Опасная дистанция

Кэмерон

После той встречи у Нэйтана дома я какое-то время действительно верил, что между нами что-то изменилось. Не резко и не настолько, чтобы это можно было назвать отношениями или даже дружбой, но достаточно, чтобы я перестал воспринимать его исключительно как соперника. После аварии всё стало каким-то непривычно простым. Мы начали иногда переписываться без повода, и это было, наверное, самым странным из всего происходящего. Нэйтан мог написать вечером и спросить, как прошёл мой день, я мог поинтересоваться его плечом, а потом мы неожиданно обнаруживали себя за обсуждением совершенно бессмысленной вещи вроде того, какой мотоцикл лучше ведёт себя на мокрой трассе. Иногда мы говорили об университете, иногда о гонках, иногда просто обменивались несколькими сообщениями, не пытаясь превратить разговор в очередную перепалку. Он больше не пытался постоянно вывести меня из себя, а я впервые не чувствовал необходимости защищаться от каждого его взгляда, каждого слова или случайного прикосновения. После того вечера на его кухне я впервые увидел в нём не только Вайпера, не только сына Ричарда Ривза и человека, которого привык считать своим главным соперником. Я увидел обычного парня, который потерял мать слишком рано, который переживал из-за отца и который, несмотря на всё своё самодовольство, иногда просто хотел, чтобы рядом кто-то был. И, наверное, именно поэтому новость о том, что у него появился кто-то другой, застала меня настолько неподготовленным.

На вечеринке я замечаю Нэйтана почти сразу, хотя специально его не ищу. По крайней мере, именно это я пытаюсь убедить себя в первые несколько секунд. Музыка гремит так громко, что стены будто вибрируют вместе с басами, в комнате слишком много людей, приглушённый свет постоянно меняется, оставляя на лицах короткие полосы разноцветных бликов. Я разговариваю с Райаном, киваю в ответ на какую-то его фразу, но в какой-то момент мой взгляд сам собой уходит в сторону бара — и останавливается на Нэйтане. Он стоит рядом с высоким темноволосым парнем, которого я несколько раз видел в университете, но никогда особо не обращал на него внимания. Сейчас, почему-то, замечаю каждую деталь. Тёмные волосы, спокойная улыбка, то, как он наклоняется к Нэйтану, чтобы сказать что-то ему на ухо из-за громкой музыки. Нэйтан смеётся, отвечает ему, а потом кладёт ладонь ему на спину, будто это совершенно привычный жест. Ничего особенного. Абсолютно ничего. Я повторяю это про себя почти машинально, потому что именно так и должно быть. Нэйтан свободен. Он может разговаривать с кем хочет, смеяться с кем хочет и прикасаться к кому хочет. Я вообще не должен обращать на это внимания.

Но почему-то продолжаю смотреть.

Сначала я убеждаю себя, что просто случайно задержал взгляд. Потом отворачиваюсь, делаю глоток из стакана и пытаюсь снова сосредоточиться на разговоре с Райаном. Проходит минута. Может, две. Я снова смотрю в сторону бара, хотя прекрасно знаю, что именно там увижу. Нэйтан всё ещё стоит рядом с тем парнем. Теперь они разговаривают ещё ближе, и я замечаю, как Нэйтан улыбается ему. Эта улыбка почему-то задевает меня сильнее, чем должна. Я сжимаю стакан чуть крепче и заставляю себя посмотреть в другую сторону, но через несколько секунд снова ловлю себя на том, что ищу его глазами среди толпы. Меня начинает раздражать уже не Нэйтан, а собственное поведение. Я ведь не обязан следить за каждым его движением. Более того, после всего, что между нами произошло, мне вообще следовало бы радоваться, что он наконец перестал тратить на меня всё своё внимание. Но вместо этого внутри появляется странное, неприятное чувство, которое постепенно становится всё сильнее.

Нэйтан выглядит расслабленным. Он смеётся, что-то говорит своему спутнику, иногда касается его руки, а тот отвечает ему тем же. Я замечаю каждое такое движение, хотя прекрасно понимаю, что не должен. Смотрю на ладонь Нэйтана, задержавшуюся на чужом предплечье, на расстояние между ними, на то, как парень наклоняется к нему, и чувствую, как внутри медленно поднимается раздражение. Я не понимаю, откуда оно берётся и почему вообще имеет такое значение. В конце концов, Нэйтан мне никто. Он не обещал мне ничего. Мы не встречаемся. Между нами даже нет нормального определения тому, что происходит последние несколько недель. Мы просто начали разговаривать. Просто стали проводить вместе больше времени. Просто я привык видеть его рядом.

Наверное, дело именно в этом.

Я привык.

И теперь, когда рядом с ним появляется кто-то другой, мне неожиданно становится некомфортно. Настолько, что я уже не слышу половины того, что говорит Райан. Музыка продолжает греметь, вокруг смеются люди, кто-то проходит мимо, задевая меня плечом, но всё это постепенно превращается в неразборчивый фон. Я снова смотрю на Нэйтана и понимаю, что уже несколько минут практически не свожу с него глаз.

Райан оказывается рядом именно в тот момент, когда я снова смотрю в сторону бара. Я замечаю его только тогда, когда он останавливается возле меня и несколько секунд ничего не говорит. Просто переводит взгляд с меня на Нэйтана, потом обратно, будто пытается сопоставить две совершенно очевидные вещи. На его лице появляется выражение человека, который только что понял что-то раньше меня самого и теперь решает, стоит ли вообще вмешиваться. Я делаю вид, что не замечаю его взгляда, но это бесполезно. Райан слишком хорошо меня знает, чтобы поверить в моё безразличие. Наконец он тихо усмехается и наклоняется чуть ближе, чтобы мне не пришлось перекрикивать музыку.

— Ты собираешься прожечь в нём дыру взглядом или мне принести тебе что-нибудь холодное? — спрашивает он с лёгкой усмешкой.

Я резко отворачиваюсь от бара и смотрю на него.

— Я просто слежу за Нэйтаном.

— Конечно, — совершенно спокойно отвечает Райан, делая глоток из своего стакана. — Просто следишь.

В его голосе столько невинности, что мне сразу становится понятно: он издевается.

— Именно, — сухо бросаю я.

Райан ничего не отвечает, только снова смотрит в сторону Нэйтана, а потом возвращает взгляд ко мне. Я уже заранее знаю, что сейчас последует очередной комментарий.

— Уже минут двадцать.

Я хмурюсь.

— Ты засекал?

— Нет. Просто это сложно не заметить.

Я собираюсь что-то ответить, но в итоге молчу. Потому что именно в этот момент мой взгляд снова сам собой возвращается к бару. Нэйтан всё ещё там. Тревор что-то говорит ему прямо на ухо, потому что музыка стала ещё громче, а Нэйтан смеётся, слегка наклоняя голову в его сторону. От одного этого простого движения внутри снова появляется неприятное ощущение, будто кто-то медленно сжимает что-то у меня под рёбрами. Я отвожу взгляд, делаю глоток и пытаюсь убедить себя, что мне действительно всё равно.

Райан замечает это снова. Конечно, замечает.

— Кстати, — произносит он уже без прежней насмешки, чуть поворачиваясь ко мне, — это Тревор.

Я перевожу на него взгляд.

— Кто?

— Парень рядом с Нэйтаном. Тревор. Они давно знакомы.

Я стараюсь придать голосу максимально равнодушный тон, хотя уже понимаю, что задавать следующий вопрос — плохая идея.

— И что?

Райан пожимает плечами.

— Ничего. Просто если ты так внимательно наблюдаешь, тебе, наверное, интересно.

Я молчу, и он продолжает:

— Насколько я знаю, они иногда остаются вместе после вечеринок.

Я медленно хмурюсь.

— В смысле?

Райан смотрит на меня несколько секунд, будто действительно решает, стоит ли говорить прямо. Потом спокойно отвечает:

— В прямом. Они спят вместе.

Мне требуется несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. Слова доходят до меня не сразу, будто музыка вокруг внезапно стала слишком громкой, а мозг пытается отгородиться от смысла. Они спят вместе. Я смотрю на Райана, потом снова перевожу взгляд на Нэйтана и Тревора. И теперь картинка перед глазами почему-то выглядит совершенно иначе. Ещё минуту назад я видел двух парней, которым просто хорошо рядом. Теперь каждое движение Нэйтана кажется мне слишком личным. Слишком близким. Слишком неправильным, хотя я прекрасно понимаю, насколько абсурдно звучит эта мысль.

Нэйтан мне никто.

Он свободен.

Он никогда не обещал мне ничего.

Более того, между нами вообще нет отношений, которые давали бы мне хоть малейшее право ревновать его к кому-то. Я сам прекрасно понимаю это. Могу перечислить все причины, почему не должен испытывать никаких эмоций по этому поводу. Могу объяснить их логически. Могу даже убедить себя, что это просто неожиданность.

Но знание почему-то совершенно не помогает.

— Понятно, — коротко произношу я.

Райан внимательно смотрит на меня, и я сразу понимаю, что он слышит в моём голосе гораздо больше, чем мне хотелось бы показать. Я снова смотрю на Нэйтана. Тревор стоит совсем близко к нему, что-то говорит, а потом кладёт руку ему на плечо. Обычный жест. Совершенно обычный. Ничего такого, что должно заставить меня стиснуть зубы до боли.

Но я стискиваю.

Внутри мгновенно вспыхивает ярость — резкая, горячая, совершенно неразумная. Она поднимается настолько быстро, что я даже не успеваю её остановить. Мне хочется подойти туда, убрать руку Тревора с плеча Нэйтана и оттащить его подальше. Хочется спросить, какого чёрта он вообще так к нему прикасается. Хочется заставить его перестать улыбаться и исчезнуть из поля зрения Нэйтана хотя бы на несколько минут. И где-то на самой границе здравого смысла возникает ещё более неприятная мысль: мне хочется просто ударить его.

Я представляю, как подхожу к ним, как становлюсь между ними, как Нэйтан удивлённо смотрит на меня, а я пытаюсь придумать хоть одну нормальную причину своего поведения. Но не нахожу ни одной. Потому что какая бы причина ни пришла мне в голову, она будет звучать одинаково нелепо.

Я не хочу, чтобы он был рядом с тобой.

От этой мысли становится почти физически не по себе.

Моя рука сама сжимается в кулак.

— Кэм, — тихо произносит Райан.

Я поворачиваюсь к нему.

— Что?

Он переводит взгляд на мою руку, потом снова смотрит мне в лицо.

— Только не говори мне, что ты сейчас собираешься пойти и набить ему лицо.

Я резко качаю головой.

— Я не собираюсь ничего делать.

— У тебя костяшки побелели.

Я смотрю на собственную руку и только теперь замечаю, насколько сильно сжал пальцы. Медленно разжимаю их, провожу ладонью по бедру, пытаясь избавиться от напряжения, но легче не становится. Взгляд снова возвращается к Нэйтану.

Тревор что-то говорит ему, и Нэйтан улыбается.

И именно эта улыбка раздражает меня сильнее всего.

Не потому, что Нэйтан улыбается.

А потому, что он улыбается ему.

Я отворачиваюсь, пытаясь прийти в себя, но через несколько секунд снова смотрю туда. Тревор теперь касается Нэйтана за локоть, и внутри снова вспыхивает та же горячая волна. Я резко выдыхаю и провожу языком по пересохшим губам.

— Блять, — тихо вырывается у меня.

Райан смотрит на меня с выражением человека, который окончательно убедился в собственной правоте.

— Вот теперь я точно ничего хорошего не скажу.

— Заткнись.

— Кэм...

— Я сказал, заткнись.

Он замолкает, но я вижу, что улыбается.

Несколько секунд мы просто стоим рядом, а я продолжаю смотреть в сторону бара, несмотря на собственное обещание больше этого не делать. Нэйтан снова что-то говорит Тревору, тот смеётся, и я чувствую, как внутри всё сжимается ещё сильнее. Мне хочется оказаться между ними. Хочется убрать Тревора от него. Хочется, чтобы Нэйтан перестал смотреть на него и посмотрел на меня.

Именно эта последняя мысль заставляет меня окончательно замереть.

Чтобы он посмотрел на меня.

Я отвожу глаза и пытаюсь убедить себя, что неправильно понял собственную реакцию. Что это злость. Обычная злость. Что я просто не люблю Нэйтана и раздражаюсь из-за его очередной игры. Но где-то внутри уже понимаю: если бы мне действительно было всё равно, я бы не чувствовал желания оттащить другого человека от него.

Райан тихо произносит:

— Кэм, ты ревнуешь.

— Нет.

Ответ получается настолько быстрым, что я сам слышу, насколько неубедительно он звучит.

Райан только качает головой и снова отпивает из стакана.

— Конечно.

Я ничего не отвечаю. Потому что впервые за весь вечер у меня нет ни одного аргумента, который мог бы убедить даже меня самого.

Я даже не успеваю ему ответить, потому что Нэйтан вдруг поднимает взгляд. Наши глаза встречаются через всю комнату совершенно случайно, но он почему-то сразу перестаёт слушать Тревора. Несколько секунд просто смотрит на меня, и я буквально вижу, как меняется его выражение. Сначала в глазах появляется лёгкое удивление, будто он только сейчас заметил, что я здесь. Потом взгляд становится внимательнее. Нэйтан словно изучает меня, задерживается на моём лице, на напряжённой челюсти, на руках, которые я никак не могу заставить расслабиться. Он слишком хорошо меня знает, чтобы не заметить, что со мной что-то происходит. А потом его взгляд медленно перемещается на Тревора. Он смотрит на него всего пару секунд, после чего снова возвращается ко мне. И в этот момент я понимаю: он всё понял. Возможно, не до конца, возможно, пока только догадался, но ему достаточно того, что он увидел.

Нэйтан что-то говорит Тревору. Тот кивает, а Нэйтан разворачивается и начинает идти в мою сторону. Я остаюсь на месте, хотя каждая клетка тела требует сделать шаг назад. Мне хочется исчезнуть в толпе, раствориться среди людей, найти какой-нибудь предлог уйти. Но ноги будто намертво приклеены к полу. Я злюсь на него за то, что он заметил. Злюсь на Тревора за то, что тот вообще оказался рядом с ним. Злюсь на Райана за то, что он заставил меня посмотреть на происходящее под совершенно другим углом. И сильнее всего я злюсь на себя — за то, что позволил этому зайти настолько далеко. Потому что теперь я уже не могу спрятаться за обычным «мне всё равно». Слишком много всего накопилось за последние недели, и одна простая мысль становится настолько очевидной, что я практически физически чувствую её внутри себя: мне невыносимо видеть Нэйтана с кем-то другим.

Райан ещё несколько секунд наблюдает за мной, а потом тихо спрашивает, уже без прежней усмешки:

— Кэм, только честно. Ты точно натурал?

Я резко поворачиваю голову к нему.

— Что?

— Я серьёзно.

Он говорит совершенно спокойно. Никакой издёвки, никакого желания поставить меня в неловкое положение. Райан просто кивает в сторону Нэйтана, который уже постепенно приближается к нам, а потом снова смотрит на меня.

— Потому что ты сейчас смотришь на него так, будто хочешь либо поцеловать его, либо избить человека рядом с ним. И я пока не понял, какой вариант наступит первым.

Я сжимаю челюсть и отвожу взгляд.

— Я не собираюсь никого целовать.

— Про вторую часть я не спрашивал.

Я бросаю на него раздражённый взгляд, но не нахожу, что ответить. Потому что проблема не в его словах. Проблема в том, что они попали слишком близко к чему-то, о чём я сам старательно не думал. Я всегда считал себя совершенно определённым человеком. Никогда не задавался подобными вопросами, никогда не смотрел на мужчин так, как сейчас смотрю на Нэйтана. Но если это ничего не значит, тогда почему мне настолько тяжело от того, что рядом с ним находится Тревор? Почему мне хочется, чтобы он отошёл? Почему мне хочется, чтобы Нэйтан перестал смотреть на него и снова посмотрел на меня?

Я сглатываю и наконец произношу:

— Я просто злюсь.

Райан приподнимает бровь.

— Из-за чего?

Я открываю рот, но ответ не приходит. Я смотрю на Нэйтана, который уже находится всего в нескольких метрах от нас, и снова чувствую, как внутри всё сжимается.

— Не знаю.

Райан несколько секунд молчит, а потом тихо выдыхает:

— Вот именно это меня и беспокоит.

Я ничего не отвечаю. Нэйтан продолжает приближаться, и теперь я уже отчётливо вижу его лицо. Он больше не улыбается так, как улыбался Тревору. В его взгляде появляется какая-то сосредоточенность, будто он действительно хочет понять, что со мной происходит. Я почему-то чувствую себя так, словно меня поймали на чём-то, чего я сам не должен был делать.

— Кэм, — тихо говорит Райан, — если тебе настолько хочется его оттащить от этого парня, может, проблема уже не в Треворе?

Я медленно поворачиваю голову к нему.

Несколько секунд просто смотрю на него, не находя ответа. Мне хочется возразить. Сказать, что он несёт какую-то чушь, что я просто устал, что Нэйтан специально меня провоцирует, что это всё из-за нашей конкуренции и ничего больше. Я могу придумать десятки объяснений. Любое из них будет звучать убедительнее правды.

Но ни одно не приходит в голову.

Потому что где-то глубоко внутри я уже знаю ответ.

Проблема действительно может быть не в Треворе.

Проблема в том, что я хочу Нэйтана рядом с собой.

И впервые эта мысль пугает меня гораздо сильнее, чем сама ревность.

Позже, когда вечеринка становится ещё громче, я снова замечаю Нэйтана у бара. На этот раз он стоит чуть в стороне от Тревора, что-то слушает, скрестив руки на груди, но затем поднимает взгляд и неожиданно встречается со мной глазами. Я понимаю это сразу по тому, как меняется его выражение. Сначала в его взгляде появляется лёгкое удивление, будто он только сейчас осознал, что я действительно всё это время наблюдал за ним. Потом удивление сменяется внимательностью. Он задерживает на мне взгляд дольше обычного, словно пытается понять, что именно происходит у меня в голове. Я почти уверен, что он замечает моё напряжение, сжатую челюсть и то, как я слишком быстро отвожу глаза. Нэйтан переводит взгляд на Тревора, затем снова смотрит на меня, и по едва заметной улыбке я понимаю: он всё понял. Он что-то говорит Тревору, тот кивает, и Нэйтан направляется в мою сторону. Я остаюсь на месте, хотя первая мысль — развернуться и уйти. Но я уже слишком зол, чтобы отступать, а ещё сильнее меня бесит то, что какая-то часть меня хочет дождаться его и услышать, что он скажет.

Нэйтан останавливается рядом, достаточно близко, чтобы мне пришлось поднять на него взгляд. От него пахнет дорогим парфюмом, алкоголем и холодным ночным воздухом, который он, вероятно, успел вдохнуть на улице. Несколько секунд он ничего не говорит, просто смотрит на меня, будто даёт мне возможность самому признаться в том, что я старательно скрываю. Потом чуть склоняет голову и произносит, перекрывая голос музыки:

— Ты сегодня так смотришь на меня, будто хочешь прожечь во мне дыру.

Я стараюсь не показать, насколько точно он попал в цель, и пожимаю плечами.

— Тебе показалось.

— Правда? — спокойно уточняет он.

— Да.

Нэйтан слегка улыбается, но его взгляд остаётся внимательным.

— Тогда почему ты весь вечер следишь за мной?

— Мне всё равно, что ты делаешь.

— Конечно.

В его голосе появляется едва заметная насмешка, но он не давит. Вместо этого делает небольшой шаг ближе и наклоняется, чтобы мне не пришлось вслушиваться в каждое слово.

— Только смотришь ты на меня так, будто хочешь меня трахнуть.

Я мгновенно замолкаю. Внутри всё вспыхивает одновременно — злость, смущение и что-то ещё, чему я пока даже не хочу давать название. Я чувствую, как становится жарко лицу, и резко смотрю в сторону.

— Не неси херню.

— А почему? — спрашивает Нэйтан совершенно спокойно. — Я просто пытаюсь понять, что происходит у тебя в голове.

— Ничего там не происходит.

— Тогда почему ты так бесишься из-за Тревора?

Я бросаю короткий взгляд в сторону бара. Тревор всё ещё стоит там, разговаривая с кем-то из гостей. Одной этой секунды хватает, чтобы внутри снова поднялось раздражение.

— Потому что ты специально меня провоцируешь.

Нэйтан несколько секунд молчит, а потом отвечает:

— Возможно.

Он смотрит мне прямо в глаза, и его выражение постепенно становится серьёзнее.

— Знаешь, что самое интересное?

Я ничего не говорю.

Нэйтан чуть наклоняет голову и продолжает уже тише:

— Меня заводит твоя ревность.

Я замираю.

Слова словно зависают между нами, несмотря на громкую музыку и толпу вокруг. Я несколько секунд просто смотрю на него, пытаясь понять, действительно ли он это сказал.

— Я не ревную, — наконец произношу я.

— Конечно, — спокойно отвечает Нэйтан. — Именно поэтому ты весь вечер следишь за каждым моим движением.

Я хочу огрызнуться, но слова застревают где-то в горле. Нэйтан делает ещё полшага ближе, и расстояние между нами становится слишком маленьким. Теперь я ощущаю каждое движение его тела, слышу его голос гораздо отчётливее, чем музыку вокруг, и почему-то не могу заставить себя отступить.

— Ты сейчас злишься не на Тревора, — говорит он тише. — Ты злишься потому, что он рядом со мной.

— Мне плевать, с кем ты.

— Тогда почему ты так смотришь?

Я не отвечаю. Нэйтан несколько секунд изучает моё лицо, будто действительно ждёт ответа. В его взгляде уже нет привычной лёгкой насмешки. Там появляется что-то более открытое и опасное, от чего мне становится ещё сложнее сохранять спокойствие.

— Вот именно, — тихо произносит он.

Я заставляю себя поднять взгляд и снова встретиться с ним глазами. И тут понимаю, что напряжение между нами стало совершенно другим. Нэйтан больше не выглядит просто самодовольным победителем, который наслаждается моей реакцией. В его взгляде есть откровенный интерес, и он даже не пытается его скрыть. Я вдруг слишком остро осознаю, насколько близко он стоит, насколько легко мог бы сделать ещё один шаг, сократив последние сантиметры между нами.

И самое ужасное заключается в том, что мне не хочется, чтобы он отходил.

Нэйтан заметил мою реакцию практически сразу. Конечно, заметил. Он вообще слишком хорошо научился читать меня по мелочам — по тому, как я отвожу взгляд, как напрягаю плечи, как начинаю говорить быстрее, когда пытаюсь скрыть собственное смущение. Сейчас он несколько секунд просто смотрел на меня, а потом тихо произнёс:

— Не смотри на меня так, Кэм.

Я нахмурился, хотя прекрасно понимал, о чём он говорит.

— Как?

На его губах появилась едва заметная улыбка.

— Будто наконец понял, почему я всё это время тебя провоцировал.

От этих слов внутри снова поднялся жар. Я резко отвёл взгляд, пытаясь вернуть себе хотя бы остатки самообладания, но вместо этого только сильнее почувствовал собственное напряжение. Нэйтан стоял слишком близко, говорил слишком спокойно и смотрел на меня так, будто видел насквозь.

— Ты невыносим, — пробормотал я.

— Возможно.

Он чуть отступил, словно специально давая мне возможность прийти в себя, но взгляд не отвёл. Я снова посмотрел на него и неожиданно понял, что больше не вижу перед собой привычного самодовольного Нэйтана, который просто наслаждается очередной победой в нашей бесконечной игре. Сейчас он тоже выглядел напряжённым. Его улыбка была не такой уверенной, как обычно, а взгляд задерживался на моём лице дольше, чем следовало.

— Только теперь ты хотя бы перестал врать самому себе, — сказал он тише.

Я ничего не ответил.

Потому что впервые за весь вечер действительно не знал, что сказать.

Я уже собирался отвернуться, когда мой взгляд совершенно случайно опустился ниже. И тут я замер. Под тканью брюк отчётливо обозначилась его эрекция. Я мгновенно поднял глаза, чувствуя, как лицо обжигает жаром. Блять. Я действительно это увидел. И теперь уже невозможно было убедить себя, что Нэйтан просто играет со мной — его тело выдало его раньше, чем он успел что-нибудь сказать.

Нэйтан заметил мой взгляд практически сразу. Конечно, заметил. Его губы медленно растянулись в довольной улыбке, а взгляд стал ещё внимательнее.

— Вот теперь ты действительно смотришь, — произнёс он негромко.

Я резко поднял глаза.

— Заткнись.

— Не хочешь обсуждать?

— Нет.

— А я думал, тебе интересно.

Я попытался отступить, но остановился. Слишком поздно было делать вид, что ничего не произошло. Я уже увидел его реакцию и теперь не мог забыть её так же легко, как хотел. Более того, собственное тело предательски отреагировало на это знание, и от осознания стало только хуже. Я сжал челюсть, пытаясь вернуть себе самообладание, но Нэйтан продолжал смотреть на меня так, будто прекрасно понимал, что со мной происходит.

Он чуть наклонился ближе и произнёс почти шёпотом:

— Теперь понимаешь, почему меня так заводит твоя ревность?

Я ничего не ответил. Потому что впервые за весь вечер понял: дело уже давно не только в его провокациях.

— Кэм, — тихо произнёс он.

Я поднял глаза.

Он не продолжил. И, наверное, именно это оказалось самым сильным. Никаких провокаций. Никаких очередных издёвок. Только взгляд, в котором было слишком много понимания.

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, и я впервые перестал искать оправдание собственным чувствам. Мне больше не хотелось убеждать себя, что это злость, соревнование или раздражение. Всё это было чем-то гораздо сложнее. Я слишком хорошо чувствовал собственное тело и уже не мог притворяться, будто близость Нэйтана никак на меня не действует. У меня, мать вашу, встал член, и от этого осознания мне стало настолько неловко, что единственным желанием было как можно скорее исчезнуть отсюда.

Я резко отвёл взгляд, прежде чем Нэйтан успел заметить всё остальное, что происходило со мной. Сделал короткий вдох, сжал пальцы и заставил себя отступить на шаг.

— Мне нужно отойти, — пробормотал я, почти не глядя на него.

Нэйтан ничего не ответил сразу. Я уже развернулся, стараясь двигаться спокойно, хотя внутри всё ещё бушевало, и направился сквозь толпу к коридору. Мне хотелось только одного — оказаться подальше от музыки, от его взгляда и особенно от самого Нэйтана, пока я не верну себе нормальное самообладание. Я не оглянулся, хотя чувствовал его взгляд между лопаток почти до самой двери.

Только оказавшись в более тихом коридоре, я остановился и прислонился спиной к стене, закрыв глаза. Несколько секунд просто стоял там, пытаясь успокоить дыхание и привести мысли в порядок. Я провёл ладонью по лицу и тихо выругался.

— Блять...

Теперь я точно знал, что произошло.

И хуже всего было то, что назад к прежнему «мне всё равно» уже не вернуться.