Пробуждение феникса

Весь оставшийся день я проболела яростью.
Слова Дамиана в заброшенном архиве не просто задели меня за живое - они въелись под кожу ядовитыми иглами. «Жалкая. Побитая собака. Истеричка». Каждое его слово всплывало в голове снова и снова, заставляя кровь в венах превращаться в кипяток.
Я не пошла на следующие пары. До самого вечера я просто скиталась по самым темным и заброшенным улочкам университетского парка, до упора сжимая кулаки в карманах худи и заставляя себя дышать ровно. Но пламя Феникса внутри больше не желало подчиняться. Оно бесновалось, как пойманный в клетку дикий зверь. В груди буквально всё трещало от адского жара, а кончики пальцев немилосердно покалывало от рвущейся наружу бело-золотой мощи.
Когда на город опустились густые, черные сумерки, парковые аллеи окончательно опустели.
Я зашла в самый дальний угол - на старую, заросшую диким плющом спортивную площадку, окруженную высокими деревьями. Здесь не было фонарей, только мертвый свет далекой луны.
- Хватит... Прекрати... - прошептала я, падая на колени прямо на прохладную траву и сжимая голову руками. - Заткнись, перестань гореть!
Внутренний барьер, который я выстраивала годами, со страшным треском рухнул. Из моих ладоней едва не брызнули настоящие бело-золотые искры. Я со всей силы впилась ногтями в собственную кожу через ткань худи, заглушая физической болью эту рвущуюся магию. Я давила силу глубоко внутрь себя, стискивая зубы до соленого вкуса крови на губах.
«Спрячь это! Спрячь, иначе они поймут, что ты чудовище!» - кричал мой разум.
Я задыхалась, свернувшись калачиком на траве, пока внутренний пожар медленно, с болью отступал обратно под ребра.
- Всё ещё устраиваешь драму на пустом месте?
Этот голос прорезал тишину ночного парка, как удар плетью.
Я рывком подняла голову, утирая пот и слезы с лица. Из тени дубовой аллеи медленно вышел Дамиан. Он шел к своей машине, стоящей на дальнем паркинге, и, судя по всему, вовсе не рассчитывал снова наткнуться на меня.
Но, увидев меня на коленях в грязи, он даже не удивился. Лишь слегка приподнял бровь с этим своим привычным, невыносимым, ядовитым превосходством.
- Ты... - прошипела я, поднимаясь на ногах, хотя колени до сих пор дрожали от перенапряжения. - Ты преследуешь меня, ублюдок?!
- У тебя слишком раздутое эго, Кира, - спокойно ответил Дамиан, останавливаясь в нескольких шагах и даже не вынимая рук из карманов своего безупречного пальто. - Я просто иду к своей машине. А вот ты, я смотрю, решила окончательно переселиться в грязь?
- Заткнись! - закричала я, от шагавшего навстречу гнева наступая на него. - Просто заблокируй свой рот и проваливай отсюда!
- Какая дикая, - его губы тронула холодная, язвительная ухмылка. Он окинул меня взглядом с ног до головы: размазанная кровь на губе, грязное худи, дикие глаза. - В холле тебя сливает Марк, а ты только и умеешь, что шипеть на тех, кто даже не пачкает о тебя руки. Ты беспомощна, Кира. И твой гнев выглядит смешно.
- Смешно?! - из моего горла вырвался хриплый, яростный смех. Я подошла к нему практически вплотную, чувствуя, как от ненависти к нему внутри снова закипает кровь. - Ты думаешь, ты лучше Марка? Да ты хуже его в тысячу раз! Он хоть не скрывает, что он тварь. А ты спрятался за своими деньгами, костюмчиком и ледяной рожей и мнишь себя хозяином мира!
Дамиан наклонился ближе, сокращая между нами расстояние до опасных сантиметров. Я ощутила холодный шлейф его дорогого парфюма и давящую, тяжелую ауру, от которой мурашки бежали по спине.
- Я не хозяин мира, - тихо, но со сталью в голосе проговорил он мне прямо в лицо. - Я просто не позволяю мусору влиять на мою жизнь. В отличие от тебя. Держись от меня подальше, Кира. Твоя паршивая энергетика меня утомляет.
- Я буду ненавидеть тебя до конца своих дней, Дамиан, - выплюнула я с такой яростью, что воздух между нами затрещал. - Запомни это. Я никогда не прощу тебе твоё равнодушие.
- Мечтай об этом сколько угодно, - с ледяным равнодушием отрезал он, отступая на шаг и разворачиваясь к своей машине. - Мне абсолютно всё равно.
Он ушел, даже не оглянувшись. Его шаги уверенно затихли в темноте парковой аллеи.
Я осталась стоять одна под лунным светом, тяжело дыша и сжимая кулаки до синяков. Взаимная ненависть между нами окончательно превратилась в тугую, натянутую до предела струну.
Он не знал, что под моим оверсайз-худи прячется сила Феникса. Я не знала его тайн. Нам казалось, что мы просто искренне, всем сердцем презираем друг друга, и так будет всегда.