Поклонник.

Я, наконец, нашёл свою улыбку,

Она безупречна и в пятнах крови. ©.

— Отвечай мне! Что ты с ним сделал?! — прорычал Джош. Его глаза вспыхнули ненавистью.

Брендон помедлил, а потом отвернулся и, обозрев школьный коридор, задумчиво ответил:

— Я ударил его по голове. Оглушил. Он лежит без сознания в прихожей своего дома.

У Джоша ушла земля из-под ног. Он широко раскрыл глаза от ужаса.

— Но ты не беспокойся, — Брендон успокаивающе поднял правую руку. — Зак дома. Он найдёт его.

— Зачем ты это сделал?! — Джош выглядел потрясённым, но в крови уже разгонялась ярость, прожигая вены и требуя впечатать Ури в локер.

— Потому что он хороший, — печально ответил Брендон, и какая-то полубезумная улыбка мелькнула на его губах.

— Что ты несёшь?! — прищурился Дан. — Под чем ты?! Что с тобой происходит?

Но Брендон не стал его слушать. Он продолжил говорить. Улыбка блуждала на его лице, придавая ему сходство с психопатом.

— Он очень хороший, Джошуа. Правда. Именно поэтому я сейчас говорю с тобой, — Брендон сделал шаг вперёд, оказываясь очень близко к Джошу. Он понизил голос, и его шёпот пронзил Дана. — Если бы не он. Я бы не дал тебе шанса…

— Что за херня, Ури? — тревога поселилась в сердце Джоша. Разум требовал бежать к Тайлеру, но какой-то странный инстинкт приковал его ноги к полу.

— Я дам тебе две минуты. Всего две минуты, Джош, — тихо проговорил Брендон. Его пальцы коснулись молнии на куртке и начали медленно её расстёгивать.

Почему-то Джош, облизнув губы, следил за этими движениями, как заворожённый.

— Две минуты, Дан, — сумасшедшие глаза Ури сканировали побелевшее лицо Джоша. — Чтобы убежать… Потом я не стану давать тебе поблажку. Никому…

Джош вздрогнул.

— Беги, Джош. Покинь это место. Сейчас же.

Руки Брендона расстегнули куртку, и Джош застыл от шока. За пояс Ури были заткнуты три пистолета. Плавным движением Брендон вытащил сразу два. В каждую руку легло по чёрному блестящему оружию. Джош рефлекторно сделал шаг назад.

— Нет, Брендон, прошу тебя, не делай глупостей… — прошептал он. В горле пересохло. Язык не слушался.

— Они уже заряжены, Джош. И… Да начнётся бойня. Две минуты. Помни. Потом я не стану делить этот мир на своих и чужих, — провозгласил Ури, вскидывая руки.

— ВСЕ НА ВЫХ…

Отчаянный крик Джоша заглушил первый выстрел. Он громыхнул в коридоре с такой силой, что у Джоша заложило уши. На какую-то долю секунды в коридоре повисла абсолютная тишина, а потом… Девичьи визги смешались с топотом десятков ног. Ученики, обернувшись, замечали Брендона, который двигался по коридору с оружием в руках, и бросались врассыпную. Джош, застывший у своего шкафчика, охваченный каким-то первобытным страхом, автоматически подмечал все детали. Вот какая-то девушка, бегущая на каблуках, зацепилась шпилькой за чью-то брошенную сумку и упала. Вот какой-то парень, отшвыривая в разные стороны бегущих, рванулся к лестнице и исчез наверху. Вот откуда-то слева раздался истошный вопль. Прогрохотал второй выстрел, и тут же до ушей Джоша донёсся холодный голос Брендона:

— А куда вы все бежите?! Куда вы бежите, мрази?! Я вас спрашиваю?! Где ваша сила? Вы же так сильны, когда массово унижаете слабых? Когда наказываете ненавистью и презрением тех, кто хотя бы немного отличается от вас?! Ты полный?! Будешь изгоем! Ты гей?! Будешь всеми унижен! Ты иной расы? Цвета кожи? Религии?! В ЭТОЙ ШКОЛЕ ТЕБЕ НЕТ МЕСТА!

Пальцы правой руки Брендона нажали на спусковой крючок. Ещё один выстрел оглушительно прогремел в коридоре. Миловидная блондинка из группы поддержки рухнула на пол, как подкошенная. Пуля попала ей в спину. Лужа крови под девушкой начала медленно растекаться на полу. Кто-то наступил на подол её юбки, даже не замечая этого. Крики стали громче. Паника нарастала.

— Я боялся вас! Боялся вашего осуждения! Боялся, что вы сломаете мне жизнь, открой я вам правду! Но вы никто! Вы все никто! — кричал Брендон. — Жалкие кучки сырого мяса, которые считают, что они вправе судить других! Ублюдки! Я больше не боюсь, вы слышите?! Я больше не боюсь вашего осуждения! Потому что вы ничего мне не сделаете! Потому что вы ничтожны!

Кто-то пробежал мимо Джоша. А он всё смотрел и никак не мог поверить. Его разум отказывался воспринимать происходящее всерьёз. Ему всё казалось, что это просто шутка, розыгрыш, пранк. Что сейчас всё прекратится. Он закрыл глаза. Перед ними тут же заплясали разноцветные мошки. В груди оглушительно билось сердце. Мир казался неустойчивым. Хрупким. Ломким. Сейчас всё закончится. Этого ничего нет. Он просто спит и видит очередной кошмар. Джош резко открыл глаза. Запах пороха никуда не исчез. Люди продолжали бежать. Воздух был раскалён.

Горло Джоша словно сжала невидимая рука. Девушка на полу билась в агонии. Никто даже не думал о том, чтобы оказать ей хоть какую-то помощь. Брендон продолжал стрелять. Его пули вонзались в стены, в шкафчики, одна расколотила оконное стекло. Эта вакханалия длилась около минуты, но Джошу казалось, что прошло несколько лет. Когда магазин пистолета в правой руке Брендона опустел, он швырнул оружие на пол и извлёк из кармана запасную обойму. Но, подумав секунду, он отбросил её и просто вытащил другой пистолет. Ушные перепонки Джоша разрывались. Страх сковал его по рукам и ногам, а Ури плавно двигался по направлению к лестнице.

— Я мог бы убить себя! Я мог бы так сделать, — кричал он, — но тогда вы не поймёте! Вы не поймёте, что ваша ненависть разрушает! Ваша нетерпимость причиняет боль! А ваше презрение ранит, оставляя шрамы, которые не исчезают! Школа — вот настоящий ад на Земле! И прежде чем я провалюсь вниз, я преподам вам урок, детки! Я научу вас терпению! Толерантности! Добродушию!

Брендон стрелял. Люди кричали. Глаза подстреленной девушки закрылись навсегда. Позади Джоша какая-то брюнетка сползала по стене, закрыв лицо ладошками, и исступлённо повторяла:

— Я хочу домой… Я хочу к маме… Пожалуйста, помогите… Мама…

И тут Джош очнулся. Он посмотрел на девчонку, которую колотило, искренне не понимая, почему она всё ещё здесь, если Брендон упорно шагал в другую сторону.

— Беги! — прорычал он, бросаясь к брюнетке и рывком поднимая её. — Что ты застыла?! На выход! Живо!

Она подняла на него лицо, залитое слезами и, задрожав всем телом, кинулась к выходу. Мысли Джоша сводили его с ума. По крайней мере, Джордан занимается в другом здании… По крайней мере, здесь нет Тайлера… Однако… Его друзья наверху. Джерард, Мэтт, Патрик, где-то здесь Изабель. И остальные беззащитные ребята. Ури надо остановить. Любой ценой. Очередной выстрел заставил его съёжиться, но мысль о том, что Ури может причинить ещё больше горя, подстегнула его. Чья-то фигура повалилась на грязный пол. Джош не увидел, кто это был. Его глаза жгли слёзы ярости и бессилия.

— Брендон, остановись! — закричал он. — Я прошу тебя!

Но Ури не слышал его, или ему было просто всё равно. Он шёл по коридору, не видя убегающих учеников, не слыша панических криков и не замечая того, что он сеял хаос и смерть. Он шёл, стреляя с двух рук, целясь в человеческие фигуры, и останавливаясь лишь затем, чтобы выкрикнуть очередную фразу, пропитанную болью. Увидев, что Брендон выбросил ещё один пистолет, и у него остался всего один, Джош начал лихорадочно искать выход. Брендон вынул из кармана какой-то белый листок и сжал его в левой руке. Джош не мог оторвать от него взгляд.

Нужно было что-то делать. Немедленно. Но его ноги словно снова приросли к полу. Он не мог даже пошевелиться, объятый неподдельным ужасом. Где-то звенело стекло, кажется, кто-то из учащихся пытался покинуть школу через окно. И тут, словно в замедленной съёмке, Джош увидел, как рука Брендона, сжимающая пистолет, снова поднимается в воздух. Глаза Джоша широко распахнулись. На пути Ури стояла Джастина. Девушка не шевелилась, оцепеневшая, перепуганная, парализованная. Огромными беспомощными глазами, что выделялись синими озерцами на её бледном лице, она следила за тем, как уверенная рука направляет дуло пистолета в её сторону. Она инстинктивно сжала руки на животе, защищая ребёнка. Джош взревел от ярости и бросился к ней, но пальцы Брендона уже плавно коснулись курка.

У Джоша всё оборвалось внутри. Он бежал, бежал среди толпы напуганных детей, которые мечтали вырваться живыми из этой кровавой бойни. Он бежал к юной девушке, что носила под сердцем малыша, понимая, что всё равно не успеет. Горячие слёзы застилали Джошу глаза, он почти рычал от злости и беспомощности. И тут откуда-то возник Мэтт. Он плечом отшвырнул Джастину к стене, выводя её из-под удара, и она тряпичной куклой отлетела в сторону. Но больше ничего сделать он не успел. Драгоценные доли секунды были потеряны. Очередной выстрел прогрохотал в коридоре, почти потонув среди отчаянных воплей.

Мэтт с каким-то удивлением опустил голову и увидел, как на его белой рубашке расползается кровавое пятно. Он пошатнулся, его ноги подкосились. Он упал на школьный пол. Его рука рефлекторно метнулась к груди, словно пытаясь остановить кровь. Брендон шёл дальше.

— Мэтт! — Джош подбежал к распростертому на полу другу.

Он упал на колени перед ним. Хили пытался что-то сказать, но только хрип слетел с его губ. Когда на них запузырилась кровь, Джош завыл в голос от раздирающей его изнутри боли.

— Пожалуйста, Мэтти! — Джош кричал, сжимая руку Хили в своих ладонях. — Не оставляй меня! Не надо! Останься со мной! Нет, нет, нет! Помогите, кто-нибудь, пожалуйста, помогите!

Мэтт Хили дернулся, издав последний отчаянный хрип, а потом его тело вытянулось на полу. Джош обнял его обеими руками, прижимая к себе. Он пачкался в его крови, но ему было всё равно. Он рыдал навзрыд. Где-то там горько расплакалась Джастина, сжавшаяся в комочек у стены.

— Пожалуйста, — шептал Джош, сжимая в объятиях мёртвое тело друга, — пожалуйста…

Пули продолжали лететь, ему было всё равно. Ему казалось, что крики смолкли, что весь мир погрузился во мрак, больше нет ничего, только он и Мэтт, чьё сердце только что перестало биться… Полуослепшими от слёз глазами он смотрел на лицо Мэтта, которое всё ещё хранило отпечаток удивления. Какая-то часть Джоша, казалось, покинула этот мир вместе с ним. Он коснулся ладонью лица Мэтта, закрывая его глаза, которые застыли навсегда. Сделал глубокий вдох. Бережно опустил голову Хили на пол и встал. Он вытер глаза. Его взгляд приковал брошенный Брендоном пистолет, а в стороне от него валялась обойма. Глок притягивал его взор, и Джош знал, что будет делать. Он не умел стрелять, но разобраться будет не сложно.

Он сделал первый шаг по направлению к оружию… и тут началось. Школьные двери распахнулись, впуская в себя фигуры в тёмной тактической униформе и со снайперскими винтовками в руках. Джош видел, что красные точки прицела заплясали на фигуре Брендона. Окна разбивались, когда снайперы врывались в здание школы через них. Брендон заревел от ярости и дёрнул рукой, в которой был зажат пистолет. Его движение было смазанным, он не успел сделать ровным счётом ничего, потому что спустя долю секунды, после того, как он повёл ладонью — всё было кончено.

Десятки пуль прошили тело Брендона. Он задёргался, словно марионетка в умелых руках опытного кукловода. А потом рухнул навзничь. Его тело распростёрлось на полу, залитое кровью, пистолет выпал из его руки. Когда он падал, его пальцы разжались, и листок, что он бережно сжимал, спикировал на пол. И сейчас он белел на полу, закапанный кровью, рядом с мёртвым телом Брендона. На нём аккуратным почерком Ури было выведено:

«Теперь я тоже попаду в ад.

Увидимся внизу, малыш.

Я люблю тебя».

Ничто не избавит от этой грёбанной боли в моём сердце,

Ничто не сравнится с этой грёбанной болью в моём сердце.

Ничто не излечит эту боль в моём сердце.

Но ваша кровь на моих руках хотя бы начнёт… ©.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ.