Эхо прошлого

От лица Фэй

Утро началось с привычного ритуала: я отвела Мию в детский сад. Она крепко держала меня за руку, тараторила что-то про новую подружку и про то, как они вместе лепили из пластилина динозавра. Я слушала, улыбалась, а внутри всё сжималось от тревоги. До показа оставалось всего четыре дня, а у меня не было ощущения, что я хоть что-то успеваю.

Вернувшись домой, я сразу окунулась в хаос. Стопки тканей, эскизы, разбросанные по столу, и этот проклятый подиум, который будто специально разваливался у меня на глазах. Я схватила кусок ткани, приложила к манекену — и тут же отбросила. Это было не то. Совсем не то.

Телефон завибрировал. Это была Крис.

— Фэй, ты как? — её голос звучал обеспокоенно. — Я только что разговаривала с Чейзом и Блейном. Они сегодня свободны. Я сказала им, что у тебя времени в обрез... Надеюсь, ты не против, если они заглянут?

Я прикрыла глаза, пытаясь сдержать подступающие слёзы.

— Крис, я просто не справляюсь, — выдохнула я. — Ткани пришли не те, подиум развалился, проводка какая-то странная... Я боюсь, что всё сорвётся.

— Не переживай, — твёрдо сказала Крис. — Мы поможем. Сейчас они будут у тебя. Держись.

Через полчаса раздался звонок в дверь. На пороге стояли Чейз, Блейн и Крис. У каждого в руках были какие-то инструменты, коробки, рулоны ткани.

— Ну что, где тут апокалипсис? — пошутил Чейз, оглядывая комнату.

Я нервно рассмеялась, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

— Везде, — призналась я. — Подиум шатается, свет мигает, а ткани... ну, сами видите.

Блейн тут же направился к подиуму, присел, начал что-то крутить и подтягивать.

— Это мы быстро починим, — уверенно сказал он. — Тут просто крепления ослабли.

Крис тут же взялась за декор: начала расставлять вазы, подбирать цвета, что-то шептать себе под нос.

— Так, эти цветы сюда, а эти — на другую сторону... Нужно добавить немного зелени, чтобы всё выглядело живее, — бормотала она.

Чейз достал из сумки кисти и краски.

— Я тут набросал пару вариантов узоров, которые ты показывала, — сказал он, разворачивая листы. — Если ты не против, я могу начать выкладывать их на стенах.

Я смотрела на них, и в груди разрасталось тепло.

— Вы... вы не обязаны это делать, — тихо сказала я. — У вас выходной...

— А мы хотим, — улыбнулся Чейз. — Ты столько раз помогала нам, теперь наша очередь.

Я закусила губу, чтобы не расплакаться.

— Спасибо, — прошептала я. — Правда, спасибо.

Следующие часы пролетели в бешеной суете. Блейн чинил подиум, налаживал свет, проверял проводку. Крис колдовала над декором, добавляя детали, которые превращали пространство в настоящую галерею. Чейз аккуратно выводил узоры на стенах, сверяясь с моими эскизами. А я, наконец, смогла сосредоточиться на нарядах. Шить, подгонять, примерять — это было моё, это успокаивало.

В какой-то момент я подняла голову и увидела, что Чейз и Крис уже закончили.

— Готово, — объявил Чейз, отступая на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. — Как тебе?

Я огляделась. Пространство преобразилось. Подиум стоял ровно, свет был мягким и рассеянным, узоры на стенах подчёркивали элегантность, а декор добавлял уюта.

— Это... это невероятно, — выдохнула я, чувствуя, как глаза щиплет от слёз. — Вы сделали невозможное.

Крис подошла и обняла меня.

— Всё будет хорошо, — тихо сказала она. — Ты справишься.

Чейз хлопнул меня по плечу.

— Если что, мы всегда рядом.

Я крепко обняла их обоих, не в силах подобрать слова.

— Спасибо вам, — повторила я. — Без вас я бы не справилась.

Они улыбнулись, попрощались и ушли, оставив меня с Блейном. Он как раз заканчивал с последними штрихами по свету.

— Почти всё, — сказал он, вставая и отряхивая руки. — Осталось только проверить, как свет ложится на подиум.

Я подошла к нему, чувствуя, как внутри всё ещё дрожит от напряжения.

— Блейн, ты... ты просто спас меня сегодня, — призналась я. — Я не знаю, что бы я без тебя делала.

Он слегка улыбнулся, пожал плечами.

— Да ладно, это мелочи. Главное, чтобы показ прошёл хорошо. И тут меня прорвало. Я кинулась к нему и крепко обняла, уткнувшись лицом в его плечо.

— Спасибо, — шептала я. — Спасибо, спасибо...

Он на мгновение замер, явно не ожидая такого порыва, а потом осторожно обнял меня в ответ.

— Всё хорошо, — тихо сказал он. — Ты молодец. Ты всё успеешь.

Мы стояли так несколько секунд, и я чувствовала, как его спокойствие понемногу передаётся мне.

Но тут дверь открылась, и на пороге появилась Селин. Она замерла, увидев нас.

— Ой, простите, я не хотела мешать, — зло пробормотала она.

Блейн тут же отстранился

— Нет, всё в порядке, — поспешно сказал он. — Я как раз собирался уходить.

— Да, конечно, — кивнула Селин, стараясь не смотреть на меня.

Блейн повернулся ко мне.

— Если что-то понадобится — звони, — сказал он. — Я всегда на связи.

Я кивнула, чувствуя, как внутри что-то сжимается.

— Спасибо ещё раз, — тихо сказала я.

Он улыбнулся, махнул рукой и вышел вслед за Селин. Дверь за ними закрылась, и я осталась одна. В комнате вдруг стало слишком тихо.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Нужно было забрать Мию из садика. Когда я приехала за ней, она тут же бросилась ко мне.

— Мама, можно я сегодня останусь у Крис и Чейза? — затараторила она. — Они обещали показать мне новый мультик и испечь печенье!

Я посмотрела на её сияющее лицо и не смогла отказать.

— Конечно, солнышко, — улыбнулась я. — Если они не против.

Крис и Чейз действительно были только рады. Мия тут же убежала с ними на кухню, а я ещё раз поблагодарила друзей и поехала домой.

Дома было тихо. Слишком тихо. Я обошла комнаты, проверяя, всё ли на месте. И вдруг почувствовала что-то странное. Что-то не так.

Я остановилась, прислушиваясь к тишине. И тут заметила это — маленькую красную точку на стене напротив. Она медленно ползла по поверхности... и вдруг замерла. Прямо на моём боку.

Тихий щелчок.

Боль пронзила бок, острая, жгучая. Я схватилась за рану, чувствуя, как тёплая кровь пропитывает ткань. В глазах потемнело, мир начал расплываться.

Из последних сил я вытащила телефон из кармана, пальцы дрожали. В голове крутился только один номер.

— Блейн? — мой голос звучал хрипло, почти шёпотом.

— Фэй? Что-то случилось? — в его голосе тут же прозвучала тревога.

— Помоги... — успела выдохнуть я, прежде чем тьма окончательно поглотила меня.

От лица Блейна

Услышав голос Фэй, я немного был в шоке. Мы ужинали с Селин. Я решил, что Фэй нужно оставить. Она в прошлом. У неё идеальная жизнь: любимая работа и милая дочь. Я думал, что, возможно, с Селин я буду счастлив и смогу забыть Фэй. Но её звонок меня ошарашил.

— Блейн? — послышался голос Фэй.

— Фэй? Что-то случилось? — с тревогой спросил я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Помоги... — и тишина.

— Фэй! — я начал нервничать, в груди всё похолодело. Я вскочил из‑за стола так резко, что стул с грохотом отъехал назад.

— Блейн? Ты чего? — спросила Селин, её глаза округлились от удивления.

— Мне нужно ехать, — голос прозвучал жёстко, даже для меня самого.

— Что? В смысле? У нас же ужин! — в её голосе прорезалась обида.

— Селин! Я сказал, мне нужно уехать, — отрезал я, не дожидаясь её ответа. Я схватил ключи, накинул куртку и выбежал из квартиры. В голове билась только одна мысль: «Только бы успеть».

Дорога до дома Фэй казалась бесконечной. Светофоры, пробки, каждый метр — как вечность. Я гнал, нарушая все мыслимые правила, молясь про себя, чтобы она была жива.

Когда я ворвался в её дом, сердце будто остановилось. Фэй лежала на полу, вокруг растекалось тёмное пятно.

— Твою мать! — выдохнул я, падая рядом с ней на колени. Её лицо было бледным, дыхание едва уловимым.

Я тут же вызвал скорую, пальцы дрожали так, что я дважды неправильно набирал номер. Потом, не раздумывая, набрал Чейза.

— Брат, ты чего так поздно? — сонно пробормотал он.

— Чейз, в Фэй стреляли, — мой голос звучал глухо, будто из другого мира.

— Что?! — в трубке раздался резкий вдох.

— Я сейчас с ней. Вызвал скорую. Они через пять минут будут. Собирайся, я скину адрес больницы, — слова вылетали из меня отрывисто, как выстрелы.

— Выезжаю! — коротко бросил Чейз и сбросил вызов.

Я присел рядом с Фэй, осторожно приподнял её голову, стараясь не навредить.

— Чёрт! Фэй, милая, держись, слышишь? Держись, скорая уже едет, — шептал я, словно пытаясь передать ей свою силу. — Ты не можешь вот так просто взять и уйти. Не сейчас. Не после всего.

Время тянулось мучительно медленно. Каждая секунда казалась вечностью. Наконец, послышались сирены. Медики ворвались в дом, оттеснили меня, начали работать. Я стоял в стороне, сжав кулаки до хруста в пальцах, и смотрел, как они спасают её.

Потом была дорога в больницу, ожидание в холодном коридоре, где время вообще потеряло смысл. Я мерил шагами пол, не в силах усидеть на месте. Чейз примчался через двадцать минут, такой же взъерошенный и встревоженный, как и я.

— Ну что? — он схватил меня за плечо.

— Ничего. Ждём, — процедил я. — Они сказали, что она в операционной.

Мы сидели, стояли, снова ходили. Говорить не хотелось. Слова казались пустыми перед лицом того, что могло случиться.

А потом вышел врач.

— Она жива, — коротко сказал он. — Пуля не задела жизненно важные органы. Ей очень повезло.

И тут меня прорвало. Я рванул внутрь, к ней, наплевав на все правила и запреты. Чейз шёл следом. Мы нашли её палату, и когда дверь распахнулась, я увидел её — бледную, но живую.

От лица Фэй

Я очнулась, как я поняла, в больнице. Возле меня стоял доктор.

— Мисс, как вы себя чувствуете?

— Вроде хорошо, только слабость есть, — словно в бреду сказала я, пытаясь сфокусировать взгляд. Всё казалось каким‑то нереальным, будто я смотрела на мир сквозь мутное стекло.

— Так, ну, ваши показатели в норме, жизненные органы не задеты, вам очень повезло. Ваш жених вовремя вызвал скорую.

— Жених? — я нахмурилась, пытаясь осознать сказанное.

— Ну да. Только он какой‑то не нормальный у вас, чуть не разворотил всю больницу, говоря при этом, что если мы вас не спасём, он поубивает всех. Нам пришлось вызвать охрану, но он вырубил шестерых наших охранников. Но его всё же выпроводили полицейские с горем пополам. Потом приехал ваш брат, и нам его тоже пришлось выпроваживать, ведь он говорил практически то же самое. Он точно ваш жених? — доктор говорил быстро, словно хотел выговориться, пока у него есть такая возможность. Я сразу поняла, что речь идёт о Блейне. Только на хрена он представился моим женихом — непонятно. Ну да ладно.

— К сожалению, да, — вздохнула я.

— Сочувствую, — пробормотал доктор.

— А где они сейчас? — спросила я, уже догадываясь об ответе.

— Вы были без сознания пять часов, и они всё это время сидели на улице. Полиция и медики уговорили их остаться там.

— Тогда это я вам сочувствую, — слабо улыбнулась я.

— В смысле? — доктор недоумённо приподнял бровь.

В эту секунду из коридора послышались крики и маты, и дверь моей палаты, мягко говоря, открылась — я думала, она вообще вылетит с петель. Доктор аж подскочил на месте.

— Фэй! — парни крикнули в унисон, врываясь в палату. Их лица были искажены тревогой, но в глазах читалось невероятное облегчение.

— Так! Спокойно! Не пугайте людей, — сказала я, стараясь звучать твёрдо, хотя внутри всё дрожало.

— Доктор, как она? — спросил Блейн, не осмеливаясь подойти ко мне, будто боялся спугнуть это хрупкое ощущение, что всё хорошо.

— Она в норме. Важные органы не задеты, рану мы зашили, состояние стабильное. Думаю, через неделю или меньше мы её выпишем, — очень быстро сказал доктор, немного заикаясь, словно хотел поскорее закончить разговор и уйти.

— Спасибо, — тихо сказала я доктору.

— Выздоравливайте, я к вам ещё зайду, — доктор с опаской посмотрел на парней, очень аккуратно обошёл их и буквально выбежал из палаты.

— Фэй, мы очень испугались, — сказал Чейз, подходя ко мне и осторожно беря меня за руку. Его пальцы были холодными, а хватка — отчаянной.

— Всё хорошо, Чейз, я жива, — улыбнулась я, стараясь успокоить его.

— Ты не видела, кто это был? — спросил Блейн. Его голос звучал напряжённо, в нём слышалась сдерживаемая ярость.

— Нет, я зашла домой и увидела какую‑то красную точку, потом щелчок — и всё, — я покачала головой, вспоминая тот жуткий момент. — Дальше — темнота.

— Мы его найдём, я тебе обещаю, — твёрдо сказал Чейз.

— Что‑нибудь хочешь? — спросил он, стараясь хоть чем‑то помочь.

— Пить, если честно, — призналась я, ощущая, как пересохло в горле.

— Понял, я быстро, — Чейз выбежал из палаты, словно был рад хоть какому‑то делу.

Блейн подошёл ко мне ближе и присел на корточки возле кровати, так, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Я испугался за тебя, — тихо признался он, и в его взгляде я увидела то, что он так старательно прятал: уязвимость, страх потерять меня.

— Ты меня спас. Чёрт, Блейн, ты спас мне жизнь. Спасибо тебе, — прошептала я, глядя на него.

— Ты позвонила именно мне, — ответил он, словно это было самым важным.

— Знаешь, когда в меня выстрелили, я взяла телефон и только твой номер был у меня в голове. И больше ничего, — воспоминания сразу всплыли в моей памяти, яркие и живые, как будто это было вчера.

*Flashback. 6 лет назад*

— Блейн, ну перестань! — мы лежали в кровати, и парень меня щекотал, не давая и секунды на передышку.

— Пока не скажешь — не перестану, — он ухмылялся, явно наслаждаясь моей беспомощностью.

— Ладно, ладно, скажу! — я заливалась смехом, извиваясь под его руками.

— Я жду, — он замер, выжидающе глядя на меня.

— Хорошо, — сдалась я, вытирая слёзы от смеха. — твой номер телефона - я продиктовала его номер —Доволен? Теперь в моей голове в универе вместо математики будет всплывать твой номер телефона, а не уравнения, которые нужно решить.

Он рассмеялся, притянул меня к себе и крепко обнял — так, что я почувствовала, как бьётся его сердце, ровно и сильно, будто оно знало, что должно меня держать.

— Зато ты всегда будешь знать, куда звонить в случае опасности, Фея, — сказал он и поцеловал меня в висок, легко, почти невесомо. — Только для тебя я никогда в жизни не буду менять номер. Даже если ты будешь далеко. Даже если мы к тому времени будем не вместе, что мне сложно представить, — ты всегда будешь набирать этот номер и знать, что я приеду и спасу твой зад. А потом сделаю так... — Блейн перевернул меня на живот и шутливо чмокнул в ягодицу.

— Дурак! — весело сказала я, но внутри всё пело от счастья, от этой его бесцеремонной, родной заботы.

— Зато твой, Фея, — он снова притянул меня, уже спиной к себе, обнял крепко, уткнулся носом в волосы.

— Именно, мой любимый дурак, — я улыбнулась, открыла его телефон и записала свой номер, нарочно добавив в контакты: «Твоя Фея (и не вздумай удалять)». И его номер себе в телефон «Любимый дурак» Потом повернулась к нему, поддразнивая: — Только обещай, что, когда спасёшь этот зад, ты поцелуешь его так же. Только с продолжением.

Блейн замер на секунду, а потом рассмеялся — низким, тёплым смехом, от которого по коже бежали мурашки.

— Обещаю, — сказал он и поцеловал меня в губы — очень нежно, будто боялся спугнуть этот момент. — Так продолжить?

— Нуууу... Можно ещё и так, — я положила свою руку на его уже каменный член, а его ладонь направила себе между ног.

— Фея, ты испытываешь меня, — выдохнул он, и в его голосе была не только страсть, но и какая-то отчаянная нежность, будто он хотел запомнить каждую секунду.

Я засмеялась, но смех получился прерывистым, дрожащим от близости, от того, как сильно я его хотела.

*Конец flashback*

— И всё же ты помнишь мой номер лучше математики, — усмехнулся Блейн, возвращая меня из прошлого в настоящее. Его взгляд был тёплым, но в нём читалась и какая-то затаённая боль, словно он сам не верил, что мы снова здесь, рядом, говорим об этих старых шутках.

«Он тоже помнит этот момент?» — пронеслось у меня в голове. Я думала, что он решил забыть всё, связанное со мной. Что те годы, те обещания, те прикосновения — всё это осталось где-то там, за чертой, которую он сам провёл пять лет назад. А сейчас... сейчас он смотрел на меня так, будто ничего не стёрлось, не выветрилось, не потерялось.

— Это ты виноват, — с улыбкой сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко, будто внутри не переворачивалось всё от этой близости, от этого взгляда. — Но память у меня хорошая.

— Тогда ты должна помнить, что я должен сделать, когда спасу тебя, — он чуть наклонил голову, и в этом движении было столько знакомого, столько того самого Блейна, что у меня перехватило дыхание.

Я затаила дыхание... Нет, ну он же не будет это делать? Прямо здесь, в палате, где пахнет лекарствами, где за дверью ходят врачи, где всё кричит о том, что сейчас не время для шуток?

— Фэй? Может, напомнить? — в его голосе снова мелькнула эта фирменная ухмылка, та самая, от которой я раньше готова была и смеяться, и злиться одновременно.

— Я и так помню, — быстро сказала я, пытаясь сохранить хоть каплю серьёзности, но уголки губ всё равно предательски ползли вверх.

— Тогда самое время исполнить моё обещание. Ты ведь знаешь, я никогда не нарушаю их.

— Знаю, Блейн, — прошептала я, и в этот самый момент дверь распахнулась, и на пороге появился Чейз с бутылкой воды и пакетом вкусняшек.

«Твою мать! Хотя... чему я огорчаюсь? Я не нужна Блейну, он сам это говорил пять лет назад, а сейчас что? Спасибо, Чейз!» — пронеслось у меня в голове. И правда, спасибо. Этот момент, этот разговор, эти полушутки-полуобещания — они были слишком хрупкими, слишком опасными для моего сердца.

— Чейз? А где Мия? — спросила я, стараясь перевести дыхание и вернуть себе хотя бы видимость спокойствия.

— С ней всё хорошо, она с Крис, — Чейз вошёл, поставил воду и пакет на тумбочку, потом подошёл и сел на край кровати, привычно, по-братски, будто так и надо — он здесь, я здесь, всё под контролем. — Я ей сказал, что ты заболела и немного полежишь в больнице. Если хочешь, я попрошу Крис привезти её?

— Не стоит, — я покачала головой, чувствуя, как внутри сжимается что-то тёплое и болезненное. — Не хочу, чтобы она видела меня такой. Лучше завтра.

— Хорошо. Не волнуйся, мы позаботимся о ней, тем более Блейн вызвался на помощь. Мия о нём всегда спрашивала, — Чейз улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла, столько братской заботы, что на глаза снова навернулись слёзы — на этот раз не от смеха, а от благодарности.

Блейн на секунду замер, будто слова Чейза задели в нём какую-то струну. Он опустил взгляд, потом снова посмотрел на меня — уже без улыбки, серьёзно, будто вдруг осознал всю тяжесть того, что происходит.

— Она каждый раз спрашивает: «А дядя Блейн придёт?» — тихо сказал он, словно эти слова давались ему нелегко.

Чейз взял мою руку в свою, сжал крепко, по-родному.

— Ты главное не переживай ни о чём, ладно? Мы всё разрулим. Показ, дом, Мия — всё будет хорошо. А того, кто это сделал, мы найдём. Клянусь.

Я сжала его пальцы в ответ, чувствуя, как сквозь слабость пробивается сила — сила тех, кто рядом.

— Спасибо, Чейз. Ты всегда знаешь, что сказать.

В палату заглянул дежурный врач, быстро проверил показатели, что-то записал в карте и ушёл, бросив на парней короткий взгляд — мол, долго не задерживайтесь.

Когда дверь снова закрылась, в комнате повисла тишина. Но теперь она была другой — не напряжённой, не звенящей от невысказанных слов, а спокойной, уютной, как бывает, когда рядом свои люди.

Мы смотрели друг на друга, и в этой тишине было больше слов, чем в любых разговорах.

— Вот, держи, — Чейз снова подошёл, поставил стакан с водой на тумбочку. — Ты наверняка хочешь пить.

Я взяла стакан, сделала несколько глотков, чувствуя, как жизнь понемногу возвращается в тело, как тепло разливается по венам, прогоняя остатки слабости.

— Спасибо, ребята, — тихо сказала я. — За всё.

Блейн кивнул, встал, провёл рукой по волосам — этот жест был таким знакомым, таким родным, что у меня защемило сердце.

— Главное, что ты жива, — произнёс он. — Остальное мы решим. Вместе.

И в этот момент я поняла: несмотря на все тайны, на все страхи и опасности, которые ждали впереди, я была не одна. И это было самое главное.

Но где-то глубоко внутри всё равно шевелился холодок тревоги: кто-то прицелился в меня, кто-то нажал на курок. И пока этот кто-то оставался в тени, ни я, ни мои близкие не были в безопасности.

— Блейн, — тихо позвала я, когда он уже собирался отойти к окну.

Он обернулся.

— Да?

— Если ты сейчас скажешь, что это просто случайность или что всё будет хорошо, я тебя ударю, даже если мне потом будет больно, — попыталась пошутить я, но в голосе не было веселья.

Он подошёл, наклонился, оперся руками о спинку кровати, так что наши лица оказались совсем близко.

— Я не скажу, что всё будет хорошо, — серьёзно произнёс он. — Потому что пока это не так. Но я скажу другое: я не позволю, чтобы с тобой ещё раз что-то случилось. Ни за что.

Я смотрела в его глаза и видела там ту самую решимость, которую знала ещё с тех времён, когда он обещал, что никогда не сменит номер. И я верила ему. Как верила тогда. Как верю сейчас.

— Ладно, — выдохнула я. — Тогда просто побудь рядом. Хоть немного.

Он сел на стул рядом с кроватью, взял мою руку — осторожно, будто боялся сделать больно. — Хоть сколько нужно, — прошептал он. — Хоть всю ночь.

Чейз устроился на подоконнике, достал телефон, начал что-то печатать — наверное, писал Крис, чтобы она не волновалась.

А я закрыла глаза, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Рядом были те, кто не даст упасть. И пока они здесь, я смогу выстоять.