Ритуал Ромеро

Я поднялась по лестнице на второй этаж. До этого я здесь не была, и меня сразу поразила разница. Вместо тусклого красного света и бетонных стен меня встретил широкий, хорошо освещённый коридор с тёмным деревянным полом и изящными настенными светильниками. Здесь пахло дорогим деревом и чем-то сладковато-табачным.

У каждой двери стоял охранник с оружием. Они молча смотрели на меня, когда я поднималась. Я старалась не встречаться с ними глазами, но чувствовала, как они провожают меня взглядами. Где-то впереди уже играла тихая музыка.

Один из охранников кивнул в сторону большой двери и сказал коротко:

— Туда.

Я глубоко вдохнула и, босыми ногами ступая по мягкому ковру, подошла к двери.

Я до сих пор не до конца понимала, что именно меня ждёт внутри.

Ромеро говорил о том, что я — товар. Что от меня ждут покорности. Но я всё ещё не могла решить для себя, насколько далеко готова зайти, чтобы выжить.

Дверь открылась, и я вошла.

Зал оказался большим и роскошным. Мужчины в дорогих тёмных костюмах сидели на широких бархатных диванах. Их было около двадцати, не считая Ромеро. Разного возраста — от тридцати до шестидесяти. Они курили сигары, пили и спокойно разговаривали между собой.

Перед ними, вдоль стены, стояла ровная шеренга девушек в белых тонких футболках с номерами. Все новенькие, как и я.

Я на секунду замерла у входа, чувствуя, как по спине пробегает холод. Эти мужчины смотрели на нас так, будто выбирали товар. Некоторые уже оценивающе обводили взглядом наш ряд.

Ромеро сидел чуть в стороне, в большом кресле. Он тоже держал в руке бокал и негромко разговаривал с одним из гостей.

Увидев меня, он на мгновение задержал на мне взгляд, но ничего не сказал.

Я поспешила встать в конец ряда. И сразу узнала девушку, стоявшую рядом. Это была та самая, которой жгли интимное место. Она едва держалась на ногах. Лицо было бледным, а в глазах всё ещё стояли слёзы. Она слегка покачивалась, будто ей было трудно стоять.

— Ты в порядке? — спросила я, наклонившись к ней.

Она слабо кивнула, но промолчала. Через несколько секунд всё же ответила, едва слышно:

— Спасибо... что защитила меня. Ты единственная, кто на это осмелилась.

Я слегка улыбнулась. В этом зале было так мало человеческого, что даже эти несколько слов показались мне чем-то важным.

Она повернула голову и посмотрела на меня. У неё были красивые синие глаза, покрасневшие от слёз.

— Меня зовут Тисалия.

— Меня... — она замолчала, опустив взгляд. — Меня здесь называют Шестьдесят две. Просто... Шестьдесят две.

Я хотела возразить, сказать, что у неё должно быть настоящее имя, но в этот момент музыка резко замедлилась.

Девушки в красных футболках, которые до этого разносили напитки, тихо отошли в сторону. В зале стало заметно тише.

Один из мужчин, сидевший на центральном диване, откинулся назад и обвёл взглядом весь наш ряд. Ему было около пятидесяти, с седыми висками и тяжёлым взглядом.

— Ромеро, начнём развлечения? — спросил он спокойно, будто речь шла о какой-то деловой встрече.

Ромеро кивнул.

Первой вызвали девушку, стоявшую с краю. Ей приказали снять футболку и проползти на коленях вдоль всего ряда мужчин, целуя каждому руку.

Она сделала это молча, хотя по её лицу было видно, как ей страшно. Никто не смеялся. Мужчины просто смотрели.

Когда очередь дошла до девушки, стоявшая рядом, один из мужчин приказал ей встать на колени и по очереди поцеловать ботинки каждому из присутствующих. Она начала выполнять приказ, но один из мужчин вдруг остановил её и сказал:

— Нет. Не так. Ты будешь делать это языком.

Девушка замерла. Мужчина спокойно продолжил:

— Оближи каждый ботинок полностью. И пока будешь это делать, повторяй: «Я грязь под вашими ногами».

Она начала выполнять. По залу разносился только звук её голоса и влажные прикосновения языка к коже ботинок.

Следующей девушке приказали подойти к одному из мужчин, встать перед ним на колени и попросить разрешения попить из его бокала.

Когда она попросила, мужчина сплюнул ей в лицо и сказал, чтобы она слизала это с пола. Девушка заплакала, но всё равно нагнулась и выполнила приказ.

С каждым новым заданием атмосфера в зале становилась тяжелее. Мужчины уже не просто развлекались — они словно проверяли, насколько далеко можно зайти.

Мне стало противно смотреть на всё это. От этого зрелища внутри всё сжималось. Неужели они действительно хотели жить любой ценой? Или страх давно оказался сильнее собственного достоинства?

— Номер семьдесят три.

Голос мужчины прозвучал спокойно, но у меня всё внутри оборвалось.

— Подойди.

Сердце глухо ударило о рёбра.

Я медленно вышла из строя.

Ноги предательски дрожали, но я заставляла себя идти ровно, не выдавая страха. Казалось, каждый мой шаг сопровождали десятки взглядов.

Все мужчины смотрели только на меня.

Но сильнее остальных я ощущала взгляд Ромеро.

Он сидел расслабленно откинувшись в кресле. В одной руке лениво покачивался бокал, к которому он уже давно не притрагивался. Его зеленые глаза были прикованы ко мне.

Сердце гулко стучало в груди.

Я остановилась перед диваном, где расположилось несколько мужчин.

Один из них — лет сорока пяти, с холодными серыми глазами — медленно поднял на меня взгляд.

Он не спешил.

Несколько секунд просто рассматривал меня, словно выбирал, чем развлечься. Затем небрежно сплюнул себе под ноги, прямо на дорогой ковёр. Мокрое пятно расплылось по тёмному ворсу.

— Оближи, — приказал он.

В зале мгновенно стало тихо.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Встань на колени и вылижи это полностью, — спокойно продолжил мужчина. — И пока будешь лизать, не смей отводить от меня глаз.

Несколько секунд я не двигалась.

Мысли путались.

Сопротивляться бессмысленно. Меня просто накажут.

Но выполнить приказ...

Это означало переступить через саму себя.

По залу прокатился негромкий смех.

Они наблюдали с таким интересом, словно перед ними была не живая девушка, а дрессированное животное.

Я невольно посмотрела на Ромеро.

Он едва заметно кивнул.

Один короткий кивок.

Я вспомнила его слова.

Мы здесь — товар.

Инвестиции.

Нас отбирают, чтобы мы приносили прибыль.

Значит...

Если даже собственное унижение становится частью сделки, то и оно должно иметь цену.

Мужчина нетерпеливо постучал пальцами по подлокотнику.

— Чего застыла? — рявкнул он. — Давай. Пока я добрый.

Я ещё раз посмотрела на тёмное пятно на ковре.

К горлу подкатила тошнота.

Но вместо того чтобы опустить голову, я медленно подняла взгляд и посмотрела мужчине прямо в глаза.

— Бесплатно я никого не развлекаю, — отчётливо произнесла я.

Тишина.

Даже девушки в строю удивлённо повернули головы в мою сторону.

Мужчина несколько секунд смотрел на меня, будто не верил услышанному.

— Что? — наконец произнёс он, приподняв бровь. — Ты ещё и торговаться решила?

Он резко поднялся с дивана.

Рядом кто-то недовольно хмыкнул.

— Я могу превратить твою жизнь здесь в настоящий ад, девчонка.

Он сделал шаг ко мне.

— Так что лучше не испытывай моё терпение.

Я глубоко вдохнула.

Раз уж решилась...

Отступать поздно.

— Миллион долларов, — спокойно сказала я.

Мужчина замер. На его лице появилось искреннее недоумение.

— Чего? — переспросил он, а потом повернул голову в сторону Ромеро. — Ты слышал, что она сказала? Миллион долларов... Эта девчонка решила, что может торговаться со мной?

Он смотрел на Ромеро, явно ожидая поддержки. Ждал, что тот сейчас поставит меня на место, накажет или хотя бы пристыдит. Но Ромеро продолжал сидеть в кресле и молчал. Он лишь слегка наклонил голову, будто ему было интересно, чем закончится этот разговор.

В зале послышались смешки.

Я стояла неподвижно. Колени дрожали, но я заставляла себя смотреть ему прямо в глаза.

— Значит, не договорились, — произнесла я.

Лицо мужчины исказилось.

— Ах ты...

Он шагнул ко мне.

— Думаешь, ты здесь что-то решаешь?

Я не ответила.

— Да я...

Он резко сократил расстояние между нами и схватил меня за волосы у самого корня. Голова резко дёрнулась назад, и от внезапной боли у меня вырвался вскрик. Слёзы мгновенно выступили на глазах. Мужчина сильно наклонял меня вниз, пытаясь прижать лицо к полу.

— Сейчас я быстро научу тебя уважению, — прорычал он, наклоняясь ко мне почти вплотную. — Забудешь и про деньги, и про свой длинный язык...

В этот момент по залу разнёсся отчётливый голос:

— Отпусти её.

Ромеро не повысил голос. Он даже не встал сразу. Однако его слова произвели эффект. В зале мгновенно стало тихо. Даже те, кто до этого тихо переговаривался, замолчали.

Мужчина замер, продолжая держать меня за волосы. Его пальцы всё ещё сжимали мои волосы так сильно, что боль отдавалась в затылке.

Ромеро медленно поднялся с кресла.

— Я не разрешал её трогать, — произнёс он ровным тоном, подходя ближе.

Мужчина нахмурился, но не отпустил меня.

— Она перешла границы, — сказал он, не скрывая раздражения.

— Возможно, — спокойно согласился Ромеро, останавливаясь в нескольких шагах от нас. — Но правила здесь устанавливаю я. И я не давал тебе права её наказывать.

Он посмотрел мужчине прямо в глаза.

— Отпусти, — повторил он уже жёстче.

Несколько долгих секунд мужчина колебался, явно не желая терять лицо перед остальными гостями.

В конце концов он нехотя разжал пальцы. Мои волосы скользнули из его руки, и я едва удержалась на ногах. Рука сама потянулась к голове, где всё ещё пульсировала острая боль.

Ромеро бросил на меня короткий взгляд, после чего снова посмотрел на мужчину.

— Запомните одну вещь, — произнёс он. — Пока она принадлежит мне, никто не имеет права прикасаться к ней без моего разрешения.

В комнате вновь воцарилась тишина.

Даже те, кто ещё минуту назад смеялся, теперь молча смотрели на Ромеро.

— Она сама назвала цену, — продолжил он. — Если кто-то из вас готов её заплатить, я позволю прикасаться к ней где захотите.

Он выдержал короткую паузу.

— Но только прикасаться.

По залу пробежал едва уловимый гул.

Стало ясно: его вмешательство не было проявлением заботы. Он лишь напоминал всем, что распоряжаться мной имеет право только он.

Мужчины переглянулись.

Наконец один из них — пожилой, с густой сединой на висках, — неторопливо спросил:

— А за сколько ты её продашь? Полностью.

На губах Ромеро появилась лёгкая усмешка.

— Продать? — переспросил он с искренним удивлением.

Его взгляд на мгновение скользнул по мне, затем вновь вернулся к гостям.

— Вы слишком торопитесь.

— Тогда назови цену, — нетерпеливо бросил кто-то.

Ромеро медленно покачал головой.

— Вы привыкли покупать готовый результат. Я предпочитаю сначала увеличить стоимость своих вложений.

По комнате прокатились тихие смешки.

— Пока она только учится, — спокойно продолжил он. — Но, как видите, уже умеет торговаться.

Он посмотрел прямо на меня.

— Неплохое начало.

По моей спине пробежал холод.

Он говорил обо мне так, словно обсуждал произведение искусства или редкую коллекционную вещь.

— Значит, пока не продаётся? — спросил один из гостей.

— Пока нет.

— Даже за десять миллионов?

Улыбка Ромеро стала едва заметнее.

— Деньги — не единственная ценность в этом мире.

Гости снова переглянулись.

Кто-то негромко рассмеялся.

— Похоже, ты действительно делаешь на неё большие ставки.

— Я никогда не вкладываюсь в то, что не принесёт прибыль, — невозмутимо ответил Ромеро.

Я невольно стиснула зубы.

Для него я действительно была лишь инвестицией.

Чего ещё я ожидала?

Ему нужны деньги.

А я — один из способов их заработать.

Ничего личного.

С дивана медленно поднялся лысый мужчина с татуировками на шее. Широкие плечи, тяжёлый взгляд и массивная фигура делали его похожим на человека, привыкшего добиваться своего силой.

— Мы тебя поняли, Ромеро, — сказал он. — Тебе нужны деньги.

Он ткнул пальцем в мою сторону.

— Так вот. Я покупаю у тебя эту стерву. Хочу лично объяснить ей, кто здесь хозяин.

Ромеро даже не пошевелился.

Лишь спокойно посмотрел ему в глаза.

— Пока что она останется здесь.

В этот момент в зал вошли Леандро и Лусио.

Леандро был в костюме, а Лусио — в чёрной спортивной кофте с капюшоном. Оба высокие, заметные. Они молча прошли вперёд и заняли места рядом с гостями.

Леандро сразу расслабленно откинулся на диван, а Лусио остался стоять, засунув руки в карманы. Его взгляд сразу нашёл меня и не отрывался.

— Что здесь происходит? — спросил Леандро, окидывая зал взглядом.

— Девчонка решила поторговаться, — ответил один из мужчин с усмешкой.

Леандро тихо рассмеялся.

— Чучело показывает когти? — бросил он, глядя на меня. — Посмотрим, насколько они острые.

В этот момент мужчина, сидевший рядом с Леандро, неторопливо произнёс:

— Я готов отдать за неё три миллиона долларов.

У меня на мгновение перехватило дыхание.

Три миллиона.

За возможность сломать меня.

За чужое развлечение.

Ромеро перевёл взгляд на говорившего.

На его губах появилась едва заметная улыбка.

— Три миллиона? — переспросил он.

Короткая пауза.

— Это всё?

Мужчина нахмурился.

— Мало?

— Для неё — очень.

По залу прокатился смешок.

— Ты же сам сказал, что она только учится, — заметил один из гостей.

— Именно поэтому.

Ромеро подошёл ко мне и остановился рядом.

Не касаясь.

Просто встав так близко, что взгляды всех присутствующих невольно переключились на нас.

— Посмотрите внимательно.

Теперь его слушали все.

— Полчаса назад она дрожала от страха.

Он посмотрел на меня.

— А сейчас уже торгуется с людьми, которых видит впервые.

Его взгляд вновь скользнул по гостям.

— Многие из вас способны измениться настолько быстро?

Ответом стала тишина.

— Вот именно.

Он посмотрел на мужчину, предложившего деньги.

— Вы покупаете не тело.

Короткая пауза.

— Вы покупаете потенциал.

Лысый усмехнулся.

— Красиво сказано.

— Это правда, — спокойно ответил Ромеро.

Кто-то из дальнего конца комнаты негромко произнёс:

— Я бы не рискнул отдавать такие деньги за девчонку, которая ещё вчера дрожала от страха.

— Вот именно, — поддержал другой. — Слишком много неизвестного.

— Или слишком много возможностей, — неожиданно возразил седоволосый мужчина.

Несколько человек повернулись к нему.

Он пожал плечами.

— Самые большие деньги всегда зарабатывают на том, чего остальные пока не понимают.

Леандро усмехнулся.

— Видите? Я же говорил, что сегодняшний вечер станет интересным.

Лысый снова посмотрел на Ромеро.

— Всё-таки решил устроить аукцион?

— Нет.

Ромеро покачал головой.

— Вы устроили его сами.

Я замерла.

И только сейчас поняла...

Он ни разу не назвал цену.

Это они сами начали соревноваться друг с другом.

Леандро тихо рассмеялся.

— Старый приём.

— Зато рабочий, — бросил седоволосый.

В комнате кто-то раздражённо цокнул языком.

— Ты нами манипулируешь.

Ромеро улыбнулся.

— Возможно. — Он неторопливо обвёл гостей взглядом. — Но никто не уходит.

В комнате снова стало тихо.

— Потому что каждому хочется узнать, чем всё закончится, — произнёс седоволосый.

— Нет, — возразил лысый.

Он покачал головой.

— Каждому хочется выиграть.

Ромеро посмотрел на него.

— Именно.

Он поднял бокал.

— Желание обладать всегда дороже здравого смысла.

Мужчина, предложивший три миллиона, нахмурился.

— Думаешь, мы настолько предсказуемы?

— Думаю, — ответил Ромеро.

— Почему?

— Потому что вы уже начали торговаться.

Он сделал небольшой глоток вина.

— А я до сих пор ничего вам не предложил.

Наступила тишина.

Даже я почувствовала, как несколько мужчин переглянулись.

Кажется...

До них тоже дошло.

— Допустим, — сказал лысый. — Тогда объясни другое.

Он кивнул в мою сторону.

— Если она настолько ценная, зачем вообще показывать её нам?

Я невольно задержала дыхание.

Этот вопрос интересовал и меня.

Ромеро несколько секунд молчал.

Потом посмотрел прямо на меня.

— Потому что страх ничего не стоит.

Он выдержал паузу.

— Дорого стоит уверенность.

— И ты думаешь, она станет такой?

На губах Ромеро снова появилась едва заметная улыбка.

— Нет.

Он посмотрел мужчине в глаза.

— Я это знаю.

От этих слов у меня внутри всё похолодело. Я смотрела на него, и в этот момент мне стало по-настоящему страшно. Будто за свою жизнь он видел достаточно, чтобы точно знать, о чём говорит.

Он посмотрел на меня. От этого взгляда по телу прошла дрожь.

— Тия, иди в свой номер, — сказал он вдруг.

Я на секунду замерла. Он снова назвал меня Тией. Не номером. Не «вещью». А именно так, как будто между нами было что-то личное.

Я не стала ничего спрашивать. Просто кивнула и медленно развернулась. Шагнула к двери, чувствуя спиной взгляды мужчин, оставшихся в зале.

Они продолжали тихо переговариваться, и я была уверена, что обсуждают именно меня. Или то, что со мной только что сделали.

Когда я вышла в коридор и дверь за мной закрылась, я наконец-то выдохнула.

Я не ожидала, что он отпустит меня так просто. Без дополнительного унижения, без боли. Часть меня была благодарна за это. Но другая часть понимала — это не доброта. Это выгода.

Я шла по коридору, обхватив себя руками. В голове крутилась одна мысль: всего одна его фраза изменила ход вечера. Если бы он промолчал или позволил им продолжить, меня бы не отпустили так легко.

«Лишь бы он меня не продал», — подумала я, ускоряя шаг. — «Пусть лучше оставит при себе. С этими придурками я точно не выживу».

——————————

И несколько слов от автора:

Как вы уже поняли, это история про власть и деньги. Она открывает цикл книг под названием «Ритуал крови». В будущем я планирую написать отдельные истории про Леандро и Лусио, чтобы глубже раскрыть их характеры и внутренний мир.

Я хотела создать историю, которая по-настоящему покажет психологию власти, денег, а также психологического и физического насилия. Здесь будет не только выживание главной героини, но и судьбы других персонажей. Я сознательно отказалась от привычных мафиозных клише, где героиню просто насилуют и на этом всё заканчивается. Мне важно было показать глубокие, сложные отношения между персонажами, их внутренние конфликты и постепенные изменения.

Ромеро на первый взгляд кажется спокойным. Но за этой маской скрываются его собственные демоны. И когда он наконец покажет свои когти, это будет по-настоящему эмоционально и болезненно.

Я очень надеюсь, что эта история найдёт отклик у вас. Если вам близка атмосфера, персонажи и то, о чём я пишу, буду искренне благодарна за вашу поддержку. Добавляйте книгу в библиотеку и ставьте оценку — это очень помогает мне продолжать и развивать историю дальше.

Спасибо каждому, кто читает, переживает и остаётся со мной. ❤️

С любовью, ваша Алелина ❤️