Жить.

Чтобы не растерять физическую форму, пилотам приходилось тренироваться каждый день. Их график перед началом сезона был расписан буквально по часам: ни минуты свободного времени, за исключением редких выходных. Но даже они не освобождали от обязательного кардио.

Кими Антонелли в своей просторной квартире как раз собирался на плановый визит к врачу. Ему хотелось завершить эти процедуры пораньше — к нему в гости приехали родители на два дня. Они звали его в Италию, но из-за графика он не успевал навестить родных дома, поэтому сейчас парень спешил провести с ними каждую свободную минуту. Натянув свежую одежду, Кими спустился на первый этаж, где у двери его окликнула мать:
— Ты перекусил?
— Да, мам. Вернусь через час.
— Ох, сынок, поезжай на машине, не выматывай себя, на улице сейчас самое пекло.
— Ничего не могу поделать, мне надо себя нагружать, — улыбнулся Кими.
— Не указывай сыну, как жить, он у нас уже самостоятельный, — в шутливой манере отозвался отец из гостиной.

Они по-доброму рассмеялись. Мать подошла ближе и ласково поцеловала Антонелли в щёку:
— Сегодня вечером к нам придут гости. Отметим твой дебютный сезон в «Мерседес».
— Было бы что отмечать... — с лёгкой грустью вздохнул Антонелли, поправляя шнурки.
— Но-но, не унывать! Всё только впереди. Мой сын — пилот Формулы-1, и это уже колоссальное достижение, — твёрдо произнёс отец.
— Я быстро! — Кими подмигнул родителям, схватил ключи от дома и выскочил на улицу, навстречу душному дневному зною.
                                                ...
Мэри и Анастасия шли за руку в сторону клиники, где малышке должны были провести плановое обследование почек. Но сегодня там ждали и саму балерину.

Несмотря на дневной зной, Настя оделась подчеркнуто закрыто — она всегда прятала руки. На ней были лёгкие белые кроссовки, серые спортивные брюки и облегающая чёрная кофта с длинными рукавами. Мэри же, напротив, выглядела по-летнему ярко. Настя со стороны напоминала пубертатного подростка в период бунта, но этот выбор она делала неосознанно. Девушка словно пыталась спрятаться от всего мира, защищаясь лишними слоями ткани.

Мэри, как обычно, увлечённо что-то рассказывала, но Анастасия слушала её вполуха. И вовсе не из-за отсутствия интереса — просто чем ближе они подходили к больничным корпусам, тем сильнее у Насти сдавливало сердце. Панический страх подступал к самому горлу, но показывать свою слабость маленькой девочке она не имела права.

— ...и когда волк наконец-то их догнал, они поняли, что он всего лишь хотел вернуть им яблоки! — Мэри легонько дёрнула Анастасию за руку. — Ана, ты меня вообще слушаешь?
— Что? — Настя встряхнула головой и выдавила слабую улыбку, взглянув на сестрёнку. — Конечно слушаю, милая.
— Нет, не слушаешь, — девочка мгновенно погрустнела. — Ты не хотела идти со мной сюда? Прости, что Грег тебя заставил...

Анастасия резко остановилась, опустилась на корточки прямо посреди тротуара и бережно взяла Мэри за плечи, заглядывая ей в лицо:
— Никогда так не говори. Я очень хочу, чтобы ты поправилась, понимаешь? И... мне тоже нужно поправиться, — едва слышно, через силу закончила Настя.
— Это всё из-за твоей болезни? — тихо спросила маленькая Мэри.

Насте меньше всего на свете хотелось, чтобы сестра знала о её внутренних демонах.

— Не переживай, — Мэри погладила Настю по щеке. — Когда мне делают уколы, мне тоже немного страшно, но это совсем не больно. Тебе тоже не будет больно, Настя, — девочка старательно выговорила имя сестры, и это окончательно разбило Анастасию.

Мэри была намного смелее её. Ведь Насте не нужно было сдавать кровь, ставить капельницы или принимать тяжёлые лекарства. От неё требовалось лишь зайти в кабинет, поговорить со специалистом, признать проблему и начать лечение. Но она не находила в себе сил.

Малышка крепко обняла сестру, обхватив маленькими ручками её шею. Анастасия уткнулась носом в её плечо, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

— Ох, Мэри... — единственное, что смогла выдавить из себя девушка.

Вскоре они вышли к больничному двору, от входа их отделяла лишь небольшая территория парковки. Увидев медицинские указатели, Анастасия замерла как вкопанная. По инерции остановилась и Мэри. Малышка снизу вверх посмотрела на притихшую сестру, и в её круглых глазах промелькнуло что-то по-настоящему взрослое — горькое понимание, которого у ребёнка в её возрасте быть не должно.
— Всё хорошо, я схожу одна. Я уже большая и знаю, куда нужно идти, — Мэри начала медленно и аккуратно разжимать пальцы, выпуская ладонь сестры.

Не успела Анастасия даже открыть рот, чтобы остановить её, как прямо перед ними из-за припаркованных машин вылетел парень.

— Привет... Я... — Кими тяжело дышал, резко затормозив перед ними.

Он заметил девушку ещё издалека и сразу же узнал. Точнее, узнал её пронзительные глаза. Переводя взгляд с Анастасии на маленькую Мэри, парень смущённо произнёс:
— Извините, я не хотел вас напугать... Вы ведь помните меня?

Анастасия прищурилась, всматриваясь в его лицо, и вдруг поняла: это именно он врезался в неё в ту злополучную ночь, когда разбился плеер. Монако — настолько маленькое, что встретить здесь одно и то же лицо дважды было делом привычным, но сейчас эта встреча оказалась слишком внезапной. Слишком неподходящее время. Настя растерялась и не сразу нашлась что ответить, поэтому в разговор деловито вмешалась Мэри:
— Извините, сэр, но нам нужно в больницу, — девочка подняла руку и указала пальцем в сторону главного корпуса.
Кими проследил за её жестом и испуганно вернул взгляд к Анастасии:
— Что-то случилось? Это... это из-за нашего столкновения тогда?
— Нет, вовсе нет, — тихим, безжизненным голосом ответила Настя.

Ей было абсолютно всё равно, о чём её спрашивает этот незнакомец. Прямо сейчас она превозмогала тяжёлую внутреннюю боль, борясь с подступающей паникой.

— Извините, нам действительно пора идти.

Настя снова обречённо посмотрела на двери больницы, но так и не сдвинулась с места. Она словно пыталась сделать шаг, но её ноги намертво приросли к асфальту. Антонелли мгновенно уловил это минутное замешательство.

— Я могу вам чем-то помочь? — парень сделал осторожный шаг навстречу, но девушка инстинктивно отшатнулась от него.

За всем этим представлением внимательно наблюдала маленькая Мэри, которая ничего не понимала.

— Сестрёнка, он тебя обидел? — малышка нахмурилась и воинственно уставилась на Кими.
— Мэри, что ты, вовсе нет, — с этими словами Анастасия попыталась сделать хотя бы один шаг вперёд, но снова замерла на месте.

Не нужно было быть гением, чтобы понять: эта загадочная незнакомка панически боится переступить порог клиники. Кими уже встречал людей с подобным страхом перед врачами.

При ярком дневном свете Антонелли наконец смог по-настоящему её разглядеть. Она была потрясающе, хрупко красива, и от осознания этого чувство вины за их грубое ночное столкновение нахлынуло на него с новой силой. Ему до безумия захотелось защитить её от этого страха.

Кими порывался подойти ближе, но вовремя остановил себя, понимая, что нарушит её личные границы. Он лишь неловко протянул руку вперёд и тут же поспешно опустил её в карман спортивных шорт:
— И... спасибо, что не стали раздувать скандал в СМИ. Если вам что-нибудь понадобится, я могу дать номер своего менеджера. Или... просто помочь дойти.

Анастасия впервые полноценно взглянула на юношу. Он был чертовски хорош собой: каштановые кудри растрепались по лбу и подрагивали на лёгком ветру, полуденное солнце выгодно подчёркивало глубину его тёмных глаз, а облегающая футболка очерчивала спортивную фигуру. Настя искренне не понимала, что этот парень от неё хочет.

А вот маленькая Мэри вдруг довольно заулыбалась, переводя хитрый взгляд с сестры на незнакомца и обратно. Ей понравилось, как эти двое смотрят друг на друга.

— А ты можешь проводить нас в больницу? — со всей детской непосредственностью спросила Мэри.
— Нет, — отрезала Анастасия.
— Да, — одновременно с ней отозвался Кими.

Молодые люди снова переглянулись. Антонелли смотрел прямо в пронзительные голубые глаза девушки:
— Я знаю эту клинику, самому сейчас туда надо. Если вам некомфортно идти одним, я могу составить компанию.
— Нет, не нужно.
— Нет, нужно! — упрямо заявила Мэри. — Я уже вообще-то опаздываю на приём! — Малышка явно выдумывала на ходу, ведь никаких часов у неё не было, но её маленький коварный план уже работал на полную мощность.
— Мэри, прошу тебя... — тяжело выдохнула Анастасия.

Понимая, что спорить бесполезно, она шумно набрала в лёгкие воздух, словно собирая остатки воли в кулак, и решительно зашагала вперёд. Они в два счёта пересекли парковку и зашли в здание. Антонелли, не получив ни чёткого согласия, ни повторного отказа, двинулся следом. Что-то необъяснимое упрямо манило его за этой закрытой девушкой.

Анастасии, честно говоря, было уже всё равно. Кто идёт позади, зачем ему это нужно — её не волновало. В голове гудели сплошные тревожные мысли. Ей предстояло встретиться с психологом, визит к которому организовал Грег.

Стоило им переступить порог вестибюля, как они тут же приковали к себе взгляды. К удивлению Насти, внимание привлёк именно её кудрявый спутник. Пара пожилых людей, сидевших на стульях в ожидании очереди, начали о чём-то взволнованно перешёптываться, а медсёстры на стойке регистрации стали украдкой поглядывать в их сторону. Из глубины коридора им навстречу как раз вышел лечащий врач Мэри.

Подойдя ближе, доктор первым делом тепло улыбнулся малышке:
— Ну что, готова к сегодняшним процедурам? — весело спросил он, присаживаясь на корточки и протягивая ладонь.
— Всегда готова! — подпрыгнула Мэри и звонко отбила ему «пять».
— Тогда прямо сейчас и пойдём, — врач поднялся и перевёл взгляд на Анастасию и стоявшего чуть позади парня.

Антонелли коротко кивнул доктору в знак приветствия — он отлично знал его, как, впрочем, и половину медперсонала этой больницы, где пилот регулярно проходили медосмотры.

— А вы, должно быть, Анастасия? Грег много рассказывал мне о вас, — мягко произнёс врач, протягивая девушке руку для рукопожатия. Настя вежливо ответила на жест, и доктор тут же лукаво прищурился, посмотрев на гонщика: — Какими судьбами, Кими? Очередной гоночный инцидент на симуляторе?
— Нет, я должен получить справки для старта сезона, – сказал Антонелли.
Но тут он внезапно осознал, что действительно поступает безрассудно. Если сейчас кто-то из посетителей сделает их совместное фото и сольёт в таблоиды, на бедную девушку обрушится лавина хейта от безумных фанатов. Но, повинуясь сердцу, а не разуму, итальянец остался на месте:
— И просто решил сопроводить девушек до вашего кабинета.

Анастасия растерянно взглянула на гонщика. Вся эта обстановка казалась ей нереальной.

— Ну, в таком случае вы можете присесть пока здесь, — доктор указал на небольшие мягкие кресла у стены. — Вас, Анастасия, скоро тоже пригласят в кабинет.

Стоило доктору увести Мэри за стеклянные двери, как Настю словно пробил электрический разряд. Руки девушки начали слегка дрожать, ладони мгновенно вспотели, а глаза панически забегали по помещению в поисках спасительного выхода. Но уйти без младшей сестры она, конечно же, не могла, поэтому осталась сидеть, буквально приклеившись к стулу.

Кими опустился в соседнее кресло. Он сразу заметил поведение девушки, которое она пыталась явно скрыть.

— С тобой всё в порядке? — Антонелли совершенно не знал, как помочь. Его пугало её состояние, но ещё сильнее притягивала та болезненная загадка, которую скрывала в себе эта девушка.
— Я... я должна уйти, — надломленным, протяжным шёпотом произнесла Настя.

Но не успела она подняться с места, как к ним подошла медсестра со стойки регистрации:
— Анастасия Обарина? Лечащий врач вас ждёт, можете проходить.

От этих слов глаза Насти расширились от ужаса. Наверняка Грег заранее описал специалистам всю ситуацию. Заметив оцепенение пациентки, медсестра сочувственно вздохнула и, не услышав ответа, мягко добавила:
— Вы сегодня не зайдёте?
— Нет, — с трудом выдавила Анастасия, а её глаза подозрительно заблестели.
— Хорошо, — понимающе кивнула женщина. — Мы обязательно будем ждать вас в следующий раз. У Мэри процедуры закончатся буквально через пять минут, это быстрый осмотр и приём лекарств. Так что не переживайте, скоро вы сможете пойти домой.

Антонелли молча наблюдал за этой сценой. Он не понимал, как настолько красивая девушка может быть настолько несчастной. Единственное, чему он был сейчас мысленно благодарен, так это тому, что в этот знойный будний день в холле клиники сидело лишь несколько пожилых людей. Они точно не станут исподтишка фотографировать его и выкладывать снимки в социальные сети. Сейчас существовали только они вдвоём.

— Ты боишься врачей? — негромко спросил Антонелли.

Девушка плавно повернулась к нему. Кими снова заворожённо вгляделся в её фарфоровое лицо с безупречными чертами. На Гран-при он привык видеть девушек при полном параде — с макияжем и одетых по последней моде. Естественная, мягкая красота Анастасии была видна без всяких прикрас: длинные ресницы, пухлые губы. Антонелли даже слегка приоткрыл рот. С ним пытались познакомиться многие, но он ещё никогда в жизни не видел кого-то настолько прекрасного. Парень смотрел на неё как под гипнозом и далеко не сразу осознал, что незнакомка ему ответила.

— Прости, что ты сказала? — по-прежнему не сводя с неё глаз, переспросил он.
— Я не боюсь. Мне просто нужно было привезти сестру, — Настя говорила тихо и отстранёно. — А ты сам что здесь делаешь?

Её вопрос мог прозвучать бестактно, но это было правдой: они оставались абсолютно чужими людьми.

— Извини, — сказал Кими. — Я просто чувствую вину за тот случай на набережной.
— Не беспокойся, — Анастасия отвернулась от него, уставившись в пустоту перед собой. — Я не стану заявлять в полицию или требовать компенсацию. Я всё понимаю. Ты, наверное, сын какого-нибудь влиятельного человека и дорожишь репутацией. В Монако простых людей не бывает.

Насте на миг вспомнилась Катарина, но в своей голове она чётко разделяла местных жителей на две группы. Для неё существовали непростые люди — богатые, медийные, известные. И такие, как Катарина, — сильные духом.

— Ты действительно не знаешь, кто я? — Кими был искренне поражён.

В Монако, неофициальной столице Формулы-1, все знали пилотов в лицо. Шарль, Льюис, Фернандо... Не знать главных действующих лиц автоспорта здесь казалось почти кощунством.

— А должна? — Настя слегка повернула голову, и их взгляды снова встретились.

Кими едва заметно ухмыльнулся и качнул головой, признавая своё поражение.

В этот момент из кабинета вышла Мэри и со всех ног побежала к ним по коридору. Анастасия тут же поднялась и подхватила малышку на руки.

— Мне сделали укол вот сюда! — Мэри с гордостью продемонстрировала весёлый детский пластырь на сгибе локтя. — И это было совершенно не страшно! — Девочка крепко обняла сестру за шею.
— Нам пора, — сухо бросила Анастасия парню, разворачиваясь к выходу.

Кими мгновенно поднялся со своего места. Пилот, способный хладнокровно мчаться на болиде со скоростью под триста километров в час, вдруг застеснялся своего следующего вопроса.

— Подожди... — Антонелли замялся, но всё же решился: — Может, дашь мне свой номер?
Девушка грустно усмехнулась и, уже направляясь к стеклянным дверям, бросила через плечо:
— У меня нет телефона.
                                              ...
Возвращаясь домой пешком  Антонелли напряжённо размышлял.

Какова вообще была вероятность встретить её снова? Кими до сих пор пребывал в искреннем изумлении. Обычно девушки сами искали его внимания: шептали номер телефона на ухо на вечеринках, незаметно протягивали записки в паддоке или атаковали директ в соцсетях. Вокруг молодого пилота, подающего огромные надежды, всегда вились толпы, и у искушённых охотниц за сердцами был миллион поводов завладеть вниманием перспективного юноши. А тут он впервые в жизни сам попросил у девушки номер! И какой же глупой, даже детской показалась ему её отмазка. «У меня нет телефона»... Кими снисходительно ухмыльнулся, не поверив ни единому слову и даже близко не представляя, насколько откровенна была с ним Анастасия.

Захлопнув входную дверь роскошных апартаментов, он сразу услышал голоса родителей.
— Что-то ты долго, — подал голос Марко. Отец Кими сидел за кухонным столом, пока мать хлопотала над обедом.
— Да, немного задержался, — ответил парень.
— Что-то случилось? — спросила мама.
— Нет-нет, всё в порядке, — Кими замялся. Он никогда не любил делиться подробностями личной жизни, поэтому поспешно выкрутился: — Встретил... знакомых.

Отец и мать переглянулись, а затем синхронно посмотрели на сына долгим, подозрительным взглядом.

— Ты точно в порядке? — с лёгким смешком уточнил Марко, хитро прищурившись.
— Абсолютно. Пойду приму душ и сразу спущусь к вам.
— Ну хорошо, солнце, иди, — ласково улыбнулась мама и нежно провела ладонью по его кудрявым волосам.

Как только шаги Кими стихли на втором этаже, родители тут же вернулись к прерванным делам, но уже с совершенно новой темой для обсуждения.

— К девчонке ходил, точно тебе говорю, — громко и довольно констатировал Марко.
— Да тише ты! — зашикала на него жена, но сама при этом расплылась в счастливой улыбке и вернулась к плите. — Давно пора.
                                                ...
Сегодня в доме Антонелли ждали важных гостей. На ужин должны были приехать  Тото Вольфф со своей женой, гоночный инженер Боно и другие ключевые сотрудники команды.

Поначалу вечер шёл гладко, и просторную гостиную заполнил гул непринуждённой беседы. Члены команды обменивались дежурными репликами с хозяевами дома, пытаясь совместить вежливую похвалу итальянскому гостеприимству с обсуждением рабочих планов.

— Спасибо, синьора Антонелли, всё было просто восхитительно! Паста с морепродуктами выше всяких похвал, — Тото промокнул губы салфеткой и тепло улыбнулся хозяйке дома.
— Да на здоровье, угощайтесь! Я рада, что вам понравилось, — смущённо улыбнулась мать Кими, явно польщённая комплиментом. — Кушайте больше.
— Уже не влезает, — подхватил Боно, слегка поворачивая бокал с водой. — Работы непочатый край. Кими, на зимних тестах нам нужно будет сразу поймать стабильный гоночный темп и удерживать его с первых же кругов. Нам нельзя терять ни одной сессии на раскачку.
— Да, симулятор показывает неплохие цифры, но реальный асфальт всегда вносит свои коррективы, — подал голос Марко, отец Кими. — Главное, чтобы машина позволяла парню этот темп держать.
— О, за это не переживайте, — Сьюзи мягко коснулась ладони мужа. — Тото спит и видит, как вернуть команду на вершину.
— Именно, — Тото посерьёзнел, переведя взгляд на своего молодого пилота. — Следующий год точно станет определяющим для всех нас. Конкуренты не спят, но наши инженеры выложились на максимум. К Бахрейну будет готова совершенно новая конфигурация днища болида, которая должна раз и навсегда решить проблему с прижимной силой в скоростных поворотах.

Кими молча сидел у края стола, крепко сжимая в ладони стакан с ледяной водой. Он слушал, как эти реплики плавно цепляются одна за другую, но внутри чувствовал лишь глухую усталость. Эти бесконечные разговоры о секундах, обновлениях аэротрубы и телеметрии изматывали его сильнее, чем многочасовые тренировочные практики на трассе.

Атмосфера за столом, поначалу казавшаяся дружелюбной, постепенно наливалась тяжёлым, невидимым напряжением. Каждое упоминание прессы, контрактов и безумных ожиданий от нового сезона падало на плечи парня неподъёмным грузом. Голоса руководства команды звучали уверенно и расчётно, словно они обсуждали не живого человека, а сложный механизм, который обязан бесперебойно приносить результат.

Искрой, из-за которой вспыхнул весь пороховой погреб, стало мимолётное замечание Тото о медиа-плане на первую половину сезона. Между родителями Кими и руководством мгновенно обозначилась глухая стена разногласий. Мать пилота первой не выдержала и резко отодвинула тарелку:
— Мой сын — не игрушка в ваших руках! — её голос задрожал, но звучал твёрдо. — Нам постоянно приходят угрозы в соцсетях! Вы решили посадить его в боевой болид слишком рано, парень под диким прессингом!
— Мам, не нужно, пожалуйста... — Кими попытался перехватить её взгляд, но женщина лишь отмахнулась.
— Нет, Андреа. — Эти люди приходят в нашу семью, обещают великую карьеру, огромные деньги и реализацию амбиций. А что мы получаем в ответ? Угрозы смерти от безумных фанатов, ненужные сравнения с Льюисом и вечную критику в прессе! Вы хотите, чтобы он пожертвовал ещё парой лет жизни ради тестов, а вы «возможно» сможете дать ему конкурентоспособную машину? Да о чём вы вообще говорите?!

Тото Вольфф попытался сгладить углы, спокойно объясняя специфику Королевских гонок, но конструктивного диалога не получилось. Стороны так и не смогли прийти к какому-либо компромиссу. Вечер был испорчен, на кухне повисла удушающая, негативная атмосфера.

Вскоре гости начали расходиться. Перед уходом Тото крепко пожал Кими руку, без слов выражая молчаливую поддержку молодому пилоту, но обстановка в доме накалилась до предела. Всем пришлось поспешно попрощаться.

Когда входная дверь закрылась, в доме воцарилась звенящая тишина. Мать стояла у окна, тихо всхлипывая и вытирая слёзы с лица. Отец угрюмо молчал, уставившись в пол.

Кими сильно сжимал челюсти, чувствуя, как внутри всё закипает от бессилия. Он не знал, что делать — оставаться в Мерседес и терпеть этот ад или отказаться от продления контракта, перечеркнув мечту всей жизни. Ему жизненно необходимо было время, чтобы в одиночестве обдумать всё, что было сказано сегодня за этим столом, но удушливый негатив этого вечера остался с ним на всю ночь.
                                          ...
Анастасия с Грегом и Мэри, как и обещали, снова заглянули к Катарине. Они дружно уплетали потрясающий ужин и наслаждались обществом друг друга. Вокруг царила уютная семейная атмосфера. Мэри без устали бегала по кухне, играя с Катариной в подобие салок, и её звонкий смех доносился буквально из каждого угла.

Настя неторопливо пила свежевыжатый апельсиновый сок, и её глаза впервые за долгое время искренне блестели. В такие редкие минуты она забывала о своих бесконечных проблемах. Забывала, что больна, что порой часами не может заставить себя съесть ни ложки, и что просыпаться по утрам с каждым днём становится всё труднее. Сейчас она была самой обычной двадцатилетней девушкой, чьи пальцы приятно покалывало от ледяного стекла, а рецепторы дразнил аромат свежеприготовленной жареной курицы. Настя впитывала этот вечер: смех близких, тепло дома и тихий, едва различимый шум радио на фоне.

Вдруг прозвенел кухонный таймер.

— О, пирог готов! — Катарина медленно, преодолевая слабость в дрожащих ногах, поднялась со стула. — Кто будет пирог?!
— Я! — хором отозвались все присутствующие.

Пожилая женщина аккуратно достала пышущий жаром противень толстой прихваткой и водрузила его в центр стола.

— Мне первый кусок! — запыхавшись после игры, потребовала Мэри.
— Ну уж нет, первый кусок мой, — нарочно разжигая шутливый спор, заявил Грег.
— Вообще-то, я тоже претендую, — подхватила его игру Анастасия.
— Так, ну-ка не спорьте, — Катарина вооружилась лопаткой и большим ножом. — Пирога хватит на всех.
— А если не хватит, нам придётся украсть чужой! — воскликнул Грег.

Он резко поднялся со своего места, подхватил Мэри под мышки и в один миг перевернул её вверх тормашками. Малышка громко засмеялась. 

— Сестрёнка! Сестра, помоги! — Мэри протянула ладошки к Насте.
— Я не могу, — Анастасия притворно развела руками и со стуком поставила стакан на стол. — Пока вы там отвлекаетесь, у меня есть все шансы незаметно съесть первый кусок, — с лукавой улыбкой добавила балерина.

Грег вернул Мэри в вертикальное положение и осторожно поставил на пол:
— Ах вот оно как? У нас, кажется, появился общий враг.

Мужчина и девочка заговорщически переглянулись, а затем синхронно уставились на Настю.

— Чего это вы так на меня смотрите? — с лёгкой опаской, но всё с той же тёплой улыбкой произнесла женщина.

В ту же секунду Грег и Мэри сорвались с места. Огибая большой кухонный стол с разных сторон, они попытались поймать Анастасию. Однако балерина мгновенно среагировала: она грациозно вскочила со стула и бросилась в противоположном направлении, ловко уворачиваясь от их рук.

Комната снова залилась весёлым смехом. И пока они шумно пытались догнать друг друга, этот счастливый вечер не спешил заканчиваться.