Моя скромняжка

Я больше не могла ждать.

Мне нужно было поговорить с мамой. Прямо сейчас.

Я не хотела переезжать в Корею. Не хотела оставлять свою жизнь, свою школу, друзей... и вообще всё, к чему привыкла. Это было не моё решение.

Я резко открыла дверь своей комнаты и быстрым шагом пошла на кухню, но там никого не было.

Странно.

Я заглянула в спальню мамы — пусто.

Тогда до меня дошло, что они куда-то ушли.

Я стояла посреди коридора, нервно кусая губу, и вдруг в голову пришла мысль.

А что если... просто уйти?

Снять квартиру.

У меня были накопления. Всё лето я работала и почти не тратила деньги. Конечно, сумма была не огромная, но на первое время должно хватить.

Сердце начало биться быстрее.

Я быстро схватила телефон и открыла приложение с объявлениями. Долго листала, пока не нашла маленькую студию за двадцать пять тысяч рублей.

Маленькая, но уютная.

Мне должно было хватить недели на две... а потом я обязательно найду работу.

Но тут взгляд упал на Комка.

Он спокойно лежал на кровати и смотрел на меня своими зелёными глазами.

— Чёрт...

Я открыла описание квартиры.

"Животные запрещены."

У меня внутри всё сжалось.

Я подошла к нему, села рядом и взяла на руки.

— Комок... прости меня...

Он тихо замурчал.

— Всё будет хорошо. Ты же у меня сильный, да? Умеешь за себя постоять.

Я грустно улыбнулась и погладила его по голове.

— У тебя есть твоя маленькая дверца в комнату, можешь там сидеть. Я закрою дверь, и тебя никто не тронет.

Слова давались тяжело.

— И мама тебя любит... она точно не оставит тебя голодным.

От этой мысли стало чуть легче.

Я позвонила по номеру из объявления.

Женщина на другом конце сказала, что подъехать можно через два часа.

Этого времени хватало.

Я быстро начала собирать вещи.

Платки, платья, юбки, домашняя одежда.

Потом открыла полку и достала намазлык.

В последнее время я потихоньку училась читать намаз. Это успокаивало меня. Давало ощущение, будто Аллах всё видит и всё понимает.

Я аккуратно сложила его в сумку.

Когда всё было собрано, я села на край кровати и просто посмотрела вокруг.

Эта комната...

Сколько всего здесь было.

Слёзы сами подступили к глазам.

Комок запрыгнул ко мне на колени и ткнулся носом в руку.

Будто чувствовал.

— Я вернусь за тобой. Обещаю.

Я поцеловала его в носик и ушла.

На автобусной остановке было прохладно.

Ветер трепал волосы, а внутри было пусто.

Когда автобус приехал, я села у окна и всю дорогу просто смотрела на улицы.

Люди куда-то спешили, смеялись, жили своей жизнью.

А моя будто рушилась.

Через час я уже была на месте.

Квартира оказалась даже лучше, чем на фото.

Светлые стены, новый диван, чистая кухня, большие окна.

Пахло свежестью.

Как будто здесь ещё никто не жил.

Мне понравилось сразу.

Я согласилась.

Когда хозяйка ушла, в квартире стало тихо.

Слишком тихо.

Я медленно села на кровать и огляделась.

Теперь это мой дом.

От этой мысли стало одновременно страшно и спокойно.

Чтобы отвлечься, я пошла в душ.

Горячая вода немного расслабила.

Но когда я вышла и взяла телефон...

46 сообщений.

90 пропущенных.

От мамы.

— Чёрт... начинается...

Руки задрожали.

Я открыла сообщения.

"Побэа, ты где?"

"Ты в библиотеке?"

"Я пришла туда, тебя нет."

"Ответь мне!"

"Я вызову полицию!"

"Прости меня, только вернись..."

Я закрыла глаза.

Было больно.

Очень.

Но я знала — если вернусь, всё повторится.

Я записала голосовое:

— Мам... я никуда с вами не поеду. И не скажу, где я. Пожалуйста, просто следи за Комком.

И сразу заблокировала.

Но легче не стало.

Наоборот.

Я смотрела в потолок и думала только о коте.

Как он там.

Не ищет ли меня.

Не скучает ли.

Ближе к ночи я включила какой-то фильм, но даже не понимала, что там происходит.

И вдруг пришло сообщение от Марьям.

"Ами, ты где?! Что случилось? Твоя мама мне звонит и угрожает!"

Я резко села. — Чёрт... уже и до неё дошла.

Я быстро написала:

"Можешь приехать? Мне не с кем поговорить."

И отправила адрес.

Через двадцать минут в дверь уже стучали.

Я открыла, и Марьям буквально влетела в квартиру и сразу обняла меня.

— Я думала, с тобой что-то случилось!

Я крепко обняла её в ответ.

— Всё нормально... почти.

Она отстранилась.

— В смысле почти?

Я вытерла слёзы.

— Садись. Я нам вкусняшки сделаю.

Она усмехнулась.

— Я не хочу просто сидеть. Давай помогу. Только мне надо переодеться... ты же не против, если я останусь с ночёвкой?

Я слабо улыбнулась.

— Наоборот. Одной тут страшновато.

Мы вместе начали делать синабоны.

Пока месили тесто, мазали крем и смеялись из-за того, как я случайно уронила муку на пол, мне впервые за день стало легче.

Будто жизнь ещё не закончилась.

Мы сидели на полу, ели тёплые синабоны и разговаривали.

И в какой-то момент разговор зашёл о маме.

Я рассказала всё.

Про Корею.

Про переезд.

Про страх.

Про Комка.

Марьям долго молчала.

— Блин... тяжёлая ситуация.

Я кивнула.

— Но я могу помочь.

Я подняла на неё глаза.

— У меня есть вариант. Я нашла квартиру. Почти с таким же ремонтом, как тут. Двухкомнатная. Если вдвоём, то коммуналка и аренда выйдут примерно по пять тысяч.

Я застыла.

— Стоп... вдвоём?

Она улыбнулась.

— Да. Я давно хотела съехать. Но одной страшно.

Я не верила.

— Ты хочешь жить со мной?

— Конечно. И котика твоего заберём.

На этих словах у меня защипало в глазах.

— Ты серьёзно?

Она кивнула.

И я расплакалась.

От облегчения.

От счастья.

От того, что наконец не одна.

Мы крепко обнялись.

Потом легли смотреть какой-то фильм.

Но уже через минут двадцать обе уснули прямо на кровати.

И впервые за долгое время мне было спокойно.