Вне закона

Каждый шаг по ночной разделительной платформе отзывался в сознании Вивиан глухим, паническим набатом. После утренней дуэли с Кристианом в холле Академии ей казалось, что за ней следят даже стены Квартала Правительства. Кросс явно приказал внутренней безопасности держать её под жестким контролем, поэтому действовать пришлось максимально осторожно. Дождавшись глубокой ночи, когда Академия наконец-то погрузилась в тяжелый, тревожный сон, она накинула старый гражданский плащ поверх форменных брюк, проверила плотно застегнутый тактический браслет на левом запястье и бесшумно скользнула в технический коллектор. Она умело обходила патрули, двигаясь по слепым зонам камер, которые знала назубок. Если её поймают здесь, внизу, со служебным устройством — это автоматическое обвинение в государственной измене и немедленный трибунал.

Но страх за Джаспера перевешивал любой здравый смысл. Сухая строчка из базы данных, где черным по белому было написано про его критическое состояние и термические ожоги третьей степени, буквально стояла у неё перед глазами весь день.

Сектор Гамма-6 встретил её всё тем же удушливым, вибрирующим ревом очистных турбин. Густой промышленный пар смешивался с едкой пылью, заставляя глаза слезиться даже под защитными очками. Вивиан проскочила через шлюз фильтрации, используя обходной технический ключ Оливера, и бесшумно спрыгнула на решетчатый настил бака.

Джаспер был там. Он сидел на перевернутом титановом ящике для инструментов, тяжело опершись локтями о колени. На нем не было защитного свинцового фартука — парень остался в одной серой каторжной майке. В тускло-багровом свете аварийных ламп Вивиан с ужасом увидела, как плотная ткань на его спине насквозь пропиталась темной кровью и лимфой. Тридцать ударов хлыста превратили его кожу в сплошное месиво, а невыносимый жар и радиация турбин сектора только усугубляли адскую боль. Его широкие плечи мелко дрожали, а дыхание сквозь рабочий респиратор было прерывистым, хриплым. Ему стоило огромных усилий просто удерживать себя в сознании.

Вивиан невольно сделала шаг вперед, и подошва её сапога тихо скрипнула по металлу эстакады.

Джаспер мгновенно вскинулся. Его рука по привычке выросшего на улицах хищника рванулась к лежащему рядом стальному штырю, но, разглядев под капюшоном её бледное лицо и испуганные серые глаза, он замер. Его пронзительный взгляд потемнел от ошеломления.

— Ты с ума сошла, Элита? — его голос прозвучал как надтреснутый, свистящий хрип. Джаспер попытался резко встать, но спину тут же прошила такая дикая вспышка боли, что парень глухо застонал, хватаясь за край распределительной панели, и со стоном опустился обратно на ящик. — Зачем ты снова лезешь в петлю? На тебе лица нет, капюшоном закрываешься. Тебя ищут наверху?

Вивиан ничего не ответила. Она решительно подошла к нему вплотную, полностью уничтожая все кастовые барьеры Регламента, и опустилась на колени прямо на грязный, покрытый мазутом пол рядом с его ящиком.

— Замолчи, Джаспер, — тихо, но с властной силой произнесла она, надламывая колпачок первой ампулы. — Меньше вопросов. Ложись на живот.

Джаспер посмотрел на драгоценное лекарство с синей маркировкой медицинского сектора Высшего Совета, а затем перевел взгляд на её слегка дрожащие пальцы. Его глаза опасно сузились. Как уличный хищник, он мгновенно почуял запах чужого страха и крупной подставы.

— Эти ампулы из закрытого бокса Совета, Вивиан. Обычным следователям их не выдают, — тихо, с нарастающей угрозой произнес он, но послушно лег грудью на холодную металлическую поверхность бака, подставив под свет ламп изуродованную спину. — Ты обчистила склады Академии? Ради меня? Кто тебя прижал на самом верху? Твоё начальство?

— Не начальство. Хуже, — сухо ответила она, решив больше не лгать человеку, который пожертвовал ради нее всем. — Начальник твоей каторги, полковник Бранд, поймал меня здесь ночью на незаконном проникновении в твой сектор. Он зажал меня в угол и стал шантажировать. Пришлось украсть пропуск у моего сокурсника, старшего следователя Кристиана Кросса, чтобы отдать Бранду медикаменты в обмен на молчание. Но эти три ампулы я забрала для тебя. А Кристиан теперь переворачивает всю Академию вверх дном, пытаясь найти вора. У меня мало времени.

Джаспер молчал несколько секунд, переваривая услышанное. Биогель Элиты уже вовсю работал: жгучая боль в его спине сменялась приятным, усыпляющим холодом, а разорванные ткани прямо на глазах стягивались. Парень медленно приподнялся на локтях, развернулся и сел обратно на ящик, аккуратно натягивая серую майку. Он посмотрел на Вивиан и в его темных глазах суровая жесткость уступила место какому-то новому, глубокому чувству.

— Ты пошла против своих же, чтобы этот стервятник Бранд не сдал меня? — тихо, почти беззвучно выдохнул он. Его жесткие губы тронула едва заметная, теплая улыбка. — Ну и дела, следователь... Твой биогель творит чудеса, но твоя безрассудность пугает меня куда больше. Кросс — опасный враг, если он вцепился в след. Но раз ты говоришь, что времени мало, давай выжмем из этой ночи максимум. Что на Квартале Правительства?

Вивиан поднялась на ноги, вытирая руки чистой салфеткой. Напряжение тяжелого визита в правительственную башню наконец-то немного отпустило её. Она активировала экран своего тактического браслета и перевела его в режим закрытого проецирования. В воздухе между ними вспыхнула сложная голограмма, состоящая из миллионов багровых строчек кода и защитных ключей Высшего Совета.

— Я сделала это, Джаспер, — прошептала она, и её глаза торжествующе блеснули в полумраке. — Оливер был прав: чип-перехватчик сработал идеально. Я внедрила его вирус прямо в центральный терминал стола Верховного Правителя во время аудиенции. Здесь, в памяти моего браслета — его личные мастер-коды третьего уровня. Полная цифровая подпись Стального Канцлера.

Джаспер резко подался вперед, его глаза расширились от шока. Он смотрел на багровое сияние кодов так, словно видел перед собой настоящее чудо.

— Невероятно... Ты обчистила Нова-Диктатора прямо в его кабинете, — выдохнул он с диким восторгом и глубоким уважением в голосе. — Да тебе в наших трущобах памятник из титана поставить нужно, Элита. Ну что, давай сделаем то, ради чего мы оба переступили закон.

Он быстро достал из-под панели скрытый кабель и подключил браслет Вивиан к уцелевшему потру распределителя турбины. Джаспер лихорадочно застучал по клавишам, вводя украденные мастер-коды. Экран терминала моргнул, защитные алые блокираторы третьего уровня один за другим окрасились в зеленый цвет. Мастер-защита чипа, которая выжгла дешифратор Орион в прошлый раз, теперь беспрекословно подчинилась кодам своего Архитектора.

Последний барьер рухнул. Заблокированные девяносто процентов архивного файла двадцатилетней давности медленно развернулись перед ними, открывая засекреченный рапорт внутренней службы устранения.

Вивиан и Джаспер одновременно придвинулись к экрану, вчитываясь в финальные строчки. Зеленый цифровой свет голограммы дрожал, выхватывая их лица из индустриальной тьмы. Они сидели так близко, что Вивиан чувствовала тепло его плеча, а Джаспер улавливал её прерывистое дыхание. На секунду её взгляд соскользнул с экрана на его профиль — суровый, сильный, с жесткой линией челюсти и темными растрепанными волосами. Внутри неё что-то болезненно и сладко сжалось. Этот парень из трущоб, раб Системы, за несколько дней стал ей ближе, чем все холеные офицеры Верхнего мира вместе взятые. Джаспер словно почувствовал её взгляд, медленно повернул голову, и их глаза встретились. В его пронзительных темных глазах больше не было звериной злости — только глубокое, негласное признание. Он осторожно, едва ощутимо коснулся кончиками пальцев её ладони, лежащей на панели. От этого мимолетного контакта по коже Вивиан пробежал электрический разряд, заставив её сердце забиться чаще. Но кастовые барьеры и страх пока держали их на расстоянии.

— Смотри сюда, Элита, — хмуро прервал затянувшуюся паузу парень, заставляя себя вернуться к монитору и указывая пальцем на рапорт. — Сектор подписи разблокирован. Вот имя того, кто лично руководил устранением возлюбленной Адриана.

Вивиан заставила себя сосредоточиться на тексте, и в ту же секунду романтическое наваждение испарилось. В строке заказчика и главного куратора операции горело имя: Министр Высшего Совета Томас Кросс.

— Это... этого не может быть, — прошептала Вивиан, её голос сорвался. — Томас Кросс. Отец Кристиана...

Пазл в её голове сошелся с оглушительным, пугающим щелчком. Теперь утренняя ярость Кристиана Кросса в холле Академии стала понятна. Он переворачивал здание вверх дном не из-за слепой преданности Великому Регламенту. Кристиан защищал шкуру своего отца. Если Стальной Канцлер узнает, что Томас Кросс двадцать лет назад хладнокровно убрал его любимую женщину — всю их касту казнят.

Вивиан хотела пролистать файл ниже, чтобы узнать имена непосредственных палачей-исполнителей, но экран терминала вдруг испуганно замигал багровыми полосами.

«Внимание. Обнаружен несанкционированный доступ. Инициация удаленного форматирования базы данных Академии», — бездушный механический голос ИИ заставил их вздрогнуть. Кристиан Кросс наверху всё-таки сопоставил логи и запустил принудительную зачистку серверов Нижнего яруса, чтобы уничтожить компромат!

Строчки начали стремительно исчезать, стираясь прямо на глазах. Настоящие имена убийц скрылись за новым, заблокированным кодом четвертого уровня.

— Черт! Кросс стирает архив! — рявкнул Джаспер.

— Качай то, что есть! Быстро!

Джаспер лихорадочно ударил по клавишам, перебрасывая уцелевшую часть файла с именем Томаса Кросса на её тактическое устройство. Вивиан рванула кабель на себя за секунду до того, как терминал турбины окончательно ослеп и погас, погружая отсек в багровый полумрак.

Они остались в полной темноте, тяжело и прерывисто дыша. Полная правда от них ускользнула, скрывшись за глухой стеной шифра четвертого уровня, но имя главного куратора расправы теперь было выжжено в памяти её браслета. Вивиан медленно подняла голову, глядя на Джаспера сквозь завесу промышленного пара. Теперь она возвращалась в Академию не просто следователем, а человеком, который держит руку на детонаторе от главной фамильной тайны Кристиана Кросса. И эта утренняя встреча в холле обещала стать смертельной.