Глава 31
Что происходит с человеком, когда в его сердце заселяется любовь?
*********
И хотя до сих пор я была безумна зла на Доминика, из моей головы не выходили его последние слова: "Ты можешь видеть лишь то, что твориться перед твоим носом, но ведь кое-что остаётся вне видения, Эллен".
Этот взгляд, эти его непонятные проявления жестокости: сначала он покушается на жизнь моей лучшей подруги, делает всё, чтобы та попала в аварию и погибла, а затем внезапно спрашивает о её здоровье, выказывая обеспокоенность в глазах. Не понимаю этого.
Не понимаю чего хочет добиться этот человек.
"Как же он меня бесит!"
Глубоко вздыхаю, чувствуя как ладошка, которая уже полчаса подпирала подбородок, затекла за столь продолжительное время нахождения в одной позе. Меняю позу и продолжаю пялится в окно, за которым уже потихоньку садится красное солнце, и начинают цекотать сверчки.
- Эллен, - окликает меня голос позади.
Я медленно поворачиваю голову, уставшими глазами переводя взгляд с зелёных листьев и палящего солнца за окном, на рыжую девушку, которая испуганно осматривает всю комнату, прижимая к телу белоснежное одеяло.
Она находит глазами меня и губы её скручиваются в трубочку:
- Ты просидела здесь всё это время? - девушка поднимается и садиться на кровать, подбирая ноги под себя.
Что я могу сказать? Так оно и есть.
Пожимаю плечами и резко встаю на ноги. Они чертовски болят. Так и знала, что садиться на них своей пятой точкой будет не самой лучшей идеей, как минимум сейчас я их не чувствую.
Кларисса выглядит более чем ужасно. Без преуменьшения.
Мне нужно было хоть как-нибудь исправить это, заставить подругу отвлечься от переживаний и моральных угнетений. И мне это удалось.
Вальяжно подхожу к шкафчику напротив, где за стеклянной дверцей находится мини бар. Наш маленький тайник на случай непредвиденных обстоятельств.
Надо же, я даже помню, что здесь стоит бутылка нетронутого Элио Альтаре Бароло Арборина 2005 года - красное сухое вино из Пьемонта из сорта винограда неббиоло.
- Я не хочу пить... - Усмехаюсь её наивности, и уже тащу с собой нас кровать два бокала и вино.
- Эллен! - скомканное ночное белье оголяет плечи девушки, на которых красуются потёртости и раны, та поднимает на меня свои покрасневшие глаза и опухшее лицо, показывая своим видом всё нежелание употреблять алкоголь.
Мне не остаётся ничего, кроме как молча разлить красную жидкость по стенкам бокала и протянуть его в ладошку Клэр, замечая, как та трусится.
- Я не допущу, чтобы ты весь день просидела в слезах, подруга, не со мной! - мягко падаю на кровать.
Девушка закатывает глаза и грубо бубнит:
- Это не та боль, которую можно заглушить бухлом!
Швыряет бокал в стену и тот в с грохотом разбивается на маленькие кусочки, окрашивая стену в бордовый цвет. Бедные обои.
- Перестань!
- А то что? Зачем ты вообще приперлась? Разве не из-за твоего больного мужа Калеб сейчас находится в тяжёлом состоянии под капельницами? - из глаз брызнули слёзы. - Я всё слышала...
Моё сердце сжалось в тугой узелок, а в комнате повисла гробовая тишина. Не могу поверить, что она слышала его признание в покушении.
Неосознанно вскрикиваю.
Да, я тоже не ангел, у меня есть грехи на душе и каждый из них больше предыдущего, но я никогда бы осознанно не подвергла опасности Клариссу и Калеба, особенно зная, чем это обернется для них.
Моя вина лишь в том, что не умею выбирать для себя соратников, да и мне просто не хватает слов, чтобы описать то сожаление, которое я испытываю. Это не боль и не сожаление, а нечто большее, как будто я стала соучастницей в покушении на жизнь близкого человека.
- Прости, Эллен, я сказала ерунду.
Но я продолжаю молчать, глотая чувство обиды и слёзы разочарования.
- Эллен, мне правда не хотелось так говорить, я же знаю, что ты бы не допустила этого всего. Он подонок, ясно? - И кто кого теперь успокаивает.
Девушка сжала мои плечи в своих объятиях и крепко прижала к себе.
Я почувствовала запах миндаля в её волосах и стало настолько легче. Больше вокруг не было никого и ничего. Словно мы вернулись в старые добрые времена, когда бегали в бар "У Хилла" и танцевали стриптиз на столе.
Мне стало так легко, что ненароком из моих уст вырвалось признание:
- Он заставил меня выйти за себя замуж под предлогом смерти.
Клэр опешила, на смуглом миловидном лице отразилось нечто похожее на недоверие. Девушка тонкими пальцами оттолкнула меня от себя и зажала лицо в своих руках. Я чётко видела эту её внутреннюю войну, в которой она решала остаться ли на стороне добра или перейти на другую, тёмную сторону и не поверить мне. Даже в её глазах читалась эта пугающая для меня неуверенность, словно её ранили острым кинжалом прямиком в сердце.
А затем я заметила кое-что другое, что никогда ранее не замечала в ней - по истине материнскую заботу, которой она меня укрывала весь этот страшных год после трагедии.
Почему же я не рассказала ей раньше, чёрт побери? Зачем таила всё в себе?
Брызнули слезы и мы обе стали громко плакать.
- Без вина нам не обойтись!
А затем я рассказала ей обо всём: как год назад меня остановил чёрный внедорожник и силой заставил спасти человека, как я стала свидетелем убийства, как меня пытали, как изнасиловали, и наконец, как Джошуа оказался братом Доминика, и кем тот является на самом деле. Конечно же мне пришлось опустить момент с сексом, чтобы не вызывать посторонних мыслей.
Так мы и просидели до самого вечера, с бутылкой вина, пока Брайен не приказал ехать домой.
- Я прошу тебя, будь осторожнее, не суйся к нему.
Это было её последнее предложение, после чего мы долго стояли в объятиях, а затем попрощались.
На улице было не по весеннему холодно. Становилось зябко, а по телу пробегал табун из мурашек. И хотя я была достаточно пьяна, всё равно отчётливо осознавала насколько же на улице был сильный ветер. Он вздымал мои волосы к верху, заставляя их путаться, а моё серое платье, которое я нашла у себя в гардеробе после опрокинутого вина, беспардонно поднималось выше по ногам, оголяя худощавые бедра.
За весь этот период времени я достаточно сильно сбросила в весе, и даже уже не помнила когда в последний раз нормально питалась.
Мой организм требовал разгрузки, но желудок исправно отказывался принимать любую еду.
Совсем скоро я стану болеть анорексией, если так пойдет и дальше.
- Приехали... - Брайен испугал меня своим монотонным басом. Оказывается, уснула я сразу же, как только голова коснулась кресла в машине, а проснулась уже во дворе особняка. Не знаю почему, но мне так резко захотелось выскочить из машины, и поспешить по коридору в уже знакомый кабинет, что я не смогла сдержать в себе этот порыв и тут же ринулась по белоснежным ступенькам прямиком наверх, обминая всех жителей дома, которые ужинали в столовой.
Коричневая дверь распахивается, и я вижу его.
Выглядел мужчина более чем приветливо, как раз это меня и пугало.
Костюм мужа сейчас не был идеально выглаженным, наоборот, мужчина даже не заморачивался, что его фирменный пиджак и рубашка будут помятыми Ему было плевать. Но при при виде меня его потресканные, розоватые губы искривились в иронической улыбки, показывая белоснежный оскал. А этот грубый, хриплый голос, создавал иллюзию какого-то боевика. Всё же Доминик не был похож на современных мужчин, даже лицо и мимика Пирса была сдержана и предупредительна, хотя по резким движением он выдавал свою нервозность.
Я увидела между его изрезанных пальцев самую дешёвую, почти докуренную, сигарету, и желание вкусить сигаретный дым разыграло во мне желание забрать её, ну или хотя бы попросить.
- Почему ты пьяна?
Чёрт! Как он так быстро раскусил меня?
Усмехаюсь и делаю жест пальцем. Средним пальцем.
Это было так весело, что почему-то я стала замечать в его взгляде метающие в меня искры и стрелы.
А затем пошли вопросы. Где? С кем? Как?
Кому нужны эти расспросы? Зачем он задаёт их так много? Неужели не видит, что я сейчас просто не в состоянии отвечать на них!
А затем мой взгляд ловит его пальцы, которые ловко подкуривают сигарету.
- Дай мне покурить?!
Он пару раз моргает, не понимая серьезно ли я это.
- Нет.
Фыркаю и хмурюсь. Кем он себя возомнил... Нахал.
- Дай, я сказала! - подхожу к нему в самый упор и уже полностью повисаю на его руке, а женская аккуратная грудь оказывается прям напротив его лица.
Посмотрим, что ты скажешь на это.
Его эрекция моментально даёт о себе знать, соприкасаясь с внутренней стороной моего бедра. Усмехаюсь.
- Нет! - Рычит и вырывается, отталкивая от себя моё хрупкое тело.
Это была моя маленькая победа. Он сдался, ещё даже не начав играть, хотя возможно это и к лучшему, ибо это может зайти слишком далеко.
- Ну и ладно.
Я закатываю глаза и с большим удовольствием заваливаюсь к нему на диван, в то время, как тот злобно надувается, складывая руки на груди.
Тело расслабляется.
Организм не обманешь, слишком долго я не спала нормально, поэтому хватает меня и моих попыток ему перечить ненадолго. Сон всё же берёт верх, но последнее, что я успеваю почувствовать, это его губы на своих губах.