Часть 35
– А где именно находится эта Навь? – спросил Хёнджун после затянувшейся паузы.
Он до этого молчал дольше остальных, стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди, и казалось, будто разговор его не касается. Но сейчас он поднял взгляд на зеркало, и в его голосе не звучало ни волнения, ни страха, ни паники – только бесстрастный, почти академический интерес. Джудит посмотрела на него с удивлением. Этот вопрос она и сама крутила в голове, но не решалась произнести вслух.
Зеркальная поверхность медленно потемнела, словно стекло наполнялось сумерками изнутри. Отражение комнаты расплылось, линии мебели утратили чёткость, и вскоре там снова не осталось ничего знакомого. Только глубина, без верха и низа, похожая на ночную воду, в которую страшно смотреть слишком долго.
– Навь там, где живут её боги, – ответила Морана. Её голос был спокойным и ровным, будто она говорила о чём-то само собой разумеющемся. – Она не лежит на карте. Её нельзя найти, двигаясь на север или на юг, пересекая границы или океаны. Это не место в вашем понимании.
Хён, нахмурившись, чуть склонил голову набок, пристально глядя в зеркало.
– Тогда что это? – спросил он, не скрывая, возникшего вдруг, раздражения. Он шагнул вперёд. – Другой мир? Параллельная реальность? Ад?
– Эй, ты чего это? – Калеб потянул его за ремень и усадил рядом с собой, – мистер Невозмутимость, амулет Джуд и тебя зацепил?
Парень посмотрел на него растерянно и пожал плечами.
– Возможно, мне же снились её сны. И тебе, кстати, тоже. Видимо, нас всех зацепило.
– Ты абсолютно прав, – сказала Морана, – часть воздействия оказывалась и на вас, ведь вы – её близкие друзья, вы всегда были рядом. – Затем она продолжила, чуть тише. – Люди всегда любят всё упрощать. Ад, рай, тьма, свет... Вам так легче не бояться. Когда у всего есть ярлык, кажется, будто этим можно управлять. Навь была создана разумом людей. Теми, кто верил в богов. Кто звал нас по именам. Кто знал, что смерть – не конец, а переход в иную жизнь. Их мысли придали нам форму.
– Но сейчас почти никто в вас не верит, – сказала Джудит. – Это мифология. Легенды. Сюжеты для книг.
– Легенды – это тоже память. Мы существуем до тех пор, пока о нас помнят. Пока наши имена произносят, пусть даже с усмешкой, пусть даже не веря по-настоящему. Если хотя бы один человек знает моё имя, я не исчезну. Пока оно произнесено – я есть.
– А если все-все забудут? – спросила Джудит.
Зеркало стало ещё темнее, будто в нём сгущалась ночь.
– Тогда боги исчезают окончательно, – сказала Морана без колебаний. – Мы не умираем, как люди. Мы растворяемся. Становимся пустотой, где больше некому отвечать.
– А люди? – спросил Калеб. – Те, кого Дарквуд... забрал. Они где?
– Бродят по Нави, – ответила Морана. – Адриан не убивает их сразу. Он искажает. Лишает памяти, формы, имени. Делает удобными для власти Чернобога.
– Поэтому они становятся... монстрами, – сказала Джудит. Её внезапно осенило, когда она вспомнила то многорукое чудовище, которое встретила в тот роковой день, когда открыла книгу.
За окном проехала машина, осветив комнату полосой света. На мгновение всё стало обычным: спальня бабушки, старый комод, зеркало в потёртой раме. А потом свет исчез.
В голове крутилась одна и та же мысль, не давая покоя, будто в разговоре всё время не хватало важного имени.
– А что случилось с волком Сивером? – наконец спросила она, подняв взгляд на зеркало. – Он умер?
– Нет. Не так, как умирают живые существа.
– То есть, есть вероятность, что он жив? – Калеб воодушевлённо оглядел друзей, как будто вспомнил о любимом щенке из детства, как будто показанная Мораной история относилась и к нему самому.
– И не жив, – спокойно ответила она. – И не мёртв.
Пожилая женщина, всё ещё сидевшая в кресле, медленно выдохнула, как будто очнулась от долгого сна.
– Он исчез, – сказала миссис Бёрнс. – Просто... растаял.
– Его тело не выдержало мира Яви. Он слишком долго находился здесь. Когда Сивер передал серп, связь оборвалась.
– Так он погиб или нет? – пытался докопаться до истины Калеб, – я что-то не могу понять.
– Нет. Он остался между мирами. Застрял на границе Яви и Нави, не имея больше собственной формы. Он не принадлежит ни одному из миров полностью.
Джудит сжала пальцы, но ничего не сказала.
– Но его можно почувствовать, – добавила Морана. – Иногда, когда ветер становится слишком холодным. Либо, когда вы ощущаете движение воздуха без причины. Он не страдает. И не покоится. Он просто блуждает. Такова цена верности.
– Что можно сделать, чтобы спасти его? – спросила Джудит.
В зеркале снова прошла лёгкая рябь.
– Границы между мирами не статичны, – сказала богиня. – Они меняются. Ослабевают. Смещаются. Иногда – по воле богов. Иногда – из-за поступков людей.
– Значит, всё-таки, есть возможность, что он сможет...
– Найти покой, – закончила Морана. – Или быть призванным, если равновесие потребует этого.