его, что он умолк. Остаток урока прошёл в молчании. А после урока Тайлер быстро побросал вещи в красный рюкзак и ушёл.

Джош собирался крайне медленно. Он и помыслить не мог, что ранил чувства Тайлера тем вечером, думая только о своих. И сейчас был на самом деле удивлён. Джордан ждал его снаружи. Увидев смятение на лице брата, он тут же спросил, что снова стряслось, но Джош судорожно оглядывался, пытаясь найти Тайлера. Ему нужно сказать… Что? Плевать, на месте разберется.

Он рванул вперёд, перепуганный Джордан кинулся следом. Джош нашёл Тайлера на первом этаже, у своего шкафчика. Рядом с ним стояли два парня. Все трое лучились улыбкой и о чем-то разговаривали. Джош притормозил. К Данам подошёл Зак.

— Заки, что это за типы? — подозрительно спросил Джош. Тайлер тем временем жал им руки.

— А ты не знаешь их? — усмехнулся Зак, бесенята заплясали в его глазах. — Классные ребята.

— Нет. Я, блять, не знаю их, — Джош щурился от негодования. Тайлер выглядел просто до безобразия довольным. Много жестикулировал, а парни внимали ему с каким-то странным благоговением.

— Слухи расходятся быстро, — пожал плечами Зак. — О вашем триумфальном выступлении в «Калевале» не слышал только ленивый.

— И? — процедил Джош.

Зак рассмеялся над реакцией Дана:

— А также все в курсе, что вы с Тайлером больше не вместе. А эти двое — талантливые музыканты, Джош. Крис Салих и Ник Томас. Полагаю, что они хотят в группу.