По тропе к вечности [РЕДАКЦИЯ]

Ангелина

Я видела, как он стал открывать глаза и привстала с пуфика. Через пару секунд, когда смог сфокусировать свое зрение, парень начал двигаться, но до него дошло, что он связан. Он посмотрел на меня и его холодный взгляд заставил меня напрячься. Однако страшно не было, по крайней мере сейчас он привязан к стулу и ничего мне не сделает.

— Кто ты? — задаю четкий вопрос без колебаний.

— Отличный был удар, — парень
немного сощурился, кажется, от боли.
— Сама-то кто?

— Кто я? — усмехаюсь, — Ты следил за мной? Что тебе нужно? — вопросы шли один за другим.

— В смысле следил? Я тебя знать не знаю. И на твоем месте я бы поскорее развязал меня.

— В таком случае, мне стоит сообщить в полицию за преследование и проникновение в чужой дом.

— В таком случае, тебя арестуют за ложные показания.

— Почему это?

— Потому что в чужой дом я не проникал, ни за кем не следил.

— Ну ты попробуй докажи это полиции.

— Хорошо.

— Хорошо что?

— Я понял.

— Что ты понял?! — я и сама не заметила, как повысился мой тон.

— Ты заработаешь себе очень много проблем, если сейчас же не развяжешь меня. Учти, если я через полчаса не буду на встрече, меня знают где искать. А связь, ты, наверное, знаешь, тут не ловит.

— Какие мы деловые, — очередная усмешка и я приблизилась к его лицу, — Тебя Никита послал? Говори, черт возьми!

Парень просто промолчал и отвел взгляд. Он смотрел в окно, игнорируя меня.

— Я с тобой разговариваю, эй! — дернула его, но он лишь на две секунды задержал свои безразличные глаза на мне, затем снова посмотрел в окно.

Он специально меня выводит своим молчанием? У него это выходит. Я сдалась. Я не стала дальше его расспрашивать. Я просто рухнула на диван и мы остались в тишине. Что, если он говорит правду? Может он действительно не знает меня и вовсе не следил за мной. Будет невероятно стыдно, если это действительно так.

Я оглядывала его лицо, пока он не посмотрел на меня. Стало жутко неловко и я устремила глаза в пол. Это вызвало у него ухмылку, но он снова не выдал ни слова. Бесит.

— Хорошо, ты выиграл! — я подскочила с дивана и принялась развязывать его. Он терпеливо ожидал.

— Благодарю, — парень улыбнулся мне и направился к выходу так спокойно, словно минутами ранее никто не покушался на его жизнь.

И я тоже последовала за ним. Я остановилась рядом с ним снаружи у двери. Он достал ключ и всунул их в замочную скважину. Меня опешило. Хватаю его руку и мешаю ему это сделать.

— Ты что творишь?!

— Скажи, ты правда больная? Не стесняйся, я пойму тебя.

— Че?

— Ещё и глупая. Отойди сейчас же. Я теряю время.

— Ты ахренел?! Хорошо, извини, что я треснула тебя вазой, это была самооборона, но чтобы со мной так разговаривали...

— Это была ваза?

— Ваза.

— Спасибо, что хоть не кувалда. От кого защищалась? — он уперся рукой об дверь прямо у моей головы и без смущения продолжал глядеть мне в глаза.

— Какая тебе разница? Вообще, откуда у тебя ключи от этого дома? Кто ты и что тут делал?

— Поговорим в отделении, цветочек, — с ухмылкой произносит, затем лезет в карман своей куртки. Он убрал свою ладонь с двери и крепко взял меня за запястье. Я не поняла ничего и естественно не успела среагировать, как уже через секунду мои руки были пристёгнуты наручниками. Мои глаза сразу округлились после такой махинации. Он отодвигает меня и снова продевает ключ.

Ты влипла, Лина, по уши влипла! Ну, конечно, разве может быть такое, что день без каких-то приключений? Но откуда мне было знать? Этот человек совсем не похож на сотрудника полиции. Он слишком молодо выглядит. И пока я размышляла о том, что же со мной будет, он закончил с дверью и повернулся ко мне.

— Не спи, двигай карандашами, — он слегка подтолкнул меня к дороге.

— Слушай, я снова скажу, что это была просто самооборона! За мной, это... Ну... Следили, вот. Наткнулась на этот дом и спряталась там. А потом внезапно ты вылез!

Стыд, позор... Ты обречена, Лина.

— Только оправдываться будешь не здесь.

— Дяденька полицейский, серьёзно, ну отпусти. У меня брат маленький дома, ему кушать скоро.

Коротко о моих навыках «выкрутиться» из ситуации.

— Ого, как мы ласково вдруг заговорили. Брат твой, видимо, самостоятельный, раз ты его одного оставила. Значит сам поесть приготовит, не переживай.

— Можно я позвоню?

— В отделении, девушка. Прекращай свои разговоры.

— Наглый осел, — пробубнила под нос.

— Что?

— Говорю скорее бы!

И шагая так ещё минут пять, мы останавливаемся у дороги. Он провожает меня до своей машины и сажает. Страшно? Нет. Я просто не хочу с этим всем разбираться. Так ещё потом перед Тимофеем отчитываться.

— Мне жмут, — протягиваю свои руки.

— Я не стану снимать, не надейся, — следя за дорогой, отвечает.

— Ну чуть-чуть хоть расстегни, ты очень зажал!

— Зажал я ей. Давай поговорим о твоем нападении на меня?

— Ну извини, что так вышло. Я просто испугалась. Я же уже объяснила всё.

— А следил кто?

— Не знаю.

— Вот и попалась на вранье, — нагло ухмыляется.

— Не поняла...

— Ты о каком-то Никите говорила, что ли.

— Наглый, умный осел.

— Ещё слово и я заклею твой рот.

— Чего? — ахнула я.

— Я сказал.

И только я хотела ответить, как он резко повернул на меня голову. Его взгляд давал понять, что это предупреждение. Молчу, закатывая глаза.

— Сколько тебе лет? Я не могу долго молчать, знаю.

— Что, не верится, что я работаю в полиции?

— Ну типо.

— Двадцать три.

— Девушка есть?

— Что? — удивляется такому вопросу.

— Да просто интересно, — пожимаю плечами.

— Ну нет.

— Вот и хорошо.

— Почему же? — переводит на меня взгляд, улыбаясь.

— Просто мне жаль девушку, которая будет с тобой в отношениях. Я всего за пару минут поняла какой ты нудный чурбан. Без обид

— Вот ведь обломала, — неловко рассмеялся. Видимо, он ожидал кое-чего другого.

— Вообще, на каком основании ты забрал меня? — меня будто только сейчас осенило. — Ты же назло мне это делаешь, да, на принцип идёшь? Я же ничего не сделала, только защищалась. Просто просижу в отделении несколько часов и меня отпустят. Ты это специально!

— Как ты угадала?

— Ну может отпустишь, а?

— Конечно, выходи, — он остановил машину и я уже была готова радостная выходить, вот только замечаю, что мы уже у участка.

— Наглый, умный, и жестокий осел! — злостно хлопаю его дверью и направляюсь к зданию.

— Тебе бы не помешало нервишки подлечить, котик, — с ухмылкой идет в мою сторону.

Наверное, это единственное, с чем я с ним согласна, только это «котик» было лишним.

Он встал ко мне так близко, что я напряглась. Поднимаю голову, ибо он значительно выше меня, и сталкиваюсь с его глазами. А затем он касается моих рук, от чего я вздрагиваю, но потом понимаю, что он собирается снять с меня наручники.

— Спасибо, пёсик, — тру свои запястья, и мило улыбнувшись, прохожу в само здание.

Автор

Прошел час и, наконец, девушку вызвали на допрос. Она была уверена в том, что расскажет все так же, как и тому парню. Звучит ведь правдоподобно, что она лишь пряталась в этом доме. Рассказывать о том, что он ей знаком, она не желала. Потому что потом пришлось бы разбираться дальше. А вот что этому мистеру полицейскому нужно было и откуда у него были ключи от домика — ответов на эти вопросы девушка не имела. А это был Артём. По просьбе друга он пришёл запереть дом. И конечно было бы глупым не проверить его, поэтому он зашел внутрь, дабы убедиться, что всё чисто.

— Итак, Ангелина Марченко. Рассказывайте что у вас случилось, — на стул садится взрослый мужчина, явно намного старше Артёма. А вот сам Артём как раз стоял рядом и прожигал девушку взглядом. Он то широко улыбался, то просто ухмылялся.

— Как я уже всё прописала, за мной кто-то ходил. Я просто искала место, где можно спрятаться и наткнулась на тот дом. А он открытый был, вот и зашла. Решила переждать некоторое время. Потом услышала, как кто-то вошёл и схватилась за то, что первым попалось под руку. Ну, а дальше вы знаете. В моих мыслях не было ничего плохого, я не нападала на этого... Кхм, на мужчину специально.

— Хорошо. Кто вас преследовал? Вы видели этого человека? Описать можете?

— Нет. Я не видела лица. Просто убегала от него, не оглядываясь.

Лине хорошо давалось врать. Мужчина верил её словам, но только не парень.

— Так, ладно. Матвеев, на тебе, — обращается к юноше и мужчина покидает их. Артём вновь ухмыляется и садится на стул.

— Думаю, я не выгляжу долба*бом, которого так же легко провести. Если честно, кого ты побоялась?

— Послушай, тебя это уже не касается. Это мое дело, хочу я рассказывать или нет. Я могу идти?

— За тобой должны приехать скоро.

— А это обязательно было? Я могла уйти сама, — огрызнулась шатенка.

Ей не хотелось, чтобы об этом инциденте вообще кто-то узнал. До Тимофея теперь дойдет точно.

— Не знаком дом, говоришь, — складывая руки на груди, он облокотился на спинку стульчика. Пару секунд смотрел на девушку, а затем достал фотографию из ящика, положив его на стол. — В таком случае, что у тебя делает эта фотография?

— Вы рылись в моих вещах?!

— Она выпала из твоей куртки.

— Случайно, наверное, прихватила.

Ему-то ей было тяжело врать. Он словно видел её насквозь. Её глаза разбегались по каждому уголку, словно вырисовывая какие-то узоры.

— Лин, ну хватит. Я знаю, что ты подружка Давида. Точнее только здесь узнал, по имени.

Конечно, она догадывалась, что тот знаком с Галявиевым, но для неё все равно эта новость оказалась шокирующей. И раз он знает, что они знакомы, то теперь у неё есть причина, по которой стоит переживать.

— Только не говори Давиду, что я была там, пожалуйста.

— Не скажу. А ты мне расскажи об этом, пожалуйста, — делает акцент на последнем слове.

Артем кладёт ещё фотографии на стол. На этот раз девушка напряглась в разы больше. На фотографии был Тимофей на своей машине. Кадры взяты из камер видеонаблюдения. Взгляд Лины скользит по дате, указанной внизу, и она в миг забывает, как дышать. Тот самый день. Тот день, который оставил после себя огромный след. K горлу подступил ком, а руки стали потеть от напряжения и того, как она сжимала их.

— На складе была перестрелка, и ты там находилась вместе с Давидом. Так вот ближайшие камеры на дорогах засняли твоего друга. Тимофея, кажется, да?

— Откуда ты его знаешь? — её голос дрогнул.

Она по-прежнему не отводила свой взгляд с фотографий. А глаза снова предательски наполнялись, да так не вовремя.

— Вопросы здесь задаешь не ты, Линочка. Никита Комлев. Тебе же знакомо это имя, верно? О нем ты меня и спрашивала. А теперь вопрос к тебе: почему он должен был подсылать меня? Как давно и почему он тебя преследует? Разве он не мертв?

— Пожалуйста, я не хочу говорить об этом. Я хочу уйти отсюда! — её снова начало всю трясти.

Щеки намокли, она не выдерживает и подрывается с места. Парень поднялся за ней. Он заволновался, когда понял, что ей действительно становится плохо.

— Тише, тише, ну чего ты? — он подходит к девушке, обвивая ее плечи своими руками. — Прости, что надавил. Это уже привычка. Пойдем, — одной рукой прижимает сероглазую к себе за плечи и выводит из помещения.

По дороге к выходу из здания, она вытирала все слезы. За всю свою жизнь столько не плакала, как за последний месяц. Она была так измотана, что была не против находится так близко с парнем, а если быть точнее, то вообще прижатой к нему. И выведя её на воздух, он убрал руки с её плеча, встав достаточно близко.

— Ещё раз прости меня. Ты успокоилась? — наклонив голову, чтобы посмотреть ей в глаза, спросил.

— Всё супер, — натянула фальшивую улыбку, вновь пройдя ладонями по щекам.

— Если нужна будет помощь и ты надумаешь что-то рассказать, то вот мой номер, — он протянул бумажку. Не задумываясь, Лина приняла её и даже поблагодарила молодого человека.

— Ангелина! — в стороне раздается голос мужчины и она сразу поняла кто это.

Этот голос Лина из тысячи узнает. Только вот сейчас она надеялась, что ей кажется, и долго не решалась посмотреть, пока до неё не дотронулась холодная, грубая рука. Она поворачивается и видит перед собой Василевского. И сама того не заметив, Ангелина взяла парня за руку, крепко сжав её. В лице она старалась не показывать свой страх, но это почти не выходило.

— Могу спросить, кем вы ей
приходитесь? — задал вопрос Артем, переводя внимание на Василевского.

— Скоро стану её отчимом. Пойдем, дорогая, — он берет Лину за плечо, но она тут же дернула ею.

— Где мама? Почему за мной приехал ты? — страх перемешался со злостью, яростью.

— Она не смогла приехать, у неё важные дела на работе, поэтому попросила меня тебя забрать.

— Спасибо большое, но я как-нибудь
сама.

— Лина, ты задерживаешь человека, это некрасиво. Пойдём уже, — он очень резко схватил девушку и повел в сторону.

Артём крепко держал её руку, пока она просто не вырвалась из его. Но сделать он ничего больше не мог, поэтому просто смотрел им вслед до машины, а потом и вовсе удалился.

— Не поеду с тобой, понял?! — отказывается садиться в машину.

— Милая, зачем ты так? Я просто отвезу тебя домой.

— Да не называй ты меня так!

— А теперь серьёзно, сядь в машину. Немедленно.

— Не сяду, — она сложила руки и посмотрела мужчине в глаза.

— Не заставляй меня сделать это насильно, Ангелина. Сядь.

— Я не сяду в машину к убийце-наркоману.

— Но я не убийца и не наркоман, — усмехается.

— Верно, ты же не пачкаешь себя. Но я тебе скажу, что все жертвы на твоей совести. Все, кого убили твои люди, их кровь и на твоих руках тоже. И ты никогда не отмоешься от этого.

— Смотри, мы стоим у полицейского участка, почему бы тебе не пойти и не доложить на меня? — ухмыляясь, он продолжал смотреть в её глаза без капли стыда. Только Лина ничего не ответила, проигнорировав его. — Вот и прекрасно. А теперь садись, — он берет и заталкивает девочку на переднее сидение.

— Я с тобой никуда не поеду! — как только она не вырывалась, что уже казалось бесполезным, ведь он почти посадил её, если бы не парень, буквально только что подлетевший к ним.

— Руки убрал от неё, — шипит Варламов. Он быстро подходит и тянет Лину из машины к себе. Она сильно прижалась к молодому парню и расплакалась. — Всё, всё, я здесь, — вытирая большим пальцем её щеку, не выпуская из своих объятий, шептал.

— Тимофей, могу поинтересоваться, что ты здесь забыл? Или у тебя нет своих дел? — тон мужчины мгновенно сменился на грубый. — Девочка едет со мной

— Она поедет со мной, это не обговаривается.

— Это ты со мной так разговариваешь? Повторяю для тебя ещё раз: девочка поедет со мной.

Тимофей и Алексей в упор смотрели друг другу в глаза, и парню не оставалось ничего, кроме того, как отпустить её. Он медленно отстранился от Ангелины. Ему очень не хотелось этого делать, но против самого Василевского он не сможет ничего сделать. А если ослушается его, всё будет только хуже. Тимофей посмотрел ей в глаза, только сразу же пожалел об этом. Она так и умоляла ими, чтобы он не оставлял ее. А её слезы обжигали его ещё сильнее.

— Всё хорошо будет, Лин, доверься мне. Он ничего тебе не сделает, — парень ещё раз обнял девушку, проговорив на ухо: — Я приеду вечером.

Василевский оттаскивает Лину от Тимофея. Она все ещё не могла оторвать свой взгляд от друга, а он наоборот не мог смотреть на неё и отвернулся. Ангелина больше не сопротивлялась и села в машину.