Сын двух семей

Осень в Шотландии никогда не приходила тихо. Она врывалась в долину Хогвартса с порывистыми ветрами, срывавшими последние золотые и багровые листья с деревьев Запретного Леса, и затягивала утреннее небо прохладным, сизым туманом.

Для Гарри Поттера замок уже стал родным, знакомым до последнего потайного хода. Он знал, на какую ступеньку нельзя наступать, чтобы не провалиться по колено, и какая из картин на третьем этаже согласна открыть короткий путь, если пощекотать нарисованную на холсте собаку.

Для Альтаира же Хогвартс пока оставался огромным, живым и немного пугающим лабиринтом. Замок дышал, шептался за спиной, двигал лестницами и сбивал с толку.

- Альтаир, подожди меня! - окликнул брата Гарри, останавливаясь на пролёте между третьим и четвёртым этажами.

Альтаир, прижимая к груди внушительную стопку учебников по трансфигурации, истории магии и защите от тёмных искусств, почти бежал, тяжело дыша.

- Ты опять идёшь слишком быстро, - пробормотал младший, поправляя съехавшую набок сумку.

- Это не я, это лестницы виноваты, - рассмеялся Гарри, перехватывая его взволнованный взгляд. - Они специально меня любят и поворачиваются, куда надо. А с тобой пока просто знакомятся.

- Они меня явно не любят, - вздохнул Альтаир, глядя, как пролёт прямо у них под ногами с тихим скрежетом уходит вправо. - Вчера я из-за них чуть не опоздал на зельеварение.

- Ничего, привыкнут, - Гарри без лишних слов забрал у брата половину тяжелых книг.

- Я сам мог донести... - смутился Альтаир.

- Знаю, что мог, - улыбнулся Гарри, забрасывая книги себе под мышку. - Но ты мой младший брат. Позволь мне иногда побыть старшим.

Альтаир ничего не ответил, лишь улыбнулся уголками губ. В этот момент Гарри был удивительно похож на отца - та же спокойная, уверенная забота, которая не давила, но давала полное ощущение безопасности.

Первые недели учёбы показали, что Альтаир Блэк унаследовал от отца не только имя и ухмылку, но и цепкий, въедливый ум. Уроки давались ему легко, а в трансфигурации он и вовсе проявил естественный талант.

На одном из занятий профессор Макгонагалл медленно прошла между рядами, наблюдая, как первокурсники пытаются превратить обычные спички в иголки. У большинства получались лишь обгоревшие палочки, но на столе Альтаира уже лежала безупречно гладкая, стальная игла с аккуратным ушком.

- Очень хорошо, мистер Блэк, - произнесла строгая декан Гриффиндора, остановшись подле его стола. Ее внимательный взгляд задержался на идеальной поверхности предмета. - На редкость аккуратная работа. Однако есть один минус.

Альтаир тут же напрягся, опустив глаза.
- Вы слишком долго проверяете и перепроверяете каждый шаг, вместо того чтобы довериться собственному движению палочкой, - мягче добавила Макгонагалл.

- Простите, профессор... - тихо сказал Альтаир.

- Не извиняйтесь, мистер Блэк, - тонкие губы профессора едва заметно тронула улыбка. - Внимательность и аккуратность - ценнейшие качества. Лучше проверять свою работу, чем проявлять излишнюю самоуверенность. Пять очков Гриффиндору

Гарри, сидевший двумя рядами дальше вместе с Роном, невольно улыбнулся. Он слишком хорошо знал эту привычку.

«Папа делает точно так же», - подумал Гарри. Регулус Блэк всегда проверял формулы зелий и заклинания по три раза, прежде чем произнести их вслух.

По вечерам гостиная Гриффиндора наполнялась треском огня в камине, уютным шумом и запахом сушеных трав и старой кожи. Братья почти всегда сидели в углу у высокого окна.

Гермиона обычно зарывалась в пергаменты, переписывая эссе по травологии, Рон со стоном высчитывал движения планет для астрономии, а Гарри помогал Альтаиру разбираться в тонкостях школьного быта.

- Запомни главное правило, - напутствовал Гарри, когда Альтаир раскладывал перед собой расписание на завтра. - Никогда не садись рядом с Фредом и Джорджем, если они сидят в углу и подозрительно тихие.

- Почему? - искренне удивился Альтаир.

- Подозрительно тихие близнецы - это гарантия того, что под твоим стулом прямо сейчас плавится чешуя канареечной помадки или взрывается канарейка, - серьёзно пояснил Гарри.

- А если они громкие и хохочут на всю гостиную?

- Тогда беги, - подал голос Рон, отрываясь от свитка. - Потому что шоу уже началось и ты в первой ряду.
Тут Гарри абсолютно прав.

Постепенно к их компании начала присоединяться Джинни. Сначала она лишь смущенно здоровалась и проплывала мимо к девочкам-первокурсницам. Но в один из вечеров, когда в библиотеке было особенно тихо и прохладно, она подошла к столу, где Альтаир в одиночестве разбирал сложный конспект по чарам.

- Можно? - тихо спросила она, указуя на свободный стул напротив.

Альтаир поднял голову от книги и кивнул:
- Конечно, садись.

Джинни положила перед собой «Основную книгу чар» и тяжело, почти обречённо вздохнула, уткнувшись подбородком в ладони.

- Я никак не могу понять это движение для левитации, - призналась она. - Перо просто поддрагивает и падает. Фред сказал, что я держу палочку как поварешку.

Альтаир осторожно придвинул к себе её учебник, пробежал глазами строчку и взял в руку собственную палочку.

- Смотри, - его голос стал спокойным и уверенным. - Фред просто дразнит тебя. Ты кистью зажимаешь дерево слишком сильно. Попробуй расслабить пальцы. Сначала лёгкий взмах вверх... вот так... а потом плавное движение вниз. И произноси четче, без спешки.

Джинни внимательно следила за его пальцами. Она кивнула, взяла свою палочку, сделала глубокий вдох и повторила движение:
- Вингардиум Левиоса.

Сухое перо на её столе плавно оторвалось от дерева и зависло в воздухе на уровне их глаз.

- Получилось! - выдохнула Джинни, и её лицо озарилось искренней, светлой радостью. - Альтаир, получилось!

- Ты просто торопилась, - смущенно улыбнулся он, отводя взгляд. - Это пустяки.

С того самого вечера между ними образовалась прочная, тихая связь. Они стали вместе ходить в библиотеку, делать домашние задания и вместе возвращаться с уроков.

- Тебе нравится в Хогвартсе? - спросила Джинни несколько дней спустя, когда они шли по замковому двору после гербологии, отряхивая мантии от влажной земли.

- Очень, - ответил Альтаир, глядя на шпили замка. - Здесь невероятно. Хотя... иногда я ужасно скучаю по дому. По тишине. По маме и папе.

- Я тоже, - тихо согласилась Джинни, опуская голову. - Особенно по маминой кухне и выпечке. В Большом Зале всё вкусно, но... это не то.

- А моя мама постоянно присылает нам с Гарри яблочные булочки, - улыбнулся Альтаир. - Огромный сверток каждые две недели.

Джинни рассмеялась:
- Ну всё, теперь я тебе официально завидую!

- Если хочешь... в следующий раз я обязательно поделюсь с тобой, - предложил Альтаир. - Мама всё равно присылает столько, что мы с Гарри и Роном едва справляемся.

- Правда? - Джинни взглянула на него с надеждой.

- конечно.

Она улыбнулась так тепло и открыто, что Альтаир сам невольно засмеялся.
Со стороны галереи за ними наблюдал Гарри. Он слегка подтолкнул Рона локтем в бок.
- Смотри, - шепнул он.

- Куда? - Рон проследил за его взглядом.

- Кажется, у моего брата появилась первая настоящая подруга в замке.

Рон поглядел на смеющихся Джинни и Альтаира, и его обычно ехидное выражение лица сменилось добродушным теплом:
- Джинни давно нужен был такой друг. Без подколов и близнецовских шуточек. Рад за них.

Поздно вечером Гарри уселся за стол в спальне мальчиков, зажег свечу и вывел на чистом пергаменте:
«Мама, папа!
У нас всё хорошо. Альтаир уже совсем освоился и чувствует себя уверенно. Профессор Макгонагалл вчера хвалила его на трансфигурации - сказала, что у него отличная аккуратность и дисциплина.

А ещё он очень подружился с Джинни Уизли. Они постоянно сидят вместе в библиотеке и делают уроки. Так что он здесь больше не один.

Не волнуйтесь за него. Я обещал вам, что всегда буду рядом и присмотрю за ним. И я сдержу свое обещание.
Люблю вас,
Гарри.»

Через несколько дней над Годриковой Впадиной моросил мелкий осенний дождь.

В кабинете Регулуса Блэка царил полумрак, разбавляемый лишь мягким свечением камина. На рабочем столе лежали древние фолианты по родовым заклятиям и выписки из архивов.

Тихий стук в окно заставил Регулуса поднять голову. За стеклом, мокрая от дождя, сидела Букля.

Регулус впустил птицу, отвязал от её лапки письмо и налил ей немного воды. Но конверт не был похож на обычные письма от сыновей. Он был небольшим, плотным, из дорогой бумаги без гербов. На лицевой стороне ровным, изумительно изящным и до боли знакомым почерком было выведено лишь одно слово:
«Регулус.»

Он сорвал печать. Внутри лежала короткая записка:
«Регулус.
Нам нужно поговорить.
Можно увидится? Одна.
Нарцисса.»

Регулус долго смотрел на эти строки. Пальцы сжали плотную бумагу. В памяти вспыхнули тени прошлого: холодные залы Малфой-Мэнора, молчание, чужая воля и годы разлуки.

Дверь кабинета тихо скрипнула. В комнату вошла Айрис. В руках она держала чашку горячего чая. Заметив выражение лица мужа, она поставила чашку на край стола и подошла ближе.

- Что-то случилось? - тихо спросила она.

Регулус молча протянул ей записку.
Айрис быстро пробежала глазами короткие строки. На секунду её дыхание перехватило, но она мгновенно справилась с собой. Она подняла глаза на мужа, внимательно всматриваясь в его серо-голубые, полные сомнения глаза.

- Пойдёшь? - спросила она простым, ровным голосом.

Регулус ответил не сразу. Он перевёл взгляд на огонь в камине, где потрескивали поленья.

- Да, - наконец произнёс он. - Пойду.

- На Гриммо?

- Да. Это самое нейтральное место из всех возможных.

Айрис подошла ближе. Её тёплые, ласковые ладони осторожно накрыли его сжатые в кулаки пальцы, заставляя расслабить руки.

- Не бойся прошлого, Рег, - тихо, но с глубокой верой произнесла она. - Ты уже давно победил его. Ты больше не тот потерянный мальчик из семьи Блэк. У тебя есть свой дом, твоя семья и твоя жизнь.

Регулус посмотрел на жену. Напряжение, сковавшее его плечи, медленно отступило. На его губах появилась слабая, благодарная улыбка.

- Спасибо, Айрис.

Она легко поцеловала его в щёку и, заглянув ему в глаза, добавила:
- Передай Нарциссе... Если однажды она захочет увидеть своих племянников - Гарри и Альтаира... Наш дом открыт для неё. Мы не держим зла.

Регулус молча кивнул, обнимая её за талию и прижимая к себе.

А за окнами кабинета осенний ветер подхватил первые упавшие листья и закружил их в холодном танце.

Прошлое, от которого они так долго укрывались, снова стучалось в дверь. Но на этот раз Регулус Блэк был готов открыть её сам.