«Правила нашего дома» | BL

Воздух в комнате Хёну казался настолько густым и горячим, что его можно было резать ножом. Расстояние между их губами сократилось до каких-то жалких пару миллиметров.

Доюн испуганно замер, затаив дыхание и судорожно вжавшись спиной в стену. Сердце колотилось где-то в районе горла.

Хёну внимательно, дольше положенного всматривался в раскрасневшееся лицо Доюна, словно сканируя каждую его мимолётную эмоцию и ловя судорожный вдох.

Наглый огонёк в его глазах на мгновение вспыхнул сильнее, но... Хёну плавно отстранился. Он сделал шаг назад, убирая руку с тонкой талии младшего и возвращая себе привычную маску сдержанной холодности.

Хёну отпустил его в самый последий момент, намеренно оставив Доюна в смятении.

Младший судорожно глотнул воздух, чувствуя, как колени предательски подкашиваются. Мозг отказывался сооброжать. Сгорая от дикого смущения и желания поскорее оказаться в безопасности своей комнаты, Доюн тихо поблагодарил Хёну и рванул к выходу. Он резко потянул на себя ручку двери и... едва не врезался в стоящего на пороге Сону.

Сону замер с уже поднятой для стука рукой. Доюн от неожиданности глупо охнул, заливаясь краской ещё сильнее.

--С-Сону-хён... привет... -- пролепетал он, поспешно отводя взгляд.

Доюн суетливо вжался в косяк, пропуская старшего внутрь, и буквально пулей улетел по коридору к себе, мечтая проволиться сквозь землю.

Сону ничего не видел из того, что происходило в комнате секунду назад. Однако то, насколько взбудораженным, растрёпанным и смущённым выбежал из комнаты Доюн, не укрылось от его проницательного взгляда.

Пройдя внутрь, Сону слегка нахмурился и прямо спросил:

--А что у тебя делал Доюн? Он выглядел странно.

Хёну даже бровью не повёл, мгновенно выдав заготовленную отговорку:

--Да так, бытовые мелочи. Он спрашивал, где лежат новые чистящие средства для ванны. Ты что-то хотел?

Сону принял ответ, хотя в его глазах на секунду промелькнуло сомнение.

--Да. Не мог бы ты мне одолжить свои наушники? Мои в ноль разрядились, а мне ещё нужно закончить работу, не отвлекаясь на внешние звуки.

--Без проблем. -- Хёну дошёл до стола, протянул ему кейс с наушниками и, чтобы перевести тему, спросил:

--Кстати, а где Джинхёк? Время уже позднее, а его не слышно.

Сону забрал наушники и спокойно ответил:

--Он в клубе со своими университетскими друзьями. Сказал, что вернётся поздно.

Джинхёк действительно вернулся глухой ночью. На удивление, он вёл себя довольно тихо - видимо, понимал, что за шум Хёну раздерёт его на части.

Он тихонько пробрался в гостиную, но до собственной спальни его ленивый, пьяный организм дойти так и не сумел. С блаженным вздохом Джинхёк просто повалился на диван и мгновенно уснул прямо в одежде.

В это же время в своей комнате Доюн ворочался с боку на бок. Из-за вечернего "урока" с Хёну, младшему совершенно не спалось. Бессонница изводила его. В конце концов, устав считать несуществующих овец, Доюн решил пойти на кухню, чтобы просто попить воды.

В доме стоял полумрак. Направляясь обратно мимо гостиной, Доюн от изнуряющей бессонницы подумал немного посидеть на мягком диване, в надежде, что смена обстановки поможет ему расслабиться.

Он сделал шаг в темноту гостиной и... С коротким вскриком обо что-то споткнулся, едва не растянувшись на полу.

--М-м-м... -- глухо пробормотал спящий Джинхёк, переворачиваясь на другой бок.

Доюн испуганно замер, прижав лодонь ко рту. «Джинхёк-хён? Он спит на диване? Но ведь так он нарушает правило под номером один...» -- пронеслось в голове.

Понимая, что сидеть здесь не получиться, Доюн поспешно вернулся в свою комнату и, измученный ночными мыслями, всё же заснул ближе к рассвету.

Наступило утро. Хёну, как самый обязательный и системный человек в этом доме, проснулся первым.

Спустившись в гостиную, он безжалостно разбудил Джинхёка, который безмятежно дрых на диване, поджав под себя ноги.

--Подъём, соня. С тебя десять тысяч вон. -- ледянным тоном объявил Хёну. Джинхёк лишь страдальчески застонал, зарываясь лицом в подушку.

Вскоре на кухне появился Сону и, как главный по кулинарии, принялся молча готовить завтрак. Заметив через приоткрытую дверь гостиной взъерошенного Джинхёка, он обернулся к Хёну:

--Джинхёк снова спит на диване? Он что, вообще страх потерял?

--Видимо, у него слишком много лишних денег. -- сухо сказал Хёну, делая глоток утреннего кофе.

Через пару минут на кухню, едва переставляя ноги, выполз Доюн. Хёну тут же зафиксировал взгляд на младшем. Вид у Доюна был, мягко говоря, помятый: бледная кожа, сонный взгяд и лёгкие тени под глазами.

--Доюн-а, ты какой-то невыспавшийся. -- Хёну внимательно проследил за тем, как младший берёт кружку. -- Чем ты занимался ночью? Была бессонница?

--Да... Я долго не мог уснуть, хён

Хёну прищурился, в его голосе проскользнули нотки допроса:

--Не слышал, когда вернулся Джинхёк?

--Слышал. -- поспешно кивнул Доюн. -- Где-то в четыре ночи я как раз выходил на кухню попить воды.

--Вот как? -- Хёну сделал шаг ближе к Доюну. -- И ты, когда выходил пить воду, не видел Джихёка? Он случаем не спал на диване в гостиной?

Доюн на секунду завис. Он прекрасно помнил, как споткнулся о Джинхёка. Но в его доброй голове мгновенно сработал инстинкт защиты: если он скажет правду, Джинхёка снова оштрафуют, и тот будет ныть всё утро без умолку.

Доюн решил соврать во благо, не подумав, что Хёну уже видел Джинхёка на диване.

--Нет, Хёну-хён... я не видел его в гостиной. На диване никого не было.

В эту секунду Сону перестал резать овощи и удивлённо обернулся. Хёну же несколько секунд просто молча смотрел на Доюна. Его взгляд стал пугающе тяжёлым и торжествующим. Он поймал младшего на лжи.

--Доюн-а, не лги мне. -- тихо, но с железным нажимом произнёс Хёну. -- Я лично будил Джинхёка на этом диване десять минут назад.

Доюн прерывисто вздохнул, понимая, в какую глупую ловушку он сам себя загнал. Щёки опалило стыдом. Хёну резко развернулся, подошёл к холодильнику и аккуратно добавил на маркерной доске новую строчку: «№4 Не лгать. Всё тайное и скрытое в этом доме рано или поздно становится явным. На вопросы друг друга отвечать только честно! Штраф за враньё - 10 000 вон»

Джинхёк в это время зашёл из зала на кухню. Он смотрел на происходящее с недоумением.

Хёну повернулся к притихшим парням и жестоко сказал:

--Итак. Джинхёк платит десять тысяч за сон на диване. Доюн платит десять тысяч за враньё. Деньги мне на стол. -- холодно сказал Хёну и смотря на Доюна тихо добавил: -- И помни, Доюн... Теперь ты обязан отвечать мне только правду. На абсолютно любой мой вопрос.

Доюн почувствовал, как земля уходит из-под ног. Хёну только что создал идеальное оружие против него.