Моё лето в Вулфборо

На следующее утро я проснулась от солнечного света, который пробивался сквозь занавески и тёплыми пятнами ложился на стену, за окном уже слышались голоса, кто-то смеялся возле причала, где-то хлопнула дверь, а потом раздался знакомый голос Финна, который что-то возмущённо доказывал Сэму, и я ещё несколько секунд лежала, улыбаясь в подушку, потому что в этом доме даже утро никогда не начиналось с тишины, здесь жизнь просыпалась раньше меня и сразу занимала собой весь первый этаж, поэтому я быстро встала, приняла душ, надела короткие белые джинсовые шорты, светло-зелёный топ и тонкую бежевую рубашку, оставила волосы распущенными и, взглянув на себя в зеркало, заметила на запястье серебряную волну, а на шее маленький золотой компас, и почему-то улыбнулась, потому что теперь эти две вещи уже стали частью моего привычного образа.

На кухне меня встретила Тереза, которая как раз доставала из духовки противень с горячими булочками, а рядом стояли тарелки с омлетом, сыром, свежими огурцами и помидорами, миска с черникой и клубникой, бананы, персики и большой кувшин апельсинового сока, а возле окна Анна наливала себе кофе.

— Доброе утро, Ария, — сказала Тереза, поставив передо мной тарелку с булочкой, — садись скорее, пока мои внуки не решили, что завтрак должен состоять исключительно из сладкого.

— Я бы не отказалась, — сказала я, усаживаясь за стол и улыбаясь ей, — особенно если это булочки.

— Я так и знала, — засмеялась Тереза, присаживаясь рядом, — ты слишком быстро освоилась.

— Это плохо?

— Наоборот, — ответила она, мягко посмотрев мне в глаза, — я именно этого и хотела.

Сара вошла на кухню немного позже, волосы были собраны в высокий хвост, в руках она держала телефон, и первое, что она сделала, увидев меня, — улыбнулась.

— Ты уже здесь?

— Уже давно.

— Неправда, — сказала Ники, проходя мимо неё и забирая персик, — она просто проснулась раньше тебя.

Сара закатила глаза.

— Спасибо, Ники, очень важная информация.

Я засмеялась, но заметила, что Сара почти сразу посмотрела на мой браслет, а потом перевела взгляд на компас.

— Интересно,тебе теперь каждый день будут что-нибудь дарить? — спросила она с улыбкой, но в голосе мелькнула едва заметная интонация, которую я не смогла определить.

— Надеюсь, нет, — ответила я, смеясь, — а то мне может понадобиться отдельный шкаф.

— Вот это уже разумно, — сказал Финн, входя на кухню, — я требую шкаф для всех моих подарков.

— У тебя нет подарков, — заметила Ники, откусывая персик.

— Есть.

— Где?

— Где-то в моём воображении.

Все рассмеялись, и напряжение исчезло так быстро, что я решила не придавать значения словам Сары.

После завтрака Верон нашёл меня возле причала, когда я сидела на деревянных ступенях и босыми ногами касалась тёплой воды, и несколько секунд просто стоял рядом, прежде чем опуститься на ступень ниже.

— Я думал, ты сегодня будешь спать до обеда, — сказал он, подставляя лицо солнцу, — после вчерашнего дня ты заслужила.

— Я не умею долго спать.

— Это плохо.

— Почему?

— Потому что я собирался украсть тебя на весь день, пока остальные будут думать, что ты ещё спишь.

Я посмотрела на него.

— И куда?

Верон улыбнулся.

— Ничего особенного, просто хочу провести с тобой день.

— И всё?

— А тебе мало?

Я улыбнулась.

— Нет.

Он посмотрел на меня чуть дольше, чем обычно, а потом тихо сказал:

— Тогда переодевайся, если хочешь купаться, и бери полотенце.

— Ты снова что-то придумал?

— Конечно, — ответил он, вставая, — я же вчера обещал тебя удивлять.

Мы пошли вдоль берега, а потом он привёл меня к небольшой площадке за домом, где стоял старый деревянный стол для настольного тенниса, и я рассмеялась, когда поняла, что весь его великий сюрприз заключался именно в этом.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — сказал он, беря ракетку, — я хочу проверить, действительно ли ты такая смелая, как все рассказывают.

— В настольном теннисе?

— Везде.

Я взяла вторую ракетку.

— Тогда готовься проигрывать.

— Я никогда не проигрываю.

— Сегодня начнёшь.

И через пять минут мы уже настолько увлеклись игрой, что я забыла обо всём остальном, Верон специально усложнял мне подачу, я пыталась поймать мяч, несколько раз промахивалась и обвиняла его в жульничестве, а он смеялся так открыто, что я впервые увидела, насколько заразительным может быть его смех.

— Ты жульничаешь! — сказала я, когда он снова забил мяч.

— Нет, — ответил он, поднимая бровь, — я просто лучше играю.

— Это одно и то же.

— Тогда предлагаю спор.

— Какой?

Он положил ракетку на стол.

— Если я выиграю, ты сегодня вечером пойдёшь со мной гулять.

— А если выиграю я?

Он задумался.

— Тогда я выполню любое твоё желание.

Я прищурилась.

— Любое?

— Любое, — повторил он, уверенно глядя мне в глаза, — если оно в пределах разумного.

— Тогда играем.

Через десять минут я победила.

Верон посмотрел на счёт, потом на меня, потом снова на счёт.

— Это невозможно.

— Ты проиграл.

— Я специально.

— Конечно.

Он рассмеялся, подошёл ближе и протянул мне руку.

— Хорошо, победительница, что ты хочешь?

Я посмотрела на него, потом на озеро.

— Пока не решила.

— Тогда я буду ждать.

— А если я решу через неделю?

— Буду ждать неделю.

— Через месяц?

Он улыбнулся.

— Хоть до конца лета.

Я не успела ответить, потому что из дома донёсся голос Ники.

— Ария! Тереза зовёт тебя!

Я обернулась.

— Иду!

Верон посмотрел на меня.

— Иди, я не убегу.

— Надеюсь.

— Я обещал.

Я пошла к дому, но перед самой дверью обернулась, и он всё ещё стоял у стола, смотрел мне вслед и улыбался.

В гостиной меня ждала Тереза, а рядом с ней сидела Анна, и по их лицам я сразу поняла, что это не случайный разговор, потому что обе выглядели серьёзнее обычного.

— Мы хотели тебя кое о чём спросить, — сказала Анна, жестом приглашая меня сесть рядом, — но не пугайся, ничего страшного.

— Теперь я точно испугалась.

Тереза рассмеялась и взяла меня за руку.

— Мы хотим спросить, как ты себя здесь чувствуешь.

Я немного задумалась.

— Хорошо.

— Только «хорошо»? — уточнила Тереза, слегка наклонив голову.

Я улыбнулась.

— Очень хорошо.

Анна внимательно посмотрела на меня.

— Даже несмотря на всё, что сейчас происходит у тебя с мальчиками?

Я выдохнула.

— Вот это немного сложнее.

— Мы знаем, — сказала Тереза мягко, — и не собираемся вмешиваться, если ты сама этого не попросишь.

— Спасибо.

— Но есть кое-что другое, — продолжила Анна, слегка сжав мою ладонь, — ты должна знать, что тебе не нужно выбирать между нами и Сарой.

Я нахмурилась.

— Я никогда не думала...

— Может, пока и не думала, — перебила она спокойно, — но если когда-нибудь тебе покажется, что ты должна отступить только потому, что Сара чувствует себя неуютно, помни, ты здесь не временно.

Я посмотрела на неё.

Тереза улыбнулась.

— Ты наша гостья только по формально, Ария, — сказала она, и в её голосе было столько тепла, что у меня защипало глаза, — а для меня ты уже давно просто Ария, девочка, которая приехала вместе с Сарой и каким-то образом умудрилась за две недели стать частью моего дома.

Я тихо рассмеялась, стараясь не расплакаться.

— Я тоже чувствую себя здесь своей, и это все благодаря вашей заботе и теплу.

— Тогда всё хорошо, — сказала Тереза, обнимая меня за плечи, — и если когда-нибудь тебе станет тяжело, приходи ко мне, даже если будет три часа ночи.

— Или ко мне, — добавила Анна с улыбкой, — я могу дать совет, а потом вместе с тобой решить, что делать.

— А если совет плохой?-спросила я шутливо.

— Тогда виновата Тереза.

— Почему сразу я? — возмутилась Тереза, и мы все рассмеялись.

После разговора я вышла на террасу с ощущением, будто внутри стало немного легче, и именно там увидела Сару, которая стояла у перил и смотрела на воду, держа телефон в руке.

— Ты чего здесь?

Она обернулась.

— Просто вышла подышать.

Я подошла к ней.

— Всё хорошо?

— Да, — ответила она, улыбнувшись, — просто получила сообщение.

— От кого?

Сара посмотрела на экран, а потом убрала телефон в карман.

— От старых знакомых из Вулфборо.

— Правда?

— Да, — сказала она, и на её лице впервые за последнее время появилась совершенно искренняя радость, — кажется, они собираются приехать на лето.

Я улыбнулась.

— Это же здорово.

— Да, — ответила Сара, глядя куда-то поверх озера, — очень.

Она ещё несколько секунд стояла молча, а потом повернулась ко мне.

— Думаю, тебе они тоже понравятся.

— Уверена.

Сара улыбнулась, и мы вместе пошли обратно в дом, а я ещё не знала, что однажды эти самые слова — «думаю, тебе они тоже понравятся» — будут вспоминаться мной совсем иначе.