Часть 47
Все молчали. Адриан был погружён в раздумья, а друзей с каждым шагом всё сильнее сковывал страх. Лишь Фрост беззаботно что-то насвистывал. Туман расступался перед ним, как будто боясь превратиться в лёд.
Когда они поднялись на последний холм, им открылся вид на замок. Хотя их разделял длинный мост, замок не просто стоял впереди – он нависал, давил сверху всей своей громадой. Чёрные башни поднимались к багровому небу, словно пытались разорвать его. Стены были сложены из чёрного камня и костей, которые переплетались, образуя узоры. Окна излучали не свет, а холодный мрак, в котором ощущалось что-то живое и внимательное.
– А вот и их обитель – Чернобога и его жены. Давно я здесь не был. – Сказал Адриан, и его голос дрогнул. – Я поклялся себе больше никогда не возвращаться сюда, после того, как верну её.
Он сделал паузу и усмехнулся, но улыбка не выглядела естественной.
– Я вырос здесь, бегал по коридорам замка задолго до вашего рождения. Эти башни казались мне огромными, но я хорошо изучил их – даже знал, в каких стенах есть трещины, через которые можно слушать ветер. Моя мать... – он на секунду опустил взгляд, – она жила здесь со мной. Пыталась сделать это место домом для меня. Насколько это вообще возможно.
Никто не перебивал его. Они уже знали эту историю от Мораны, но слушать её от первого лица – было совершенно другим делом.
– Вон та западная башня, – он кивнул в сторону самой узкой и израненной временем, – там были наши комнаты. Она ставила свечи в окнах и всегда следила, чтобы они не затухали. Хотя свет здесь ничего не меняет, говорила, что так создаётся иллюзия тепла. Позже я научился создавать настоящие иллюзии, которые могли согреть, но её уже не было.
Адриан рассказывал это спокойным голосом, но взгляд его задержался на башнях дольше, чем требовалось. Каменные стены поднимались к небу неровными и изломанными зубцами. Ветер проходил между ними с гулким звуком, и в этом гуле слышалось что-то такое, что заставляло все внутренности сжиматься от животного страха. Несмотря на то, что некогда амулет сделал Джудит смелее, сейчас ей хотелось плюнуть на всё, развернуться, и бежать в обратном направлении. Домой. Только вот прежнего дома больше не существовало, и двигаться оставалось только вперёд, чтобы вернуть его.
Хён окинул стены замка мрачным взглядом.
– Я не стал бы жить в таком месте, даже если к нему прилагался бы великолепный вид на окрестности, а я являлся бы их владельцем.
Фрост лениво протянул:
– А по-моему, местечко уютное. Правда, я бы тоже не рискнул здесь жить. Подозреваю, плохая энергетика там сквозняками гуляет...
– Тебе даже жить нигде не надо, – Калеб фыркнул и потёр лодыжку, – у тебя вообще тела нет.
– Это мелочи, но не будем об этом, – невозмутимо ответил Фрост. – Я смотрю, тебе совсем тяжко без своей палки. Думаю, тебе необходимо что-то вроде холодного компресса.
– Что? Эй, отвали! Не трогай меня!
Но тот не слушал. Он наклонился, приложив ладонь к ноге Эдвардса. Тот уже собирался отпрыгнуть в сторону, но вдруг замер.
– Ну что, полегчало? – тонким голоском заботливой мамочки спросил Фрост, – а я говорил.
– Да. Так намного лучше. Только тебе пора остановить процедуру охлаждения, потому что если ты превратишь мою ногу в сосульку, я вообще не смогу передвигаться.
– Окей, – Фрост убрал руку и отошёл к Адриану.
– Смелый ты, – сказал Калебу Скотт, – после того, что он сделал с моими родителями, я бы ему даже жука лечить не доверил.
Они спустились с холма и ступили на мост, как вдруг тьма стала оживать. Тени возле валунов, которыми было усыпано всё пространство, дрогнули, словно под ними кто-то пошевелился. Потом из трещин в земле, из-под моста и из узких щелей между его каменными плитами, начали подниматься странные и жуткие существа. Они медленно вырастали, вытягиваясь из темноты, будто бы сама ночь поднималась на ноги. Эти создания значительно превосходили человеческий рост, а их тела казались пугающе искажёнными, будто некая сила заставляла тени принимать видимые очертания. Руки были тонкими и непропорционально длинными, они почти касались земли. Их глаза тлели холодным тусклым огнём. Узкие рты раскрывались тонкими щелями, из которых сочился тихий и многоголосый шёпот. Существа двигались плавно, перетекая из формы в форму, и постепенно замыкали вокруг друзей кольцо. Адриан хладнокровно наблюдал за ними.
– Знакомьтесь со слугами Чернобога. Это кромешники, они могут быть как эфемерными, так и физически ощутимыми, что делает их вдвойне опаснее. Но убивают они не сразу.
– Тогда что они делают? – быстро спросила Джудит.
– Сначала запугивают, потом стирают воспоминания и сводят с ума. А вот потом уже убивают.
– Прелесть какая, – Калеб нервно рассмеялся и, сжав кулаки, оглядел друзей. – Тогда не дадим им такой возможности. Да ведь?
Тем временем, кромешники, шурша и перетекая по воздуху, окружили их плотным кольцом. Шёпот становился громче и настойчивее, словно десятки голосов пытались одновременно пробраться в голову. Джудит вздрогнула. Ей показалось, что она слышит собственный голос: «ты не справишься». Ощущение было знакомым – не так давно Дарквуд пытался проделать с ней то же самое, в её же доме. Скотт рядом с ней напрягся.
– И ты слышишь это?
– Да.
– Думайте о чём угодно, – сказал Адриан, – главное, не слушайте их.
Шёпот усилился.
– Какие настойчивые создания, – Фрост усмехнулся, – пожалуй, я попробую испортить им вечеринку.
Он шагнул вперёд, и температура вокруг резко упала. По мосту побежал иней, и несколько кромешников зашипели, когда лёд начал стягивать их в плотные формы. Но корка льда сразу же треснула, а существа стали только активнее.
– Фрост, – Дарквуд вздохнул, – это дети тьмы и холода, ты против них бессилен.
Одно существо метнулось к Джудит. Скотт успел только толкнуть её в сторону и закрыть собой. Кромешник ударился о него, и парня отбросило назад. Он тяжело рухнул на каменные плиты. Джудит подбежала к нему.
– Как ты?
Скотт попытался вдохнуть и чертыхнулся.
– Как видишь, жив. Но ощущение такое, будто меня протаранил поезд.
Калеб с Хёном поднимали с земли обломки булыжников и бросали их в ближайших существ. Но камни лишь пролетали сквозь тёмные формы и ударялись о поверхность моста.
– Отлично, – пробормотал Калеб, – так и думал, что это будет бесполезно.