Ведьма, павшая любовью.

Поляна в лесу. Полнолуние.

Ночь была холодной, но воздух горел. Поляна в центре леса была залита серебряным светом луны, который смешивался с оранжевым пламенем четырех огненных кругов. Магия Греты вибрировала в воздухе, создавая невидимые стены, отрезающие жертв от мира.

Елена стояла в центре своего круга. Пламя обжигало её кожу, но она не чувствовала боли — только страх, холодный и липкий, который сковывал каждую клетку её тела. Она видела Дженну в соседнем круге — её тётя стояла неподвижно, её глаза были красными и пустыми. Клаус успел обратить её. Она была вампиром.

Кэтрин Пирс. Два часа назад.

Она шла по тёмным улицам Мистик-Фоллс, чувствуя, как кровь медленно сочится из раны на животе. Но рана регенерирует.

Она остановилась у дома Гилбертов. В окнах горел свет, и она видела тень, двигающуюся внутри.

Кэтрин постучала в дверь. Через несколько секунд Дженна открыла, и её лицо озарилось удивлением.

— Елена? Что ты здесь делаешь? Ты же сказала что останешься на ночь у Стефана...и ты выглядишь как-то странно..

— Стефан, — сказала Кэтрин, и её голос звучал ровно, как у Елены. — Он в опасности. Ему нужна помощь. Срочно. Помоги.

Дженна колебалась мгновение, но тревога в глазах Кэтрин (или то, что она выдавала за тревогу) сработала.

— Где она? — спросила Дженна, хватая пальто.

— Я покажу, — сказала Кэтрин, отступая назад. — Идём. Быстрее.

Дженна вышла за порог, даже не оглянувшись. Кэтрин схватила её за руку и потащила в темноту. Дженна попыталась вырваться, но Кэтрин была сильнее.

— Что ты делаешь?! — закричала Дженна. — Отпусти меня! Елена!?

— Клаус хочет тебя видеть, — прошептала Кэтрин, и в её голосе не было эмоций. — И он не любит ждать.

Дженна пыталась бороться, но Кэтрин была вампиром, и её хватка была железной. Через мгновение темнота поглотила их обеих. Дом Гилбертов опустел.

Кэтрин повела Дженну к церкви, где её уже ждал Клаус. Его улыбка стала шире, когда он увидел их.

— Отлично, Кэтрин, — сказал он. — Ты справилась.

Дженна смотрела на него с ужасом, но Клаус только усмехнулся.

«Серена, — подумал он. — Ты думала, что можешь победить меня. Но у меня есть план. И твоя подруга сейчас в моих руках. Посмотрим, что ты будешь делать теперь».

Карьер. Ритуал.

В третьем круге лежала Джулс. Полная луна сломала её, превратив в слабое, дрожащее существо, которое не могло даже подняться на ноги. Трансформация уже началась, её тело корчилось от боли, но она была в ловушке.

Клаус стоял в центре поляны, его улыбка была холодной и торжествующей. Он смотрел на свои жертвы, как скульптор смотрит на готовый материал.

— Ты думала, что сможешь сбежать, Елена? — спросил он, его голос разносился по поляне, перекрывая треск огня. — Ты думала, что твои друзья спасут тебя? Они освободили Кэролайн, Тайлера и Хейли. Но ты не можешь спасти всех. Я всегда был на шаг впереди.

Грета стояла рядом с чашей, в которую стекала магия Лунного камня. Она бросила его в огонь, и камень растворился с глухим шипением, высвобождая тёмную энергию. Воздух вокруг завибрировал, и Клаус почувствовал, как проклятие вновь начинает ослабевать.

— Начинаем, — сказал он, поворачиваясь к Джулс.

Он шагнул в её огненный круг, и Джулс попыталась отползти, но была слишком слаба. Клаус наклонился, схватил её за горло и поднял в воздух. Его рука пронзила её грудь с ужасающим хрустом, и он вырвал её сердце.

Джулс замертво упала на землю. Грета собрала кровь в чашу, и ритуал продолжился. Также легко он свернул шею гибриду Мидни.

Дом Сальваторе. Во время ритуала.

Аларик Зальцман.

Аларик метался по комнате, как загнанный зверь. Барьерное заклинание Бонни держало его взаперти в гостиной — он уже разбил одну вазу, опрокинул стул, но магия не отпускала. Он знал, что Дженна там. Он чувствовал это каждой клеткой своего тела.

— Чёрт возьми! — закричал он, ударив кулаком в невидимую стену. Магия вспыхнула синим светом, отбросив его назад. — Дженна! Она там! А я здесь! Я ничего не могу сделать!

Он рухнул на колени, сжимая голову руками. Его дыхание было прерывистым, в глазах стояли слёзы — редкие, мужские, которые он пытался сдержать.

— Я должен быть там, — прошептал он. — Я должен защитить её.

Этажом выше. Джон Гилберт, Бонни Беннет, Джереми Гилберт и Аннабель Чжу.

Бонни стояла у двери, наблюдая за Джоном, который лежал на кровати, привязанный к ней. Его лицо было бледным, но он был спокоен — знал, что должен сделать.

Джереми и Анна сидели на полу, но их глаза уже начинали слипаться. Бонни наложила на них заклятие сна — мягкое, но надёжное.

— Я не хочу спать, — сказал Джереми, пытаясь бороться с дремотой. — Я должен быть там. Я должен помочь Елене.

— Ты только помешаешь, — сказала Бонни, и её голос был мягким, но твёрдым. — Я не могу рисковать вами. Если вы побежите в лес, Клаус убьёт вас. Или хуже — использует против нас.

— Но Елена... — начал Джереми, но его голос уже затихал.

— Она справится, — сказала Бонни, хотя в голосе не было уверенности. — Она сильная. А ты должен быть здесь. Чтобы защитить её, когда она вернётся.

Джереми закрыл глаза, и через мгновение его дыхание стало ровным. Анна уже спала, прислонившись к его плечу.

Бонни посмотрела на них, затем на Джона, и сжала кулаки. Она чувствовала, как магия Клауса вибрирует в воздухе даже здесь, в доме Сальваторе. Ритуал начался. Она могла только молиться, чтобы они успели.

Аларик Зальцман.

Он снова ударил по барьеру, но магия держала его крепко. Единственное, что он мог — слушать тишину и представлять, что происходит там, в лесу. И это было хуже любой битвы.

Карьер. Ритуал.

— Теперь вампир, — сказал Клаус, поворачиваясь к Дженне.

В этот момент из леса выбежал Стефан. Его лицо было бледным, глаза горели отчаянием. Он бросился к кругу, но Грета магией отшвырнула его назад.

— Отпусти её! — крикнул Стефан, поднимаясь на ноги. — Возьми меня вместо неё! Я — вампир. Я подойду для ритуала.

Клаус посмотрел на него с лёгким удивлением, затем усмехнулся

— Ты готов умереть за неё? Это трогательно, Стефан. Но ты мне не нужен. Ты слабый. Ты всегда был слабым.

Он щёлкнул пальцами, и Грета направила магию на Стефана. Он упал на колени, обездвиженный, не в силах пошевелиться.

— Ты будешь смотреть, — сказал Клаус. — Ты будешь смотреть, как умирает твоя любовь.

Он повернулся к Дженне и шагнул в её круг. Дженна попыталась атаковать его своей новой вампирской скоростью, но Клаус был быстрее и сильнее. Он схватил её за волосы, притягивая к себе.

— Ты была запасным планом, — прошептал он ей на ухо. — И ты отлично справилась.

В этот момент из леса на поляну вбежала Серена. Она остановилась на краю поляны, переводя дыхание. Её глаза мгновенно нашли Елену, затем Дженну, а затем Клауса.

Дом Сальваторе. Аларик Зальцман.

— Отпусти меня! — кричал он, и его голос срывался на хрип. — Бонни! Я знаю, ты слышишь меня! Отпусти!

Тишина. Никакого ответа.

Он упал на диван, сжимая в руках пустую бутылку виски, которую нашёл на столе. Он не пил — просто держал, как единственное, что могло удержать его от полного безумия.

— Дженна, — прошептал он, глядя в потолок. — Пожалуйста, держись.

Он знал, что не может ничего сделать. Он знал, что его любовь — это проклятие в этом мире, где монстры и магия решают судьбы. Но он всё равно надеялся. Это было единственное, что оставалось.

Карьер. Ритуал.

Серена Блэквуд выбежала на поляну.

— Клаус! — закричала она, и её голос звенел от ярости. — Отпусти её сейчас же! Ты чудовище!

— О, Серена, — усмехнулся Клаус, не отпуская Дженну. — Ты опоздала. Как всегда.

— Ты думаешь, что победил? — крикнула Серена, вскидывая руки. Магия вспыхнула в её ладонях, но Грета мгновенно создала барьер, который отрезал её от Клауса. — Ты всего лишь трус, который прячется за магией Греты! Ты даже не можешь сражаться сам!

Клаус засмеялся, и в этом смехе было что-то пугающее

— Ты права. Я не сражаюсь сам. Я использую то, что работает. И сегодня работает ритуал.

Он схватил Дженну за волосы и с силой притянул её к себе. Елена закричала, пытаясь вырваться из огненного круга, но пламя не пускало её.

— Нет! — закричала Елена. — Пожалуйста! Не убивай её!

— Слишком поздно, — сказал Клаус холодно.

Он вонзил деревянный кол в сердце Дженны. Она замерла, в глазах мелькнула боль, а затем она упала на землю — мёртвая.

Елена закричала — долгий, пронзительный крик, который разорвал тишину ночи. Она рухнула на колени, чувствуя, как мир рушится вокруг неё.

— Нет! — кричала она, и слёзы текли по её щекам. — Нет, нет, нет!

Серена смотрела на это, чувствуя, как внутри неё закипает ледяная ярость. Она сжала кулаки, в глазах горел огонь, но она ничего не могла сделать. Грета держала её на расстоянии.

— Ты заплатишь за это, — сказала Серена, и её голос был холоден, как сталь. — Я не забуду этого, Клаус.

— Я надеюсь, что не забудешь, — ответил он, ухмыляясь. — Это делает наш дуэт более интересным.

Он повернулся к Елене. Огненное кольцо вокруг неё погасло.

— Твой черёд, — сказал он.

Елена поднялась на ноги. Её лицо было бледным, глаза опухшими от слёз, но она посмотрела на Стефана, который всё ещё лежал на земле, обездвиженный.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Всегда.

Затем она вышла в центр поляны и встала перед Клаусом. Он наклонился к её шее, и она закрыла глаза.

Дом Сальваторе. Джон Гилберт, Бонни Беннет, Джереми Гилберт и Аннабель Чжу.

Бонни стояла у окна, глядя на тёмный лес. Она чувствовала, как магия затихает — ритуал подходил к концу. Джон лежал на кровати, его дыхание было слабым, но он всё ещё был жив.

— Скоро, — сказал он тихо. — Я чувствую это.

Бонни обернулась к нему

— Ты знаешь, что будет?

— Я знаю, — ответил он, и в его глазах мелькнула решимость. — Это мой долг. Я должен спасти её.

— Ты умрёшь, — сказала Бонни, и в её голосе слышалась боль.

— Я знаю, — повторил он, и его губы тронула лёгкая улыбка. — Но она будет жить. И это всё, что имеет значение.

Бонни почувствовала, как слёзы подступают к глазам. Она отвернулась к окну, чтобы он не увидел их. Внутри неё боролись злость и сострадание — она понимала, что он делает, но это не делало боль меньше.

Джереми и Анна всё ещё спали, и тишина в доме была оглушающей. Бонни ждала. Все ждали. Время тянулось, как резина, и каждая секунда была вечностью.

Карьер. Ритуал.

Он укусил её, и она закричала от боли. Кровь хлынула из её шеи, заполняя чашу Греты. Елена слабела с каждым мгновением, её тело обмякало, и через несколько секунд она упала на землю — бездыханная.

— Елена! — крикнул Стефан, пытаясь подняться, но магия Греты всё ещё держала его.

Серена смотрела на тело Елены, чувствуя, как внутри неё что-то ломается. Она не могла поверить, что это произошло. Она не могла поверить, что опоздала.

Клаус упал на колени, и его тело начало трансформироваться. Глаза загорелись жёлтым светом, вены проступили на коже, и он зарычал — низко, торжествующе. Проклятие пало снова. Теперь он не просто гибрид, он способен создавать армии, без крови двойника Петровой.

Он медленно поднялся, чувствуя новую силу более мощную в своём теле.

Серена смотрела на него, и в её глазах горела ненависть

— Ты заплатишь, — сказала она тихо, но в её голосе звучала клятва. — Я уничтожу тебя. Я сделаю всё, чтобы ты страдал так же, как мы страдали сегодня.