Только моя! |18+

Она влетела в холл, спотыкаясь о высокий порог, и замерла. Дыхание, сбитое его яростным поцелуем, окончательно перехватило.
Прямо в центре огромного мраморного зала, под тяжелой кованой люстрой, стояли её чемоданы. Но не это заставило её сердце уйти в пятки.
Рядом с вещами, на низком восточном столике, лежала раскрытая бархатная шкатулка с фамильными драгоценностями её матери, которые всегда хранились в сейфе отца. А рядом с ними — заряженный пистолет с гравировкой рода Амирхана.
— Что это?.. — сорвалось с её дрожащих губ.
Амирхан вошел следом, его шаги гулко отдались от высоких сводов. Он небрежно бросил ключи от машины на столик рядом с оружием.
— Это твое приданое, Лаура, — его голос заполнил всё пространство, холодный и властный. — Твой отец прислал вещи еще час назад. Он так торопился избавиться от ответственности за тебя, что забыл даже попрощаться.
Он подошел ближе, вставая за её спиной, и ядовито прошептал прямо в затылок:
— Видишь пистолет? На Кавказе это символ защиты дома. Но для тебя это напоминание: в этом доме только одна воля — моя. Либо ты принимаешь эти украшения и становишься моей королевой, либо... — он сделал паузу, и его рука легла на её талию, притягивая к себе, — ты поймешь, что я умею пользоваться этим металлом.
смотря на веши матери
она медленно взяла колье матери чувствуя ярость с размаху швырнула драгоценность прямо в грудь Амирхана

— Моя мать носила это с гордостью, потому что мой отец любил ее! — выкрикнула она, и ее голос эхом разнесся по огромному холлу.

— А ты... ты купил меня, как скотину на базаре! Думаешь, этот пистолет на столе напугает меня больше, чем жизнь с таким, как ты?
Она сделала шаг вперед, почти касаясь его груди. Ее трясло от гнева, но взгляд был твердым.
— Ты можешь запереть меня, Амирхан. Можешь надеть на меня все золото мира. Но ты никогда не увидишь в моих глазах ничего, кроме презрения.
Ты — не мужчина. Мужчины завоевывают сердца, а ты просто забираешь долги!

Лицо Амирхана вмиг превратилось в каменную маску. Желваки на его челюсти заходили ходуном, а глаза потемнели так, что зрачков стало не видно. Он медленно опустил взгляд на упавшее к его ногам колье, а затем снова посмотрел на нее.

— «Не мужчина»? — его голос стал пугающе тихим, вибрирующим от едва сдерживаемой ярости.
Он не стал кричать. Он резко схватил ее за талию буквально вжимая в себя. Одной рукой он перехватил ее за затылок, наматывая волосы на кулак и заставляя ее смотреть вверх, в его пылающие глаза.
— Ты слишком смелая для той, кто только что потеряла всё, Лаура, — прошипел он ей в самые губы.

— Ты хочешь, чтобы я завоевывал твое сердце? На Кавказе женщину сначала приручают. И если ты выбрала путь дикой кошки, то готовься — я сломаю твои когти один за другим.
Он рывком подхватил ее на руки, перебрасывая через плечо, как добычу. Лаура закричала, забилась, ударяя его кулаками по мощной спине, но он даже не шелохнулся.

— Пусти! Убей меня лучше, слышишь?! — сорвалась она на крик.
— Убить? Нет, — он начал подниматься по широкой мраморной лестнице, и каждый его шаг отдавался в ее ушах как удары молота.

— Смерть — это слишком милосердно для тебя. Ты будешь жить. Здесь. Со мной. И клянусь, наступит день, когда ты сама будешь просить меня коснуться тебя. Но сегодня... сегодня ты просто узнаешь, какова на вкус власть твоего мужа.

Он дошел до массивных дверей своей спальни и ударом ноги распахнул их.