Моя пустота

Виктор
Я уложил её на кровать, наблюдая, как свет ночника играет на её коже. Я хотел её до безумия - не как объект, а как единственное лекарство от той черной дыры, что была внутри меня. Я целовал её шею, спускаясь к груди, оставляя на ней свои метки. Я кусал её соски, доводя её до грани, и чувствовал, как она извивается под моими губами.
Я запустил два пальца в её лоно, одновременно лаская клитор языком. Моя собственная плоть пульсировала, требуя выхода, но я заставлял себя ждать. Я хотел услышать это. Хотел знать, что она нуждается во мне так же отчаянно.
- Виктор... Ммм... Ох, пожалуйста... - её голос срывался на стон.
- Попроси меня еще, - прорычал я, не прекращая движений. - Скажи мне это.
- Ох, Виктор... Пожалуйста... Ммм... Да!
Я поднялся над ней, чувствуя её жар, и вошел до упора. Она прогнулась в экстазе, впиваясь ногтями в мои плечи. Я двигался ритмично, вбиваясь в неё, чувствуя каждое её сокращение, каждый вздох, который был адресован только мне.
Лилит
Мир перестал существовать. Остался только он - его тело, его запах, его одержимость. Когда он вошел в меня, я почувствовала, как заполняюсь им целиком - до самой последней клетки. Я не знала, где заканчиваюсь я и где начинается он.
В какой-то момент я увидела, как он смотрит на меня. В его глазах не было привычной ледяной жестокости. Там была... пустота, которую он пытался заполнить мной.
- Виктор... - прошептала я в перерыве между стонами. - Почему ты... почему именно я?
Он замер на секунду, вбиваясь в меня глубже, и прохрипел, глядя прямо в душу:
- Потому что внутри меня - выжженная земля, Лилит. Ты - единственное, что заполняет мою пустоту. Мою тьму. Если ты уйдешь, во мне не останется ничего, кроме пепла. Ты не просто женщина для меня... Ты - моя единственная причина оставаться в этом мире.
Его слова ударили сильнее, чем его движения. Я поняла: он не просто одержим, он боится меня потерять так же сильно, как я боюсь оказаться без него. Я обхватила его за шею, притягивая к себе, и в этот момент мы стали единым целым. Мы тонули в этой страсти, пытаясь спасти друг друга от одиночества.
Виктор
Я не отрывал от неё взгляда. Я хотел запечатлеть каждый миг её капитуляции. Я слизывал капельки пота с её лба, с её висков, чувствуя вкус её кожи - солоноватый, пьянящий. Мои руки сжимали её бедра, оставляя на них невидимые отпечатки моего собственничества.
Я чувствовал, как она обволакивает меня изнутри, как её мышцы пульсируют, сжимаясь вокруг меня в неистовом, жадном ритме. Она была моей пульсацией. Моим ритмом. Моим единственным смыслом.
- Смотри на меня, - хрипел я, едва сдерживая собственный взрыв.
Она дрожала, её ноги, закинутые мне на плечи, подрагивали от нечеловеческого переизбытка эмоций. Она была на грани, я чувствовал это всем своим естеством.
Я ускорился, вбиваясь в неё глубоко, в самую сердцевину, в ту самую «пустоту», которую она так яростно заполняла собой. Я больше не сдерживался. Я был зверем, который нашел свою добычу и не хотел её отпускать.
- Да, - рычал я, чувствуя, как она начала задыхаться. - Да, моя...
Лилит
Я чувствовала, как внутри меня рождается буря. Всё, что я копила годами - страх, одиночество, невыплаканные слезы - всё это превратилось в чистую, нестерпимую энергию удовольствия.
Когда Виктор входил в меня, я чувствовала, как он врывается в мою душу. Я видела его лицо - напряженное, искаженное страстью, такое пугающее и такое родное. Я тянулась к нему, впиваясь пальцами в простыни, пытаясь удержаться в этом мире.
- Виктор! - мой крик сорвался с губ, когда волна накрыла меня.
Это не был просто оргазм. Это был взрыв. Мое тело выгнулось в судороге, я вскрикнула его имя, отдаваясь ему без остатка, чувствуя, как он вбирает этот крик в себя.
Виктор
Её крик был для меня музыкой. Бурной, яростной, чистой. В ту секунду, когда она достигла пика, я сорвался следом. Я зарычал, чувствуя, как горячие толчки заполняют её. Я излился, рыча от облегчения, от этой дикой, невозможной близости, продолжая смотреть ей прямо в глаза.
Я не отвел взгляда, даже когда мир вокруг нас рассыпался на куски. Я смотрел, как она угасает, как её глаза медленно закрываются, как она тяжело дышит под моим весом.
Я лежал на ней, чувствуя, как наши сердца бьются в одном ритме, как её тело постепенно обмякает, доверяясь мне. Я слизывал остатки её стона с её губ, понимая, что в этот момент я перестал быть просто человеком. Я стал тем, кто живет только ради этой женщины.
- Теперь ты знаешь, - прошептал я в темноту, прижимая её к себе так крепко, словно хотел стереть любую грань между нами. - Ты - моя жизнь. Моя единственная, гребаная причина дышать.