«Правила нашего дома» | BL

Весь следующий день Доюн чувствовал себя так, словно ходил по самому краю бездонной пропасти. Его разрывал изнутри целый коктейль из противоречивых эмоций: Жуткий страх, что Хёну в любую секунду может сдать его секрет остальным, смешался со смущением, стоило им просто столкнуться взглядами в коридоре.

Единственным выходом Доюн посчитал абсолютное, глухое притворство. Он твёрдо решил включить режим амнезии и изо всех сил делать вид, будто из-за алкоголя вообще нечего не помнит.

Ближе к вечеру на кухне появился Сону. Он молча выдвинул стул, открыл свой рабочий ноутбук и полностью погрузился в работу и конспекты.

Для Доюна это был шанс - или, скорее, отчаянная попытка переключить мысли с пугающего Хёну на свой привычный, безопасный объект обожания. Младший тут же рванул мыть посуду, хотя её было не так уж и много. Он отчаянно пытался привлечь к себе внимание: то слишком громко вздыхал, то нарочно медленно и шумно расставлял посуду по сушилкам, то невпопад ронял металлические ложки, которые со звоном бились о раковину.

Доюн краем глаза ловил каждое движение старшего, надеясь на короткий взгляд. Но это лишь раздрожало и отвлекало Сону от работы. Спустя десять минут такого "шумного" перфоманса холодный хён не выдержал. Он нахмурил брови и коротко вздохнул, закрыл ноутбук и молча, даже не посмотрев на Доюна, вышел из кухни.

Младший остался стоять с мокрой губкой в руках, чувствуя себя полным дураком.

--Доюн-а, твои методы привлечения внимания просто катастрофичны. Ты совсем не умеешь правильно перетягивать на себя внимание. -- раздался со стороны двери вкрадчивый, низкий голос.

Доюн вздрогнул всем телом. В дверном проёме, расслабленно облокотившись рукой о косяк и скрестив ноги, стоял Хёну. На его губах играла едва заметная, наглая ухмылка. Он наблюдал за всем этим из коридора. Наблюдал и откровенно ревновал, хоть и маскировал это под привычную снисходительность.

--Я... я никого не пытался привлечь, Хёну-хён. -- Доюн суетливо отвернулся к раковине. -- Просто посуду мыл.

--Это же невооружённым глазом видно. Это ну уж слишком очевидно. -- Хёну бесшумно оттолкнулся от косяка и сделал несколько размеренных шагов вперёд, сокращая расстояние между ними.

--Ты буквально кричал каждым своим движением. Но Сону не из тех, на кого действует белый шум. Хочешь, покажу, как надо?

Доюн растерянно обернулся, вытерая руки о полотенце. Хёну подошёл почти вплотную. От него веяло уверенностью и лёгким ароматом парфюма. Вместо того чтобы злиться или читать нотации, он вдруг решил "поиграть" в доброго старшего брата, который просто учит неопытного младшего тонкостям флирта.

Хёну медленно поднял руку и, прежде чем Доюн успел отстраниться, аккуратно заправил непослушную прядку волос младшего ему за ухо. Его пальцы на секунду задержались на тёплой коже Доюна.

--Смотреть нужно вот так. -- негромко произнёс Хёну, заглядывая Доюну прямо в глаза своим тяжёлым, гипнотизирующим взглядом. -- Не суетись. Меньше движений, больше пауз. Когда ты хочешь, чтобы кто-то заметил тебя, ты должен заставить его почувствовать твоё присутствие кожей, а не ушами, Понял?

Доюн стоял как вкопанный, едва дыша.

Спустя пол часа Сону и Доюн снова пересеклись на кухне. Сону вернулся, но теперь в его ушах были наушники. Он был полностью отрезан от внешних звуков. Доюн в это время старательно натирал до блеска последнюю вымытую тарелку. Их взгяды пересеклись, но Доюн не отвёл взгяд, а как говорил Хёну, удержал его. Они смотрели друг на друга примерно секунд пятнадцать, но Сону первый отвёл взгяд.

Старший, направляясь к холодльнику, из-за музыки не рассчитал траекторию и случайно, довольно ощутимо задел Доюна плечём. Младший не ожидал толчка: скользкая тарелка вырвалась из мокрых пальцев и с оглушительным, звонким треском разбилась о кафельный пол.

Доюн испуганно вскрикнул и чисто на рефлексах опустился на корточки, пытаясь голыми руками сгрести острые осколки. --Чёрт... -- прошептал он, когда крупный осколок глубоко полоснул его по указательному пальцу. Кровь выступила мгновенно.

Сону, увидев это, на мгновение замер, а затем развернулся и ушёл. Доюн прикусил губу от обиды, решив, что Сону-хёну абсолютно плевать. Но уже через пару минут Сону вернулся. Он молча опустился рядом, протянул аптечку с мазью и тканевым пластырем.

--Держи, ты поранился. Будь аккуратнее. -- сухо сказал Сону, поднялся и снова скрылся в коридоре.

Для Доюна это было подобно чуду! Сердце запело. Ему показалось, что схема Хёну сработала: Сону обратил на него внимание и проявил заботу!

Окрылённый этой маленькой победой, Доюн позже сам пришёл к комнате Хёну. Он робко постучал в дверь, дождался строгого "заходи" и зашёл в комнату.

Смущаясь и запинаясь, он принялся восторженно шептать, что Сону-хён наконец обратил на него внимание и даже проявил заботу.

Но Хёну, сидевший в кресле, даже не дослушал его сбивчивую речь. Его цепкий взгляд моментально зафиксировал белую полоску на руке Доюна.

--Ты поранился? -- Хёну резко поднялся с кресла, и его наглый тон в секунду сменился тревогой.

--А, это... Да пустяки, хён, просто царапина. -- Доюн попытался спрятать руку за спину. -- Я просто уронил тарелку.

--Живо покажи. Есть ещё порезы? -- Хёну сделал широкий шаг вперёд, жёстко перехватил запястье Доюна и потянул на себя, заставляя раскрыть ладонь. Его пальцы крепко и властно сжали руку младшего, внимательно осматривая ладонь.

--Нет, больше нет... -- едва слышно выдохнул Доюн.

Убедившись, что ран больше нет, не ослабив хватку, Хёну спросил с какой целью к нему пришёл Доюн.

--Я... я хотел чтобы ты дал мне ещё советы... И... продолжение теории. -- немного смущённо ответил младший.

Пальцы Хёну медленно скользнули выше по запястью. В его глазах снова вспыхнул тот самый тёмный, собственнический огонь, который Доюн видел в ночь пятницы. Раз этот глупый и наивный мальчишка сам пришёл к нему за "уроками", Хёну не собирался упускать шанс.

--Раз уж ты просишь продолжение теории, перейдём сразу к практике. -- вкрадчиво прошептал Хёну, наклоняясь так близко, что Доюн почувствовал кожей его горячее дыхание. -- Смотри мне в глаза. Прямо сейчас. И не вздумай отводить взгляд.

Хёну свободной рукой мягко, но уверенно перехватил Доюна за талию, фиксируя на месте и лишая возможности отступить.

--Если хочешь, чтобы человек перед тобой растаял, твой взгляд должен быть настойчивым. Вот таким. Ты должен смотреть на его губы, а потом снова в глаза, медленно, заставляя человека нервничать. Понимашь, о чём я?

Доюн судорожно сглотнул. Хёну давал совет для младшего, чтобы тот использовал его к Сону, но его собственные губы были в каких-то паре сантиметров от губ Доюна. Пальцы на талии сжимались слишком горячо для обычного "хёна-натурала".

У Доюна бешено закружилась голова, и он абсолютно не понимал, почему от этих фальшивых уроков его сердце готово пробить грудную клетку...