Между нами - кафедра

Шар ударился о борт, прошёл мимо лузы и остановился почти в центре стола.

Я выпрямилась и несколько секунд смотрела на него с искренним раздражением.

— Это уже издевательство.

Райан, стоявший напротив с кием в руке, улыбнулся.

— Стол ни в чём не виноват.

— Я целилась идеально.

— Нет.

Я медленно подняла глаза.

— Ты мог хотя бы сделать вид, что согласен.

— Зачем?

— Поддержка.

— Я поддерживаю тебя правдой.

— Ужасный человек.

— Сегодня впервые.

— Новый год только начался. Не радуйся.

Он рассмеялся и обошёл стол.

Первого января курорт просыпался медленно. В главном корпусе до сих пор пахло вчерашним шампанским, кофе и еловыми ветками, а люди за поздним завтраком выглядели так, будто половина из них легла значительно позже нас. На склонах уже катались, но очереди к подъёмникам были заметно длиннее обычного, поэтому после обеда мы ушли в игровую комнату на первом этаже.

И теперь выяснилось, что я плохо играю в бильярд.

Очень плохо.

Мне это не нравилось.

Райан наклонился над столом, прицелился и спокойно отправил свой шар в угловую лузу.

— Ненавижу тебя.

— Второй раз за двадцать минут.

— Потому что ты считаешь.

— Ты сама начала считать ещё в коттедже.

— Это другое.

— Конечно.

Он снова прицелился.

Я наблюдала.

— Откуда ты вообще умеешь играть?

— Из университета.

— В Оксфорде учили бильярду?

— В пабах.

Я чуть не рассмеялась.

— Подожди. Ты ходил по пабам?

Райан выпрямился.

— Мне было двадцать.

— Я почему-то представляла тебя человеком, который в двадцать лет сидел в библиотеке до закрытия.

— Иногда сидел.

— А потом шёл в паб?

— Иногда.

Я прищурилась.

— Мне понадобится время, чтобы это принять.

— У тебя очень странное представление обо мне.

— Оно постепенно рушится.

— Надеюсь, переживёшь.

Он сделал ещё один удар.

Шар снова попал.

Я посмотрела на свои оставшиеся четыре.

У него два.

Несправедливо.

— Ты поддаёшься?

— Нет.

— Точно?

— Эмма, если бы я поддавался, у тебя было бы меньше четырёх шаров.

Я открыла рот.

— Это было грубо.

— Зато честно.

— Не пользуйся тем, что мы перешли на имена.

— Какая связь?

— Теперь ты слишком расслабился.

Райан улыбнулся.

— Возможно.

Я снова встала к столу.

Поставила кий.

Прицелилась.

— Локоть выше, — сказал он.

— Не мешай.

— Я пытаюсь помочь.

— Ты меня отвлекаешь.

— Хорошо.

Я ударила.

Шар прошёл в нескольких сантиметрах от лузы.

Райан молчал.

Слишком демонстративно.

Я повернулась.

— Говори.

— Что?

— Ты сейчас очень хочешь что-то сказать.

— Нет.

— Врёшь.

Он улыбнулся.

— Немного.

Я положила кий на край стола.

— Покажи.

— Что?

— Как правильно.

— Ты уверена?

— Райан.

— Хорошо.

Он подошёл к моей стороне стола.

Я уже приготовилась к тому, что сейчас начнётся одна из этих нелепых сцен, где человеку обязательно нужно встать вплотную за спиной другого, чтобы показать, как держать кий.

Райан просто встал рядом.

Спасибо.

— Ты слишком сильно сжимаешь руку.

Я посмотрела на пальцы.

— Вот так?

— Слабее.

— Если я отпущу ещё слабее, он выпадет.

— Не выпадет.

Я попробовала.

— Теперь стойка.

Он показал на собственном кие.

Без прикосновений.

Без ненужной близости.

И почему-то именно это я заметила.

— Плечо расслабь.

— Я расслаблена.

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

— Вижу.

Я выдохнула и опустила плечо.

— Теперь?

— Лучше.

— Если сейчас не попаду, виноват ты.

— Согласен.

Я ударила.

Шар медленно покатился к средней лузе.

И упал.

Я резко выпрямилась.

— Да!

Райан рассмеялся.

— Поздравляю.

— Видел?

— Я стою рядом.

— Вот. Я умею.

— Один шар.

— Не порть.

Я взяла кий и довольно обошла стол.

Следующий удар снова был ужасным.

Райан ничего не сказал.

Я посмотрела.

— Даже не смей.

— Молчу.

— Продолжай.

В итоге я проиграла.

С большим отрывом.

Но последний шар всё-таки забила сама, и это позволило сохранить остатки достоинства.

Мы вернули кии на место.

— Реванш потом, — сказала я.

— Конечно.

— Я потренируюсь.

— Где?

— Найду стол в Бостоне.

Райан посмотрел на меня.

— Ты действительно будешь тренироваться ради реванша?

— Теперь вопрос принципа.

— Я даже не удивлён.

Он чуть улыбнулся.

Я взяла телефон со стола.

— Пойдём отсюда.

— Куда?

— Есть хочу.

— Очень убедительная причина.

— Лучшая.

Мы вышли в холл.

На большой ёлке ещё горели гирлянды. Кто-то уже снимал часть праздничных украшений со столов, но возле камина сидели семьи с кружками горячего шоколада, а у окон дети обсуждали, кто первым пойдёт кататься после завтрака.

Я посмотрела на часы.

Почти два.

Мы действительно проспали половину утра.

Я проснулась около десяти, спустилась и обнаружила Райана на кухне с таким же сонным видом, как у меня. Он ничего не готовил. Я тоже. Мы ограничились кофе, тостами и почти час сидели в гостиной, обсуждая вчерашний фейерверк и сообщения, которые пришли после полуночи.

Это был, наверное, самый ленивый первый день года в моей жизни.

И мне нравилось.

В ресторане свободных столов почти не было.

Хостес несколько секунд листала список, потом улыбнулась.

— Есть один у окна. На двоих.

Я уже собиралась кивнуть, когда она посмотрела на нас и добавила:

— Для пары как раз удобно, там тихо.

Я замерла.

Райан тоже.

Девушка явно не заметила ничего необычного и уже взяла меню.

Я открыла рот.

Не знала, зачем.

Исправлять её?

Говорить, что мы не пара?

Это выглядело бы ещё страннее.

Райан спокойно сказал:

— Подойдёт. Спасибо.

И пошёл за ней.

Я осталась на месте буквально на секунду.

Потом догнала.

Прекрасно.

Стол действительно был хороший.

У окна.

Чуть в стороне от остальных.

Я села.

Райан устроился напротив.

Меню неожиданно стало очень интересным.

Он молчал.

Я тоже.

Минуту.

Две.

Потом не выдержала.

— Ты мог сказать.

Райан поднял глаза.

— Что?

— Что мы не пара.

Он смотрел пару секунд.

— Зачем?

— Не знаю.

— Эмма.

— Что?

— Она просто показала стол.

Я закрыла меню.

— Я знаю.

— Тогда?

— Ничего.

Уголок его рта поднялся.

— Тебя это смутило.

— Нет.

— Врёшь.

Я посмотрела.

— Немного.

Он тихо рассмеялся.

— Очень смешно.

— Я ничего не сказал.

— Именно.

Официант подошёл вовремя.

Я заказала пасту.

И тут же пожалела.

Райан заметил.

— Что?

— Ничего.

— Ты посмотрела на пасту как на врага.

— Вспомнила нашу.

Он улыбнулся.

— Эта, вероятно, безопаснее.

— Надеюсь.

Райан заказал стейк.

Когда официант ушёл, я снова открыла меню, хотя уже сделала заказ.

— Теперь ты смущаешься ещё больше.

Я медленно опустила меню.

— Райан.

— Да?

— Не используй имя таким тоном.

— Каким?

— Ты прекрасно знаешь.

Он улыбнулся.

— Не знаю.

— Знаешь.

Я взяла воду.

Снаружи по дорожке проходили люди с лыжами.

Отличный вид.

Можно смотреть туда.

— Кстати, — сказал Райан. — Тебе написала Одри утром?

Я сразу повернулась.

— Почему спрашиваешь?

— Вчера ты сказала про Майкла.

— А.

Вот.

Спасение.

— Да. И знаешь что?

— Что?

— Он снова ей написал.

Райан поднял бровь.

— Ночью?

— Утром.

— Это менее подозрительно.

— Не особо.

Я достала телефон.

— Он поздравил её отдельно.

— Люди поздравляют друг друга.

— Майкл никогда ничего не делает просто так.

— Ты его давно знаешь.

— С первого курса.

— Тогда тебе виднее.

Я открыла чат с Одри.

Она прислала скриншот.

Майкл: Надеюсь, Коллинз, в этом году ты наконец научишься выбирать нормальные сериалы. С Новым годом.

Одри ответила:

Надеюсь, Донован, в этом году ты наконец перестанешь давать советы, которых никто не просил.

Через минуту он прислал:

Невозможно. Это часть характера.

Я показала Райану.

Он прочитал.

— И?

— Что «и»?

— Это их обычный разговор.

— Откуда ты знаешь их обычный разговор?

— Донован разговаривает так со всеми.

Я прищурилась.

— Ты защищаешь его?

— Нет.

— Мужская солидарность?

— Эмма.

— Ладно.

Я убрала телефон.

— Всё равно что-то есть.

— Ты обещала не вмешиваться.

— Я не вмешиваюсь. Я наблюдаю.

— Очень тонкая грань.

— Я юрист.

— Пока студентка.

Я резко посмотрела.

— Ты сейчас хочешь испортить обед?

Райан рассмеялся.

— Нет.

— Тогда осторожнее.

— Хорошо.

Официант принёс напитки.

Я попробовала лимонад.

— Вкусно.

Райан посмотрел.

— Дашь попробовать?

Рука замерла на стакане.

Обычный вопрос.

Совершенно обычный.

Я протянула.

— Конечно.

Он взял мой стакан.

Сделал глоток.

Вернул.

— Слишком сладкий.

Я смотрела на стакан.

Потом на него.

Райан уже пил воду.

Господи.

Что со мной вообще происходит?

Мы последние три дня ели из одной коробки пиццы, делили мороженое, готовили на одной кухне.

Но сейчас он сделал глоток из моего стакана, и мозг почему-то решил отметить именно это.

Я взяла лимонад.

Выпила.

Спокойно.

Абсолютно нормально.

Райан поднял глаза.

Я сразу поняла.

Он заметил.

— Даже не начинай.

— Я ничего.

— Вот и отлично.

Он улыбнулся и действительно промолчал.

Я мысленно поблагодарила его за редкую способность иногда сохранять мне остатки достоинства.

После обеда я захотела зайти в магазин возле главного корпуса.

Нужен был шампунь.

Райан сказал, что подождёт в холле.

— Иди в коттедж, — предложила я.

— Зачем?

— Я могу долго.

— Насколько?

— Не знаю.

— Подожду.

— Потом не жалуйся.

— Хорошо.

Магазин оказался больше, чем я помнила. Кроме косметики и аптечных мелочей там продавали одежду, сувениры, перчатки, книги и какие-то совершенно ненужные вещи с логотипом курорта.

Шампунь я нашла быстро.

Потом увидела стенд с перчатками.

Потом носки.

Потом свечи.

Когда вернулась к кассе, в руках уже было значительно больше, чем планировалось.

Девушка пробивала покупки, а я смотрела через стеклянную стену в холл.

Райан сидел в кресле.

Не один.

Рядом стояла женщина.

Высокая.

Тёмные волосы.

На вид около тридцати.

Она что-то говорила, он отвечал.

Потом она засмеялась.

Райан тоже улыбнулся.

Я отвела взгляд к кассе.

— Вам пакет?

— Да.

Кассирша начала складывать покупки.

Я снова посмотрела.

Женщина теперь сидела в соседнем кресле.

Они явно были знакомы.

Или познакомились пять минут назад.

Неважно.

Почему мне вообще интересно?

— Девяносто восемь долларов сорок центов.

Я приложила карту.

Платёж прошёл.

Взяла пакет.

Вышла.

Райан сразу заметил меня и поднялся.

Женщина тоже посмотрела.

— Эмма, — сказал он. — Это Клэр Морган. Мы работали вместе в Лондоне.

Вот.

Коллега.

Я улыбнулась.

— Приятно познакомиться.

— Взаимно, — ответила она.

Клэр была очень красивая.

И знала это.

Не в плохом смысле.

Просто уверенная женщина, которой совершенно комфортно занимать пространство вокруг себя.

— Райан сказал, что теперь преподаёт в Бостоне, — сказала она. — До сих пор не могу поверить.

Я посмотрела на него.

— Почему?

Клэр рассмеялась.

— Он всегда говорил, что никогда не будет преподавать.

Райан вздохнул.

— Я говорил, что не хочу преподавать полный курс.

— Нет, ты говорил: «Если я когда-нибудь добровольно вернусь в университет, проверьте, всё ли со мной в порядке».

Я засмеялась.

— Это полезная информация.

Райан посмотрел на меня.

— Не слушай её.

— Уже поздно.

Клэр улыбнулась.

— А вы тоже из Бостона?

Вот.

Вопрос.

Простой.

Я на секунду задумалась, что ответить.

— Да.

Райан добавил:

— Эмма учится на юридическом.

Не «моя студентка».

Просто учится.

Почему-то я заметила.

Клэр кивнула.

— Тогда вам с ним должно быть весело.

— Бывает.

Райан посмотрел.

Я улыбнулась.

Клэр рассмеялась.

— Всё понятно.

Что ей понятно?

Я не спросила.

Она посмотрела на часы.

— Мне нужно идти. Я здесь до третьего. Если решишь всё-таки выпить кофе и вспомнить нормальную жизнь, напиши.

— Хорошо.

Она легко коснулась его плеча.

Совершенно по-дружески.

— Рада была увидеться.

— Я тоже.

Клэр посмотрела на меня.

— Приятно познакомиться, Эмма.

— Взаимно.

Она ушла.

Я смотрела вслед ровно столько, сколько было прилично.

Потом повернулась к Райану.

— Интересно.

Он взял мой пакет.

— Что?

— Ничего.

— У тебя лицо.

— Не начинай.

Мы пошли к выходу.

Через несколько шагов он спросил:

— Что именно интересно?

— Ты не говорил, что здесь есть знакомые.

— Я не знал.

— Она работает с тобой?

— Работала. Несколько лет.

— В одной фирме?

— Да.

Мы вышли на улицу.

Холод сразу ударил по лицу.

Я застегнула куртку.

— Хорошая?

— Кто?

Я посмотрела.

— Клэр.

— В каком смысле?

— Как коллега.

— Очень сильная.

— Понятно.

Райан посмотрел на меня.

— Почему спрашиваешь?

— Просто.

— Очень убедительно.

— Райан.

— Что?

— Не каждый вопрос имеет скрытый смысл.

— Хорошо.

Мы пошли дальше.

Я смотрела на дорогу.

Клэр была красивой.

Умной, судя по всему.

Работала с ним в Лондоне.

Знала его до Бостона.

Знала того Райана, которого я вообще никогда не видела.

Пабы.

Фирма.

Работа.

Жизнь до университета.

Мне не понравилось, насколько сильно захотелось спросить, были ли они когда-нибудь вместе.

Я не спросила.

Это уже было бы слишком.

— Она твоя бывшая?

Чёрт.

Райан остановился.

Я тоже.

Господи.

Можно отменить последние три секунды?

— Прости, — сказала я сразу. — Это вообще не моё дело.

Он смотрел на меня.

Не улыбался.

— Нет.

— Что нет?

— Не бывшая.

— А.

Очень содержательно, Эмма.

— Мы только работали вместе.

— Я поняла.

Он продолжал смотреть.

— Ты поэтому спрашивала, хорошая ли она?

Я почувствовала, как начинают гореть щёки.

— Нет.

— Эмма.

— Что?

Теперь улыбнулся.

Совсем немного.

Вот урод.

— Мне просто стало интересно.

— Конечно.

— Не начинай.

— Я ничего.

— У тебя сейчас ужасно довольное лицо.

— Моё лицо не является частью ответа.

Я закрыла глаза.

— Господи.

Райан рассмеялся.

— Всё. Не буду.

— Спасибо.

Я пошла быстрее.

Он догнал.

— Кстати.

— Нет.

— Я ещё ничего не сказал.

— Уже не хочу.

— Ты тоже можешь спросить, если тебе интересно.

Я посмотрела.

— Что?

— О Лондоне.

— Я и так спрашиваю.

— Не совсем.

Я замедлилась.

— Что значит «не совсем»?

Райан пожал плечами.

— Ты обычно останавливаешься перед личными вопросами.

Я сразу вспомнила разговор о его матери.

— Иногда нужно.

— Иногда.

— И что, мне теперь разрешено спрашивать всё?

— Я этого не говорил.

— Вот именно.

Он улыбнулся.

— Но если не хочу отвечать, скажу.

Я посмотрела на него.

Это было неожиданно.

— Хорошо.

— Хорошо.

И дальше мы несколько минут просто шли.

Я больше ничего про Клэр не спрашивала.

Но теперь хотелось значительно сильнее.

Коттедж встретил нас тёплым воздухом и остаточным запахом вчерашнего ужина.

Я сняла куртку.

Райан поставил мой пакет на кухонный остров.

— Что ты вообще купила?

— Шампунь.

Он посмотрел на размер пакета.

— Очень большой шампунь.

— Там ещё кое-что.

— Я вижу.

Я начала доставать покупки.

Свеча.

Носки.

Крем для рук.

Шоколад.

Райан наблюдал.

— Ты пошла за одним шампунем.

— Да.

— И вернулась с этим.

— Всё нужное.

Он взял свечу.

— «Зимний лес».

— Вкусно пахнет.

— У нас за окном настоящий зимний лес.

— Он не пахнет ванилью.

Райан прочитал этикетку.

— Тогда название вводит в заблуждение.

— Не придирайся.

Он поставил свечу.

Я забрала пакет.

— Кстати, если Клэр позовёт тебя на кофе, можешь идти.

Вот зачем я это сказала?

Райан медленно посмотрел.

— Спасибо за разрешение.

— Я не разрешаю. Я просто говорю.

— Понимаю.

— Ты не обязан весь отпуск проводить со мной.

— Знаю.

— Хорошо.

Я начала складывать покупки обратно.

Тишина.

Очень длинная.

Потом Райан спросил:

— Ты хочешь, чтобы я пошёл?

Я замерла.

Подняла глаза.

— Что?

— На кофе.

— Мне всё равно.

Слишком быстро.

Он заметил.

Конечно.

— Эмма.

— Что?

— Я просто спросил.

Я выдохнула.

— Нет. Я не хочу, чтобы ты уходил специально. Но если ты хочешь увидеться со старой коллегой, это нормально.

Он смотрел несколько секунд.

— Я понял.

— Хорошо.

Райан взял телефон со стола.

Я сразу почувствовала глупое раздражение.

Вот сейчас напишет ей.

Конечно.

Она его знакомая.

Естественно.

Он открыл экран.

Посмотрел.

Положил телефон обратно.

— Что?

— Ничего.

— Ты же хотел написать.

— Отцу.

— А.

Я мысленно дала себе пощёчину.

— Всё хорошо?

— Да. Написал, что давление нормальное.

Я улыбнулась.

— Ты всё-таки проверяешь его каждый день.

— Почти.

— Бедный человек.

— Он привык.

— Сомневаюсь.

Райан улыбнулся.

Клэр больше не всплывала.

За это я была благодарна.

Хотя часть меня была очень недовольна отсутствием информации.

Ближе к вечеру мы решили никуда не идти.

Первого января в главном корпусе всё ещё было слишком много людей, а мне хотелось тишины.

Райан согласился без обсуждений.

Я зажгла новую свечу.

Он сказал, что пахнет «слишком сладко».

Я предложила ему выйти на улицу к настоящему лесу.

Он отказался.

Мы заказали ужин, потому что готовить сегодня не хотелось никому.

Пока ждали, я включила музыку.

Райан лежал на диване с книгой.

Я сидела на полу возле журнального столика и разбирала фотографии с телефона.

Дошла до вчерашних.

Озеро.

Я.

Райан.

Остановилась на его фотографии.

Той самой, где он рассмеялся.

Хорошая.

Очень.

Я уже собиралась листнуть дальше, когда услышала:

— Ты долго смотришь.

Я чуть не уронила телефон.

Райан всё ещё лежал на диване.

— Ты видел?

— Экран отражается в окне.

Я посмотрела на стекло.

Чёрт.

— Я просто разбираю фотографии.

— Конечно.

— Ты невыносимый.

— Что я сказал?

— Тон.

— У меня есть тон?

— Несколько.

Он улыбнулся.

— Ты это уже говорила.

Я быстро листнула дальше.

— Всё. Нет больше твоих фотографий.

— Жаль.

Я подняла глаза.

Он снова читал.

Нет.

Не реагировать.

Я открыла фото фейерверка.

Через несколько минут телефон завибрировал.

Одри.

Майкл опять написал.

Я сразу открыла.

Что теперь?

Спросил, как прошёл Новый год с Лукасом.

Я села ровнее.

Прямо так?

ДА

Следом:

Я сказала хорошо

Потом:

И ОН НАПИСАЛ «РАД ЗА ТЕБЯ»

Я прищурилась.

Вот.

Вот это уже интересно.

Райан поднял глаза.

— Что случилось?

— Майкл.

— Опять?

— Он спросил Одри, как прошёл Новый год с Лукасом.

Райан отложил книгу.

— И?

— А потом сказал, что рад за неё.

— Звучит нормально.

— Нет.

— Почему?

— Потому что «рад за тебя» — это очень подозрительная фраза.

— Эмма, люди говорят её постоянно.

— Не Майкл.

— Ты уверена?

— Абсолютно.

Я написала Одри:

А потом что?

Она ответила:

НИЧЕГО

Через секунду:

ПЕРЕСТАЛ ОТВЕЧАТЬ

Я показала Райану.

Он прочитал.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Ничего не делай.

— Я и не собиралась.

Он посмотрел.

Я вздохнула.

— Ладно. Очень хочу.

— Именно.

— Но не буду.

— Отлично.

— Хотя можно просто спросить Майкла.

— Нет.

— Почему?

— Потому что он поймёт, что Одри пересылает тебе переписку.

— И?

— И если ему действительно нравится мисс Коллинз, ты поставишь его в неудобное положение.

Я подумала.

Он был прав.

Ненавижу.

— Ладно.

— Что?

— Ты прав.

Райан чуть улыбнулся.

— Повтори.

— Нет.

— Мне показалось.

— Именно.

— Эмма.

— Райан.

Он рассмеялся.

Я тоже.

И всё снова стало простым.

Ужин привезли около восьми.

Мы ели на кухне и спорили о фильме, который собирались смотреть.

Я хотела романтическую комедию.

Райан отказался.

— Почему?

— Ты вчера объясняла, что главный герой любого романа должен страдать.

— Это книги.

— Какая разница?

— В комедии он должен страдать меньше.

— Очень убедительно.

— Ты выбирал триллер.

— И оказался прав насчёт мужа.

— Именно поэтому сегодня выбираю я.

Он вздохнул.

— Хорошо.

— Так просто?

— Хочу увидеть твой идеальный счастливый конец.

Я посмотрела.

Фраза прозвучала немного иначе, чем следовало.

Райан, кажется, тоже это понял.

Я отвернулась к коробке с едой.

— Тогда не жалуйся.

— Не буду.

Фильм оказался довольно глупым.

Но смешным.

Через двадцать минут Райан уже задавал вопросы.

— Почему она просто не скажет ему?

— Потому что тогда фильм закончится.

— Они взрослые люди.

— Это романтическая комедия.

— И?

— Здесь другие законы.

— Ужасная юрисдикция.

Я рассмеялась.

— Замолчи.

Главный герой сделал очередную глупость.

Я закрыла лицо ладонью.

— Нет.

Райан посмотрел.

— Что?

— Сейчас будет стыдно.

— Тебе?

— За него.

— Ты серьёзно?

— Да.

На экране герой начал петь под окном.

Я застонала и отвернулась.

Райан смеялся.

— Ты сама выбрала.

— Я не знала, что он будет петь.

— Теперь понимаю, почему ты так интересовалась моими вокальными способностями.

Я посмотрела.

— Даже не думай.

— Я ничего.

— Ты не будешь петь под окном.

Он замолчал.

Я тоже.

Господи.

Что я сказала?

Райан медленно улыбнулся.

— Хорошо.

Я закрыла лицо руками.

— Всё. Меняем фильм.

Он уже смеялся.

— Нет.

— Райан!

— Что?

— Забудь.

— Постараюсь.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Я убрала руки.

Щёки горели.

Ненавижу этот коттедж.

— Это была общая фраза.

— Конечно.

— Я имела в виду, что никто не должен петь под окнами.

— Понял.

— Не так.

— Эмма.

Он всё ещё улыбался.

— Продолжаем фильм.

Я посмотрела на экран.

— Ненавижу тебя.

— Сегодня уже было.

— Значит, ещё раз.

Райан перестал смеяться через несколько минут.

Я перестала краснеть примерно через двадцать.

Наверное.

После фильма было почти одиннадцать.

Я поставила чайник.

Райан открыл дверь на террасу, проверил погоду и сразу закрыл.

— Холодно?

— Очень.

— Значит, никуда.

— Я и не предлагал.

Мы устроились у камина.

Сегодня я села на диван.

Райан в кресло.

Телефон лежал на столе.

Никто не трогал.

Несколько минут мы молчали.

Потом я вспомнила Клэр.

Опять.

Раздражает.

— Райан.

— Да?

— Можно задать личный вопрос?

Он посмотрел на меня.

— Можно.

— Ты сам сказал, что если не захочешь отвечать, скажешь.

— Помню.

Я провела пальцем по краю кружки.

— Ты давно ни с кем не встречался?

Вот.

Сказала.

Райан не отвёл взгляд.

И не улыбнулся.

— Серьёзно — около двух лет.

Я не ожидала настолько прямого ответа.

— Почему?

— Работа. Потом отец. Переезд.

— А несерьёзно?

Вот зачем?

Он чуть поднял бровь.

Я сразу почувствовала себя идиоткой.

— Можешь не отвечать.

— Были отношения, которые никуда не вели.

— Понятно.

Не понятно.

Но достаточно.

Я посмотрела на огонь.

— А Клэр?

— Нет.

— Хорошо.

Чёрт.

Слишком быстро.

Райан заметил.

Конечно.

— Что хорошо?

Я подняла глаза.

— Ничего.

— Эмма.

— Просто я спросила и получила ответ.

— Очень убедительно.

— Ты сегодня решил вернуть мне все мои фразы?

— Некоторые полезные.

Я вздохнула.

— Ладно.

Райан несколько секунд смотрел.

Потом спросил:

— Теперь моя очередь?

Я замерла.

— Какая?

— Личный вопрос.

— Смотря какой.

— Это нечестно.

— Жизнь вообще сложная.

Он улыбнулся.

— Ты действительно не жалеешь о Джейке?

Вопрос удивил.

— Нет.

— Совсем?

Я подумала.

— Мне иногда грустно из-за того, что он хороший человек и всё равно не получилось. Но вернуться я не хочу.

Райан кивнул.

— Понял.

— Это всё?

— Да.

— Ты мог спросить что-нибудь интереснее.

Он посмотрел на меня.

— Мог.

Внутри сразу стало неспокойно.

— И?

Райан отвёл взгляд к огню.

— Не сегодня.

Я смотрела.

— Почему?

— Потому что ты уже достаточно краснела за один день.

У меня открылся рот.

— Райан!

Он рассмеялся.

Я схватила подушку.

— Даже не думай.

Я бросила.

Он поймал.

Конечно.

— Это становится традицией.

— Верни.

— Сначала успокойся.

— Я спокойна.

— Конечно.

Я встала и подошла.

— Отдай.

Райан держал подушку одной рукой.

— Попроси нормально.

— Райан, отдай мне подушку.

— Уже лучше.

Он протянул.

Я схватила.

В этот момент пальцы случайно коснулись его руки.

Совсем легко.

Мы оба замерли.

Смех исчез.

Моя рука всё ещё лежала на краю подушки.

Его — с другой стороны.

Ничего особенного.

Можно было просто забрать.

Я почему-то не двигалась.

Райан смотрел на меня.

Спокойно.

Но слишком внимательно.

Сердце ударило быстрее.

Я отпустила подушку первой.

— Оставь себе.

Голос прозвучал нормально.

Почти.

Я вернулась на диван.

Райан положил подушку рядом с собой.

Не пошутил.

Не сказал ничего.

И именно поэтому следующие несколько минут я слышала камин гораздо громче обычного.

Перед сном я вышла на террасу одна.

Хотела просто проверить, идёт ли снег.

Не шёл.

Небо было тёмным и чистым.

Мороз кусал щёки.

Я стояла у перил, когда дверь за спиной открылась.

Райан вышел.

Без куртки.

— Ты замёрзнешь.

— Я на минуту.

Он встал рядом.

— Сегодня это ты говоришь?

— Да.

Я улыбнулась.

— Клэр не написала?

Зачем, Эмма?

Зачем?

Райан повернул голову.

— Нет.

— А ты ей?

— Нет.

— Понятно.

Он смотрел.

Я чувствовала.

— Что?

— Ничего.

— Не начинай.

— Я не начинал.

Я выдохнула.

— Хорошо.

Молчание.

Потом Райан сказал:

— Ты могла просто спросить, хочу ли я с ней встретиться.

Я посмотрела.

— Хочешь?

— Нет.

Одно слово.

Слишком быстрый ответ.

— Почему?

Он пожал плечами.

— Не хочу.

— Очень содержательно.

— Ты хотела честно.

— Да.

— Это честно.

Я отвернулась к лесу.

Почему-то стало легче.

Очень глупо.

— Хорошо.

Райан чуть усмехнулся.

— Опять «хорошо».

— Да.

— Понял.

Я посмотрела.

— Ты сейчас специально меня смущаешь?

— Немного.

— Ужасный человек.

— Уже говорила.

Я улыбнулась.

Мороз становился сильнее.

— Всё, я внутрь.

Райан открыл дверь.

Пропустил меня.

Мы поднялись наверх почти одновременно.

У наших дверей остановились.

Моя спальня напротив его.

Вот этого раньше почти не случалось.

Обычно кто-то уходил первым.

Сейчас мы стояли в коридоре.

— Доброй ночи, Эмма.

— Доброй ночи, Райан.

Я взялась за ручку.

Он тоже.

И вдруг вспомнила.

— Кстати.

— Что?

— Реванш в бильярде ещё будет.

Райан улыбнулся.

— Я уже начал переживать.

— Правильно.

— Спокойной ночи.

— Спокойной.

Я закрыла дверь.

Прислонилась к ней спиной.

На этот раз не от стыда.

Хотя и его хватало.

Перед глазами снова всплыло лицо Райана, когда я спросила про Клэр.

Потом его короткое:

Нет.

Я прошла к кровати.

Телефон лежал на тумбочке.

Новое сообщение.

Райан Стерлинг: И да. Шар нужно бить чуть ниже центра. Тогда завтра, возможно, будет меньше трагедии.

Я уставилась на экран.

Потом рассмеялась.

Я: Ты серьёзно написал мне это из комнаты напротив?

Ответ пришёл сразу.

Райан Стерлинг: Теперь у меня есть твой номер. Нужно пользоваться.

Я прикусила губу.

Я: Пожалеешь.

Райан Стерлинг: Уже боюсь.

Я положила телефон рядом.

Через секунду снова взяла.

Открыла контакт.

Райан Стерлинг.

Смотрела несколько секунд.

Потом убрала фамилию.

На экране осталось:

Райан

Сохранила.

И только после этого поняла, что улыбаюсь.

Вот теперь всё действительно становилось опасно.