По тропе к вечности [РЕДАКЦИЯ]

Звонок в дверь. Он заставил меня распахнуть глаза под водой и я ошарашено поднимаюсь, держась руками за ванную. Вылезаю из нее, и прихватив полотенце, двигаюсь в прихожую. Вода стекалась с меня, но меня это сейчас не волновало. Я снова отключилась от этого мира, пытаясь сотворить с собой нечто ужасное. Снова. Мне страшно. Мне очень страшно.

Открыв дверь, я увидела на пороге Диму. Боже... Это правда он! Или, может, я во сне? Может в этот раз ко мне пришел не Давид, а он...

— Ого, — усмехнулся, осмотрев меня с низу до верху. — Я, конечно, понимаю, что на дворе зима, холодно, все дела, но это же не повод мыться в одежде, Лин, — нет, это наяву.

Слезы радости выступили к глазам и я просто прохожусь полотенцем по мокрому лицу. Я так скучала по его глупым шуткам.

— Только давай мы обнимемся, когда ты переоденешься!

— Дурак, — смеюсь, — Проходи быстрее! — я впускаю его в квартиру и бегу в комнату, чтобы скорее привести себя в порядок. Ну, как в порядок, я просто переоделась в сухую одежду, да и всё. Но мне уже просто не терпелось сесть с братом, обнять его и обо всем поговорить.

— Иди сюда, балбес! — я подбегаю к нему и крепко обнимаю. Обняла настолько сильно, как, уверена, ещё никогда в жизни не обнимала. Дима очень изменился. Будто возмужал за то время, что мы не виделись.

— Я соскучился, — крепко прижимая к себе, уткнувшись в мои волосы, сказал.

От него то исходило тепло, которого мне так не хватало. Мне не хватало моего брата. И сейчас я не уверена, что смогу его снова отпустить. Я хочу, чтобы мы как раньше жили вместе. Я не привыкла к тому, что мы по раздельности. Просто не могу.

— Я злюсь на тебя, очень злюсь.

— И поэтому все ещё не отпускаешь меня?

— Замолчи, дай насладиться, — снова в слезах, отвечаю. Я стала такой эмоциональной...

И простояв так, обнимаясь, ещё целую минуту, я отстраняюсь от парня и смотрю в родные глаза.

— Я тоже скучаю, Дим. Почему ты пропадаешь?

— Прости. Виноват, — брат выглядел очень веселым и это не могло не радовать. Но странно, что он не стал называть причину, оправдываться.

— С какими друзьями ты пропадал вечно? — мы садимся на диван и я поворачиваюсь корпусом к нему.

— А какая разница? Не знаешь всё равно.

— Дима, говори!

— Ты чего такая агрессивная-то? — смеется, — Тебе их имена перечислить?

— Почему ты отрёкся от нас?

— Лин, я не отрекался от вас. Прости, что не приходил и отказывался от встреч. Зато теперь я весь твой! — крепко зажав меня в своих руках, он стал щекотать меня. То, что я так ненавижу. И я сразу начинаю дергаться и кричать, чтобы он отпустил меня. И к моему большому счастью, он не стал меня долго мучать.

— Ненавижу тебя! — выползая из его
рук, толкаю его.

— Честно?

— Точно!

— А я тебя люблю больше всего на свете, дурочка.

Эти слова заставили мое сердце дрогнуть. Сейчас, рядом с ним я почувствовала себя заново родившейся, такой счастливой и радостной. И этих слов мне не хватало так, как воздуха.

— Ну че ты ревешь-то сразу? — принялся обнимать меня. Я кладу голову на его грудь и закрываю глаза, растворяясь в его сильных руках. Вот она — моя опора, моя защита. Мой брат.

— Не бросай меня больше, Дим. Я тебя очень прошу, не оставляй меня одну, — на меня снова накатили все эмоции. Я была не в силах сдерживать слез. Мне не хотелось, чтобы он уходил. Я не хочу возвращаться в то состояние, в котором была всего полчаса назад. — Ты же не уйдешь? — поднимаю голову и смотрю на него стеклянными глазами, полными надежды. Он взглянул на меня, но сразу отвёл взгляд и слегка отстранился.

— Расскажи, как ты тут, уживаешься? — я заметила, как он очень быстро протер глаза. Они сияли. Кажется, не одна я расчувствовалась.

Но почему, почему он так неожиданно сменил тему? Почему не дал ответа? Неужели он опять просто возьмет и пропадет?

— Да, вполне, — шмыгнув носом, отвечаю, — Ты не голоден?

— Нет. От кофе не откажусь.

Киваю, встаю с дивана и покидаю гостиную, оставляя парня одного.

Прошло четыре с половиной часа, как Дима у меня дома. Мы успели побеситься, посмотреть фильм, вспомнить детство, счастливых родителей, много других смешных моментов из жизни, а также сыграть в карты. Правда с последним он еле согласился, пришлось его долго уговаривать. Однако, в этот раз была ничья, что заставило нас обоих удивиться.

— Лин, мне пора, — он посмотрел на наручные часы и поспешил к выходу.

— Стой, куда ты так резко? — догнав его, встала в дверном проеме.

— Не переживай, никакая бабайка к тебе ночью не придет, — он обулся, накинул на себя куртку и подошел ко мне, — Я попрошу тебя кое о чем, — полез в карман, — Спрячь это. Хорошо спрячь, поняла? — он протянул мне флешку. Я взяла её и посмотрела на него вопросительным взглядом. — Никто открывать её не должен и знать о ней тоже не должны. Я хочу, чтобы ты открыла её тогда, когда случится что-то очень ужасное. Я хочу, чтобы ты передала её в верные руки, когда посчитаешь нужным. А такой момент обязательно когда-нибудь наступит.

— Дима, что происходит?

— Пожалуйста, Лина, — он обхватил мое лицо ладонями и мы соприкоснулись лбами. — Дай мне слово. Ты продолжишь жить, несмотря ни на что. Что бы не произошло, пообещай мне, что ты будешь в порядке. Пообещай, — его голос дрожал, и хоть он говорил все это очень уверенно, я видела, как тяжело ему давалось сдерживать слезы на глазах.

— Почему это выглядит так, словно ты навсегда прощаешься со мной? — страх окутал меня. По телу дрожь и я просто отрицательно качаю головой.

— Просто дай мне слово. Пообещай мне, Лина, — шепчет. Слеза упала, он тут же смахнул её.

— Обещаю, обещаю я! Что должно ужасного произойти, Дим? О чем ты, черт возьми?! — не сдерживая себя, повышаю голос.

— Это оригинал, Лина. Копий нет, делать тоже не нужно, это опасно. Не смей терять, ещё раз говорю, —  указывает на флешку. — Тимофей присмотрит за тобой.

— Не говори этого, Дима, прошу тебя. Давай ты переночуешь у меня, а? Я приготовлю твои любимые блюда, любые, которые попросишь! Только не уходи! — я крепко ухватилась за его руки. Слезы текли без остановки, было сложно даже что-либо разглядеть.

— Я тебя очень люблю. Очень. Ты самое дорогое, что у меня было и есть, сестренка.

— Хватит! Хватит, Дима, закрой рот! Я не хочу это слушать! — ударяя его в плечи и грудь, кричала так, что уже побаливало горло.

— Прости меня идиота, что обижал тебя. Прости, что мы так мало проводили время.

— Прощаю, я тебя прощаю! А теперь пойдём, прошу тебя... — вновь тяну его в дом, но он не сдвигается с места.

— Лин, мне нужно идти. Помни про свое обещание и флешку.

— Когда мы ещё увидимся? — я сомневалась, что такое будет, но я не могла не задать этого вопроса. Мне хотелось убедиться в том, что он по правде уходит от нас, чтобы знать наверняка. Чтобы хотя бы попробовать остановить его.

— Увидимся. Мы ещё увидимся, — слабо улыбнувшись сквозь слезы на глазах, он целует меня в лоб, немного задерживая свои губы. Так и знала. Так я и чувствовала. Он уходит. На этот раз навсегда, но куда и почему? Зачем?

— Дима, только ты не бросай меня. Я не выдержу этого. Я не выдержу твоей потери, прошу тебя, просто останься... — я обняла его, чтобы задержать как можно дольше. А ещё я понимала, что это наши последние минуты. Никогда бы не поверила, что такое когда-либо произойдёт.

— Мы справимся. Ты справишься. Ты сильная. Ты скоро сама обо всём узнаешь. Но сейчас мне пора. Поверь, мне тоже очень не хочется уходить, но я должен.

— Почему должен? Почему? У тебя какие-то проблемы?

— Всё, пора, — он отстраняется от меня и открывает дверь.

— Нет, нет, умоляю, побудь ещё немного со мной! — я встала прямо на лестничной площадке, перегородив ему путь. — Ты мой брат! Мой брат, слышишь? Почему ты оставляешь меня?! Почему?!

Он старался игнорировать мои вопли и глядел совсем не на меня. Куда угодно, но не мне в глаза. Затем попытался обойти меня, а я снова помешала ему пройти.

— Ангелина, уйди с дороги, — мягкий голос брата тут же сменился на грубый.

— Нет, — качаю головой.

— Сейчас же отойди!

— Я не отпущу тебя, понял?!

Снова совершив попытку обойти, он просто схватил меня и попытался перетащить на ступеньки выше, но я хваталась за поручни и у него это не выходило. И пока мы друг другу сопротивлялись, моя нога случайно соскальзывает и меня тянет вниз. Всего секунда. Одна секунда, а перед глазами вся жизнь. Все хорошие, счастливые и не очень моменты. Я пыталась ухватиться за поручень, за Диму, а он словить меня, но было поздно, я уже полетела. Я скатывалась по холодному бетону. И когда я уже решила, что приземлюсь совершенно целой, я дважды бьюсь головой. Первый удар по лестнице, второй стена. А дальше темнота. Я успела увидеть над собой только парня, затем мои веки закрылись. Я поняла, что не могу сейчас обладать свои телом и вообще чем-либо. И всё-таки, я уже никогда не заживу так, как нормальные люди.