Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 20
Запах кофе добрался до спальни раньше, чем я окончательно проснулась.
Я лежала под одеялом, ещё не открывая глаз, и несколько секунд пыталась понять, почему это вообще кажется знакомым.
Потом вспомнила.
Коттедж.
Вермонт.
Стерлинг этажом ниже.
Третий день.
Я открыла глаза и посмотрела на часы.
Восемь семнадцать.
За окном было светлее, чем вчера. Снег прекратился, облака наконец стали тоньше, а между ними местами проступало бледно-голубое небо.
Телефон лежал рядом.
Ни одного сообщения от администрации.
Первое, что я почувствовала, было раздражение.
Второе пришло почти сразу.
Облегчение.
Я нахмурилась.
Нет.
Это не облегчение.
Просто отсутствие необходимости прямо сейчас собирать вещи и снова перестраивать день.
Вот и всё.
Я села на кровати.
Мышцы после вчерашних лыж напомнили о себе одновременно.
— Великолепно, — пробормотала я.
Особенно ноги.
Я встала, потянулась и тут же пожалела об этом.
Через десять минут, переодевшись в домашние брюки и толстый свитер, я спустилась вниз.
Стерлинг стоял на кухне.
Сегодня хотя бы в свитере.
Не в футболке.
Спасибо.
На столе была кофейная чашка, телефон и небольшая сковорода.
Я остановилась.
— Вы опять готовите?
Он обернулся.
— Доброе утро, мисс Брукс.
— Доброе.
Я подошла ближе.
— Вы проигнорировали вопрос.
— Яичница.
— Я вижу.
— Тогда зачем спрашиваете?
— Просто пытаюсь понять, когда это стало вашей обязанностью.
— Не стало.
Он выключил плиту.
— Я готовил себе.
Я посмотрела на тарелку.
Потом на вторую, уже стоявшую на столе.
Стерлинг проследил за взглядом.
— И предположил, что вы проснётесь примерно сейчас.
— Почему?
— Вчера вы встали около девяти.
— Сегодня восемь семнадцать.
— Я ошибся на сорок три минуты.
— Ужасная точность.
— Переживу.
Я взяла кофе.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
Села.
На тарелке были яйца, тост и половина авокадо.
— Вы всегда завтракаете так правильно?
— Что неправильного?
— Где сахар?
— В вашем кофе.
Я посмотрела на кружку.
— Недостаточно.
Стерлинг сел напротив.
— В корзине есть джем.
— Уже лучше.
Я достала баночку.
Он смотрел.
— Что?
— Ничего.
— Опять.
— Просто пытаюсь понять, как вы умудряетесь превратить тост в десерт.
— Талант.
— Видимо.
Я намазала джем.
Первый кусок действительно оказался лучше.
Стерлинг покачал головой.
— Не осуждайте.
— Даже не думал.
— Лицо.
— Моё лицо не является частью ответа.
Я посмотрела на него.
Он уже улыбался.
— Вы слишком довольны этой фразой.
— Она универсальна.
— Она моя.
— Нет. Вы использовали её один раз.
— Значит, авторство моё.
— Сомнительная правовая позиция.
— Я в отпуске.
— Удобно.
Он отпил кофе.
Мы замолчали.
Я перестала чувствовать необходимость заполнять тишину.
В первый вечер каждый звук напоминал, что мы оказались в одном доме случайно и ненадолго.
Теперь я могла сидеть на кухне, есть тост и не думать о том, что напротив мой преподаватель.
Почти.
Слово «преподаватель» всё равно возвращалось периодически.
Особенно когда он говорил «мисс Брукс».
Телефон Стерлинга завибрировал.
Мы оба посмотрели на экран.
Он взял.
— Это они.
Я сразу отложила вилку.
Стерлинг ответил.
— Доброе утро.
Я слушала его половину разговора.
Первые секунды ничего не понимала по лицу.
Потом он посмотрел на меня.
— Понимаю.
Плохо.
— А тот номер, который планировали освободить сегодня?
Пауза.
Он медленно провёл большим пальцем по краю телефона.
— Хорошо.
Я уже почти знала ответ.
— Нет, переносить нас в другой коттедж тридцать первого смысла не имеет, если текущая бронь заканчивается пятого.
Я моргнула.
Что?
Стерлинг продолжал:
— То есть раньше тридцать первого подтверждённых вариантов нет вообще?
Пауза.
— Да.
Он посмотрел на меня.
Теперь всё было понятно.
— Хорошо. Пришлите это письменно.
Он отключился.
Несколько секунд я просто смотрела.
— Тридцать первое?
— Да.
— Сегодня двадцать девятое.
— Да.
— То есть ещё минимум две ночи.
— Похоже.
Я откинулась на спинку стула.
— Они издеваются.
— Нет. Просто очень плохо управляют бронированием.
— Ваш вариант скучнее.
— Зато точнее.
Я взяла кофе.
Почему-то раздражение оказалось гораздо слабее, чем ожидала.
Стерлинг заметил.
— Вы спокойны.
— А что мне делать?
— Не знаю. Вчера вы выглядели так, будто готовы лично разобрать их систему бронирования.
— Вчера я ещё надеялась, что проблема решится за одну ночь.
— А сегодня?
Я пожала плечами.
— Сегодня я уже знаю, где лежит кофе.
Он чуть улыбнулся.
— Сильный аргумент.
— И как работают замки.
— Ещё сильнее.
Я откусила тост.
— Вы хотите переехать тридцать первого, если номер появится?
Вопрос прозвучал совершенно нормально.
По крайней мере я постаралась.
Стерлинг не ответил сразу.
— Если появится, обсудим.
— Почему не просто да?
Он посмотрел.
— Потому что к тому моменту останется пять ночей.
— И?
— И переезжать из отдельного коттеджа с двумя спальнями в стандартный номер в основном здании может быть бессмысленно.
— Для кого?
— Для любого из нас.
Я медленно кивнула.
Логично.
Очень.
— То есть вы предлагаете ничего не решать заранее.
— Именно.
— Удивительно для человека, который проверяет рейтинг фильма перед просмотром.
Он усмехнулся.
— Даже я иногда способен жить без плана на двое суток.
— Сильное заявление.
— Не злоупотребляйте.
Я улыбнулась.
Вот и всё.
Ещё две ночи.
Почему-то эта информация не испортила утро.
Это было немного подозрительно.
После завтрака я вышла на террасу.
Без особой цели.
Просто посмотреть на погоду.
Воздух был холодным, но уже не таким резким. Солнце местами пробивалось через облака, и снег начал отражать свет так ярко, что пришлось прищуриться.
Стерлинг открыл дверь за спиной.
— Замёрзнете.
— Я пять минут.
— Вы говорили это вчера.
— И?
— Было пятнадцать.
Я повернулась.
— Вы считали?
— Возможно.
Я усмехнулась.
— Что сегодня открыто?
Он поднял телефон.
— Почти все трассы. Каток. Снегоходы. Прогулочные маршруты.
— Вы уже проверили.
— Да.
— Конечно.
Он встал рядом у перил.
Не близко.
Нормально.
— Хотите снова лыжи?
Я посмотрела на склон.
Мышцы ног сразу ответили за меня.
— Нет.
— Разумно.
— Не начинайте.
— Я ничего.
— А вы?
— Я бы покатался.
Вот.
Простой ответ.
Я кивнула.
— Тогда идите.
Он посмотрел.
— Вы?
— Я могу заняться чем-нибудь другим.
— Конечно.
Пауза.
Странная.
Не неловкая.
Просто неожиданная.
Потому что вчера мы автоматически составили общий план.
Сегодня впервые явно разделились.
Это нормально.
Так и должно быть.
— Я, наверное, схожу в спа, — сказала я.
— Хорошая идея.
— Потом прогуляюсь.
— Хорошо.
— Вы звучите как человек, выдающий разрешение.
— Я просто ответил.
— Тогда не таким тоном.
— Каким?
— Профессорским.
Стерлинг поднял бровь.
— У меня есть специальный тон?
— Несколько.
— Интересно.
— Не очень.
Он улыбнулся.
— Ладно. Тогда попробую иначе.
Выпрямился.
Преувеличенно расслабил плечи.
— Отличный план, мисс Брукс.
Я рассмеялась.
— Ужасно.
— Вы сами попросили.
— Верните прежний.
— Уже поздно.
Я покачала головой.
— Идите на лыжи.
— Это приказ?
— Рекомендация.
— Тогда прислушаюсь.
Он вернулся внутрь.
Я осталась ещё на пару минут.
Когда дверь закрылась, вокруг снова стало тихо.
Только ветер в деревьях.
Я посмотрела на следы на снегу.
Действительно хорошо.
Каждый занимается своим.
Никакой необходимости проводить весь отпуск вместе только потому, что нас заперли в одном доме.
Я чувствовала себя совершенно нормально.
Абсолютно.
Через десять минут, когда услышала наверху шаги Стерлинга и поняла, что он собирается уходить, я почему-то проверила время.
В спа я провела почти три часа.
И это оказалось лучшим решением дня.
Сначала массаж.
Потом бассейн.
Потом я минут двадцать сидела в тёплой воде у огромного окна и смотрела на заснеженный склон, где люди спускались по трассе.
Телефон лежал в шкафчике.
Никаких сообщений.
Никакой Одри.
Никакого университета.
Никакого Стерлинга.
И именно где-то между сауной и чашкой травяного чая я наконец поняла, насколько устала за последние месяцы.
Не физически.
В целом.
Последний курс.
Турнир.
Арбитраж.
Джейк.
Бал.
Экзамены.
Постоянное ощущение, что следующий пункт уже ждёт.
А здесь у меня впервые не было следующего пункта.
Можно было сидеть сколько угодно.
Я почти забыла о времени.
Когда переоделась и забрала телефон, было уже два пятнадцать.
От Одри семь сообщений.
От мамы два.
От Майкла одно.
От Стерлинга ни одного.
Почему я вообще проверила именно это?
Я сразу открыла Одри.
Ты где?
Через двадцать минут:
Эмма
Потом:
Если ты сейчас на лыжах с ним, я требую отчёт
Следом:
Ладно я шучу
Через четыре минуты:
Не совсем
Я написала:
Я в спа. Он на лыжах. Разошлись по своим делам.
Ответ пришёл моментально.
СКУЧНО
Для тебя. Мне прекрасно.
А вечером?
Не знаю.
То есть опять вместе
Мы живём в одном доме. Иногда это происходит.
Я НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ ЧТО ТЫ ТАК СПОКОЙНО ОБ ЭТОМ ПИШЕШЬ
Я остановилась.
Вот.
Хорошее замечание.
Потому что ничего не происходит.
Одри:
Я НИЧЕГО И НЕ СКАЗАЛА
Я закрыла чат.
Ненавижу её.
Мама прислала фотографию с завтрака и спросила, ела ли я нормально.
Ответила:
Да. Даже слишком нормально.
Майкл написал:
Если ты на отдыхе, почему не отвечаешь по турниру?
Я сразу набрала:
Потому что я на отдыхе.
Он поставил оскорблённый смайлик.
Всё.
Я убрала телефон.
Вышла из главного здания.
И решила не возвращаться в коттедж сразу.
Рядом начинался пешеходный маршрут через лес.
На карте он занимал около сорока минут.
Идеально.
Я пошла.
Снег на тропе был утоптан.
Вокруг почти никого.
Иногда встречались пары.
Одна семья с ребёнком на санках.
Пожилая женщина с огромной белой собакой.
Я остановилась погладить.
Собака сразу положила голову мне на ладонь.
— Он считает, что все люди приехали исключительно ради него, — сказала хозяйка.
— Возможно, он прав.
Женщина засмеялась.
Через пять минут я шла дальше.
Тропа уходила чуть вверх.
Между деревьями открывался вид на долину.
Я остановилась.
Достала телефон.
Сфотографировала.
Отправила маме.
Потом Одри.
И почему-то подумала, что Стерлинг наверняка видел этот вид раньше.
Неважно.
Через пару минут телефон завибрировал.
Сообщение.
Профессор Стерлинг: Если вы собираетесь возвращаться по лесной тропе, будьте осторожны. На северной части лёд.
Я остановилась.
Посмотрела на экран.
Откуда он знает, что я здесь?
Потом вспомнила.
Наверное, видел маршрут.
Или я сказала?
Нет.
Я не говорила.
Написала:
Откуда вы знаете, где я?
Ответ:
Не знаю. Увидел вас с подъёмника минут двадцать назад.
Я оглянулась вверх.
Между деревьями действительно местами была видна линия подъёмника.
Вот.
Нормально.
Я: Вы следите за мной с горы?
Профессор Стерлинг: Я находился в том же курорте.
Я рассмеялась.
Я: Очень удобный ответ.
Через несколько секунд:
Профессор Стерлинг: Зато правдивый.
Фраза с бала.
Я сразу узнала.
Улыбнулась.
Я: Учту лёд. Спасибо.
Профессор Стерлинг: Пожалуйста.
Я убрала телефон.
Продолжила идти.
Через десять минут действительно дошла до участка, где тропа стала скользкой.
Чёрт.
Он был прав.
Я ненавидела, когда он был прав.
Когда я вернулась к коттеджу, было около четырёх.
Его лыж у двери не было.
Значит, ещё не приехал.
Дом встретил тишиной.
Я сняла ботинки.
Поставила воду.
Потом зашла в гостиную.
И неожиданно поняла, что она кажется слишком пустой.
Вот это уже было плохо.
Я специально приехала ради пустого дома.
Два дня назад это было мечтой.
Теперь, после одного дня, когда рядом постоянно кто-то был, тишина ощущалась иначе.
Не неприятно.
Просто заметно.
Я включила музыку.
Тихо.
Пошла наверх.
Переоделась.
Спустилась.
Налила чай.
Села с книгой.
Прочитала семь страниц.
На восьмой услышала машину.
Господи.
Я даже не подняла голову.
Спокойно.
Через минуту открылась дверь.
Стерлинг вошёл, стряхивая снег с плеч.
— Добрый вечер.
Я посмотрела на часы.
— Уже вечер?
— Почти.
— Тогда добрый.
Он закрыл дверь.
Снял шапку.
Волосы были немного влажные.
Щёки покраснели от холода.
Он выглядел уставшим.
И довольным.
— Как лыжи?
— Хорошо.
— Только хорошо?
— Очень хорошо.
— Вот. Так честнее.
Он снял куртку.
— Спа?
— Великолепно.
— Значит, оба довольны.
— Редкость.
— Наслаждайтесь.
Я улыбнулась.
Он прошёл к кухне.
— Вы ели?
— В спа.
— Нормально?
— Да.
— Что это значит?
Я подняла глаза.
— Вы теперь контролируете мою еду?
— Нет.
— Тогда?
— Просто спросил.
— Сэндвич и суп.
— Нормально.
— Спасибо за одобрение.
— Пожалуйста.
Он взял воду.
Я снова посмотрела в книгу.
Через минуту:
— Вы нашли лёд?
Я подняла глаза.
— Да.
— И?
— Не упала.
— Хорошо.
— Вы разочарованы?
— Немного.
Я уставилась.
Он улыбнулся.
— Шутка.
— Плохая.
— В отпуске.
— Уже не оправдание.
Стерлинг рассмеялся.
Пошёл наверх переодеваться.
Я вернулась к книге.
Теперь читалось лучше.
Странно.
К шести вечера мы оба поняли, что продукты в корзине почти закончились.
Я открыла холодильник.
Сыр.
Два яйца.
Молоко.
Полбанки джема.
Вчерашний сок.
— Великолепный выбор, — сказала я.
Стерлинг заглянул через плечо.
Не слишком близко.
Но достаточно, чтобы я почувствовала тепло от его свитера.
Я сразу выпрямилась.
— Нужно заказать.
— Или сходить в магазин.
Я повернулась.
— Здесь есть магазин?
— В главном здании небольшой. Ещё один в деревне.
— Деревня далеко?
— Минут десять на машине.
Я посмотрела на окно.
Снег не шёл.
Дорога, скорее всего, нормальная.
— Поедем?
Стерлинг поднял бровь.
— Вместе?
— Нет. Я предлагаю вам остаться и голодать.
— Уточнил.
— Да, вместе. Зачем ехать на двух машинах?
Он кивнул.
— Логично.
Я закрыла холодильник.
— Тогда через десять минут.
— Опять соревнование?
— Нет.
— Жаль.
— Через десять.
— Хорошо.
Я пошла за курткой.
На этот раз мы поехали на моей машине.
Я настояла.
Стерлинг посмотрел на Audi, когда вышли.
— Я думал, вы не любите водить по снегу.
— Кто сказал?
— Никто.
— Тогда почему?
— Вы вчера были осторожны на парковке.
— Это называется не убить человека.
— Разумно.
Я открыла машину.
— Садитесь.
Он сел на пассажирское место.
Вот это было странно.
Стерлинг в моей машине.
Я бросила сумку назад.
Завела двигатель.
Включилась музыка.
Слишком громко.
Я сразу уменьшила.
Он посмотрел на экран.
— Это вы слушаете?
— Да.
— Не ожидал.
— Что опять?
— Ничего.
— Вы постоянно ожидаете от меня неправильные вещи.
— Возможно.
— А что вы думали?
— Что-то спокойнее.
— Почему?
— Не знаю.
Я повернула к выезду.
— Вы плохо меня знаете.
Слова прозвучали сами.
Пауза.
— Верно, — сказал он.
Спокойно.
Я посмотрела на дорогу.
Почему-то именно этот ответ мне не понравился.
Хотя он был прав.
Мы знали друг друга несколько месяцев.
Из которых большую часть исключительно в университете.
Он не знал, какую музыку я слушаю.
Я не знала, какую еду он покупает.
Нормально.
— А вы что слушаете? — спросила я.
— Разное.
— Ужасный ответ.
— Вы хотите список?
— Хотя бы жанр.
Он назвал несколько.
Я удивилась.
— Серьёзно?
— Опять.
— Я думала, классика.
— Иногда.
— Джаз.
— Иногда.
— И биографии премьер-министров вместо музыки.
Стерлинг рассмеялся.
— Это уже оскорбление.
— Наблюдение.
— Нет.
Я улыбнулась.
Деревня оказалась маленькой.
Несколько улиц.
Ресторан.
Кофейня.
Магазин.
Аптека.
Всё было украшено гирляндами.
Мы припарковались возле магазина.
Внутри людей оказалось неожиданно много.
Я взяла корзину.
Стерлинг сразу взял тележку.
— Мы на два дня, а не на месяц.
— Вы видели пустой холодильник.
— Всё равно.
— Берите корзину, если хотите.
Я посмотрела.
— Нет. Теперь принципиально тележка.
Он улыбнулся.
Мы пошли по рядам.
И вот здесь всё стало подозрительно бытовым.
— Яйца.
— Да.
— Хлеб.
— Да.
— Кофе.
— Обязательно.
— Фрукты.
— Какие?
— Яблоки.
— Нет.
Я посмотрела.
— Почему?
— Вы вчера купили яблоки и не съели ни одного.
— Откуда вы знаете?
— Они лежат в корзине.
— Я съем.
— Тогда зачем новые?
— Логично.
— Спасибо.
— Не привыкайте.
Стерлинг взял апельсины.
— Это что?
— Фрукты.
— Я вижу.
— Тогда зачем спрашиваете?
— Не люблю апельсины.
— Я люблю.
— Хорошо.
Вот.
Каждый покупает себе.
Нормально.
Через пять минут в тележке лежали продукты, которые уже невозможно было разделить на «моё» и «его».
Молоко.
Хлеб.
Паста.
Сыр.
Йогурт.
Овощи.
Чипсы, которые положила я.
Орехи, которые положил он.
Шоколад, который положили оба и одновременно.
Мы посмотрели на две плитки.
— Берём обе, — сказала я.
— Согласен.
— Даже не спорите.
— Здесь нечего.
— Прогресс.
На следующем ряду я взяла мороженое.
Стерлинг посмотрел.
— Серьёзно?
— Что?
— На улице минус.
— В доме тепло.
— Справедливо.
— Шоколадное или ванильное?
— Вы меня спрашиваете?
— Мы делим холодильник.
— Ванильное.
— Скучно.
— Тогда зачем спросили?
Я взяла шоколадное.
— Чтобы убедиться.
Он покачал головой.
— Невыносимая.
— Это уже было.
У кассы возникла новая проблема.
Оплата.
Я достала карту.
Стерлинг тоже.
— Я плачу.
— Нет.
— Мисс Брукс.
— Что?
— Половина продуктов общая.
— Тогда разделим потом.
— Это бессмысленно.
— Почему?
— Потому что вы водили.
Я уставилась.
— И что?
— Значит, плачу я.
— Это не аргумент.
— Для меня аргумент.
— Нет.
Кассирша смотрела между нами.
Я почувствовала себя нелепо.
— Давайте пополам.
— Как вы предлагаете делить продукты на кассе?
— Две оплаты.
— Слишком долго.
— Там никого нет сзади.
Мы одновременно посмотрели.
За нами уже стояла женщина с ребёнком.
Чёрт.
Стерлинг приложил карту быстрее.
Оплата прошла.
Я повернулась.
— Это нечестно.
— Переживёте.
— Я переведу половину.
— Не надо.
— Переведу.
— У вас нет моего номера.
Я замерла.
Он тоже.
Правда.
У нас были университетские почты.
Чат курса.
Но личного номера у меня не было.
— Тогда дадите.
Пауза.
Совсем короткая.
— Ради возврата денег за продукты?
— Да.
Почему-то прозвучало глупо.
Стерлинг взял пакет.
— Не стоит.
— Профессор Стерлинг.
— Мисс Брукс.
Кассирша уже улыбалась.
Я вздохнула.
— Хорошо. В следующий раз плачу я.
— Если будет следующий.
Вот.
Фраза была абсолютно нормальной.
Про магазин.
Про продукты.
Но почему-то повисла.
Я взяла второй пакет.
— Будет. У нас ещё два дня минимум.
— Верно.
Мы вышли.
На улице уже полностью стемнело.
Гирлянды отражались в снегу.
Я положила продукты в багажник.
Стерлинг закрыл крышку.
— Кофе?
Я посмотрела на кофейню через дорогу.
— Сейчас?
— Вы в отпуске.
— Убедили.
Мы перешли улицу.
Кофейня была маленькая.
Тёплая.
Почти все столики заняты.
Мы взяли напитки с собой.
Мне латте.
Ему американо.
Когда вышли обратно, я сделала глоток.
— Лучше, чем в курорте.
Стерлинг попробовал свой.
— Согласен.
— Запомним.
Мы пошли к машине.
По дороге мимо нас пробежала компания подростков, кто-то бросил снежок.
Один пролетел слишком близко.
Я дёрнулась.
Стерлинг инстинктивно положил ладонь мне на спину, отводя чуть в сторону.
Всего на секунду.
Через одежду.
Почти ничего.
Он убрал руку сразу.
Я тоже остановилась.
Подросток крикнул:
— Sorry!
— Всё нормально, — ответила я.
Стерлинг смотрел на них.
Потом на меня.
— Не попало?
— Нет.
— Хорошо.
Мы пошли дальше.
Вот и всё.
Никакой причины думать об этом.
Он просто отодвинул меня.
Нормальная реакция.
Я открыла машину.
Села.
Поставила кофе.
Руки почему-то стали слишком заняты ремнём безопасности.
Стерлинг сел рядом.
Не сказал ничего.
Спасибо.
Я включила двигатель.
Музыка снова заиграла.
На этот раз не уменьшила.
Продукты мы разбирали вместе.
Тоже слишком бытово.
Я ставила йогурты в холодильник.
Стерлинг складывал сухие продукты в шкаф.
— Чипсы куда?
— Оставьте.
— Где?
— На столе.
Он посмотрел.
— Вы собираетесь есть их сейчас?
— Возможно.
— Мы только купили продукты для ужина.
— И?
— Ничего.
— Вот.
Он поставил пакет.
Я открыла.
Взяла одну.
— Хотите?
— Нет.
— Больше мне.
— Вы говорите это каждый раз.
— Потому что работает.
Я посмотрела на продукты.
— Что готовим?
— Вы хотите готовить?
— Мы купили пасту.
— Это не требует больших навыков.
— Отлично. Значит, справитесь.
Он посмотрел.
— Вы предлагаете готовить мне?
— Нет. Я предлагаю готовить вместе.
Слово вылетело легко.
Я почти не заметила.
Стерлинг тоже никак не отреагировал.
— Хорошо.
Вот.
Нормально.
Я поставила воду.
Он нарезал овощи.
Через пять минут выяснилось, что он режет гораздо быстрее.
Я посмотрела на доску.
— Вы тайно работали поваром?
— Нет.
— Тогда откуда?
— Жил один.
— Я тоже живу.
— И?
— Умею готовить.
— Я не говорил обратного.
— По лицу.
Он рассмеялся.
— Опять лицо.
— Оно выдаёт вас.
— Сомневаюсь.
Я достала соус.
— Как остро?
— Нормально.
— Это не уровень.
— Средне.
— Слабо.
— Мисс Брукс.
— Я люблю острое.
— Я тоже.
— Тогда сильно.
— Хорошо.
Паста получилась слишком острой.
Даже для меня.
Я попробовала.
Замолчала.
Стерлинг тоже.
Мы посмотрели друг на друга.
— Нормально, — сказала я.
Он кашлянул.
— Конечно.
— Вам плохо?
— Нет.
— Глаза слезятся.
— От пара.
Я рассмеялась.
— Признайте.
— Что?
— Слишком остро.
— Вы предложили.
— А вы согласились.
— Значит, виноваты оба.
— Отлично.
Я выпила воду.
— Молоко.
— Что?
— Поможет.
— Я знаю.
Он налил два стакана.
Мы сидели за кухонным островом, ели слишком острую пасту и запивали молоком.
И почему-то это было смешнее, чем должно.
— В следующий раз, — сказал Стерлинг, — вы не выбираете количество специй.
Я подняла вилку.
— А вы не соглашаетесь без проверки.
— Сделка.
— Хорошо.
Я остановилась.
— Это второй «следующий раз» за вечер.
Он тоже замер.
— Вы считаете?
— Возможно.
Стерлинг посмотрел на тарелку.
— У нас ещё несколько дней.
— Да.
— Значит, статистически логично.
— Конечно.
Я улыбнулась.
Почему-то ответ устроил.
После ужина я открыла мороженое.
Стерлинг посмотрел.
— Вы серьёзно ещё можете есть?
— Это другое отделение.
— Какое?
— Для десерта.
— Научный факт?
— Абсолютно.
Я взяла две ложки.
Поставила одну перед ним.
— Я не буду.
— Попробуйте.
— Шоколадное.
— И?
— Я выбрал ванильное.
— Вы не купили ванильное.
— Потому что вы положили шоколадное.
— Тогда страдайте.
Он взял ложку.
Попробовал.
Я ждала.
— Ну?
— Нормально.
— Врёте.
— Нет.
— Вам нравится.
— Нормально.
— Это значит нравится.
— У вас очень свободная система интерпретации.
— Зато работает.
Он взял ещё ложку.
Я победно улыбнулась.
Стерлинг заметил.
— Ничего не говорите.
— Даже не собиралась.
— Но хотите.
— Очень.
— Не надо.
Я засмеялась.
После девяти в коттедже снова стало тихо.
Музыка играла едва слышно.
Камин горел.
Я сидела на полу возле дивана, потому что после лыж и прогулки спина неожиданно решила, что пол удобнее.
Стерлинг был в кресле с книгой.
Не ноутбуком.
Настоящей книгой.
Я заметила обложку.
— Детектив.
Он поднял глаза.
— Да.
— Тот автор, которого вы называли?
— Да.
— Хороший?
— Пока.
— Сколько страниц?
— Семьдесят.
— Уже должны знать убийцу.
— Не все люди читают так.
— Как?
— Пытаясь соревноваться с автором.
— А зачем тогда детектив?
— Наслаждаться историей.
Я посмотрела.
— Подозрительно здоровый подход.
— Спасибо.
— Не комплимент.
— Уже привык.
Я улыбнулась.
Телефон лежал рядом.
Одри прислала фото с Лукасом.
Они сидели где-то в кафе.
Она была счастливая.
Я поставила сердечко.
Потом ещё одно сообщение.
А вы что делаете?
Я посмотрела вокруг.
Читаем.
Ответ:
ВМЕСТЕ???
Я даже не стала отвечать.
Стерлинг заметил выражение лица.
— Мисс Коллинз?
— Откуда знаете?
— Вы каждый раз выглядите одинаково.
— Как?
— Как будто хотите выбросить телефон.
— Точно.
Он вернулся к книге.
Я тоже открыла свою.
Через несколько страниц почувствовала, что глаза начинают слипаться.
Положила голову на край дивана.
Читала дальше.
Наверное, минут десять.
Потом услышала:
— Мисс Брукс.
— Мм?
— Вы спите.
Я открыла глаза.
Стерлинг смотрел.
— Нет.
— Вы только что закрыли глаза на две минуты.
— Я думала.
— Очень глубоко.
— Именно.
— Идите спать.
Я посмотрела на часы.
Десять двадцать.
— Рано.
— Вы устали.
— Вы тоже.
— Я не засыпаю на полу.
— Я не засыпаю.
Он поднял бровь.
— Хорошо.
Вернулся к книге.
Я тоже.
Через минуту поняла, что не вижу строки.
Чёрт.
Я встала.
— Добились.
— Я ничего не делал.
— Именно.
Стерлинг закрыл книгу.
— Доброй ночи, мисс Брукс.
— Доброй ночи, профессор Стерлинг.
Я прошла к лестнице.
На первой ступени остановилась.
— Завтра что?
Он посмотрел.
— Что?
— План.
— Вы же смеялись над моими планами.
— Но сейчас спрашиваю.
Уголок его рта поднялся.
— Утром посмотрим погоду.
— И новости от курорта.
— Да.
Я кивнула.
— Хорошо.
Поднялась ещё на две ступени.
— Мисс Брукс.
Я обернулась.
— Да?
— Сегодня было хорошо.
Просто.
Без продолжения.
Я замерла.
— Да.
И добавила:
— Было.
Стерлинг кивнул.
Вернулся к книге.
Я поднялась наверх.
Закрыла дверь комнаты.
И только там позволила себе остановиться.
Сегодня было хорошо.
Ничего особенного.
Обычная фраза.
Он мог говорить про лыжи.
Про магазин.
Про ужин.
Про отпуск вообще.
Я сняла свитер.
Положила телефон на зарядку.
Неважно.
Проблема была в другом.
Я полностью с ним соглашалась.
И впервые за всё время нашего знакомства это не требовало ни одного аргумента.
Комментарии