Деннис Криви и Соплохвост

Июль стремительно катился к своему завершению, оставляя после себя выжженную солнцем траву на газонах Сильвер-стрит и душные, тягучие вечера. Время, которое в начале июня казалось бесконечным и полным обещаний, теперь утекало сквозь пальцы, как сухой песок. И вместе с этим песком таяла моя последняя надежда.

На календаре было уже тридцатое июля.

Каждое утро я просыпался с одной и той же мыслью, которая тяжёлым камнем ложилась мне на грудь. В письме из Хогвартса, которое Колин бережно хранил в своей тумбочке как величайшую реликвию, чёрным по белому было написано: «Просим отправить ответную сову не позднее 31 июля».

До крайнего срока оставался всего один день.

Я старался не показывать своего страха. Улыбался за завтраком, увлечённо слушал рассказы Колина о величественном Большом зале с парящими свечами и весело играл со Вспышем в саду. Но внутри меня росла и ширилась холодная, пугающая пустота. Почтовый ящик дома номер четырнадцать по-прежнему оставался пуст, если не считать счетов за электричество и рекламных буклетов местного супермаркета. Бабушка Агата последние дни загадочно молчала, лишь иногда провожая меня долгим, задумчивым взглядом. А я... я просто сходил с ума. «Неужели всё-таки магл? - шептал мне противный голосок по ночам. - Неужели вся та магия, которую ты чувствовал, все твои успехи - это просто ошибка?»

В тот душный вечер мы с Колином спасались от жары в нашем форте на дереве. Листва древнего дуба дарила приятную прохладу, а сквозняк из круглых окошек лениво шевелил карты звёздного неба на стенах. Колин сидел в гамаке, бережно протирая мягкой тряпочкой линзы своего фотоаппарата.

Вспыш устроился на полу у его ног, лениво грызя старый теннисный мяч. Его белоснежная шерсть ярко выделялась в полумраке комнаты, а умные янтарные глаза, светящиеся преданным внутренним огоньком, внимательно следили за каждым нашим движением. Два его белых хвостика мирно покоились на ковре.

Я лежал на животе у стеклянного люка, тупо уставившись на сумеречный сад внизу. Книга по истории магии, которую Колин привёз из школы, лежала раскрытой рядом, но буквы расплывались перед глазами.

- Деннис, - тихо позвал брат, отложив камеру. - Ты как?

- Нормально, - соврал я, не оборачиваясь. - Просто жарко.

- Оно придёт, - мягко сказал Колин. В его голосе не было сомнений, только чистая, абсолютная вера в меня. - Обязательно придёт. Совы из Хогвартса иногда задерживаются. Помнишь, Гарри Поттеру вообще привезли письмо в день рождения, тридцать первого июля? А до этого их почтальоны перехватывали.

- Наших почтальонов никто не перехватывает, Колин, - глухо отозвался я. - Наш ящик открыт для всех ветров.

Колин вздохнул и хотел сказать что-то ещё, но его прервал Вспыш.

Наш белоснежный щенок-круп резко бросил свой мяч. Его уши мгновенно приподнялись, а нос смешно задёргался, ловя воздух. Вспыш поднялся на лапы, его янтарные глаза взволнованно вспыхнули, а раздвоенный белый хвостик закрутился с такой бешеной скоростью, словно пёс пытался взлететь.
Он издал короткий, радостный тявк и бросился к круглому окну, выходящему на восток.

- Вспыш? Что там? - я мгновенно сел, чувствуя, как сердце пропустило удар.

Вспыш встал передними лапами на подоконник, преданно глядя в темнеющее небо, и заскулил от нетерпения.

И тут сквозь шелест листьев дуба мы услышали этот звук. Тяжёлые, ритмичные взмахи сильных крыльев.

Через секунду в круглое окно форта, едва не задев раму, величественно влетела крупная, красивая сипуха. Её перья отливали мягким кремовым цветом, а большие круглые глаза смотрели на нас с вежливым утомлением. Она сделала круг под потолком нашего домика, заставив светящиеся сферы-светляки испуганно метнуться в стороны, и аккуратно опустилась прямо на край дубового стола.

У меня перехватило дыхание. Я не мог пошевелиться, словно меня снова околдовали.

- Деннис... - прошептал Колин, его глаза округлились от восторга. - Смотри! На её лапках!

К лапкам уставшей птицы кожаными ремешками были привязаны два плотных, тяжёлых свёртка. Колин медленно, стараясь не спугнуть сову, подошёл к столу и протянул руку. Сипуха благосклонно позволила ему отвязать письма, тихонько щёлкнув клювом в знак благодарности.

Колин повернулся ко мне, держа в руках два конверта. Его лицо буквально светилось от счастья.

- Это мне, - он показал первый конверт, подписанный его именем, на котором стояла пометка «Список учебников для 3-го курса». - А это... Деннис, это тебе!

Он протянул мне второй конверт.

Я взял его дрожащими пальцами. Конверт был удивительно тяжёлым, сделанным из плотного, желтоватого пергамента, который приятно пах старыми книгами и чем-то неуловимо волшебным. На обратной стороне красовалась тяжёлая пурпурная сургучная печать с гербом Хогвартса - львом, орлом, барсуком и змеёй вокруг буквы «Х».

Но самым прекрасным в мире был адрес, выведенный на лицевой стороне аккуратными, изумрудно-зелёными чернилами:

«Мистеру Д. Криви,

Домик на дубе,

Сильвер-стрит, 14»

Они знали. Хогвартс знал даже то, что я сижу прямо сейчас в этом домике на дереве.

Я осторожно, боясь повредить печать, вскрыл конверт и развернул пергамент. Голос в моей голове дрожал, когда я читал эти строки про себя:

ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»

Директор: Альбус Дамблдор

(Кавалер ордена Мерлина I степени, Великий волшебник, Верховный чародей, Президент Международной конфедерации магов)

Дорогой мистер Криви!

Мы рады сообщить Вам, что Вам предоставлено место в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс».

Пожалуйста, ознакомьтесь с приложенным к этому письму списком необходимых учебников и предметов. Занятия начинаются 1 сентября. Просим отправить ответную сову не позднее 31 июля.

С наилучшими пожеланиями,

Минерва МакГонагалл,

заместитель директора

- Я еду... - прошептал я, чувствуя, как на глаза наворачиваются горячие слёзы облегчения. Вся та холодная боль, что мучила меня последние недели, растворилась без остатка. - Колин, я волшебник. Я действительно еду с тобой!

- Да! Да, Деннис! - закричал Колин, бросаясь ко мне и сжимая в объятиях так, что у меня хрустнули рёбра. - Я же говорил! Я же знал! Мы будем учиться вместе!

Вспыш, заразившись нашим восторгом, принялся носиться кругом, звонко лая.
Белое облачко его шерсти так стремительно мелькало по комнате, а два хвостика виляли так неистово, что они буквально сливались в единый белоснежный вихрь. Сова на столе возмущённо ухнула, требуя тишины и заслуженного угощения. Колин тут же сунул ей кусочек овсяного печенья, который птица аккуратно приняла и тут же принялась чистить перья.

- Быстрее, вниз! Нужно рассказать маме и папе! И бабушке! - Колин первый бросился к выходу, мгновенно скатившись по верёвочной лестнице.

Я бережно прижал письмо к груди, чувствуя, как его тепло согревает меня изнутри, и поспешил за ним. Белый Вспыш спрыгнул следом, умудряясь радостно лаять прямо на лету.

Когда мы с криками ворвались на кухню дома номер четырнадцать, мама испуганно выронила полотенце, а папа чуть не поперхнулся чаем. Бабушка Агата, сидевшая у камина, лишь медленно подняла голову. На её лице не было удивления - только мягкая, торжествующая улыбка, от которой в уголках её глаз собрались добрые морщинки.

- Мама! Папа! Смотрите! - Колин победно потряс нашими письмами в воздухе. - Деннису пришло! Ему пришло письмо из Хогвартса!

Мама всплеснула руками, на её янтарные, как у Вспыша, глаза (семейная черта, передавшаяся и мне) мгновенно набежали слёзы радости. Она подбежала ко мне, крепко прижала к себе и принялась целовать в макушку, бормоча, как сильно она гордится нами. Папа подошёл следом, его широкая ладонь тяжело и тепло легла мне на плечо. Он неловко улыбнулся, но в его глазах светилась неподдельная отцовская гордость.

- Ну что, сынок, - тихо сказал он, его голос слегка дрогнул. - Похоже, у нас в семье теперь официально два волшебника. Придётся мне сверхурочно поработать на молоковозе, чтобы собрать тебя в эту вашу школу.

- Мы поможем, Томас, - мягко произнесла бабушка Агата, поднимаясь со своего места и опираясь на трость. Она подошла ко мне и заглянула прямо в глаза. - Я знала, что оно придёт, Деннис. Магия нашего рода никогда не ошибается. Ты готов к этому пути.

Она повернулась к папе и маме, и её тон стал деловым и заботливым:

- Завтра тридцать первое июля, крайний срок. Я заберу мальчиков в Лондон, мы отправим ответную сову и купим всё необходимое. Томас, Мэри, вам лучше остаться дома. Обычным людям в Косом переулке делать нечего, там слишком шумно, да и министерские законы строго следят за секретностью. Мы со всем справимся сами.

Мама понимающе кивнула. Хоть ей и хотелось быть рядом, она знала, что мир магии скрыт от её глаз, и бабушке Агате там доверяла безгранично. Папа лишь молча сжал мою руку в знак поддержки.

Вспыш у моих ног радостно гавкнул, блеснув своими умными янтарными глазами, словно тоже собирался завтра охранять нас в нашей большой поездке. Этот вечер на Сильвер-стрит был самым счастливым в моей жизни. Страх ушёл. Впереди нас ждали новые палочки, книги, мантии и целый мир, который наконец-то открыл предо мной свои двери.