Где-то между

До убежища второй группы они добрались медленнее, чем рассчитывал Алексей. Андрей сначала ещё пытался идти почти сам, только иногда переносил часть веса на его плечо, но после нескольких поворотов шаг стал короче, а раненая нога всё чаще оставалась сзади. Алексей ничего не говорил и просто держался ближе. Игорь шёл впереди рядом с женщиной второй группы. После Тихого этажа никто уже не напоминал о зрительном контакте: перед каждым поворотом они останавливались сами, оборачивались, ждали, пока следующий покажется из-за угла, и только потом двигались дальше.

Когда женщина постучала в дверь убежища, изнутри открыли не сразу. За дверью протащили тяжёлый стул, щёлкнули два замка. Человек, впустивший их, сперва посмотрел на женщину, потом на Игоря, Алексея и Андрея. После этого перевёл взгляд им за спину. Алексей увидел момент, когда тот понял, что двое не вернулись. Вопрос так и не прозвучал. Их просто пропустили внутрь и снова закрыли дверь.

Андрея уложили на матрас возле стены и сняли временную повязку, наложенную у красной рамы. Коготь прошёл по наружной стороне бедра длинно и глубоко, но кровотечение уже заметно ослабло. Женщина, оставшаяся в убежище, промыла рану и перевязала её заново. Алексей сел рядом только после того, как собственное колено напомнило о себе тупой болью. На кисти засохли мелкие царапины, щека саднила от бетонной крошки. Игорь осторожно разминал левое плечо. Женщина второй группы держала чистую ткань у рассечённого лба.

Никто из них не выглядел хорошо, но это уже не имело значения. Они вернулись вчетвером. Двоих не хватало.

Люди второй группы не стали расспрашивать сразу. По лицу женщины и по тому, как Игорь положил на стол блокнот Дена, всё было понятно без подробностей. Только через некоторое время, когда с перевязками закончили и дыхание у всех стало спокойнее, они собрались возле карты.

Алексей первым заметил, что часть привычной работы теперь придётся делать иначе. Его сумка осталась на Тихом этаже. Вместе с водой, батарейками и едой там лежали копии старых схем и листы с отметками Восемнадцатого, которые они брали из кафе. Главная карта оставалась в кафе, а здесь у них были карта второй группы, блокнот Дена и собственная память.

Игорь открыл блокнот на последних страницах.

- Начнём с того, что не потеряли.

Он перечитал запись, сделанную сразу после выхода с Тихого этажа. Две новые отметки 18. Первая находилась дальше того места, до которого раньше доходила вторая группа, и стрелка рядом с ней показывала глубже. Вторая оказалась на обратной стороне стены у развилки и указывала в узкий служебный проход, через который они выбрались к красной раме.

Андрей сидел у стола боком, вытянув раненую ногу.

- Вторую запиши как направление, по которому мы вышли. Не как выход.

- Я и не собирался писать, что это был аварийный указатель с надписью «спасение», - ответил Игорь.

- Тогда хорошо.

Игорь посмотрел на него, но спорить не стал. На карте второй группы он восстановил тот участок, который они прошли вместе: красную раму, техническое расширение, развилку, положение обеих отметок. Женщина второй группы несколько раз поправляла расстояния. Алексей уточнил, с какой стороны они увидели вторую восемнадцатку. Андрей напомнил, где находился обход вокруг технического блока. Постепенно из нескольких воспоминаний появилась схема, достаточно точная, чтобы хотя бы понимать порядок событий.

Потом Игорь перевернул чистый лист.

- Теперь это.

Никто не спросил, что именно он имеет в виду.

На Тихом этаже они впервые увидели то, что раньше существовало только тяжёлыми ударами, сухим скрежетом и следами высоко на стенах. Теперь у этих звуков было тело, но ни один из них не успел рассмотреть его целиком. Игорь положил карандаш на бумагу.

- Кто видел больше?

Алексей посмотрел на женщину второй группы. Она покачала головой.

- Кусками.

- Я тоже, - сказал Алексей.

Андрей коротко кивнул.

- Значит, по кускам.

Рисовать взялся Игорь. Не потому что умел лучше остальных, а потому что перед ним уже лежал карандаш и он всё равно вёл запись. Сначала провёл рядом две вертикальные линии, обозначая обычный человеческий рост и примерную высоту существа. Женщина сразу попросила поднять вторую выше, потом остановилась и нахмурилась.

- Хотя нет. Мы же ни разу не видели его прямо.

Андрей посмотрел на рисунок.

- Это важно. Он всё время был согнут.

Игорь подписал рядом: «Полный рост неизвестен».

С корпусом получилось не легче. Первая версия вышла слишком широкой. Алексей сразу покачал головой.

- Уже. Намного.

Женщина согласилась. Игорь стёр часть линий и нарисовал тело вытянутым, почти сухим. Потом дошёл до рук и остановился.

- Насколько длинные?

Алексей вспомнил мужчину у колонны. Расстояние между ним и существом казалось безопасным ровно до того момента, пока рука не распрямилась полностью.

- Длиннее, чем кажется сначала.

- Очень помогает.

Алексей забрал у него карандаш и сам продолжил линию предплечья почти до уровня колена нарисованной фигуры. Женщина посмотрела и попросила ещё немного удлинить. Андрей не возразил.

- Вот так ближе, - сказал Алексей.

Кисть он нарисовал грубо, без количества пальцев. Этого никто не помнил достаточно уверенно. Оставили только длинные пальцы и тёмные когти. Рядом Игорь записал, что когти достаточно твёрдые, чтобы прорезать старую краску, штукатурку и оставлять борозды на бетоне. Здесь уже не было предположения: это они видели собственными глазами.

Потом добавили положение рук на стенах и потолке. Существо не просто касалось поверхностей. Оно переносило на них вес, подтягивало корпус, протаскивало себя через слишком тесный для него коридор. Ноги участвовали в движении, но после Тихого этажа никто не мог сказать, насколько сильно.

Когда дошли до головы, работа остановилась.

Алексей несколько секунд смотрел на пустое место над согнутой шеей.

- Я не уверен, что видел глаза.

- Я тоже, - сказала женщина.

- Там были тёмные места, - продолжил Алексей. - Или углубления. Или просто тень.

Игорь записал именно так. Не «глаз нет», а «глаза не удалось различить».

С ртом было хуже. Алексей помнил движение у стены, когда существо наклонило голову к пойманному человеку. Передняя часть лица разошлась не так, как открывается обычная челюсть. Внутри мелькнули зубы. Больше он не мог утверждать ничего.

Женщина долго смотрела на рисунок, потом тихо сказала:

- Я тоже видела, что он открылся не вниз.

- Как именно?

- Не знаю. Слишком быстро.

Этого хватило, чтобы подтвердить хотя бы одно: Алексею не показалось само движение. Игорь написал рядом: «Рот устроен не по-человечески. Видели зубы. Форма неизвестна».

На бумаге получилась плохая фигура. Высокая, узкая, согнутая, с руками, которые выглядели почти неправдоподобно длинными. Лицо оставалось почти пустым. Но Алексей смотрел на рисунок и узнавал не внешний вид, а пропорции. Именно такое ощущение возникло у него в тумане, когда мозг каждый раз запаздывал и не успевал правильно собрать тело из отдельных частей.

Они перешли от внешности к поведению. Здесь воспоминания совпадали лучше. Существо двигалось быстро не потому, что бежало. Оно экономило движения и пользовалось длиной рук. У технического блока не полезло за молодым парнем по обходному проходу, а пошло к месту, где тот должен был выйти. Мужчина со ссадиной погиб не из-за того, что замешкался или нарушил порядок. Он находился дальше, чем казалось опасным, но существо достало его одним движением.

Андрей постучал пальцем по этой строке.

- Это обязательно оставь.

Игорь кивнул.

- «Не всегда преследует по прямой. Может перехватывать маршрут».

- Так.

Алексей вспомнил ещё один момент.

- И два раза оно поворачивалось ко мне, хотя ближе были другие.

Игорь поднял голову.

- Когда?

Алексей восстановил оба эпизода. Сначала, когда Игорь и женщина второй группы находились впереди, а существо после короткой остановки повернулось к нему и Андрею. Потом ещё раз, когда Алексей уже тащил Андрея и расстояние до остальных снова было меньше.

- Почему? - спросила женщина.

- Не знаю.

Андрей посмотрел на Алексея.

- Ты двигался иначе. Тащил меня. Мог быть заметнее.

- На Тихом этаже почти не было звука.

- Почти. И мы не знаем, чем оно вообще ориентируется.

Игорь не стал искать объяснение. Просто добавил отдельной строкой: «Дважды меняло направление к Алексею при более близких людях. Причина неизвестна».

После этого лист некоторое время лежал без подписи. Игорь перечитал записи, посмотрел на рисунок и спросил:

- Как его обозначить?

Алексей пожал плечами.

- Высокий.

- Это описание.

- Пока хватит.

Женщина второй группы посмотрела на согнутую фигуру.

- Лучше всё равно ничего нет.

Игорь написал в верхней части листа одно слово:

ВЫСОКИЙ

Никто не обсуждал название дальше. Оно понадобилось только для того, чтобы не писать каждый раз «существо с Тихого этажа». Но после того как слово появилось на бумаге, Алексей поймал себя на том, что уже мысленно использует его так же.

Рядом с рисунком положили блокнот Дена.

Теперь они вернулись к тому, что происходило до Тихого этажа.

Игорь нашёл запись о трёх глубоких царапинах возле дверного косяка. Потом отметку о похожих следах выше человеческого роста. Дальше шли тяжёлые шаги, сухой скрежет и случаи, когда мимики внезапно прекращали свои циклы и уходили. Часть этих наблюдений появилась ещё до того, как они нашли новую восемнадцатку. Часть совпала с поиском следующего участка маршрута. На Тихом этаже последовательность повторилась уже без звука: мимики остановились, ушли, а через некоторое время показался Высокий.

Андрей не позволил собрать всё в одно правило.

- Мы теперь знаем, что он может оставлять такие следы. Не знаем, что все старые следы его.

- Согласен, - сказал Игорь.

- Мы видели, как мимики ушли перед его появлением один раз.

Алексей покачал головой.

- Не один. Мы уже видели такое раньше. Только тогда самого его не видели.

- Поэтому можем записать повторение последовательности, - ответил Андрей. - Но не «мимики всегда чувствуют Высокого».

Игорь провёл под строкой короткую черту и больше к формулировке не возвращался.

Постепенно рядом с рисунком появилась вторая картина, уже без силуэта. Старые следы. Тяжёлые звуки. Мимики, прекращающие циклы. Последняя вылазка, когда после новой отметки 18 они снова услышали удар и скрежет. Тихий этаж, где новые следы Восемнадцатого и физическое появление Высокого оказались в одном участке.

Игорь первым сказал то, о чём Алексей уже думал.

- Слишком часто рядом.

Андрей посмотрел на него.

- Не каждый раз.

- Я знаю.

Игорь провёл пальцем по записям.

- У отметки в кафе ничего не было. В библиотеке мы самого его тоже не видели. Но потом совпадений становится больше.

- Да.

Алексей поднял глаза. Андрей заметил его выражение.

- Я сказал «да» только тому, что совпадений стало больше.

- Я ничего не говорил.

- Поэтому и уточнил.

Игорь откинулся на спинку стула.

- Тогда формулировка такая: связь с маршрутом Восемнадцатого возможна. Причина неизвестна.

Андрей кивнул.

Это оставляло слишком много вариантов. Высокий мог появляться там независимо от Восемнадцатого. Мог находиться в тех участках постоянно. Мог реагировать на людей, которые заходили глубже. Могло существовать что-то ещё, чего они пока не понимали. Ни одного из этих объяснений нельзя было выбрать только потому, что оно лучше звучало.

Но сама последовательность отметок Восемнадцатого выглядела уже иначе.

Игорь разложил рядом старые записи Дена. Две схемы с номером 18. Отметка под краской в кафе. Стрелка, которая теперь указывала в стену. Вырезанная восемнадцатка из прошлой вылазки. Две новые на Тихом этаже. Алексей смотрел на порядок и впервые почти не думал о том, кем был человек с этим номером. Важнее становилось другое: что именно он делал.

- Он не просто оставлял цифры, - сказал Алексей.

Игорь посмотрел на него.

- Это мы уже поняли.

- Нет. Я про последовательность.

Алексей показал на две последние отметки.

- Первая на Тихом этаже ведёт дальше. Вторая стояла на развилке с обратной стороны и показывала в проход. До этого стрелка возле новой отметки тоже задавала направление, хотя прохода там уже не было. Это не случайные места.

Андрей наклонился к столу.

- Похоже на точки выбора.

- Да.

- Похоже, - повторил Андрей, подчёркивая слово.

Алексей не стал спорить. Теперь ему самому не хотелось превращать хорошую догадку в уверенность раньше времени.

Женщина второй группы провела пальцем вдоль восстановленного участка Тихого этажа.

- Если он делал это для себя, зачем каждый раз писать номер?

Игорь ответил первым:

- Чтобы отличать свои отметки от чужих.

- Или чтобы другой человек понимал, за кем идёт, - сказал Алексей.

Андрей посмотрел на него.

- Возможно.

На этот раз Алексей не услышал в слове отказа.

Номер сам по себе ничего не доказывал. В Между и раньше встречались чужие метки, люди подписывали стрелки и оставляли собственные знаки. Но у Восемнадцатого уже набиралась цепочка отметок, и несколько из них стояли именно там, где направление могло иметь значение. Этого было достаточно для следующего шага: не искать очередную восемнадцатку случайно, а попробовать пройти последовательность осознанно.

Игорь закрыл блокнот.

- Значит, продолжаем.

Андрей посмотрел на свою ногу.

- Не сейчас.

- Это я вижу.

- Тогда зачем спрашиваешь?

- Я не спрашивал.

Алексей перевёл взгляд на карту. До этого момента он старательно не думал о кафе. Теперь мысль вернулась сама. Марина, Роман и Семьдесят вторая ждали их обратно. Они не знали о двух погибших. Не знали о Высоком. Не знали, что Андрей ранен и что путь Восемнадцатого действительно продолжился на Тихом этаже.

- В кафе будут ждать, - сказал он.

Андрей помолчал.

- Знаю.

- Если вернёмся, потом придётся снова искать путь сюда.

Игорь посмотрел на карту второй группы.

- И не факт, что он останется тем же.

Никто не предложил простого решения. Его не было. Возвращение означало ещё один длинный переход в одну сторону, потом такой же обратно, если маршрут вообще сохранится. Продолжение пути означало, что люди в кафе не узнают, почему они задержались. После Тихого этажа оба варианта выглядели плохими.

Андрей первым прекратил бессмысленное перебирание.

- Сейчас назад не идём. Отдыхаем, смотрим, что будет с ногой. Если смогу нормально двигаться, продолжаем отсюда.

Алексей посмотрел на него.

- А если не сможешь?

- Тогда будем решать.

Это было достаточно похоже на решение, чтобы больше к нему не возвращаться. Им всё равно требовалась передышка. После Тихого этажа никто из четверых не был готов сразу снова вставать и уходить в коридоры.

Люди постепенно разошлись от стола. Карта второй группы осталась раскрытой. Блокнот Дена лежал рядом. Сверху на чистом листе был грубый рисунок согнутой фигуры и одно слово, появившееся совсем недавно.

ВЫСОКИЙ

Алексей ещё некоторое время смотрел на него, потом перевёл взгляд на восстановленную линию Восемнадцатого. Стрелка первой отметки на Тихом этаже по-прежнему показывала дальше. После отдыха они собирались проверить, куда.