Уничтожение идола

Летний ветерок весом с новорожденного щенка с усилием толкал белые пушинки с деревьев. Здесь не играет музыка и птицы поют только по понедельникам. Всю свою жизнь Фиджи старался и разрабатывал такую конструкцию из пластика и стекла, которая сможет отличать эту самую больницу от тюрьмы. Фактически ему удалось, но прежде чем восхвалять главу города «Н», нужно немного прожить здесь, прочувствовать происходящее внутри огромного купольного комплекса с высеченными буквами « ЛБ» на стекле. Однажды я задался вопросом что это значит, когда тоже попал сюда, но ничего вразумительного не получил, видимо мысли врачей схожи с их неразборчивым почерком. «Больные» только и делали, что пытались в этом разобраться. И прослушав несколько сотен вариантов, я выявил для себя два наилучших: «лечение больных или лучше беги». Эти названия неразрывны между собой и описывают происходящее внутри.

- Доброе утро, Джозеф,- врач с упорством натягивал перчатки на свои худые руки с длинными пальцами. Цвет его одежды был красным, красным как отражение заката во льдах Аляски. Джозеф сидел на большом коричневом кресле, и его состояние было мерзким - на гране потери сознания. Глаза закрывались как назло, а еще и этот одуряющий запах лекарств усыплял нашего Джо.

- Здравствуйте, где я? Почему мне хочется спать? Зачем меня....- Он прекратил говорить, потому что в его голове кто-то включил тумблер работы памяти и он стал вспоминать свое смелое поведение и эту бешенную поддержку народа. Но как не силился Джо, он не мог вспомнить о его попадании комплекс «ЛБ».

Врач не отвечал на заданные вопросы, а только хитро улыбался, и следил за поведением Джозефа.

- Вы начинаете вспоминать. Это нормально, не беспокойтесь, - видно заметив растерянность Джозефа заговорил худощавый врач.

- Что со мной произошло?

- Вопрос слишком банальный. Мы с вами вроде не в фильме, тогда почему мы общаемся ужаснейшими выражениями, - врач подошел поближе, и осмотрел Джо, поочередно поднимая его руки, и оглядывай его тело. Джозеф был наг.

- Я помню, как попросил о помощи, Фиджи... Дальше была поддержка... Помню, как люди стали шептаться, - голова Джо ужасно болела, и каждое слово ему стояла очень дорого.

- Тебе было хорошо? – спросил врач.

- Честно сказать, да. Словно моим сознанием кто-то управлял, я не чувствовал страха, я хотел..., - врач резко ударил шприцом по правому бицепсу Джо.

- Страх - это нужно. Это необходимость, не надо устраивать беспредел прямо на великой площади, - вытащив иглу, блик которой защекотал глаз Джозефа, он продолжил. - Прости, что не предупредил. Я лишь выполняю свою работу.

- Что это за лекарство? И почему я здесь? - интересовался Джо, говоря, не разжимая зубов, от ноющей боли в его руке.

- Антидепрессанты. Эй, парни! Сюда! - Он вышел в коридор и махнул своей тоненькой рукой в сторону, подзывая двух санитаров. - Не забудьте кофе, - вернувшись к пациенту, он продолжил. - Вообще-то кофе строго запрещено, так что, считай ты счастливчик, - врач едва засмеялся, и вышел из маленького кабинета, оставив вместо себя двух санитаров, которые испепеляли своими потухшими взглядами Джозефа.

- Привет, ребят, - Джо встал с кресла, и потянул руку одному из санитаров, который нервно потирал свою накаченную руку.

- Мы не имеем право, - отрывисто произнесли санитары и их голоса идеально переплелись между собой. - Пей кофе, и одевайся. Нам пора, - тот, который был крупнее, поставил кружку с холодным кофе на круглый стеклянный столик рядом с креслом, а второй вручил Джо халат, который оказался ему великоват. - У тебя есть время немного отдохнуть, после чего, тебе придется пойти с нами, - глаза Джо забегали из стороны в сторону, и его кисть непроизвольно стала двигаться. - Не бойся, это всего лишь прогулка.- И оставив Джозефа Безфамильного наедине с белой кружкой, парни вышли из кабинета. Звук их шагов перебивал тишину, но вскоре она снова вернула себе контроль.

Джозефа вырвало прямо на белый, только что вымытый кафель. Кофе оказался отвратительным, и аромат был явно создан не природой. Он оказался совершенно один, но это одиночество только угнетало его. Джо стал осматривать кабинет. Белый пол, белые стены, и потолок красного цвета: все это вызывало различные эмоции, от истерического смех до горьких слез. Не смотря на относительно маленькую площадь, кабинет казался пустым. Ведь кроме кресла, стоящего посередине напротив входа, и столика находящегося рядом не было ничего. Тупая пустота. Затаив дыхания, и вытерев руками свой грязный от рвоты подбородок, Джозеф тихо прокрался к выходу. Он сделал шаг наружу, и оказался в узком, очень длинном и плохо освещенном коридоре. Ужас, который охватил его мгновенно, ударил прямо в икру, и немного подергавшись, пытаясь сохранить баланс, он свалился прямо на ледяной пол. Это был не кабинет, а одна из сотен однотипных палат для пациентов. Двери намертво закрывались снаружи при помощи сварки, которая не позволяла выбраться человеку, даже с избытком сил. Он надеялся на то, что это лишь сон. Ведь человек не может попасть в такие места лишь за единичную просьбу. Но Фиджи и его "святая" власть решили иначе.

- Нико, глянь, - слабость проникала в мышцы Джозефа, расслабляя его тело. Он уже не мог шевелить губами, и глаза практически закрывались. - Ты первый, кого не вырубило. Обычно, препарат бьет в голову моментально, - санитар сел на корточки рядом с ним, и не без интереса стал следить за тем, как Джо боролся с погружением в сон.

- Мы не имеем права, Фред. Придется вколоть ему новую дозу, - настаивал второй санитар, униформа которого принадлежала явно не ему. Ведь его живот нагло выглядывал в прореху между пуговицами.

- Не трынди, цыц, - первый санитар, был сложен спортивно, без изъянов так сказать. Его мускулистые руки туго обтягивали красные рукава рубашки, а шея не позволяла схватить её верхней пуговицей. - Без - фа - мильный, - прочитал он по слогам. - Джо, если ты слышишь меня, моргни, - Джозеф с усилием сомкнул и разомкнул глаза. - Отлично. Я не буду ничего тебе колоть. Ты очень мне помог, однажды, поэтому я дам тебе совет, который спасет тебя от этого коридора. Более того, ты вряд ли здесь появишься снова, если воспользуешься им.

- Не нужно этого делать, Фред.

- Заткнись ты уже! - он яростно вскочил на две ноги, и оттолкнул своего друга. - Не мешай мне, толстый засранец, иначе сам угодишь в эти палаты, - Нико, уставился на взбесившегося Фреда, не понимая, что с ним произошло.

- Не пугай меня. Я тоже могу оставить жалобу на тебя. – Ужалил Нико.

- Попробуй, попробуй..., - шепотом произнес мускулистый санитар. - Помоги мне поднять его. Разговор на полу в коридоре не лучшая идея, - парни взяли под руки Джозефа, и потащили его обратно в палату. Усадив его на кресле, они снова принесли ему кофе, не обратив внимания на лужу предыдущего кофе на полу. Джозеф победил в тяжелом бою с потерей сознания, и уже мог шевелить губами. Поэтому он решил заговорить с санитаром, который хотел ему помочь.

- П-п-привет, - с трудом начал он. - Спасибо тебе, но разве я кому-то помог? Какая может быть помощь от мусорщика? - санитар тихо смеялся, помешивая кофе. - Опять? - заметив кружку произнес он. - Я не смогу, хватит.

- Джо, не бойся. Это лекарство, которое поможет тебе не отрубиться и не помереть прямо на этом кресле. Ты помог моей матери, и за это я отблагодарю тебя, - как Джо не напрягался, он не мог вспомнить, о чем тот говорил. - Ты спас, впустив её в свой дом, когда началась сильная гроза, которая поубивала многих в тот день. Вроде обычный поступок, но ты был единственным, кто открыл свою входную дверь. - Джозеф мгновенно вспомнил, ураганный день, который и разрушил его жилище. Он вспомнил свою отвагу, и как он кормил ту промокшую женщину своей едой. Она ему очень понравилась, ведь вести разговор и быть добрым с Джозефом удавалось не каждому. Все считали его ненормальным, психом, глупым, но никто даже и словом с ним не обмолвился. А она смогла, смогла и поняла, что он просто не такой, как все, что он доброжелателен, и общителен. Что, не смотря на свою бедность, остается веселым. Он был другим, каким-то настоящим для нее.

- Я вспомнил.

- Что произошло после - безумие. Мой отец больной, поэтому и приперся к тебе. Прости за это. - Вся история закончился на много печальнее, чем ожидалось. После того, как ветер утих, Джо помог той женщине вернуться домой в кромешной тьме. Но её муж, который встретил их с полупустой бутылкой пива на пороге, оказался жесток. Он ударил Джо бутылкой, подкараулив у его же полуразрушенного дома.

- Ничего страшного, я не обижаюсь на пустяки, - с легкой улыбкой ответил Джо.

- Ты - чудесный человек, - санитар ухмыльнулся, не поняв, как можно принять причинение боли за пустяк. - Веди себя, как всегда, ходи на завтраки, слушай телевидение и радио, но никогда не соглашайся на предложение покинуть это место. Это звучит странно, но так оно и есть. Если ты попадаешь сюда пути только два: одиночное заключение, или же спокойная жизнь, - Джозеф не мог осознать, что больницу нельзя покинуть.

- Разве здесь не лечат? - второй санитар был явно настроен против этой беседы, поэтому с каждым словом Джо, он начинал всё злее и злее сопеть своим большим носом картошкой. - Или я неправильно понимаю.

- Фред, прекрати сейчас же, - Фред вытолкнул его из кабинета, и закрыл дверь изнутри. - Слишком бесстрашный - прокричал Нико, уходя вдаль по коридору.

Лампа накаливания бешено потрескивала словно вот-вот лопнет, Фред стоял у двери прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов. Вена на его ладони пульсировало в такт моргавшей лампочки, которую закрыли за мелкой решеткой, исключая возможность добраться до неё и разбить.

-Ушел. Но времени у нас мало, мне может влететь за такие выходки. Чувак, пойми, ты здесь не один такой, кто не понимал происходящее. Доверься мне, - Фред протянул ему свою "ладонь-кувалду", и открыл дверь. - Тебе здесь всё объяснят, просто заведи знакомство, - дверь захлопнулась, и скрежет ключа в замочной скважине успокоил Джо. Теперь он оказался в безопасности от самого себя и своего неиссякаемого любопытства. Но вдруг легкое продолжительное шипение со стороны вентиляции, словно легкий ветер в Провансе, перебило ход мыслей Джозефа, и он уснул.