Эхо чужих мыслей

Яркие солнечные лучи пробиваются сквозь высокие готические окна Большого зала, но они ничуть не радуют твою раскалывающуюся от похмелья голову. Ты сидишь за гриффиндорским столом, лениво ковыряя ложкой ту самую овсянку, и пытаешься вспомнить хоть какие-то детали вчерашнего безумного вечера. Единственное, что ты помнишь четко — это жуткую перепалку с Теодором из-за его слишком откровенного сна и то, как ты побила его подушкой.

Вдруг гул в Большом зале резко стихает, а затем взрывается оглушительным, синхронным ревом со стороны твоего родного факультета.

Ты вздрагиваешь от неожиданности, чуть не выронив ложку. Несколько десятков гриффиндорцев во главе с Симусом Финниганом и близнецами Уизли заскакивают на скамейки. Они начинают размахивать кубками с тыквенным соком и кричать на весь зал:

— Ну что, Т/Ф?! Так вы уже расписались в Министерстве?!

— Вышла ли ты замуж за Нотта, колись?!

— Когда свадьба, львица?! Слизерин оплачивает банкет?!

Ты застываешь на месте с открытым ротом. Кусок тоста застревает у тебя в горле. Паника ледяным обручем сжимает грудную клетку. Ты абсолютно не понимаешь, откуда они узнали про ваши отношения. Вы же так тщательно скрывались! Никто не должен был даже догадаться о том, что между вами происходит за закрытыми дверями спальни в подземельях!

Ты судорожно оборачиваешься и находишь взглядом слизеринский стол. Теодор сидит там, уткнувшись лицом в ладони. Его уши горят таким ярким пунцовым цветом, что их видно с другого конца зала. Блейз Забини с хохотом хлопает его по плечу, а Малфой изображает руками фату.

И в этот момент в твоей голове, словно вспышка заклятия Люмос, пробуждается воспоминание.

Картинка вчерашнего вечера после квиддича мгновенно обретает четкость. Ты вспомнила… Вспомнила, как напилась до полного беспамятства. Вспомнила, как Теодор нес тебя на плече. И самое страшное — ты вспомнила, как на глазах у всей забитой до отказа слизеринской гостиной, где тусовалась половина Гриффиндора, ты во всю глотку заорала, что выходишь замуж за Теодора Нотта.

«О Мерлин… О нет-нет-нет», — панически думаешь ты, готовая прямо сейчас залезть под стол и умереть от позора.

В ту же секунду в твоей голове, пробивая весь этот жуткий шум Большого зала, раздается мысленный голос Теодора. Он звучит невероятно утомленно, обреченно, но в нем слышится всё та же бесконечная, смущенная нежность:

«Вспомнила наконец, невеста? Доброе утро. Весь замок стоит на ушах с самого рассвета. Макгонагалл уже косо смотрит на Снейпа. Хватай свою сумку и беги в коридор, пока Уизли не начали кидать в нас свадебный рис».

Ты резко вскакиваешь из-за стола, хватаешь вещи и под оглушительный свист и улюлюканье гриффиндорцев бросаешься к выходу из Большого зала, чувствуя, что этот день будет еще более неловким, чем все предыдущие.