Глава 36
Начинать определённо следовало с русских. Во-первых, я уже знал, где их штаб, и знал, что с ними будет проще всего справиться, чего нельзя было сказать о семье Тормано, владевшей сетью ресторанов и несколькими особняками, которые тщательно охранялись хорошо обученными и вооружёнными бойцами. Во-вторых — и это, пожалуй, был более весомый аргумент, — в руках у Станислава Боярских был Маркус Браннон, о судьбе которого мне до сих пор ничего не было известно. Но я не привык бросать друзей, и этой ночью собирался вызволить Маркуса... или хотя бы дать его родным, если таковые имелись, похоронить тело со всеми почестями.
Я думал об этом, мчась на мотоцикле рядом с Мартином Хаммелом. С каждой секундой мы были всё ближе к месту назначения. С каждой секундой я всё больше ощущал, как сильно я запутался в себе и своих чувствах. Любил ли я на самом деле Эшли? А Джанин? И почему насилие и смерть преследуют меня даже после того, как я покинул военную службу? Скольких ещё мне придётся убить?
И ГЛАВНОЕ. РАДИ ВСЕГО СВЯТОГО, ЗАЧЕМ Я ЗАБИВАЮ СВОЮ ГОЛОВУ ВСЕЙ ЭТОЙ ХЕРНЁЙ ИМЕННО ТОГДА, КОГДА ЕДУ НАВСТРЕЧУ СВОЕЙ ВОЗМОЖНОЙ СМЕРТИ?
ХОТЯ РАЗВЕ ВСЕ ЛЮДИ ПЕРЕД СМЕРТЬЮ ДУМАЮТ О ЧЁМ-ТО ВОЗВЫШЕННОМ, О СМЫСЛЕ СВОЕЙ ЖИЗНИ? ВСПОМНИ СЕБЯ, КОГДА ТЫ БЫЛ БЛИЗОК К ТОМУ, ЧТОБЫ СДОХНУТЬ, В ЭТОЙ ГРЁБАНОЙ ЧЕЧНЕ! А АФГАНИСТАН? СИРИЯ? ЗИМБАБВЕ? КОСОВО?
ТВОЮ МАТЬ!
Я тщетно пытался отрешиться от всех мыслей и сосредоточить своё внимание на дороге, как и Мартин. Я чувствовал, как взмокла от пота моя майка, кожаная куртка стала тяжёлой, висевший на ремне автомат Калашникова, владелец которого остался лежать со свёрнутой шеей в перевернувшейся машине, бил меня по спине, а отсутствие мотоциклетного шлема заставляло меня чувствовать себе чрезвычайно уязвимым в случае аварии. Я всем телом ощущал растущее напряжение, как всегда бывает перед битвой. Особенно, если в любую секунду может появиться полиция, ввязываться в перестрелку с которой не хотелось ни мне, ни Мартину. И, когда вдалеке показались очертания заброшенного многоэтажного жилого дома, моё волнение достигло апогея. Однако оно постепенно спадало и, когда мы остановились, погасив фары мотоциклов, я успокоился.
— Ну вот, братишка, мы и на месте! — улыбнулся Хаммел. Я проигнорировал реплику своего нового друга, внимательно вглядываясь в тёмный силуэт здания. Возле него было припарковано несколько машин, но никто их не охранял.
— Они должны быть здесь. Этот ублюдок перед смертью рассказал мне всё, что знал. Итальянцы действительно сцапали Маркуса, заложил его им местный рэпер Уилли Кинг, который был администратором клуба «Леоне». Да, это мы с парнями его взорвали. Самого ублюдка Кинга тоже следовало прикончить.
— Если твоего друга похитили итальянские мафиози, как он оказался у русских? — прервал меня Хаммел. Я ответил: — Они передали его русским в знак примирения. Когда Ферелли был жив, я работал на него наёмным убийцей, и по его заказу я вместе с другими итальянцами убивал людей Станислава Боярских. Парни, с которыми я впоследствии объединился, расстреляли сборщиков дани, работавших на Ферелли, и тот заподозрил русских. Так началась гангстерская война, которая так же внезапно закончилась. Теперь все они хотят моей смерти. Я думал, что когда сдохнет Ферелли, моя война в городских условиях закончится. Но сейчас я понял, что это не так. А теперь довольно разговоров. Пойдём.
— Отлично! — Мартин спрыгнул с мотоцикла и короткими перебежками подобрался к куче мусорных контейнеров, стоявших возле забора, за которым находились штаб русской мафии и импровизированная парковка. Отточенные движения Хаммела выдавали его боевую выучку. Возможно, он так же, как и я, служил в каком-то боевом подразделении. Это говорило о том, что я нашёл надёжного друга и союзника. Он был вооружён таким же автоматом Калашникова, как и у меня, и водил его стволом из стороны в сторону, готовый к любой неожиданности.
— Чисто! — шепнул он, и мы принялись медленно подбираться к зданию. Я вдыхал свежий после небольшого дождя ночной воздух, но не позволял себе расслабиться, моё внимание было сосредоточено на дверях подъездов, Мартин внимательно следил за окнами. Добравшись до машин, мы засели за одной из них, продолжая наблюдать за зданием. Опыт службы снайпером научил меня терпению, поэтому я сам не заметил, как прошло целых тридцать минут.
— Ну что, пошли? — шепнул Мартин. В этот миг мёртвую тишину ночи прервал какой-то звук.
— Ты слышал? — я замер, прислушиваясь. Казалось, прошла целая вечность, пока мы сидели, ожидая, когда подозрительный звук повторится. Наконец, он раздался снова, и, судя по ошарашенному выражению лица Мартина Хаммела, он тоже моментально распознал этот звук. Это был крик. Человеческий крик, а точнее, истошный вопль. В этом жутком вопле нетрудно было распознать ужас и невыносимую, нечеловеческую боль.
— Вперёд! — громко произнёс я, и мы короткими перебежками направились к среднему подъезду, выставив стволы автоматов перед собой. Не успели мы подойти вплотную к двери, как она распахнулась, и оттуда вышел громадный мордоворот, чей строгий чёрный костюм, казалось, вот-вот разорвётся, высвободив здоровенные мускулы этой гориллы. Увидев нас, он с изумлением уставился на стволы автоматов, нацеленные на него, одновременно поднимая свой собственный АК, но короткая очередь из автомата Хаммела скосила его, как соломинку, и он повалился на крыльцо, подогнув под себя ноги. В ту же секунду из подъезда выскочили ещё двое. Наши автоматы синхронно плюнули огнём, и два тела упали на землю. Выпустив ещё одну очередь в темноту подъезда, я принялся осматривать оружие убитых русских и, убедившись, что они были вооружены автоматами Калашникова под тот же патрон, что и наши, забрал у них несколько запасных магазинов и разделил добычу с Хаммелом. После этого мы встали по обе стороны от дверей подъезда, взяв оружие на изготовку. До нас доносились крики и топот ног. Несомненно, плохие парни знали, что мы пришли за ними. Я улыбнулся. И вот, когда дверь распахнулась и на улицу выбежали четыре человека с оружием наперевес, я и Мартин снова открыли огонь, уложив их наповал.
— Неужели они настолько тупые? — хмыкнул я.
— Рано расслабляться, дружище, я уверен, что их там ещё хренова туча! — Хаммел отсоединил полупустой магазин «Калашникова», заменив его полным. Я последовал его примеру, пока она прикрывал меня.
***
— Что это ещё за х**ня там творится? — прорычал Боярских. Тагар, до сего момента не замечавший ничего, кроме жертвы, которую он продолжал пытать, повернулся: — Кажется, у нас гости! Как невовремя...
— Сколько у нас людей здесь? — спросил глава русской мафии, свирепо глядя на своего нового заместителя.
— Всего десять пацанов, но, если они смогут задержать незваных гостей, я могу вызвать подмогу.
— Так сделай это! — глава русской мафии взвизгнул так громко, что его подчинённый едва не схватился за уши. Он посмотрел на дверь подвала. Выстрелы и крики звучали уже совсем близко. Цыган схватил свой пистолет и замер, ожидая тех, кто пришёл за ним и его боссом.
***
Три пули, выпущенные из пистолета, врезались в стену возле Мартина Хаммела, но не нанесли ему никакого ущерба. Байкер, в свою очередь, зажал спусковой крючок вскинутого автомата, и полоса огня вонзилась в живот бандита с пистолетом, вырывая его внутренности и разбрызгивая кровь. Мёртвое тело шлёпнулось на бетонный пол, где лежали ещё несколько убитых.
— Слишком просто, — хмыкнул я, подождав, когда звон в ушах, вызванный стрельбой в закрытом помещении, утихнет, — даже подозрительно.
— Выше нос, парень! — ответил Хаммел, — даже хорошо, что нам так везёт! — он ободряюще засмеялся и сделал шаг вперёд, в сторону небольшой двери, из-за которой доносился отвратительный запах сырости.
— Готов? — спросил я.
— Да. Давай насчёт три.
РАЗ.
ДВА.
ТРИ!
Ударом ноги я вышиб дверь подвала, и мы с Хаммелом обрушили ураган огня на всё, что находилось внизу, под ступеньками. Пули разбивали каменные стены, прошивали мебель, вдребезги разбивали пустые бутылки, разворотили череп последнего телохранителя Боярских. Сам босс мафии пятился в глубь подвала, глядя на нас со страхом. По его жабьему лицу, отчётливо видному в тусклом свете единственной уцелевшей лампочки на потолке, струился пот.
— Куда собрался, сукин сын? Давай, иди сюда! — потребовал я, направив на него автомат. Боярских никак не отреагировал на мои слова. Я принялся приближаться к нему, и подходил всё ближе, до тех пор, пока он не оказался припёрт к стене. Мартин стоял на верхней ступеньке лестницы, прикрывая меня.
— Ты кто? Кто ты, сука? Райден? Это ты? — хрипло бормотал толстяк в малиновом пиджаке.
— Всё верно, — кивнул я, — где мой друг?
— Мне очень жаль... — Боярских не успел закончить свою реплику. Догадавшись, что он хотел сказать, я спустил курок, и длинная очередь перепахала всю его тушу крест-накрест. Пули вырывали куски плоти, оторвали левое ухо мафиози, его голова лопнула, а куски мозга и осколки затылочной кости отлетели к стене. Я опустил автомат, в котором не осталось патронов, и посмотрел на труп. Станислава Боярских больше не существовало. Мне и Мартину удалось застать его врасплох, пока большая часть тех, кто ему подчинялся, отсутствовала. Не обращая больше никакого внимания на мёртвого гангстера, я принялся оглядываться по сторонам, пока не увидел то, что заставило меня замереть от ужаса и гнева.
Мёртвое тело Маркуса, подвешенное под потолком за руки и забрызганное кровью с ног до головы. Он был жутко изуродован, половые органы были отрезаны, всё лицо искромсано, пальцы рук и ног отсутствовали, а ноги — переломаны.
— Эй, Дэмиен! — окликнул меня Хаммел.
— Да, что там ещё? — буркнул я.
— У нас компания! — с этими словами он поднял автомат и, выйдя в коридор, принялся стрелять. Я бросился за ним, но в этот момент из-за ширмы, стоявшей за трупом Маркуса, выскочил широкоплечий амбал с восточной внешностью, который, схватив меня за ногу, дёрнул на себя, и я полетел на пол, выронив автомат. Не успел я осознать, что случилось, как гигант уже схватил меня за горло и попытался поднять с пола. Его клешня сжимала моё горло всё сильнее, но он допустил одну страшную ошибку — оставил мои руки свободными. Оба больших пальца оказались у него в глазницах, и он пронзительно завопил, отпустив меня. Отшатнувшись назад, амбал схватился за глаза, крича от боли. Я оглянулся и, увидев на небольшом верстаке возле тела Маркуса разводной ключ, схватил этот увесистый инструмент и широко взмахнул им. Описав в воздухе дугу, ключ впечатался в череп цыгана, раздробив его одним ударом. Кроваво-мозговая смесь с противным хлюпаньем хлынула на пол, когда голова верзилы стала уродливой грудой изуродованной плоти и кости. Но и этого мне показалось мало. Ещё раз взглянув на зверски убитого друга, я наклонился и нанёс одному из его убийц ещё три или четыре удара, и с каждым из них то, что осталось от головы бандита, всё сильнее деформировалось. Кровь и мозг брызгали на меня, но я не обращал на это ни малейшего внимания. И едва припадок гнева покинул меня, я вспомнил, что в коридоре находится Мартин Хаммел, которому, возможно, требовалась моя помощь. Подняв с пола уроненный автомат, я пробежал по ступенькам и оказался в коридоре.
— Что там? — спросил я.
— Это те чёртовы панки на мотоциклах! — ответил Хаммел, — видно, не могут простить нам то, что мы унизили их прямо перед байкерским клубом! Но ничего, сейчас мы поставим ублюдков на место!
— Эй, вы! — кричал один из людей на мотоциклах, стоявших возле забора, — если вы действительно считаете себя настоящими мужиками, предлагаю разобраться по-мужски! Выходите и примите бой!
Голос определённо принадлежал Энди, парню Анджелины.
— Ага! Чего ещё хотите, педики? — воскликнул Мартин. Я проследил за его взглядом и увидел обрез дробовика в руках Энди. Двое парней на других мотоциклах были вооружены пистолетами, последний держал в руке бейсбольную биту.
— А что, без оружия кишка тонка? — спросил я, — лучше не лезьте и спокойно проваливайте отсюда! Когда-нибудь видели целую кучу мёртвых русских мафиози? Можете зайти внутрь и посмотреть! Полагаю, это наглядный пример того, что вас ожидает, если вы не прекратите страдать хернёй. Так что если вам дорога ваша жизнь — уё****йте!
Выстрел из пистолета ясно дал мне понять, что вести с пьяными и обдолбанными мотоциклистами переговоры бесполезно. Вскинув автомат, я ответил короткой очередью и, услышав крик боли, удовлетворённо улыбнулся.
— Ты продырявил брюхо Фредди, гондон! — завопил кто-то из бандитов, и в тот же миг он влетел во двор заброшенного здания на мотоцикле, одной рукой управляя им, другой — стреляя в сторону подъезда из пистолета. Мартин среагировал почти моментально — пули из его АКС-74У разбили фару мотоцикла и пробили навылет голову водителя. «Железный конь», сбросив с себя мёртвого хозяина, врезался в припаркованный БМВ и перевернулся набок.
— Энди, давай свалим отсюда! Скорее, мать твою! — взвизгнула Анджелина. Я и Хаммел вышли во двор, держа автоматы перед собой. Энди бросил дробовик и слез со своего мотоцикла, подняв руки вверх. Второй уцелевший мотоциклист последовал его примеру, избавившись от пистолета. Внимательно глядя на них, я спросил у Мартина: — Чем они, интересно, обдолбались? Вообще ни хрена не боятся!
— Хороший вопрос! Но, видимо, он останется без ответа, — Мартин не сводил глаз с приближавшегося Энди. Подойдя ближе, мотоциклист сказал, заикаясь и проглатывая окончания слов: — Я предлагаю честный бой. Без огнестрельного оружия. Тебя, ублюдок, — он ткнул пальцем в меня, — я беру на себя. Тони разберётся с твоим кентом!
— А может, я просто застрелю тебя на хер? — спросил я, — у меня нет времени на то, чтобы выяснять отношения с наркома... — я блокировал удар длинного охотничьего ножа стволом автомата, одновременно с этим Мартин схватил второго наркомана, бросившегося на него, завёл его правую руку за спину и ударил коленом в позвоночник. Охнув от боли, наркоман шагнул в сторону, левой рукой сорвал с шеи цепь и хлестнул ею меня. Левый бок сковала сильная боль, и я рухнул на землю, еле успев перекатиться, когда Энди попытался воткнуть мне нож в живот. Лезвие ножа увязло в сырой после дождя земле, и наркоман, чертыхаясь, попытался вытащить его.
— Зря стараешься! — сказал я, поднимаясь на ноги и вскидывая «Вальтер», о котором успел напрочь забыть. Боковым зрением я видел, как Хаммел схватил своего оппонента за ногу, потянул на себя и швырнул на спину, затем сел на него и одним ловким движением рук сломал ему шею.
— Суки... — рявкнул Энди, и это стало последним, что он сказал в своей жалкой жизни — восьмимиллиметровая пуля разворотила его затылок, и он затих, орошая сырую землю алой кровью. Пинком я перевернул тело на спину и направился к мотоциклу Энди, на котором сидела Анджелина, парализованная ужасом. Она не сводила широко распахнутых глаз с пистолета в моей руке.
— Думаю, я преподал твоему парню хороший урок. Да и тебе тоже! — рявкнул я, — это ты виновата в его смерти! В следующий раз хорошенько подумай, прежде чем раздвинуть ноги перед случайным знакомым и солгать потом своему парню об изнасиловании. А теперь вали отсюда, пока я и тебя не пришил, курва!
Дважды повторять мне не пришлось. Брюнетка, дрожа всем телом, соскочила с сидения мотоцикла и стремглав побежала прочь.
— Ну, вот и всё... — грустно вздохнул я.
— Что-то случилось? — спросил Мартин.
— Маркус умер.
— Соболезную. Знаю, тебя это мало утешит, — байкер положил руку мне на плечо, — но я в любом случае хочу быть тебе полезным, приятель. И я понимаю, что ты чувствуешь.
— Спасибо, — прошептал я, закуривая. И тут же, увидев приближающиеся фары, вскочил на ноги и выставил вперёд пистолет.
***
— Сбрось скорость. И не стреляйте, парни! Это он, Райден, — сказал Бэнкс, глядя на человека с пистолетом, лицо которого освещали фары микроавтобуса.
Большой Джо ответил ему всё тем же бодрым и жизнерадостным голосом: — Нет проблем, мой беложопый друг!
***
Как только микроавтобус притормозил, я услышал голос Бэнкса: — Дэмиен, не стреляй! Это друзья!
— Срань господня, вот это встреча! — крикнул я в ответ, — а ты, случайно, не засунул мне в задницу «жучок», чтоб отслеживать мои перемещения по городу? Ты-то как меня нашёл?
— Уж поверь, это несложно, когда есть нужные связи! — ответил экс-агент ФБР, выскочив из машины и пожав мне руку. Затем он поздоровался с Хаммелом, а я — с тремя темнокожими мужчинами, вышедшими из машины.
— Итак, парень, ты просто обязан рассказать, что за нахер тут случилось! — произнёс здоровенный афроамериканец, который представился Большим Джо. Я докурил сигарету и, глядя на него, ответил: — Вам лучше присесть, парни, история долгая, как путь домой из бара после дикой пьянки. И когда я договорю, мне нужно будет закончить одно дело. Один человек, которого я убил сегодня, снабдил меня ценной информацией.
***
Сидя на кресле и подогнув босые ноги под себя, Эшли Чейз поплотнее запахнула шёлковый халат и поёжилась от холода. Врач ушёл уже давно, осмотрев её и убедившись, что серьёзных травм девушка не получила. Она потянулась к пачке чипсов «Лейс» и, зачерпнув горсть, отправила её в рот. Бейсбольный матч, который смотрел по телевизору сидевший на диване агент ФБР, приставленный к ней, совершенно не интересовал её. Она думала о человеке, встреча с которым круто изменила всю её жизнь. Всё, что интересовало её в данный момент — жив ли Дэмиен Райден, и что он делает сейчас. Ей было неуютно, и вовсе не потому, что она не успела привыкнуть к этой конспиративной квартире ФБР на окраине Саутсайда. Дело было в том, что её любовника и защитника не было рядом.
— Эшли! — в гостиную вошёл Фоллонсби.
— Привет, Брайан, — бесцветным голосом поприветствовала его Чейз. Специальный агент ФБР посмотрел на неё и улыбнулся: — Ну, как ты? У тебя всё хорошо?
Эшли медленно кивнула.
— Рад за тебя. Послушай, — Фоллонсби старался говорить как можно более спокойно, — Мэтт сказал мне, что ты пережила неприятную ситуацию. Но пожалуйста, расскажи мне ещё раз, что произошло, и как выглядела женщина, которая держала Райдена на мушке. Она была вместе с тем... с тем парнем, которого убил Дэмиен?
— Да... — Эшли в очередной раз пересказала всё, о чём её до этого уже спрашивали Форсайт и другие агенты ФБР, которым её напарник лично доверял: узнав о предполагаемой связи Эдвина Костера с местными криминальными структурами, Форсайт никому, кроме Фоллонсби и двух других парней из Бюро, не сообщил о местонахождении Эшли Чейз. Когда девушка закончила свой рассказ, во время которого Фоллонсби постоянно кивал, сверля её пристальным взглядом, агент ФБР выдержал небольшую паузу и произнёс: — Эшли, ты предоставила мне бесценную информацию!
— Да? — переспросила Чейз.
— Именно. Бесценную информацию, — повторил Фоллонсби, — кажется, я знаю, кто эта девушка, которую ты видела.
***
Уилли «Дабл-ю Кей» Кинг икнул и улыбнулся. В этом ночном кафе определённо работали лучшие повара Саутсайда. Этот стейк из свинины с картофелем-фри и кетчупом, запитый бокалом красного вина, был просто великолепен.
— Что-нибудь ещё? — спросил официант хорошо поставленным голосом.
— Счёт, пожалуйста! — Кинг взглянул на часы. Два часа ночи. Пора ехать домой, но перед этим стоит завернуть в ночной клуб и подцепить какую-нибудь симпатичную сучку!
Когда официант вернулся со счётом на двадцать долларов, Уилли оплатил его и, погладив живот, встал из-за стола.
***
Остановив мотоцикл, я повернул голову в сторону ярко освещённых окон кафе, выжидая. Вставшего из-за стойки человека я узнал мгновенно. Убитый мной мафиози отлично знал повадки рэпера и информатора Коза Ностры и русских, и при других обстоятельствах я даже сохранил бы парню жизнь, если бы он не поджарился до такой степени, что контрольный выстрел стал проявлением милосердия. Вытащив «Вальтер» из кармана куртки, я переглянулся с Хаммелом и медленно поднял пистолет.
***
— Доброй ночи! — воскликнул Уилли, поплотнее запахнув свою голубую ветровку и направляясь к выходу. До того, как официант и администратор успели ему ответить, звон разбитого стекла и два хлопка, раздавшиеся почти одновременно, ознаменовали окончание жизненного пути Уилли Кинга. Две пули, вошедшие ему в лоб и в переносицу, не оставили никаких шансов на спасение. Прежде, чем рэпер упал замертво, два мотоцикла, стоявшие на парковке перед кафе, сорвались с места и умчались в ночь, унося тех, кто свершил суд Линча над этим жалким человечком.
Примечания:
Саундтрек к схватке Райдена и Хаммела с русской мафией, а позднее - с Энди и его бандой - Black Label Society - Parade of the Dead.
https://youtu.be/VuCtL5SrW94