Напиши мою Смерть (Редактируется)

- Выпустите меня! Эй! Вы же слышите? Я знаю, что там кто-то есть! Кто-нибудь? На помощь!

Лаура лежала на снегу и время от времени оглушительно выкрикивала нечленораздельные просьбы о своем спасении, не замечая, как вокруг нее медленно плавиться лед. Жители деревни Уайтдримм не выходили из своих домов, в страхе выжидая, чем закончиться этот приступ ее безумия. Небо было захвачено огромными черными птицами, один вид которых заставлял каждого дрожать в порыве почти первобытного ужаса. Люди бились друг с другом за самые прочные убежища, сыпали проклятиями и падали в общее месиво. Те немногие смельчаки, кто выходил из домов, вооруженные нехитрой домашней утварью, были безжалостно ими заклеваны. Огромное количество крыльев, острых когтей и клювов поднимали несчастных высоко над землей, чтобы потом отбросить их кровавые останки на чью-нибудь крышу. Через хлипкие деревянные доски, в комнаты просачивалась кровь и мерзкая каша из плоти, заставляя людей покрепче зажмуривать глаза, произнося невнятные молитвы их оглохшему Богу.

Лаура кричала уже несколько часов, но никто не отзывался. Бог этого мира покинул свои создания, или просто наглым образом игнорировал существование несчастной девушки. С каждым ее криком небо озаряла ослепительная вспышка света, пугавшая птиц и заставлявшая их с удвоенным рвением атаковать дома. Казалось, что сами молнии избрали ее, как эпицентр их безумного танца. Последняя вспышка озарила небо, а затем все стихло. После такого светового представления, ночь стала казаться еще темнее, но даже звезды и луна не рискнули показать себя на фоне этого кромешного мрака.

Лаура лежала неподвижно, обессилено глядя вверх. В ее горле сильно пересохло после всех этих криков. Она все смотрела и уже давно понимала, что ничего не произойдет. Понимала и все равно не верила до конца. Как такое может быть, чтобы Бог не среагировал на подобный нечеловеческой акт жестокости?

Это заставляло думать, что даже у Богов есть свои любимчики. Как еще прикажете объяснить это несправедливое неравенство между людьми?

Например, она. Ее родили, только для того, чтобы что-то доказать сестрам Агнессы. Она не была долгожданным ребенком для этой престарелой гусыни. Ей была дана сила, даже близко не стоявшая с силой прямых наследников. Подачка от прямой ветви, вот что это было. А что до любви... Единственный человек, которого она по-настоящему любила, после первой же ночи больше не смотрел ей в глаза и не признавал ее существования! Но она не винила его, она винила только его жалкую сестру, укравшую все его внимание своим нескончаемым нытьем. Ах, бедная Грей, бедная Грей. И сил-то у нее больше, и семья-то у нее богаче, и брат у нее сам Дамиан!

Так, может быть, Бога просто нет? Может быть, и его кто-то придумал? Разве это справедливо, что все обернулось так?

Не издав ни единого звука, она медленно встала, все также с надеждой глядя на небо. Сложно было сказать, какие мысли блуждали в ее голове в тот момент. Возможно, их просто не было, и она была опустошена свои горем. Девушка зашла обратно в дом. Она не помнила, заперла ли она дверь. Не заметила она и того, как вокруг ее дома исчез лед и снег, и то, как птицы собрались в огромную стаю и покинули территорию Уайтдримма. В голове Лауры стало пустынно и спокойно. А потом ей приснился прекрасный сон, где она сидела на троне, сделанном из белоснежных костей ее родственников, а Дамиан сидел перед ней и покорно целовал ее ноги. И мир не мог бы быть чудеснее, чем в ту секунду. Но, к сожалению, это был всего лишь еще один сон.

Появление незнакомцев в Уайтдримме было нежелательным, но вполне ожидаемым исходом событий. На закате пятого дня после бойни в деревню въехали трое незнакомых всадников. Каждый из них носил прочные, утепленные доспехи с символами королевского двора, не скрывавшие того факта, что они хорошо питались в эту суровую зиму. Голод, как видно, не сильно затронул само королевство, и лишь небольшие городки и деревушки пали жертвами суровой зимы. Каждый из мужчин был укутан с головы до ног в теплые, меховые мантии, с прекрасной позолоченной вышивкой. Их лица были скрыты, но даже так можно было заметить, как сильно обветрилась их кожа, как заледенела каждая ресница и брови, как даже сквозь толстую, утепленную материю пробирается пар от их тяжелого дыхания.

Их встречала почти вся деревня. Многие из выживших потеряли дар речи, но нашлись и те, кто не испугался рассказать им про Лауру и события той кровавой ночи. Они рассказали лишь правду, ведь никакая ложь не смогла бы сделать правду еще более страшной. Ради соблюдения протокола, трое всадников направились к дому ужасной ведьмы, для учинения допроса.

В это время Лаура сидела на крыльце, обхватив свои плечи тонкими оголенными руками, но этот жест был скорее защитной реакцией на появлении чужаков, чем реакцией на ненастную погоду. Ведь, несмотря на холод, она была одета в обычное рабочее платье без рукавов. Ее черные волосы разметались в разные стороны под силой ледяного ветра. Выражение ее лица было мрачным, так как она понимала всю серьезность их визита, но в ее глазах все еще мелькало горькое опустошение. Мужчин потрясла ее красота и молодость. В их понимании ведьму должны были изуродовать все совершенные ею грехи, но ее кожа была будто соткана из света, а волосы даже на сильном ветру были словно драгоценный шелк. Это только сильнее укрепило их веру, что она действительно практиковала черную магию.

- Мы хотим поговорить с хозяином дома, - сказал один из мужчин вместо какого-либо приветствия, - И поживее, у нас нет времени ждать! Мы прибыли из самого дворца ради этого визита.

-Тогда вам придется долго ждать, так как выходить замуж во второй раз я пока не планирую.

- Так ты вдова? Хотя, не удивительно, – довольно грубо сказал другой мужчина, по-видимому, больше других страдающий от холода, - Это многое объясняет. Про тебя в народе много, что говорят, девчонка.

Лауру не особо интересовали слухи, но мужчина продолжил засыпать ее оскорбительными фразами, в которых только слепой не заметил бы невысказанное обвинение в ужасном проступке.

- Ну, например?

- О том, что ты, незамужняя девка, расплачиваешься с крестьянами настоящим золотом! – слово девка он произнес с такой большой порцией яда, что могло показаться, его самого вот-вот разорвет от его воздействия, - Это наталкивает на мысль, что оно, либо ворованное. Либо ты получила его, выполняя не самую благочестивую для вдовы работу, что может сойти за правду с твоей-то внешностью. Либо, что сами демоны превратили для тебя обычные камни в драгоценности. Твоя участь будет строиться на том, какой вариант подходит истине.

Значит, ее хотят повесить на площади, как воровку, либо назовут обычной шлюхой, либо сожгут живьем на костре. Естественно, что ни один из вариантов ей был не по нраву.

- Я простая вдова, - Лаура пожала оголенными плечами, от чего мужчина еще больше укутался в свою мантию, - От моего мужа осталось небольшое наследство, так что я почти отдавала последнее, что у меня есть. Но я не нуждаюсь, это правда. Крестьяне арендуют у меня лошадей, так что не думайте, что деньги приходят не понятно откуда.

- Тогда, может быть, объяснишь, почему в Уайтдримме самый низкий показатель сбора урожая? – заговорил третий мужчина, он был моложе остальных, почти юноша, и не менее отвратный в общении, - За десять лет, ни разу такого не видывали. И зима нынче не сравнить с другими. В нашей части королевства уже давно весна, вот-вот лету черед подойдет, а у вас птицы на лету погибают. И кстати, почему же воронов при этом всем, мороз не пробирает? Не потому ли, что они твои прислужники, ведьма?

- Они облюбовали вашу деревушку, будто их сюда кто-то вызвал. Не к добру все это. А случилось все, именно после твоего прибытия, как утверждают жители этой деревни.

- Как имя твоего мужа? – вдруг прозвучал ни к месту вполне резонный вопрос.

Лаура замерла, чувствуя, как подступают слезы. Каждую ночь она утешала себя тем, что как только выберется из этого мира, разыщет его и расскажет ему обо всех своих чувствах. Неважно, какая будет реакция, она обязательно это сделает. Но время шло, и его лицо все реже появлялось в ее снах. С отсутствием цвета, он и вовсе превратился в бесплотный фантом, в таинственную дымку, за которой она бежала каждую ночь, но так и не могла настичь.

- Мой муж - Дамиан Тауэр. Он уже давно в другом мире.

- Впервые слышу про Тауэров, вы иноземцы? Откуда вы прибыли? – спросил юноша.

- Это далекая земля, дальше, чем вы можете себе представить.

- Я вот что думаю, а не лазутчица ли ты северных племен? Мы на пороге скорого вторжения, вполне возможно, что они засылают к нам свои магические отродья, которые и приносят нам зимы.

- Согласен, брат. Думаю, мы окажем всем большую услугу, если очистим эту деревню от скверны.

- Ведьма, мы единогласно признаем тебя виновной. Твой приговор - придание твоего бренного тела, сосуда нечистой силы, очищающему пламени. Да смилостивится над тобой Бог.

- Я скажу жителям Уайтдримма, чтобы разводили костер, - торопливо сказал юноша.

Лаура и сама не поняла, в какой момент ее подхватили чьи-то руки. Дэймос и Фобос издавали ужасные звуки из сарая, но без ее команды они не шли к ней на помощь. Она была так опустошена, что не сопротивлялась, когда ее грубо привязывали к столбу. Жители приносили все, что только могло гореть, разбирали свои дома, лишь бы собрать как можно больше дров для уничтожения ведьмы.

- А ну веселее, как только черную деву поглотит священное пламя, погода улучшиться! – кричал один из чужаков.

- Ведьму необходимо предать очищающему огню, только так мы сможем остановить эту зиму!

Поначалу Лаура и не поняла, что они уже развели огонь. Ее глаза смотрели в никуда, а на губах витала мягкая, загадочная улыбка. Все это не могло быть реальным. Это происходило с кем-то другим, но не с ней. Она ощущала лишь странное приятное тепло, разливающееся по всему телу от кончиков пальцев ног до самой макушки. Однако постепенно нарастающий жар, наконец, начал приносить ей нестерпимую боль и агонию. Тянущийся вверх дым стал густым и тяжелым, полным запаха горящих дров и смолы, которую жители Уайтдримма собирали всем миром, не жалея ничего ради благого дела.

- О, темная дева, что поддалась соблазну и начала ворожить против воли Господа... - кричал один из всадников, - Молись, молись! Может для тебя еще не слишком поздно!

- Ведьма... ведьма... ведьма! – начали скандировать люди.

- Раскайся в своих грехах, ибо ждет тебя геенна огненная. Священный огонь покарает тебя и твою грешную душу! - закричал юноша, ощущая настоящее благоговение перед самим актом сожжения живого, связанного человека.

Лаура издала первый крик. Он был едва слышен, по усиливающийся людской ропот. Женщины начали голосить во всю мощь их легких свои странные молитвы, мужчины весело аплодировали, заметив на лице Лауры гримасу неконтролируемой боли. В их черных глазах мелькали блики адского пламени костра, и в этот миг не было страшнее монстров, чем эти люди. В Уайтдримме никогда не сжигали ведьм. Для них это было в диковинку, а потому, они радостно подходили все ближе. Многие начали пританцовывать, сожалея, что не играет торжественная музыка. Муки прекрасной, недоступной для них женщины приносили им странное удовлетворение.

И взметнулось вверх яркое пламя, озарив кроваво-красное небо отблеском золотистых искр. Улицы Уайтдримма наполнились криками безумной боли, доносившиеся с главное площади, где и проходила казнь. Многим резко стало не по себе. Они будто осознали, что делают и от этого осознания, им захотелось закрыть глаза и уйти как можно дальше. Ведьма затихла, но нескоро. За это время слабонервные граждане, дети и женщины, и повидавшие многое старики и даже самые кровожадные воины поспешили покинуть площадь, не в силах наблюдать за ее предсмертными страданиями.

Звуки стихли. Мир замер в ожидании продолжения, но оно все никак не наступало. Люди резко остановились в отведенных им позах. Пламя огня еще не совсем погасло, но замерло в воздухе, словно зависшая голограмма. Нить повествования, окутавшая этот мир своей плотной сетью, вдруг резко оборвалась, уступая место реальному миру.

И в этот момент раздались голоса двух мальчиков. Они были похожи, как эхо, и в то же время отличались друг от друга. Если казалось, что один из них был способен лишь на серьезный, тихий тон, соответствующий взрослому, то другой голос был легким и веселым, как и полагается непоседливым детям.

- По-моему, ты слишком забежал вперед, надо было остановиться на том месте, где к ней только подъезжали эти всадники. И что теперь делать?

- Ну, я немного увлекся, подумаешь. Скажи же, сказка стала намного интереснее с новыми персонажами. Больше крови, больше экшена. Уже и не скажешь, что это сказка для девчонок.

- Хватит паясничать. Нам нужно вытащить отсюда всех не прошеных гостей, пока еще кто-то не заметил. Что если Автор узнает, что они натворили с его любимым творением? А с нами что он сделает, когда узнает, что мы не уследили, представляешь?

- Хорошо, хорошо, - недовольно пробурчал другой голос, - Итак, заново-заново. Ага, вот оно... Появление незнакомцев в Уайтдримме было нежелательным, но вполне ожидаемым исходом событий...

Лаура сделала глубокий вздох и закашлялась, ожидая почувствовать запах горевшей плоти и дерева, а не ледяную прохладу ветра. Что это было? Сон? Наваждение? Она была готова поклясться, что погибла. А теперь она вновь сидит на крыльце своего дома, и трое всадников опять скачут к ее порогу, чтобы обвинить ее в задержавшейся зиме. Не дожидаясь, пока они остановятся, Лаура дала сигнал Дэймосу и Фобосу начать атаку.

- Только не ешьте их, они мне еще послужат, - тихо сказала она, и ее фамильяры послушно направились выполнять приказ. Она решила сделать этих троих ее новыми пешками. У них был свободный доступ к королеве, а к этой даме стоило наведаться, раз она так спокойно приказала своим людям убить невинную девушку.

- На счет невинности я бы поспорил, - сказал незнакомый веселый голос.

Лаура вскочила с места, поняв, что за ее спиной, по обе стороны от входной двери, все это время стояли два мальчика лет четырнадцати-пятнадцати. Они были похожи, как две капли воды. Блестящие черные волосы были немного волнистыми и прикрывали их уши. Ярко-голубые глаза смотрели на нее с разной степенью заинтересованности. У одного на лице блуждала стеснительная улыбка, другой же казалось, вовсе не знал, что такое веселье и относился ко всему очень серьезно. Их одежда казалась дорогой школьной формой некой частной школы - фиолетовые галстуки с серебряной монограммой «Т», черные брюки и рубашки. Оба стояли, расслабленно прислонившись к стене ее дома, и оба выглядели немного виноватыми.

- Вы кто такие? – почти зарычала девушка, с удивлением чувствуя, что от них веет магией Тауэров. И не самой слабой, надо сказать.

- Мы? А мы разве с ней никогда не встречались, Уилл? – спросил стеснительный юноша, - Никаких общих праздников или фамильных обедов?

- Не то чтобы, - пожал плечами другой близнец, - Пару раз, да и то мельком. Лауру всегда больше интересовали подарки, а не гости.

- Обидно, - протянул юноша и представился за них обоих, - Меня зовут Сэммуил О'Браун, но мне больше нравится Сэм. А это Уильям О'Браун, но иначе как Уилл его не назовешь, так что, вот. Меня даже смущает так официально представляться, а тебе?

- Мы просто не доросли до наших полных имен, - сказал Уилл. И Сэм согласно закивал.

- Вы дети тети Авроры? Что за чушь, я даже не знала, что у нее кроме Марго кто-то еще есть.

- Опять же, обидно, - недовольно пробурчал Сэм, - Мы выполняем такую важную миссию для дя...

Уилл метнул на Сэма укоризненный взгляд, и тот тут же испуганно закрыл рот рукой, будто боясь, что иначе проболтается.

- Неважно. Лаура, мы здесь для того, чтобы помочь тебе выбраться.

- Давно пора! Где вы раньше были?

Близнецы одновременно смущенно покачали головой, но объяснять начал Уилл.

- Это не наша вина. Честно говоря, мы и не сразу заметили-то, что в книге дяди появился лишний персонаж. Да еще и ведьма. Мы бы и дальше пребывали в неведении, если бы книга сама не упала с книжной полки на пол и не раскрылась на этом параграфе. В общем, слушай, как мы потом выяснили, вместе с тобой в книгу попал еще кто-то. Мы точно не знаем, кто это, он мелькает между страниц и не дает себя засечь. Но у него странным образом оказался ключ к внешнему миру. Маячок, чтобы его могли вытащить, если понадобиться. Найди его, и немедленно отправляйтесь все вместе обратно, в реальный мир.

- Я в книге? – опешила Лаура, - Этот мир - всего лишь книга? Что за бред здесь твориться! Почему вы сами не можете меня вытащить?

- У нас нет такой власти, - заворчал Сэм, недовольный ее тоном, и Уилл согласно кивнул, - Мы и сами не можем здесь долго находиться, без того, чтобы нас самих не затянуло в историю. Так что, больше на контакт мы не выйдем. Тебе придется выбираться самой.

- Вы что совсем сбрендили? Как мне искать "не знаю кого", с "не знаю чем"?

- Это же сказка, - сказал Сэм, а Уилл закончил за ним:

- Точно, действуй логике всех сказок. И книга сама столкнет тебя с тем, с кем надо.

- А мы будем следить за тобой...

- Что бы ты случайно не умерла по дороге.

С этими словами, близнецы насмешливо поклонились и исчезли, оставив Лауру переваривать эту ужасную истину. Ее отправили в книгу. Как и ожидалось от Китти, ничего лучше придумать она просто не могла. Лучше бы она просто убила ее, да видать, кишка слишком тонка. Но что еще важнее, с каких пор у Авроры О'Браун были еще дети? Она, конечно, не интересовалась делами других, но не настолько, чтобы упустить из виду этот важный факт. И что они имели в виду под «важной миссией»? Они должны были следить за книгами на случай подобных происшествий? Звучит еще бредовей, когда просто думаешь об этом, а они так спокойно об этом говорили! И кто этот кто-то с ключом от всех дверей? И насколько он силен, если она захочет его ненароком убить?

Лауре захотелось прилечь, заснуть и долго не просыпаться, пока ее принц, желательно Дамиан, не придет, чтобы разбудить ее поцелуем. Это же сказка, это вполне может случиться, ведь так?