Сын двух семей

Первые недели сентября на пятом курсе Гарри и четвёртом курсе Альтаира протекли с обманчивым ощущением покоя. Замок после грозового лета 1995 года дышал прохладой и запахом старого камня, а из башен Когтеврана почти каждый день летели совы с довольными отчётами от Антареса.

Но это затишье отравляло одно маленькое, круглое и крайне раздражающее обстоятельство.

Профессор Долорес Джейн Амбридж.
На первый урок Защиты от тёмных искусств она вошла, едва слышно постукивая каблучками по каменным плитам. Вся она была воплощением приторной, удушающей розоватости: розовый мохеровый кардиган, розовый бантик, напоминающий огромную муху, пристигнутый к волосам, и тонкие, обсыпанные пудрой пальцы, на которых блестели крошечные перстни.

- Добрый день, дети, - пропела она голосом, в котором мёда было столько, что у Рона невольно зачесались зубы.

Гарри переглянулся с Роном. Рон посмотрел на Гермиону, а та уже хмуро изучала обложку нового учебника «Теория защитной магии» автора Уилберта Слинкарда. В этой книге не было ни одного боевого заклинания.

- Попрошу вас убрать палочки, - ровно произнесла Амбридж, поправляя розовый блокнот на кафедре. - Сегодня мы начнём изучение утверждённой Министерством программы. Строгая теория, понятные концепции и никакого ненужного риска.

Гарри на секунду замер. Пальцы сжали сухое деревянное перо.
- Профессор? - Гарри поднял руку.

- Да, мистер... Поттер? - Амбридж наклонила голову, улыбаясь одними губами.

- А мы не будем практиковаться? Проверять чары в действии?

- Практика совершенно не обязательна для сдачи экзаменов, мистер Поттер, - с сахаром в голосе пояснила она. - Обучение в безопасных стенах исключает необходимость применять силу.

- Но как тогда мы научимся защищаться в реальном мире? - Гарри подался вперёд, чувствуя, как в груди закипает давний, нерастраченный гнев. - Если на нас кто-то нападёт?

- Мистер Поттер, - Амбридж словно обращалась к глупому маленькому ребенку. - Кто же может напасть на таких милых детей, как вы? Вы ведь не собираетесь подвергаться опасности за пределами школы?

По классу прошёл сдавленный смешок нескольких слизеринцев, но у стола гриффиндорцев воздух мгновенно стал тяжелым.

Перед глазами Гарри с катастрофической четкостью вспыхнуло кладбище Литтл-Хэнглтона. Темное небо, мерцающий Кубок, белесоватый дым котла и остекленевшие глаза Седрика, падающего в сухую траву. Рука Гарри под столом сжалась в кулак с такой силой, что ногти въелись в ладонь.

- Но если заклятие бросят прямо в нас... - начал он, повысив голос.

- Достаточно! - Амбридж слегка щелкнула пальцами, и улыбка на ее бледном лице на мгновение растянулась в тонкую нить. - Министерство магии убеждено, что теоретических знаний вполне достаточно для вашего возраста. Излишне агрессивные заклинания лишь провоцируют неокрепшие умы.

Рон наклонился к Гермионе и прошептал:
- Она вообще понимает, что произошло три месяца назад?

- Знает, - тихо, но с ледяным презрением ответила Гермиона, не поднимая глаз от текста. - Именно поэтому она здесь. Чтобы мы молчали.

Альтаир, сидевший на соседнем ряду, всё это время молча наблюдал за братом. Он видел, как на шее Гарри вздулась жилка, как натянулись плечи под мантией. Альтаир чуть слышно кашлянул, привлекая внимание Гарри, и, когда тот повернулся, едва заметно качнул головой. Не сейчас. Не давай ей повода.

Гарри тяжело, через силу выдохнул и опустил руку. Но тишина в классе после этого стала еще более напряженной.

Несмотря на розовую тень, нависшую над кабинетом Защиты, жизнь в Хогвартсе катилась по привычным рельсам. Уроки сменялись сложными домашними заданиями, после отбоя в гостиной пахло сушеными травами и горячим тыквенным соком, а по утрам над столами Большого зала кружили десятки сов.

Антарес присылал пергаменты с Когтеврана регулярно. Он со всей страстью одиннадцатилетнего парня описывал синюю башню, круглую библиотеку и то, как здорово наблюдать за созвездиями через гигантские телескопы на ночных уроках Астрономии.

Айрис отвечала ему и старшим сыновьям длинными, пахнущими родным домом письмами. Вместе с пергаментами в замок прибывали увесистые свертки: то коробочки с домашней фадж-помадкой, то ещё горячие, бережно завернутые в чародейские салфетки яблочные булочки.

Гарри разворачивал свои письма у гриффиндорского стола вместе с Альтаиром. Писали все: Регулус давал лаконичные, но точные советы по практической магии, Сириус присылал дурацкие шутливые колдографии Луны в смешных чепчиках, а письма маленькой Лили вызывали у Гарри настоящий хохот.
Поскольку Лили ещё не знала большинства букв, Айрис просто записывала её лепет слово в слово.

Гарри развернул один из таких свитков за завтраком:
«Гарри, я скучаю. Амари съела мою конфету. Папа сказал, что она не съела, а взяла, потому что была голодная. Я думаю, она съела, потому что у неё фантик в кармане. Приезжай и отбери у неё вторую. Лили».

Гарри хохотал над этим письмом минут пять, чуть не пролив сок на мантию, а Альтаир рядом с ним качал головой, пряча улыбку в кубке.

Впрочем, ближе к октябрю у Гарри появилась еще одна неожиданная проблема.

Девушки.

Они почему-то начали появляться вокруг него с поразительной регулярностью. Стоило ему выйти из библиотеки или зайти в раздевалку после тренировки, как рядом обязательно оказывалась чья-то пышная шевелюра или тихий смешок.

- Привет, Гарри! - всплескивала руками какая-то пятикурсница из Пуффендуя у лестницы.

- А... привет, - терялся Гарри, перекладывая сумку.

- Ты сегодня на поле будешь? Мы с девчонками хотели посмотреть.

- Ну... да, у нас тренировка.

- Замечательно! Я обязательно приду!

Не успевала она сбежать по ступеням, как из-за поворота выходила другая - шестикурсница с Когтеврана с аккуратно поправленным шарфом:
- Гарри, ты не знаешь, где профессор Спраут принимает эссе?

- В теплицах, наверное...

- Ох, спасибо! Ты такой отзывчивый!

Рон наблюдавший за этими маневрами с выражением глубокого подозрения и легкой зависти, наконец не выдержал.

- Поттер, - веско произнес он, ловя Гарри за рукав у портрета Полной Дамы.

- Что?

- Ты вообще соображаешь, что происходит?

Гарри искренне почесал затылок:
- Да нет... Ей правда нужно было найти Спраут, наверное.

Гермиона, проходившая мимо с огромным томом по Нумерологии, сочувственно закатила глаза:
- О Мерлин, Гарри. Ты абсолютно слепой. Ты им нравишься.

- Кто? - не понял Гарри.

- Девочки!

- А... - Гарри задумался на секунду, а затем вдруг сильно покраснел, уткнувшись взглядом в собственные ботинки. - Ну... мне вообще-то Чжоу нравится.

Рон чуть не подавился мятной леденцовой палочкой:
- Чанг?! Из Когтеврана?!

- Ну... да, - совсем смутился Гарри.

Альтаир к подобным вещам относился с олимпийским спокойствием. К нему тоже пытались подступать старшекурсницы - с Блэковской темной шевелюрой и зелёными, проницательными глазами он выглядел слишком заметно, чтобы оставаться в тени. Но Альтаир держал дистанцию с той безупречной, вежливой прохладой, которой его научил отец. Он ответит на любой вопрос по учебе, улыбнется, сделает шаг назад и уйдет по своим делам.

Джинни Уизли, сидевшая рядом с ним на внутреннем дворе, как-то спросила прямо:
- Тебе вообще хоть кто-то в этой школе нравится?

- В плане? - не отрываясь от свитка с рецептом зелья, уточнил Альтаир.

- В плане «погулять у озера».

- Нет.

- Совсем никто?

- Никто, Джин.

- Странный ты, Блэк, - хмыкнула Джинни, болтая ногами на скамейке. - На тебя половина четвертого и пятого курсов заглядывается.

Альтаир пожал плечами, переворачивая страницу:
- Пусть смотрят. Мне не жалко.

Джинни фыркнула и рассмеялась. Их дружба за этот год стала совсем крепкой и естественной. Они без лишних слов занимали места за обедом, вместе отрабатывали заклинания, ходили к замковым прудам и на поле. И когда Джинни с пылом начинала делиться своими мыслями о квиддиче или братьях, Альтаир всегда откладывал дела и слушал. Внимательно и молча.

В середине октября в гостиную Гриффиндора ворвалась настоящая новость.
Рон вбежал туда с красным лицом, сжимая в кулаке серебряный значок с буквой «С».

- Я стал старостой! - выдохнул он, едва не уронив сумку.

- Что?! - Гарри подскочил с дивана.

- Серьезно! Вот, прислали совой! - Рон сиял так, словно сам поймал снитч на Чемпионате мира. - И Гермионе тоже прислали!

Гермиона смущенно, но с нескрываемой гордостью прикалывала аналогичный значок к своей мантии.

Гарри искренне улыбнулся и хлопнул друга по плечу:
- Рон, это круто! Поздравляю!

Альтаир, лениво сидевший в кресле с книгой, ухмыльнулся:
- Потрясающе. Теперь у нас есть официальный человек из руководства, который сможет списывать наши проступки и наказывать Гарри, когда тот опять влезет в неприятности.

- Даже не думай, Блэк! - гордо подбоченился Рон. - Я буду строгим и непoдкупным!

- Посмотрим, когда я предложу тебе мамины яблочные булочки, - отпарировал Альтаир.

И вот настал день первого матча сезона. Гриффиндор против Слизерина.

Напряжение на трибунах стояло такое, что воздух казался плотным. Гарри занял привычную позицию ловца Гриффиндора. Альтаир вылетел на поле в красной мантии - как один из самых быстрых и техничных охотников факультета.

Братья оказались на одном поле, а значит игра будет интересной.
Перед тем как взмыть в небо, Альтаир подлетел к Гарри на метле. Его серые глаза азартно блестели.

- Готов, Поттер?

- Всегда готов, Блэк, - с ухмылкой ответил Гарри.

- Смотри не расслабляйся. Я намерен на отличную игру, а не чёрт возьми что

- Ещё чего! Только попробуй!

Свисток Мадам Трюк разорвал холодный осенний воздух. Мячи взмыли вверх.
Альтаир рванул вперед мгновенно. Его стиль игры был срисован с отцовского: никаких лишних движений, резкие, бритвенно-точные развороты и мгновенный набор скорости. Он перехватил тяжелый квоффл прямо из-под носа слизеринского охотника, сделал ложный финт влево, обманным движением заставил защитника уйти в пике и бросил мяч точно в крайнее кольцо Слизерина.

- ГОЛ! - взревели трибуны Гриффиндора.

Гарри, зависший высоко над полем, улыбнулся про себя: «Ну дает, а... Регулус явно горд бы был».

Через десять минут Альтаир снова вел мяч. Но в этот же момент Гарри наверху заметил крошечный золотой блеск у самых трибун Пуффендуя.
Снитч!

Гарри заложил крутое пике и камнем устремился вниз. Ветер свистел в ушах, мантия хлопала за спиной. Ловец Слизерина тоже заметил движение и рванул за Гарри, пытаясь срезать угол и грубо вытолкнуть его с траектории.

Альтаир, находившийся внизу с квоффлом, увидел, как слизеринский ловец намеревается на полном ходу протаранить Гарри в бок.

И на секунду Альтаир абсолютно забыл, что он охотник, а не загонщик.

- А ну пошел прочь! - рявкнул Альтаир и на бешеной скорости заложил вираж, врезаясь своим корпусом в метлу слизеринского ловца и сбивая того с курса.

- БЛЭК! ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! - заорал сбитый слизеринец, теряя равновесие

Альтаир мгновенно осознал, что только что сделал, и тихо чертыхнулся:
- Чёрт...

Но этого мгновения Гарри хватило. Он вытянул руку вперед, пальцы замкнулись на трепещущих крылышках, и он взмыл вверх, поднимая кулак к небу.

- ГАРРИ ПОТТЕР ЛОВИТ СНИТЧ! ГРИФФИНДОР ПОБЕЖДАЕТ! - прогремел голос комментатора.
Гриффиндорские трибуны взорвались диким ревом.

Альтаир плавно опустился на траву. К нему подлетел Гарри, сияющий от восторга и тяжело дышащий:
- Красивый перехват, Альт!

Гарри рассмеялся:
- Ты же сбил ловца! Ты мне помог!

- Ничего я не помогал! - с самым серьезным видом заявил Альтаир, хотя в его глазах плясали смешинки. - Тот парень летел абсолютно безрассудно и нарушал правила траектории. Я просто восстанавливал порядок на поле.

- Ну да, конечно, - Гарри протянул ему руку.

Альтаир сжал ладонь брата, а потом неожиданно притянул его к себе и крепко обнял, хлопая по спине:
- С победой, Гарри. Ты был быстрее.

Снизу, у самой ограды, Джинни прыгала и махала им рукой, крича во весь голос:
- ГАРРИ! АЛЬТ! ВЫ ПРОСТО НЕВЕРОЯТНЫЕ!

Рон и Гермиона махали с трибун, а где-то на верхних рядах несколько девочек-третьекурсниц тихо шептались, глядя на то, как Поттер и Блэк стоят в обнимку посреди поля.
Позже, когда шум победных празднований немного утих, они вдвоем сидели на прохладной траве у самых раздевалок. Альтаир достал из сумки флягу с водой и протянул ее Гарри.

- Ну что, чемпион?

- Что? - Гарри сделал глубокий глоток.

- Теперь ты у нас снова главный герой дня. Готовься к очередной волне записочек.

Гарри застонал, закрывая лицо ладонями:
- Пожалуйста, только не это. Пусть лучше Амбридж даст мне сотню отработок!

Альтаир громко, искренне рассмеялся, откидываясь назад на сухую траву:
- Поздно, брат. Ты попал.

И впервые за долгое, кошмарное время Гарри улыбался - свободно, легко и спокойно. Не как Избранный, не как мальчик со шрамом и не как чемпион Турнира.
А просто как Гарри. Рядом со своим братом.