На одной частоте

Дом встречает её тишиной и возмущённым мяуканьем из прихожей. Эмбер едва успевает закрыть дверь, как между ног тут же протискивается кошка, демонстративно задевая хвостом её голень.

— Да, я тоже рада тебя видеть, — усмехается она, проводя ладонью по мягкой шерсти.

Уже через двадцать минут она сидит за кухонным столом с ноутбуком, тарелкой чего-то разогретого, к чему так и не притронулась, и кошкой, совершенно незаконно занявшей половину соседнего стула.

— Так, ну посмотрим.

Она открывает медиапакет, который ей прислал Флинн и начинает листать документ, время от времени делая заметки в отдельном файле. Через пару минут внимание начинает расползаться, и совершенно не по делу взгляд вновь цепляется за знакомую фамилию.

Эмбер несколько секунд смотрит на неё, а потом открывает новую вкладку и вводит: Клэр Хейз.

Исключительно по работе.

Поиск выдаёт совсем немного. Страница базы, несколько фотографий с официальных мероприятий, старый материал об испытательных полётах и ещё один — двухлетней давности, с фотографией Клэр возле самолёта. На снимке она выглядит почти так же. Тёмные волосы немного длиннее, лётный комбинезон, всё та же невозможная прямая осанка и выражение лица человека, которого фотограф попросил улыбнуться и мгновенно об этом пожалел.

Эмбер невольно усмехается.

Потом начинает читать дальше, но на третьей строке взгляд останавливается.

«Двадцатисемилетняя капитан Клэр Хейз...»

Двадцать семь. Если статья опубликована два года назад, значит Клэр сейчас двадцать девять — всего пять лет разницы. Странно, почему-то Эмбер думала, что та окажется старше.

Она возвращается к фотографии, но почти сразу закрывает вкладку.

Так, стоп.

Ей вообще-то нужно работать.

Эмбер вновь открывает присланные материалы, стараясь не думать о том, почему ей вообще оказался интересен возраст Хейз, и на этот раз переходит к приложению с хронологией майского полёта. Первые страницы ничего нового не дают. Погодные условия, маршрут, несколько коротких служебных пометок, выдержки из радиопереговоров. Эмбер пробегает их глазами почти автоматически, пока в какой-то момент не возвращается на пару строк выше.

Что-то не сходится.

Она медленно прокручивает страницу обратно и видит, что между двумя соседними отметками — больше минуты пустоты. Эмбер хмурится и открывает расшифровку радиопереговоров.

То же самое.

Она сравнивает время ещё раз.

Может, повреждение записи? Потеря сигнала? Удалённый фрагмент? Должно же быть хоть какое-то объяснение.

Эмбер возвращается к документу, проверяя примечания ещё раз, затем открывает официальный отчёт в соседней вкладке, но ничего нет. Несколько секунд просто смотрит на пустой промежуток в хронологии, потом считает ещё раз, и в какой-то момент осознание быстрой наступательной операцией наконец добирается до мозга.

Семьдесят три секунды.

Семьдесят три секунды испытательного полёта просто отсутствуют.

***

Утро на базе почти ничем не отличается от вчерашнего. Воздух всё так же пахнет нагретым бетоном и сухой пылью, а над взлётной полосой дрожит далёкий гул двигателей, который здесь, кажется, давно перестали замечать все, кроме тех, кто приезжает впервые. Только Эмбер теперь смотрит на всё немного иначе. Сегодня среди всего этого существует минута и тринадцать секунд, которой, судя по официальным документам, никогда не было. Синий пропуск болтается на её запястье и мерно ударяется о кожу в такт шагам, пока они с Флинном идут вдоль административного корпуса.

Чёртова цифра не выходит из головы с самого утра.

— Ты сегодня подозрительно тихая, — замечает Флинн, поправляя галстук на рубашке.

— Наслаждайся моментом.

— Уже, — отзывается брюнет, не сводя взгляда с дороги впереди. — Просто боюсь, что он скоро закончится.

Эмбер усмехается, бросая на него короткий взгляд, но её внимание почти сразу ускользает вперёд, к женщине, которая уже ждёт их у стеклянных дверей.

— Мисс Беннет, мистер Купер. Доброе утро.

— Доброе.

— Сегодня начнём с технического ангара. После этого, если график не изменится, сможете пройти на лётную линию. Съёмка только в обозначенных зонах, я буду говорить, где можно доставать камеру.

— Уже звучит угрожающе, — протягивает Флинн.

Эмбер прячет улыбку.

— А кто будет отвечать на вопросы?

— В ангаре вас встретит один из техников. По лётной части... — женщина ненадолго опускает взгляд в планшет, — капитан Хейз.

Эмбер почти ненавидит то, как быстро мозг реагирует на знакомую фамилию.

— Отлично, — произносит она совершенно спокойно.

По крайней мере, ей хочется так думать.

***

В ангаре оказывается значительно прохладнее, чем снаружи, но ненамного тише. Эмбер успевает сделать всего пару шагов, прежде чем взгляд сам находит знакомую фигуру у правого крыла: Клэр стоит к ним вполоборота и разговаривает с мужчиной в форме техника, держа в одной руке планшет. Сегодня на ней тот же лётный комбинезон, только рукава закатаны до предплечий, а тёмные волосы слегка растрёпаны после шлема.

Эмбер заставляет себя смотреть куда-либо ещё, но получается, откровенно говоря, не очень.

— Капитан Хейз, — окликает их сопровождающая.

Клэр договаривает что-то технику и только потом оборачивается. Её взгляд скользит по Флинну и почти сразу находит Эмбер. Несколько секунд она просто смотрит на неё, внимательно, без всякой попытки скрыть интерес.

— Капитан проведёт вас по лётной части, — говорит женщина, убирая планшет к груди. — Все ограничения по съёмке остаются теми же.

— Принято, — коротко отвечает шатенка, затем переводит взгляд на Флинна. — Мистер Купер, сержант Рид покажет вам, что здесь можно снимать. Мисс Беннет, вы со мной.

Флинн, предатель, даже не пытается скрыть довольное выражение лица.

— Удачи, — бросает он ей, уже направляясь вслед за техником.

— Спасибо, Флинн.

Она провожает его долгим взглядом, пока тот не скрывается где-то за оборудованием, и затем снова оборачивается к шатенке.

— Я так полагаю, вопросы у вас всё-таки есть, — спокойно замечает Клэр.

— А вы сомневались?

— Нет, — она чуть склоняет голову, не отрывая от Эмбер взгляда. — Просто интересно, сколько времени вы продержитесь.

На секунду Эмбер теряется с ответом, но Клэр уже отворачивается и идёт вперёд, будто не заметила этого вовсе.

— Очень смешно, — бросает она ей вслед, догоняя.

Клэр на это ничего не отвечает. Лишь ведёт её дальше вдоль ангара, постепенно возвращаясь к тому спокойному рабочему тону, который Эмбер уже успела услышать в разговоре с техником. Через несколько шагов они останавливаются у одного из самолётов.

— Здесь проходит предполётная подготовка. До вылета самолёт несколько раз проверяют, потом экипаж проходит свой список отдельно.

Эмбер переводит взгляд с самолёта на неё.

— Даже если вы летали на нём сотню раз?

— Особенно тогда.

— Почему?

Клэр на секунду касается пальцами края открытой панели, будто сама не замечая этого.

— Потому что в воздухе самоуверенность иногда обходится жизнью.

Эмбер ещё несколько секунд смотрит на неё, пытаясь понять, почему эта фраза вдруг звучит слишком лично.

— И часто вы думаете о том, что может пойти не так?

Клэр усмехается уже без веселья.

— Я лётчик-испытатель. Это почти должностная обязанность.

— Но страх вас не останавливает.

— Нет, — отвечает Клэр, почти не задумываясь. — Иначе я бы давно выбрала другую профессию.

Эмбер делает короткую пометку в блокноте, на секунду задерживая ручку над страницей, а потом снова смотрит на неё.

— И всё-таки почему авиация?

Клэр медлит с ответом, опуская взгляд на самолёт рядом.

— Не знаю, был ли момент, когда я именно решила этим заниматься, — наконец говорит она. — Сначала просто хотелось летать. Потом стало интересно, где заканчиваются возможности техники и начинаются твои собственные.

Эмбер вскидывает брови.

— Звучит довольно опасно.

— Так и есть.

— И вас это совершенно не смущает?

Клэр ненадолго смотрит куда-то поверх её плеча, в сторону открытых ворот ангара, за которыми белеет залитая солнцем полоса.

— Смущает.

Ответ настолько простой, что Эмбер даже не сразу реагирует.

— Правда?

— А вы думали, у пилотов отсутствует инстинкт самосохранения?

Эмбер уже собирается ответить, но именно в этот момент за их спинами раздаётся низкий металлический грохот. Клэр почти машинально касается её предплечья и отводит на полшага в сторону.

— Сюда, — коротко произносит она, притягивая к себе ближе.

Тележка с оборудованием прокатывается мимо них почти вплотную. Эмбер вдруг чувствует, как плечо Клэр касается её спины, пальцы всё ещё лежат чуть выше локтя, а тёплое дыхание едва задевает висок, когда та наклоняется немного ближе, пропуская человека рядом.

Всё занимает каких-то пару секунд.

И всё же, когда Клэр убирает руку, Эмбер почему-то ещё чувствует место, где касались её пальцы.

Прекрасно. Вот теперь можно и начинать сходить с ума.

— Так значит, в воздухе вам всё-таки проще? — спрашивает Эмбер, пытаясь вернуть разговор в безопасное русло.

Клэр косится на неё.

— Намного.

— Даже несмотря на всё это?

— Там всё устроено проще, — спокойно отзывается шатенка. — Если делаешь что-то неправильно, самолёт быстро об этом сообщает.

Эмбер улыбается.

— Звучит так, будто с людьми вам сложнее.

Клэр поворачивается к ней.

— С людьми нет инструкции по эксплуатации.

— А жаль, — протягивает Эмбер. — Я бы читала перед использованием.

Клэр смотрит на неё ещё секунду, словно не сразу понимает, всерьёз это или нет, а потом вдруг смеётся. Негромко, всего на одном выдохе, но зато так искренне, что Эмбер совершенно некстати думает насколько ей это идёт. Потому что улыбка меняет её лицо сильнее, чем должна. Исчезает эта вечная собранность, взгляд становится мягче — и на какие-то несколько секунд капитан Хейз выглядит просто Клэр.

Чёрт.

Эмбер понимает, что смотрит слишком долго, только когда улыбка Клэр начинает медленно сходить с лица, а взгляд остаётся на ней.

— Что? — Клэр слегка вскидывает бровь.

— Просто не ожидала.

— Чего именно?

— Что вы умеете смеяться.

Клэр качает головой, но на лице всё ещё остаётся след улыбки.

— Постараюсь больше не шокировать.

— Я запомню, — усмехается Эмбер и наконец отводит взгляд.

Несколько секунд они идут дальше молча, и Эмбер вдруг замечает, что впервые рядом с ней не чувствует необходимости что-то доказывать, спрашивать или цепляться за каждую реплику. Остаётся только какое-то странное ощущение лёгкости, которого между ними ещё вчера не было.

Правда, ненадолго.

Потому что одна мысль всё-таки никуда не девается.

— Капитан Хейз?

Клэр поворачивает к ней голову.

— Вчера вечером я ещё раз просмотрела материалы по майскому полёту.

Что-то в её лице меняется едва заметно — прежняя мягкость будто уходит, уступая место привычной дистанции, а взгляд снова становится почти непроницаемым.

— И?

— В хронологии отсутствует часть переговоров, — продолжает Эмбер, глядя ей прямо в глаза. — Минута и тринадцать секунд, но никакой пометки о потере связи, повреждении записи или закрытом фрагменте нет. Вы знаете почему?

На этот раз Клэр отвечает сразу.

— Да.

Эмбер даже не успевает скрыть удивление, но Клэр не даёт ей задать следующий вопрос. Она лишь оглядывается, проверяя, кто находится поблизости, а затем вдруг наклоняется и говорит уже намного тише:

— Не здесь.