Стекло и полынь || Кол Майклсон

Стелла проснулась оттого, что за окном было темно. Она приоткрыла глаза и посмотрела на часы — половина седьмого утра. Дождь, который шёл всю ночь, наконец стих, и за окном было тихо. Она села на кровати и потянулась, чувствуя, как тело отдохнуло после вчерашнего дня. Она встала, приняла душ и оделась в джинсы и футболку, волосы собрала в хвост.

В школе день прошёл спокойно. На перемене она встретила Майка, и они посидели на скамейке во дворе. Он заметил, что она задумчива, и спросил, что случилось, но она просто улыбнулась и сказала, что устала. Он не стал настаивать, и Стелла была благодарна ему за это. Она чувствовала, что не может рассказать ему правду — о том, что она живёт с вампирами, о том, что Кол спас её от охотников. Это было бы слишком.

После школы она вернулась в особняк и поднялась в свою комнату. Она села на кровать, глядя на амулет в руке. Он мерцал в лучах заходящего солнца, и она чувствовала, как его тепло разливается по всему телу. Она думала о Коле. О том, как он сражался за неё. О том, как он сказал: «Ты не должна была быть там». И о том, что он спас её, несмотря на всё, что было между ними. Это сбивало её с толку. Она не знала, что чувствовать.

Она спустилась вниз, чтобы поужинать. В столовой уже сидели Ребекка и Элайджа. Они обсуждали что-то тихо, но когда Стелла вошла, они замолчали. Она села за стол и взяла тарелку, чувствуя, как повисает неловкая тишина.

— Как прошёл день? — спросила Ребекка, пытаясь разрядить обстановку.

— Нормально, — ответила Стелла, ковыряясь в еде. — Ничего особенного.

Она подняла глаза и заметила, что Кола нет за столом. Она не стала спрашивать, но внутри закралось любопытство. Она знала, что он где-то здесь, в особняке, но почему-то избегал её. И это раздражало её больше, чем его постоянные колкости.

После ужина она вышла в сад, чтобы подышать свежим воздухом. Ночь была тёплой, и небо было усыпано звёздами. Она села на скамейку у пруда и смотрела на воду, чувствуя, как постепенно успокаивается. Она не знала, сколько времени прошло, но когда она подняла голову, она увидела Кола. Он стоял у входа в дом и смотрел на неё. Она не знала, что сказать, поэтому просто смотрела на него в ответ.

— Зачем ты вышла одна? — спросил он, подходя ближе.

— Чтобы подышать, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А что, мне теперь нужно спрашивать разрешения?

Кол усмехнулся и сел на скамейку рядом с ней, оставляя между ними расстояние.

— Нет, — сказал он. — Но после того, что случилось вчера, я бы на твоём месте не выходил одна. Охотники могут быть где угодно.

— Я помню, — ответила она, чувствуя, как раздражение смешивается с признательностью. — Но я не могу сидеть в доме вечно.

Они сидели в тишине, глядя на пруд. Стелла чувствовала его присутствие, и это странно успокаивало её. Она заметила, что он не пытается её задеть, не говорит колкостей. Он просто сидит рядом.

— Твоя мать, — сказал он наконец. — Она была хорошим человеком. Лучшим из всех, кого я знал.

Стелла повернулась к нему, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

— Ты знал её? — спросила она. — Правда?

Кол кивнул, и в его глазах мелькнула грусть.

— Она была вампиром, но она не была похожа на других, — сказал он. — Она не хотела причинять боль. Она хотела защищать людей. Даже когда это было опасно. Я видел её перед смертью. Она просила передать тебе, что любит тебя.

Стелла почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она не знала, что сказать. Она просто сидела, глядя на него, и чувствовала, как внутри неё поднимается волна эмоций. Она хотела злиться на него, но не могла. Она хотела ненавидеть его, но не могла.

— Почему ты не сказал мне раньше? — спросила она, и голос её дрожал.

— Я не знал, как, — ответил он, и в его голосе звучала искренняя боль. — Я не умею говорить о таких вещах. Я не умею быть добрым.

Стелла смотрела на него и видела в его глазах то, чего не видела раньше. Он был не просто грубым и колким. Он был человеком, который боялся показать свои чувства. И это делало его таким, какой он есть.

Они сидели в тишине, глядя на звёзды. Стелла чувствовала, как ветер касается её лица, и впервые за долгое время она чувствовала себя почти спокойной. Она не знала, куда приведут её эти чувства, но знала, что она готова идти вперёд. И она знала, что не одна.