Ритуал Ромеро

Я лежала на кровати и немного вздремнула, не понимая, как глупо теряю время. И тут по бедру прошёлся сильный удар палкой.

— Что ты здесь делаешь, сраная кукла?! — заорал Брус, тот самый мужчина, который обучал девушек. — Ты должна быть в зале на уроке!

Он ударил ещё раз — уже сильнее. Боль обожгла кожу. Я вскрикнула и резко вскочила, но ноги запутались в простыне, и я тяжело упала на пол.

— Что происходит?! — крикнула я, поднимаясь.

— Вставай и марш в зал! Встань в ряд, сука!

Я судорожно поднялась, схватившись за плечо, где уже наливался синяк. Брус толкнул меня в спину, и я почти побежала по коридору.

Что происходит?

Почему так внезапно?

Когда я влетела в зал, меня встретила тишина. Девушек было гораздо меньше, чем в первый день. Куда они делись? Я быстро встала рядом с Ариэль. Она стояла бледная, с опущенной головой. А рядом с ней...

Одна из девушек стояла на четвереньках. Футболка была задрана до самой шеи, обнажая красную, в кровоподтёках задницу. По коже текли тонкие струйки крови — следы от ударов палкой. Она дрожала всем телом, но не издавала ни звука. Только слёзы капали на пол.

От этой картины меня затошнило. Я отвернулась, но Брус уже шёл вдоль ряда, размахивая палкой.

— Сегодня у нас проверка на покорность, — объявил он. — Кто не справится — будет наказан на глазах у всех. Начнём.

Брус прошёлся вдоль ряда, постукивая палкой по ладони. Его взгляд остановился на девушке с номером 41. Она уже дрожала, хотя ещё ничего не сделала.

Она встала вперёд. Он указал на пол перед собой.

— Ляг на спину. Ноги вверх. И держи их разведёнными.

Я замерла.

Он не стал ждать.

Схватил девушку за волосы и резко толкнул на пол. Она упала на спину. Брус схватил её за лодыжки и сильно развёл ноги в стороны, прижимая их к полу. Она лежала перед всеми, полностью открытая.

— Теперь повторяй за мной, — сказал он. — «Я — пустое место. Моя дыра существует только для того, чтобы в неё входили».

Я сжала зубы. Он наклонился и ударил её ладонью по внутренней стороне бедра — сильно, так что кожа сразу покраснела.

— Повторяй.

Девушка подчинилась. Слова выходили из неё тихо, один за другим, и с каждым мне всё сильнее хотелось вцепиться Брусу в горло. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри поднимается злость.

Мерзкий старик.

Я бы убила его. Прямо сейчас, если бы могла.

Но стоило мне вмешаться, хуже стало бы не только мне. Поэтому пришлось молчать, стиснув зубы так сильно, что заболела челюсть.

Брус довольно рассмеялся и отошёл, даже не позволив девушке подняться. Оставил её лежать на полу, будто она была частью очередного урока, который остальные должны хорошенько запомнить.

Потом его взгляд остановился на мне.

Он заметил, как я смотрю на него.

— Что? — Брус приподнял бровь. — Хочешь так же?

Я промолчала. Только медленно сглотнула и заставила себя не отводить глаз. Если бы ненавистью можно было убивать, он уже лежал бы рядом с той девушкой.

Брус усмехнулся.

— Мне приказали хорошенько подготовить тебя к сегодняшнему вечеру. Поэтому специально для тебя я приготовил прекрасный ужин.

Он указал палкой в сторону стола.

Там стояла миска.

Я посмотрела сначала на неё, потом снова на Бруса.

— Что там?

— Подойди и сама увидишь.

По его лицу я уже поняла: ничего хорошего.

Я медленно направилась к столу. Чем ближе подходила, тем отчётливее чувствовала неприятный запах. Остановившись перед миской, заглянула внутрь — и желудок мгновенно скрутило.

Внутри была мутная жидкость со слюной.

Моча.

Я не знала, чья. И знать не хотела.

Запах резко ударил в нос. Я отшатнулась, прикрыв рот ладонью, когда к горлу подкатила тошнота.

Нет.

Боже, нет.

И тут я вспомнила слова Ромеро в коридоре.

«Попросят лизнуть слюну — сделаешь. Попросят даже мочу — сделаешь».

Так вот о чём он говорил.

Я медленно повернула голову к Брусу.

А тот уже улыбался.

— Выпей, — спокойно сказал Брус. — До дна. И не пролей ни капли. Пока пьёшь, повторяй: «Я — отброс. Я недостойна даже воды. Я пью то, что оставляют после себя настоящие люди».

Зал затих.

Девушки рядом со мной одна за другой опустили глаза. Никто не хотел смотреть ни на Бруса, ни на миску. Только Ариэль встретилась со мной взглядом и едва заметно качнула головой.

Не спорь.

Я снова посмотрела на содержимое миски. Желудок тут же свело. От одного запаха к горлу подкатывала тошнота, а во рту собиралась слюна, которую приходилось судорожно сглатывать.

— Я... не могу.

Брус подошёл ближе. Кончик палки лениво качнулся возле его ноги.

— Можешь. Или я вылью это на пол и заставлю тебя вылизывать. Выбирай.

Я медленно подняла на него глаза.

Он ждал.

Вот что бесило больше всего.

Его довольная рожа.

Брус уже был уверен, что победил. Что сейчас я проглочу собственную гордость вместе с этой дрянью, а он будет стоять рядом и наслаждаться тем, как ещё одна девушка делает то, что он приказал.

Я посмотрела на миску.

Нет.

Существовали вещи, которые я могла вытерпеть, потому что выбора не оставалось. Но сейчас во мне что-то упёрлось намертво.

— Ну же, семьдесят три, — поторопил он. — Не заставляй меня повторять.

Я подошла к столу.

Взяла миску обеими руками.

Тёплая.

От этого стало ещё противнее.

— Вот так, — довольно протянул Брус.

Я выпрямилась, удерживая миску перед собой.

Он расправил плечи и обвёл девушек торжествующим взглядом.

— Подними выше.

Я подняла.

Брус усмехнулся.

— Видите? Любую можно научить. Нужно только правильно объяснить, где её место. Некоторые понимают сразу, а некоторым приходится объяснять палкой.

Несколько девушек ещё ниже опустили головы.

А я смотрела только на него.

На эту ухмылку.

На морщины возле глаз.

На то, с каким удовольствием он ждал, когда я поднесу миску ко рту.

Господи, как же я его ненавидела.

— Давай, — сказал он. — Пей.

Я медленно приблизила миску к лицу.

Улыбка Бруса стала шире.

Ещё немного.

Ещё.

А потом я посмотрела ему прямо в глаза.

— Знаешь что, Брус?

Он нахмурился.

— Что?

— Приятного аппетита.

Я резко развернула руки.

Всё содержимое миски выплеснулось ему прямо в лицо.

Брус дёрнулся назад. Жидкость стекала с волос, по лбу, носу, подбородку, пропитывала ворот его рубашки.

Я поставила пустую миску на стол.

Она громко ударилась о дерево.

И всё стихло.

Ни смешков. Ни шёпота. Даже девушки словно перестали дышать.

Ариэль закрыла глаза.

Кажется, только сейчас до меня дошло, что именно я сделала.

Брус не двигался.

Он стоял напротив меня, медленно вытирая ладонью лицо.

Ухмылки больше не было.

— Ах ты маленькая сука! — заорал он.

Он схватил палку.

Я успела отступить всего на полшага.

Первый удар пришёлся так резко, что я даже не сразу поняла, что произошло. Боль появилась секундой позже. Я вскрикнула и отшатнулась к столу.

— Нет! — вскрикнула Ариэль.

Брус даже не повернул головы.

— Думаешь, тебе всё позволено?!

Палка снова взлетела.

Я успела выставить руку, но удар всё равно пришёлся так сильно, что меня согнуло пополам. Боль прострелила бок, заставив судорожно втянуть воздух.

Я подняла на него глаза.

Это уже не было наказанием. Не было его мерзким «уроком», которым он так любил прикрываться.

Он мстил.

На его лице больше не осталось самодовольной усмешки. Щёки покраснели, губы дёргались от ярости, а рука с палкой сжималась так сильно, будто он хотел переломить её вместе со мной.

— Я тебя, блядь, сейчас научу уважению!

Я попятилась.

Ещё шаг.

Пятка зацепилась за ножку стула.

Я потеряла равновесие и рухнула вместе с ним. Стул с грохотом отлетел в сторону, а я ударилась спиной о твёрдый пол. Воздух мгновенно вышибло из лёгких. Несколько секунд я только открывала рот, тщетно пытаясь вдохнуть.

Нужно встать.

Я упёрлась ладонью в пол и попыталась подняться.

Не успела.

Брус уже стоял надо мной.

— Вставай!

Палка снова опустилась.

Я вскрикнула и рухнула обратно.

— Хватит! — сорвалось у меня. — Хватит, больно!

Я закрыла голову руками, подтянула колени к животу и сжалась, пытаясь защитить хотя бы лицо. Удары продолжались. Через несколько секунд я уже не понимала, куда именно они приходятся. Боль растеклась по всему телу, и от каждого движения становилось только хуже.

— Прекратите! — снова закричала Ариэль.

— Заткнись!

Я прижалась лбом к полу, тяжело дыша.

Почему никто ничего не делает?

Вокруг стояли люди. Охрана. Девушки. Все видели.

— Кто-нибудь... — голос сорвался. Я попыталась поднять голову. — Остановите его!

Никто не двинулся.

— Прошу ... хватит... — кричу я.

— Теперь просишь?!

Он снова поднял палку.

И тогда я закричала:

— Ромеро!

Его имя вырвалось само. Я даже не успела подумать, почему зову именно его. Почему вообще решила, что он придёт.

— Ромеро!

Брус замер всего на мгновение. Посмотрел на меня сверху вниз и зло рассмеялся.

— Зови громче. Думаешь, ему есть до тебя дело?

Палка снова опустилась.

Я вскрикнула, прижимая руки к голове.

— РОМЕРО!

Брус будто окончательно обезумел. Удары сыпались один за другим. Я уже не успевала понимать, куда именно он бьёт. Кричать больше не получалось. Из горла выходил какой-то жалкий хрип, каждый вдох давался с трудом.

Я не сломаюсь.

Я зажмурилась.

Не сломаюсь.

Перед глазами почему-то возникло лицо сестры.

Нет.

Я должна её найти.

Я обещала себе.

Но в какой-то момент стало по-настоящему страшно.

А если он не остановится?

Если никто его не остановит?

Он может забить меня насмерть прямо здесь.

И никто даже не пошевелится.

Я уже почти не слышала криков вокруг, когда дверь в зал с грохотом распахнулась.

Сначала я увидела только движение.

Кто-то пересёк зал настолько быстро, что Брус даже не успел обернуться.

Ромеро.

Он схватил его за плечо и с такой силой дёрнул назад, что Брус отлетел от меня на несколько шагов. Палка выпала из его руки, ударилась о пол и с глухим стуком покатилась в сторону.

Я судорожно вдохнула.

Ромеро ничего не сказал.

Ни одного слова.

И почему-то именно это напугало меня сильнее, чем если бы он вошёл с криком.

Он посмотрел на меня.

Я лежала возле перевёрнутого стула, всё ещё прикрывая голову руками. Платье задралось выше колен, волосы прилипли к мокрому лицу. Я попыталась подняться, но от первого же движения боль прошила спину, и я снова опустилась на локоть.

Ромеро не двигался.

Его взгляд медленно прошёлся по мне.

По рукам, которыми я всё ещё закрывалась.

По смятому платью.

По красным следам на коже.

По палке, лежавшей в нескольких метрах от меня.

Потом остановился на моём лице.

На слезах.

Что-то изменилось в его выражении.

Совсем немного.

Челюсть напряглась. Ноздри едва заметно раздулись, а пальцы сжались в кулак.

Он повернул голову к Брусу.

— Босс, она...

Брус не договорил.

Ромеро ударил его в лицо.

Резко, без предупреждения.

Голова Бруса дёрнулась в сторону, сам он потерял равновесие и спиной врезался в стол. Посуда на нём задребезжала.

Я вздрогнула.

Ромеро уже был рядом.

Второй удар пришёлся прежде, чем Брус успел толком выпрямиться.

— Босс!

Ромеро схватил его за ворот рубашки и рванул на себя.

— Ты её бил? — спросил Ромеро.

Брус тяжело дышал, ошеломлённо глядя на него.

— Она первая...

Ромеро снова ударил.

— Я спросил: ты её бил?

— Да! Но она...

Ещё один удар оборвал его.

Брус пошатнулся, но Ромеро не позволил ему упасть. Схватил за рубашку и удержал перед собой.

— Она облила меня этой дрянью! — выпалил Брус. — Вы сами приказали подготовить её к вечеру!

Ромеро схватил его за шею и с силой впечатал спиной в стену.

— Мне насрать, что она сделала, — прошипел он.

Я перестала дышать.

Брус тоже.

Ромеро приблизился к нему почти вплотную.

— Мне. Насрать.

И снова ударил.

Теперь Брус упал.

Я ждала, что на этом всё закончится.

Не закончилось.

Брус попытался подняться на колени.

Ромеро ударил его снова и отбросил обратно на пол.

— Она товар! — выкрикнул Брус. — Какого хрена вы...

Эти слова только сделали хуже.

Ромеро замер.

Всего на секунду.

— Что ты сказал? — спросил Ромеро.

Брус тяжело дышал.

— Она ваш товар. Я просто обучал её.

Я увидела лицо Ромеро.

И поняла, что Брус выбрал худшие слова из возможных.

Ромеро наклонился, схватил Бруса за рубашку обеими руками и резко поднял его с пола. Ткань затрещала. Лицо старика уже было залито кровью — нос разбит, губа рассечена.

— Не тебе решать, что делать с моим товаром, — прорычал Ромеро.

Он ударил его ещё раз — кулаком в челюсть. Голова Бруса дёрнулась назад. Кровь брызнула на пол.

— Ромеро!

В дверях появился Леандро. Он остановился, быстро оглядел зал: меня на полу в луже крови и мочи, избитого Бруса и брата, который уже не контролировал себя.

— Твою мать... — выдохнул он.

Ромеро будто вообще его не заметил. Он снова дёрнул Бруса вверх и ударил его головой о своё колено. Раздался хруст. Старик захрипел, изо рта полилась кровь.

— Сколько раз ты её ударил? — спросил Ромеро.

— Я... я не считал... — прохрипел Брус.

Ромеро усмехнулся.

— Тогда сейчас посчитаем.

— Ромеро, хватит, — уже жёстче произнёс Леандро и шагнул ближе.

Никакой реакции.

Ещё удар. Брус уже почти не сопротивлялся — просто висел в руках брата, как тряпичная кукла.

Леандро схватил Ромеро за плечо.

— Ты его сейчас убьёшь! — сказал Леандро.

Ромеро мгновенно развернулся. Его глаза горели такой яростью, какой я никогда раньше не видела.

— Убери от меня руку.

— Ты понимаешь, что делаешь? — Леандро не отпустил.

— Прекрасно.

— Нет, нихрена ты не понимаешь.

Леандро снова потянул его назад. Ромеро оттолкнул брата так резко, что тот сделал несколько шагов назад и чуть не упал. В зале стало мертвенно тихо. Даже охранники замерли.

— Я сказал — не лезь! — рявкнул Ромеро.

Брус попытался отползти в сторону. Ромеро увидел это и схватил его за ногу, дёрнув обратно. Старик закричал от боли.

Леандро снова шагнул вперёд и на этот раз обхватил брата за плечи, оттаскивая его от Бруса.

— Хватит, Ромеро! — крикнул он. — Ты сейчас всё испортишь!

Ромеро замер. Несколько секунд он стоял, тяжело дыша, глядя на брата. Потом резко вырвался из его хватки.

— Пошёл ты, — процедил он сквозь зубы.

Он бросил последний взгляд на меня и молча вышел из зала. Дверь за ним захлопнулась с громким стуком.

В зале повисла тяжёлая тишина. Никто не решался заговорить. Слышно было только хриплое дыхание Бруса.

Леандро несколько секунд смотрел вслед брату, потом перевёл взгляд на меня и наконец — на Бруса, распластавшегося на полу.

— Твою мать... — выдохнул он.

Он подошёл к старику, присел рядом и попытался привести его в чувство.

— Брус.

Никакой реакции.

Леандро коснулся его плеча, слегка встряхнул.

— Брус, слышишь меня?

Тот едва заметно пошевелился и что-то невнятно простонал.

В этот момент дверь снова открылась.

Я вздрогнула, решив, что Ромеро вернулся.

Но в зал вошёл Лусио.

Капюшон натянут на голову, руки в карманах спортивной олимпийки. Он сделал несколько шагов и остановился.

Сначала посмотрел на перевёрнутый стул.

На Бруса.

Его взгляд задержался на нём всего на пару секунд, а потом переместился на меня.

Лусио нахмурился.

— Лусио, — окликнул его Леандро. — Отведи её в комнату.

Лусио не двинулся.

Ещё раз посмотрел на Бруса, затем на меня.

— Что произошло?

— Не спрашивай, — устало бросил Леандро. — Просто уведи её отсюда.

Лусио молча направился ко мне.

Я тем временем упёрлась ладонями в пол и попыталась подняться самостоятельно.

Не хватало ещё, чтобы меня отсюда уносили.

Я подтянула под себя ногу, приподнялась — и тут же поморщилась. Боль прошила спину и бок так резко, что рука дрогнула.

Пришлось снова опуститься на пол.

Лусио остановился прямо передо мной.

Я подняла на него глаза.

— Не смотри так. Я сейчас встану.

Он ничего не сказал.

Просто протянул мне руку.

Я раздражённо выдохнула и всё-таки ухватилась за неё.

Лусио потянул меня вверх без резких движений. Второй рукой придержал под локоть, пока я пыталась выпрямиться.

Получилось не сразу.

Спина ныла, ноги дрожали. Особенно сильно болело бедро там, куда несколько раз пришлась палка.

Я постояла немного, привыкая к боли.

Лусио отпустил меня только тогда, когда убедился, что я держусь.

— Спасибо.

Он едва заметно кивнул.

Я сделала шаг к двери.

Нормально.

Ещё один.

На третьем боль резко отдала в ногу, и колено подогнулось.

Лусио поймал меня.

Я вцепилась в его спортивную кофту.

— Всё нормально, — сказала я.

Он посмотрел на меня.

Я попыталась отстраниться.

Лусио не позволил.

Он просто наклонился, одной рукой обхватил меня за спину, второй подхватил под колени и поднял.

— Эй!

Я машинально обхватила его за шею.

Лусио направился к двери.

— Поставь меня.

— Нет.

Одно слово.

Спорить дальше почему-то расхотелось.

Я устроилась удобнее, стараясь не касаться спиной его руки там, где особенно болело.

В коридоре было тихо.

Лусио нёс меня, не задавая вопросов.

И я была ему за это благодарна.

Мне совершенно не хотелось рассказывать, что произошло.

Перед глазами снова стоял Ромеро.

Как он вошёл.

Как посмотрел на меня.

Как изменилось его лицо.

Как ударил Бруса прежде, чем тот успел договорить.

Я нахмурилась.

Утром этот человек сказал, что продаст меня.

Несколько часов назад приказал выполнять всё, что потребуют.

А потом едва не забил Бруса за то, что тот сделал мне больно.

Где в этом была логика?

Я не понимала.

Лусио вдруг остановился.

Я подняла голову.

Он смотрел на меня.

— Что?

Его взгляд опустился на мою руку.

Только сейчас я заметила, что всё это время сжимала пальцами ткань у него на плече.

Я разжала руку.

— Извини.

Лусио ничего не сказал и пошёл дальше.

Мы добрались до моей комнаты. Он открыл дверь плечом, вошёл и подошёл к кровати.

Опускал меня медленно.

Я осторожно повернулась на бок и только после этого отпустила его шею.

Он выпрямился.

Я подтянула ноги и закрыла глаза на несколько секунд.

Наконец-то.

Лусио всё ещё стоял рядом.

— Я в порядке, — сказала я.

Он посмотрел на меня так, что стало понятно: не поверил ни единому слову.

— Почти, — исправилась я.

Несколько секунд он молчал.

Потом взял плед и положил рядом со мной.

Я посмотрела на него.

— Спасибо.

Короткий кивок.

Он уже направился к двери, когда я окликнула:

— Лусио.

Он остановился и обернулся.

Я хотела спросить про сестру.

Именно ради этого человека я вообще терпела всё происходящее здесь.

Но сейчас мысли снова, против моей воли, вернулись к Ромеро.

— Ничего.

Лусио задержал на мне взгляд ещё на секунду.

И вышел.

Дверь тихо закрылась.

Я осталась одна.

И почему-то тишина сразу вернула меня к единственному вопросу, который никак не выходил из головы.

Почему Ромеро помог мне?