Пересечь черту

Алекс принёс мне несколько книг, которые я читала от нечего делать. Скучно. Тихо. Где-то в углу скреблись мыши, их здесь полно. Я не боялась. Сами по себе они не страшные, но то, что могут на себе переносить... Я попыталась сосредоточиться на сюжете книги. Желудок скручивало от голода, хотелось отвлечься. В комнату вошли.

- Доброе утро. - лениво бросила я Патриции, влетевшей в комнату.

- Утро? Я заходила к тебе пару часов назад, но ты спала. Хоть к обеду глаза разлепила, и на том спасибо. - Она нахально прищурилась и подмигнула, - но ладно. Всё равно тебе никуда не надо. Держи, это тебе.

На мой матрас приземлился пакет, дырявый в некоторых местах. Внутри лежало что-то мягкое. Я ткнула пакет пальцем, что вызвало у Патриции приступ смеха.

- Не бойся, не бомба! Там одежда. Что-то от меня и Фрицци, что-то докупили - в общем, наскребли откуда смогли. Ты в этом платье плесенью покроешься скоро.

Она была права. Я ходила в одном и том же порванном платье больше недели. Хотела попросить кого-нибудь из девочек принести мне новую одежду, но было как-то неловко, и я всё откладывала и откладывала...

- Спасибо. Платье... Да, действительно неприятно ходить в грязном.

Патриция виновато улыбнулась и протянула:

- Да-а... Каталлея дала распоряжение принести тебе новую одежду ещё в начале недели. Но я забыла... То есть, знаешь, я была занята... И как-то из головы вылетело... Ты же не обижаешься? - Я покачала головой. На самом деле немного обижалась. - Ну и хорошо! Примеришь?

Я заглянула в пакет Что-то коричневое, джинсовое. Достала одежду. Брюки.

- Это же... Я никогда такое не носила!

- Это мои. То есть теперь твои, да. Каталлея сказала, что тебе нужны штаны, потому что так удобнее и практичнее. Я тоже ношу. У нас только Фрицци может позволить себе носить юбки, но она врач, ей не нужно лазать или вставать в неудобные позы.

- А это что за убожество от мира фэшн-индустрии? - Я достала из пакета футболку кирпичного цвета, на которой красовался крупный принт курицы.

- О, это моя! Она удобная, примерь!

Я напрочь отказалась это надевать, и в конце концов Патриции пришлось сдаться.

- Я её как от сердца оторвала! - Театрально воскликнула Патриция.

- Ну, можешь не утруждаться больше. - Хихикнула я. - Забери обратно.

Помимо брюк и убогой футболки в пакете лежала другая одежда, несколько пар носков и белья и кепка-восьмиклинка. Патриция стояла надо мной и ожидала, когда я примерю. Я ожидала, когда она уйдёт или отвернётся.

- Могу я...?

- А, точно. Прости. - Она хлопнула себя по лбу и резко отвернулась к стене. - Но не обещаю, что не буду подглядывать!

Это именно то, что мне рассказывали о Патриции. Но я не была против - она мне нравилась. Мы встречались только пару раз до этого, и она сразу же подошла, чтобы познакомиться. Сказала, что я красивая. Это было так прямо и в лоб, что я промямлила что-то нечленораздельное вместо «спасибо».

Я переоделась в брюки, чёрную флисовую рубашку и джинсовую коричневую куртку. Одежда подходила по размеру, за исключением рубашки, которая давила в области груди - у Патриции была гордая нулёвка, неудивительно, что мне не подошло. Я даже задумалась, вдруг она утягивает грудь бинтами? Патриция почуяла, что я готова, и обернулась.

- М-м, неплохо. Тебе идёт. Как родная вписалась. Только чего-то не хватает...

Она напялила кепку мне на голову. Посмотрела с задумчивым видом, отошла на шаг назад, хмыкнула, снова подошла. Сняла кепку. Распустила свои волосы и натянула резинку на руку.

- Повернись-ка

Я послушно повернулась и почувствовала, как Патриция собрала мне волосы. Это было логично. Ходить с распущенными непрактично. Когда она закончила, я повернулась, и Патриция опять напялила кепку мне на голову.

- Вот теперь другое дело. Точно как гроссхейвенка. Только на людях рот держи закрытым.

- Почему это? - возмутилась я.

- Потому что сразу слышно, что ты не отсюда. Ты же не думала, что твой акцент незаметный?

Волна возмущения сменилась... стыдом? Нет, я не стыдилась акцента. Тревогой? Нет, по одному этому фактору нельзя догадаться, что я сестра комиссара - слишком много людей с Верхнего говорят с британским акцентом. Уязвлённым самомнением? Думаю, да. Я действительно считала, что хорошо говорю на гроссхейвенском. Что даже незаметно, что я не отсюда. Наивная.

- Не думала, конечно... - Солгала я.. Патриция тут же хмыкнула, но ничего не сказала.

Она уже повернулась, чтобы уйти, но вдруг остановилась и достала из кармана свёрток.

- Ой, забыла. Это тоже тебе.

В белую бумажную салфетку оказался завёрнут румяный ещё тёплый брецель с кунжутной посыпкой. Почему-то надкусанный.

- Не удержалась.

Патриция улыбнулась извинительной улыбкой. Я не хотела на неё злиться - слишком радовалась еде. Ждала, когда останусь одна, чтобы поесть

- Спасибо. Можешь идти.

Патриция разочарованно вздохнула и ушла. Наверное надеялась, что я поделюсь и ей перепадёт больше, чем один укус. Теперь, оставшись одна, я съела брецель меньше чем за минуту, даже не распробовав толком его вкус. Раньше обычная выпечка без начинки меня особо не впечатляла, а сейчас я бы съела ещё несколько таких же. В животе заурчало и начало неприятно тянуть. Такое случалось часто, дискомфорт стал ежедневным фоном, который я уже привыкла игнорировать.

Я не наелась. Голод остался, да такой сильный, что вызывал тошноту. Решила сходить на разведку. Обычно стены своей комнаты старалась покидать по минимуму, но терпеть голод становилось невозможно.

Дверь скрипнула. Я вышла в коридор, заваленный кирпичами, обвалившейся штукатуркой, песком и пылью. Моя комната находилась в самом конце коридора. Я не знала, куда идти, чтобы найти еду или людей, у которых её можно попросить. Коридоры петляли. Освещения не было.

Шла осторожно, маленькими шагами, но всё равно пару раз споткнулась. Не могла не заметить, что в новой одежде ходить куда удобнее. Брюки Патриции оказались на меня как раз. Я шла, пока не врезалась в кого-то, кто шёл так уверенно, что едва не сбил меня с ног. Человек тоже перепугался, отскочил к стене.

- Кто?!

- Это я, Лэнс! - Я узнала его по голосу и испугалась, что тот с перепугу настучит мне по голове.

Он замер, отдышался и запихнул что-то в рукав.

- Кто? "Лэнс"? Звучит как название болячки.

Я не заметила, как назвала его на английский манер.

- Прости, я не специально. Я просто испугалась. Хотела найти что-нибудь поесть. Алекс здесь?

- Конечно. Лежишь целыми днями, да есть просишь. - Его лица в полумраке было не разглядеть, но в голосе звучали нотки обиды. - Ушёл твой Алекс вместе со своим другом. Остальные по домам сидят. Мы тут одни.

- А Лили? Где она? И Патриция только что здесь была. - Одна в подвале с парнем, который мне угрожал. Я попятилась к стене, подальше от него.

- С собой взяли. Он же её только с девчонками или Кассианом оставляет, а сейчас их нет, и пришлось ему сестру с собой таскать. Патриция уже ушла сестру свою донимать. Делать им больше нечего, как с тобой сутками сидеть. Пойдём, если есть хочешь.

Помявшись с одной ноги на другую, я решила пойти. Живот начало сводить, терпеть стало невозможно.

Мы оказались в маленькой комнатке, забитой всякими мешками, корзинками и банками. От пыли Ланц чихнул, заставив меня подскочить. Он оглядел помещение и сразу приступил к разграблению.

- Держи. - Мне в руки прилетело несколько редисок и помидоров, два куска хлеба и пара сырых яиц. В одной из корзинок я заметила несколько груш.

- Можно взять?

- Нельзя. - Ланц закончил копошиться и выпрямился. - Их и так мало. Заметят.

- То есть ничего отсюда брать нельзя? Мы крадём?

- Ты есть хочешь или нет? - Я неуверенно кивнула. - Тогда не задавай глупых вопросов.

Мы вышли из кладовки и сели за стол. Я думала, что Ланц собирается приготовить яйца, но вместо этого он разбил одно об угол стола и выпил залпом прямо из скорлупы. К горлу подступил ком, я отвернулась и поморщилась от мерзкого вкуса, всплывшего в сознании. Пыталась не думать про сальмонеллу, но мысли про неё приходили сами. Он разбил ещё одно точно таким же образом и протянул мне.

- Спасибо, мне не хочется... - Я натянуто улыбнулась и старалась не смотреть на грязную скорлупу, которую Ланц даже не подумал помыть. Он с фразой «как хочешь» выпил ещё одно яйцо.

На столе лежал хлеб, к которому у меня так и тянулись руки, но я ждала, когда Ланц наестся и уйдёт. Я не привыкла есть рядом с чужими людьми. Казалось, будто они будут смотреть и думать: «и так толстая, а ещё ест», «вроде девушка, а ест наравне с мужчинами». После сброса веса это должно было пройти, но не прошло. А здесь я ещё и ничего не делаю, только ем, и это вдвойне стыдно. Будто скажут: "а, ну ясно, почему она толстая. Она же лежит целыми днями". К тому же и ем я некрасиво, когда голодная. А Ланц всё никак не уходил. Сидел, развалившись на стуле, жевал хлеб вприкуску с помидором. Рука подпирала голову, и выглядел он таким отрешённым, будто ему неинтересно быть здесь и тем более со мной.

- Ты есть будешь?

- Буду. Просто... - Я попыталась сформулировать мысль, чтобы он понял. - Просто я бы хотела поесть, когда останусь одна.

- Почему? - Искренне не понял он

- Потому что мне кажется, что ты будешь меня осуждать, - честно ответила я

Ланц ничего не понял.

- А дома как ела? Одна, что ли?

- Нет. С семьёй. Но там всё было по-другому. Приборы, правила... Нельзя есть слишком много, потому что нужно следить за фигурой. И вообще, с семьёй рядом я есть могла. А тут чужие люди...

Он издал смешок, но не весёлый, а скорее удивлённый.

- И что, собираешься всю жизнь от других бегать? Ешь, пока еда есть. Потом может не быть.

Я смотрела то на него, то на помидор с хлебом. В животе заурчало, и я наконец взяла еду в руки и откусила. Не сказать, что продукты были свежими, но это было и не важно - я доела за несколько укусов. Ланц смотрел молча, не моргая, но было заметно, что он не ожидал такого. На столе осталось ещё одно яйцо. Я медленно протянула к нему руку.

- Можно?

- Бери.

Яйцо оказалось грязным, с белой скорлупой. Осторожно ударила пару раз об угол стола и почистила. Пахло невкусно, текстура на вид оставляла желать лучшего. Закрыла глаза и быстро выпила, задрав голову.

На вкус оказалось хуже, чем я предполагала. К горлу снова подкатил ком, в этот раз побольше, но я сглотнула. Лицо перекосило от мерзкого вкуса. Ланц расплылся в улыбке.

- Не привыкла. - насмешливо бросил он.

***

Рука поднялась, чтобы ударить Ланца со всей силы по лицу. В памяти этот момент плохо отложился, я даже не успела как следует обдумать это действие. Злость физически ощущалась в груди, закипала словно чайник. Ещё немного, и из глаз потекли бы слёзы, чего вовсе не хотелось.

Ланц перехватил мою руку за запястье и сжал. Сильно, больно. Синяки точно останутся. Прижал меня к стене. Я двинулась, чтобы ударить его свободной рукой, но он перехватил и её тоже, прижимая меня сильнее. Стоило признать, он всё-таки получил пару раз ногой по ноге, и на его лице отразилось болезненное выражение, но и мои ноги он вскоре перехватил. Это только разожгло злость сильнее - он может сделать мне больно, а я в ответ не могу? Но он держал крепко, дёргаться бесполезно.

Перебранка началась с того, что он ляпнул "ну так что, всё-таки расскажешь, кто ты такая, или нет?" Я промычала в ответ, надеясь не продолжать диалог, но Ланц напирал: "что, в молчанку играем? Молчи, пока можешь. Я всё равно узнаю. И тогда Алекс узнает, кто ты на самом деле." Я встрепенулась, а он только ухмыльнулся: "что, есть что скрывать? Нет? Тогда почему ему нельзя знать, кто ты такая, если ты обычная аристократка?". Он старался изо всех сил вывести меня из себя. Сначала я не реагировала, но потом он сказал: "Я знаю, что ты Виктория Блэк. Не так уж сложно догадаться. Рано или поздно все всё узнают, я позабочусь."

Это жутко меня напугало. А потом я сорвалась. Я решила, что он тут же сдаст меня Алексу и остальным, когда они вернутся. Сработало правило "бей или беги", только вот бежать было некуда, а бить - пожалуйста, сколько угодно.

Он стоял с таким лицом, будто ему мерзко иметь тесный контакт с посторонним человеком. В нормальном состоянии я бы подумала точно так же, но сейчас даже не задумывалась об этом вопросе. Я дёргалась, старалась достать до него, чтобы избить, но он крепко меня держал.

- Хватит, успокойся. - Прошипел он сквозь сжатые зубы. При этом щурился от каждого моего движения, даже зная, что крепко держит. Это было будто на рефлексе, как у щенков, которых часто избивают, и это только выводило меня из себя ещё больше. Сейчас я даже не была уверена, что думаю головой. Мне просто хотелось быть уверенной, что он меня не сдаст, а для этого нужно, чтобы он... перестал быть. Я не думала напрямую, что хочу его убить, это был импульсивный порыв.

От безысходного положения и невозможности выразить злость слёзы потекли по щекам, оставляя мокрые полосы на лице. В груди что-то жгло. Обида и раздражение, которые никуда не деть. И страх. Определённо, страх тоже.

Кто-то вошёл. Я повернула голову в сторону двери, Ланц тоже. Элиот стоял, тяжело дыша, глядя то на нас, то на Алекса, ожидая от него каких-то действий. Сам Алекс стоял с открытым ртом, не ожидая увидеть подобной картины. Он замер. Казалось, даже не дышал. На секунду его глаза будто остекленели. Лили смотрела, обнимала плюшевого медведя. Она не понимала ситуации, поэтому поглядывала на взрослых. Спросила, почему они остановились. Позади всех стоял мужчина, которого я не знала. Наверное, это был Ален. Мы ещё не встречались лично,, но слышала про него. Мужчина с интересом разглядывал нас, а потом присвистнул от удивления, что привело Алекса в сознание, и тот наконец сфокусировал взгляд. Я в слезах. Ланц прижимает меня к стене.

- Что здесь происходит? - Тихо, почти шепотом. Даже мне стало не по себе.

Ланц уже отскочил от меня к противоположной стене, растерянно глядя на них.

- Она пыталась меня ударить. Ничего не было. Правда!
Я первый раз слышала, чтобы его голос звучал так высоко. Алекс сделал шаг вперёд. Эли схватил его под руку.

- Стой, мы же не знаем...

- Уйди, - едва слышно ответил Алекс и убрал руку Эли. - Забери этих двоих. Дай мне разобраться.

Эли подхватил Лили на руки и посмотрел на сжавшегося Ланца.

- Не надо, Алекс... - едва слышно прошептал он.

- Я ничего не делал. - Ланц продолжал мямлить, глядя на уходящего Элиота, вслед за которым шёл Ален. Потом Ланц посмотрел на меня, и в его глазах было что-то жалкое, типа "Ви, скажи им!". Я молчала, потому что мне хотелось, чтобы ему было больно.

Я знала, о чем подумал Алекс. Несложно догадаться. Но если я скажу, что попыталась ударить Ланца первая, и тем более, если скажу причину, он разочаруется.
Я молчала. Не знала, что сказать. Не знала, стоит ли. Думала, что Алекс успокоится и уйдёт, и тогда не придётся ничего объяснять, но он не успокаивался. Подошёл к Ланцу, который уже закрыл глаза и отвернулся, приготовившись к удару по лицу.

- Ты охуел? - коротко спросил он.

Ланц не мог открыть глаза всё так же на рефлексе. Руками закрыл лицо.

- Я ничего не делал... Ви, пожалуйста...

Алекс замахнулся. Быстро, резко, кулаком. В злости его глаза потемнели так, что выглядели почти чёрными. Ланц прикрыл нос, из которого тут же потекла кровь. Капли падали на пол, смешивались с пылью, а Ланц стоял, согнувшись. Вид крови меня отрезвил. Меня вдруг затошнило, и я сглотнула. Алекс занёс руку для следующего удара.

- Это правда, он ничего не сделал, я первая пыталась его ударить! - Выпалила я на одном дыхании.

Рука Алекса зависла в воздухе. Ланц с удивлением смотрел на меня. Не ожидал признания.

- Ты хотела его ударить? Первой? Что он такого натворил?

Мне не понравился вопрос о том, что натворил Ланц, ведь это оправдывало насилие, а я не хотела его оправдывать. Ланц - ублюдок, но на слова нельзя отвечать ударами. Голос Алекса звучал так холодно, что я не смогла смотреть на него и буравила взглядом пол. Он никогда так со мной не разговаривал.

- Он наговорил многого. - Честно призналась я. - Но это не важно, потому что я не должна была его бить, он просто защищался.

- Это правда? Ты его не покрываешь? - С подозрением спросил Алекс.

- Нет. Это правда. Ничего такого, о чём ты подумал, не было.

Алекс казался растерянным и разочарованным одновременно. Смотрел на нас двоих по очереди, изучал реакции. Я колупала носком пыль и камешки на полу. Наконец он сказал:

- Не ожидал, что ты можешь кого-то ударить. Ладно, ничего страшного. Ланцу не впервой.

Последняя реплика мне тоже не понравилась. В этой ситуации была неправа я, почему он говорит так, будто виноват Ланц? Значит, трогать других нельзя, а Ланца можно? Это впервые заставило меня задуматься о двойных стандартах Алекса. Первый раз, когда это произошло. В будущем такое случится не раз, но сейчас я здорово удивилась: как так можно? Алекс казался мне справедливым, а сейчас это впечатление пошатнулось.

- Я могу уйти. - Предложил Алекс.

Я подняла на него взгляд. Он смотрел в упор, но его глаза снова посветлели до ореховой позолоты. Будто предложил уйти, чтобы мы с Ланцем могли поговорить, но не был уверен, что я этого хочу. Я буркнула «угу» и Алекс вышел из комнаты. Мне показалось, что ему стало стыдно.

- Прости.

Я села возле Ланца, который развалился на полу и скрестил ноги, игнорируя пыль и грязь. Щёки его покраснели, глаза бегали по всей комнате и никак не останавливались на моём лице. Нос и подбородок были залиты кровью. Он выглядел жалко, но сейчас приступит агрессии прошёл, и я больше не злорадствовала. Его короткие пальцы с погрызанными ногтями теребили рукав зелёной ветровки.

- Прощаю. Можешь идти. - Буркнул он.

Я не уходила. Внимательно наблюдала, как он отодвигается, отворачивает голову, хмурится. Под моим взглядом он несколько раскис: поглядывал в мою сторону, замечал, что я всё ещё смотрю, отворачивался обратно. Ждал, что я уйду. Шрам тоже покраснел, стал ярче; веснушки, наоборот, слились с румянцем.

- Что тебе надо? - не выдержал он и рявкнул на меня.

- Ничего. Просто не могу уйти, когда ты в таком состоянии.

Ланц поджал губы и посмотрел в упор острым взглядом. Обиделся.

- Каком состоянии? Ты приходишь, ни черта не делаешь, ешь все запасы, гоняешься за этим Алексом. А козёл отпущения всегда я, потому что он что-то там надумал. Кто же ему виноват, что у него такие фантазии? - Ланц опустил голову себе на колени, прижатые к груди. - Могла бы и не признаваться, впрочем. Все равно хотела, чтобы меня избили. Или что, хотела сама меня побить? Поэтому его остановила?

- Нет! Просто... Не знаю, на меня как будто иногда находит. Не могу это контролировать. Я не специально.

- Ты пыталась меня ударить, а потом твой дружок мне рожу раскрасил. - Напомнил Ланц. Наверное, он подумал, что я пытаюсь снять с себя вину, перебросив случившееся на долю случая.

- Поэтому и прошу прощения.

Он изучил меня сверху вниз пристальным взглядом, потом сдался и выдохнул.

- Ладно. Запомнил. Так что насчёт того, что ты...

- Тише! - перебила я.

- Значит, это правда?

Я колебалась. Он уже догадался. Скрывать нет больше смысла, если он всё понял.

- Правда. Можешь, пожалуйста, не рассказывать никому?

Ланц устало рассмеялся.

- Так вот зачем было просить прощения.

- Нет! Не из-за этого! Мне правда стыдно, но это ведь не отменяет того, что никто не должен знать. Ты расскажешь?..

Ланц смотрел на меня, не выражая никаких эмоций. Он размышлял. В конце концов выдохнул и цокнул языком.

- Не расскажу. Но только если из-за тебя не будет лишних проблем. Иначе молчать не стану. - Я кивнула. Ланц вытер кровь с подбородка. - Так что, теперь-то расскажешь?

Я смотрела на его разбитый нос. Мне правда было стыдно. Рукавом рубашки я осторожно обтерла его лицо. Ланц удивился, не знал, что сказать, поэтому ничего и не сказал. Пока вытирала ему лицо, выложила краткий пересказ истории побега и того, что ему предшествовало. Ланц фыркнул и заключил:

- Хреново.

- Очень. - Невесело усмехнулась я. - Поэтому и говорю, что это секрет. Я здесь не для того, чтобы шпионить или рушить планы. Просто так вышло. Мне не хочется обратно. Пожалуйста...

- Сказал же, молчу. - Ланц закатил глаза. - А почему не расскажешь Алексу? Он бы тебя понял. Носится с тобой как с писаной торбой.

- Понял? Эх, если бы. - Я даже улыбнулась. - Ты знаешь только потому, что сам догадался. Больше никто не должен знать. Я не хочу рисковать. К тому же, это ведь он меня сюда привёл. Не хочу, чтобы он чувствовал себя плохо из-за того, что привёл Викторию Блэк.

- Волнуешься за него. Он тебе нравится?

- Что? - На секунду мой мозг будто перестал обрабатывать информацию. Нравился ли мне Алекс? Я не думала об этом. Слишком мало времени вместе, слишком мало известной о нём информации. - Нет, это не так... С ним приятно. Он не кричит, не осуждает, защищает. Это как... Ощущение безопасности, понимаешь? Он хороший, но мы слишком мало знакомы, чтобы думать о «нравится».

- И тебе это нравится? Такое отношение?

- Он меня защищает. - Повторила я.

- Он всех защищает. - Ланц многострадально закатил глаза. - Удивление бы вызвало, если бы он тебя не защищал. А так ты просто одна из многих. У него бзик на это. Но выше сестры и Эли никто для него не станет.

Он был прав. Я заметила это раньше, но ни на что не надеялась, поэтому осознание меня не ранило.

- Знаю, но он относится ко мне как к младшей сестре.

- И что в этом хорошего? Он ко всем девчонкам так относится. Какая-то снисходительность, как по мне. Это же унизительно.

- Не вижу ничего унизительного, когда о тебе заботятся.

- Вот только он заботится не о тебе, а о жалком существе, каким ты выглядишь.

- Спасибо за поддержку. Очень мило. - Иронично ответила я.

Ланц хмыкнул и отвёл взгляд.

- Звучит так, как будто ты не можешь отличать заботу от жалости.

- Почему это? - Обиделась я. Это прозвучало так, словно обо мне никогда не заботились, но ведь это вовсе не так.

- Потому что так и есть. Станет тебе чуть лучше и Алекс тебя забудет. Ты не Эли и не Лили.

В этом он был прав. Перестав спорить, я откинулась спиной к стене.

- Почему ты не общаешься с мужчинами? - Спросила я.

- Что? - Ланц насторожился.

- Я просто заметила, что ты обычно в обществе девушек. Разве что Элиот - исключение. Но остальные?

- Не люблю мужиков. - Шутливо ответил Ланц, но я поняла, что это не шутка.

- Я тоже. - усмехнулась я. - А Элиот?

- Да какой он мужик? Ты его видела? Он не опасен.

- А остальные мужчины, значит, опасны? Поэтому ты их избегаешь?

- Спрашиваешь так, будто сама не знаешь. А Эли совсем не похож на мужчину. - Потом Ланц подумал и добавил: - и на женщину не похож. Он просто... Не знаю. Не от мира сего.

***

Позже этим же днём ко мне в комнату зашли Алекс и Элиот. Последний сказал:

- Ви, надо поговорить...

Первая мысль была о том, что речь зайдёт о происшествии с Ланцем. Но он сказал другое.

- Мы видели, как патрульные заходили в частные квартиры и говорили, что это проверка. Раньше такого не было. Ты что-нибудь об этом знаешь?

Вот оно. Началось. Элариан начал действовать. Мне всё ещё было непонятно, почему в газетах не появились объявления, но Элариан поступил ещё хуже. Что, если найдут этот подвал?

- Да, я слышала. Это нововведение, обычные проверки.

- Они говорили, что им важно узнать, как живут в Нижнем городе, чтобы помочь здешним жителям, - добавил Алекс и не сдержал смешок. - Ну и бред. Ни за что не поверю.

- Но это правда, - сказала я. - Мы в Верхнем уже прошли через такие проверки. Насколько мне известно, идею предложил Элариан Блэк. В Альянсе с удовольствием её приняли.

Бровь Алекса скептично приподнялась. Я уже испугалась, что он меня разоблачил, но, кажется, этого не случилось.

- Правда? С каких пор?

- Не знаю. Наверное, он решил, что люди могут взбунтоваться, если так продолжится.

Алекс и Элиот переглянулись. Я не знала, поверили ли они. Оставшись одна, я ещё долго прокручивала мысли об этом в голове. Соврала, чтобы они не догадались, что на самом деле ищет Элариан. Врать оказалось не так сложно...