Пробуждение феникса

Ночь не принесла облегчения.
Каждый раз, когда я закрывала глаза, передо мной вспыхивало заносчивое, безупречное лицо Дамиана и в ушах снова звучали его слова, сказанные в темноте парка: «Ты беспомощна, Кира. Твой гнев выглядит смешно».
Его ледяной тон въелся в мозг, подстегивая внутренний пожар. Всю ночь сила Феникса билась под рёбрами тяжелыми, болезненными толчками. Она больше не засыпала. Она требовала выхода, требуя сжечь и Марка, и Дамиана, и весь этот проклятый университет дотла.
К утру я была похожа на тень. Тёмные круги под глазами, разбитая губа, сжатые в кулаки дрожащие пальцы. Я снова натянула свое самое свободное худи с капюшоном, пряча руки глубоко в карманах.
- Ещё один день, Кира. Просто выдержи этот день, - прошептала я своему отражению в зеркале, хотя сама видела, как в глубине моих зрачков вспыхивают едва заметные золотые искры.
В университете атмосфера была накалена до предела. Шепотки и смешки преследовали меня на каждом шагу. Видео с вчерашней расправой в холле уже разлетелось по всем общим чатам. Студенты расступались перед моим приближением, но не из уважения или страха - а с брезгливым, жадным любопытством, ожидая нового зрелища.
И Марк не заставил себя ждать.
Я шла по узкому, мрачному коридору третьего этажа, когда пути назад мгновенно отрезали. Трое его подручных выросли за моей спиной, а сам Марк шаг за шагом приближался спереди, крутя на пальце тяжелый металлический кастет.
- Ну что, наша гордая дикарка сегодня снова без группы поддержки? - прошипел он, остановившись в паре метров. - Вчера ты как-то быстро сбежала. Нам с парнями показалось, что урок не усвоен.
- Отвали от меня, Марк, - мой голос прозвучал сухо и глухо.
Я старалась дышать ровно, но чувствовала, как кровь в венах начинает закипать. Внутренний огонь рванул вверх по пику гнева. Если он хотя бы пальцем тронет меня сейчас, я не удержу силу. Я выжгу этот коридор вместе с ними!
- Что ты сказала? - Марк мгновенно озверел.
Он сделал стремительный шаг вперед и со всей дури рванул меня за капюшон кофты, впечатывая спиной в жесткую кирпичную стену. Удар выбил воздух из легких. Кастет в его руке с глухим треском впился мне под рёбра, заставляя вскрикнуть от боли.
- Ты с кем так разговариваешь, тварь?! - взревел Марк, замахиваясь другой рукой, чтобы нанести удар по лицу. - Я из тебя всю спесь выбью!
Я закрыла глаза, чувствуя, как от бешенства барьер внутри меня рушится окончательно. Бело-золотое пламя рвануло к ладоням, готовое испепелить Марка прямо на месте.
Но удара не последовало.
Вместо звука драки коридор оглушил сухой, страшный ТРЕСК ломающейся кости и дикий, нечеловеческий вопль Марка.
- А-А-А-А-А-РГХ!
Я рывком открыла глаза.
Марк стоял на коленях перед человеком, который сжал его запястье. Его рука с кастетом была вывернута под неестественным, жутким углом.
Над ним, высокое и невозмутимое, как сама смерть, возвышалось темное силуэтное очертание Дамиана.
Он даже не изменился в лице. Всё тот же безупречный темно-синий костюм, идеальная укладка, ни единой эмоции на холодном лице. Но его пальцы сжимали запястье Марка с такой железной, нечеловеческой силой, что кости Марка буквально трещали под его хваткой.
- Дамиан... - прохрипел Марк, захлебываясь от боли и ужаса. - Ты... ты че делаешь?! Она же никто!..
- Ты шумишь, - ровно, почти шёпотом произнес Дамиан. В его голосе не было ярости - только ледяной, уничтожающий металл, от которого у всех присутствующих в коридоре пробежал мороз по коже. - Ты шумишь в моём присутствии уже второй день подряд. И меня это начинает раздражать.
Дамиан чуть сильнее сжал пальцы, и Марк уткнулся лицом в пол, сгибаясь от боли. Дружки Марка, еще секунду назад готовые нападать, в ужасе попятились назад. Никто в университете не рисковал переходить дорогу Дамиану.
Дамиан с брезгливостью разжал пальцы, отбрасывая руку Марка, словно грязную тряпку. Марк, скуля и прижимая сломанную кисть к груди, судорожно отполз назад, а затем его свита подхватила его и с позором утащила прочь по коридору.
Толпа глазеющих студентов мгновенно испарилась. В коридоре установилась мертвая, звенящая тишина.
Я стояла, прижатая к кирпичной стене, судорожно задыхаясь и пытаясь давить обратно рвущееся из ладоней пламя. Мои руки дрожали.
Дамиан медленно развернулся ко мне.
Он достал из кармана белоснежный платок и с отвращением вытер свои пальцы, будто прикосновение к Марку осквернило его. Затем он окинул меня этим своим невыносимым, изучающим и ледяным взглядом.
- Ты... зачем ты это сделал?! - выплюнула я, чувствуя, как вместо благодарности во мне с новой силой вспыхивает дикая, ядовитая ярость. - Я не просила тебя вмешиваться! Я сама бы с ним разобралась!
- Разбралась? - Дамиан сделал шаг ко мне, и его глаза сузились. - Ты стояла и тряслась, как загнанный зверь, Кира. Ты снова чуть не устроила здесь то, что не смогла бы объяснить.
Он впечатал ладонь в стену прямо над моей головой, заставляя меня вздрогнуть. Нас разделяли считанные сантиметры. От него веяло чистым, морозным холодом и тем опасным превосходством, от которого пламя Феникса во мне взбесилось еще сильнее.
- Я не прошу твоей защиты, Дамиан! - прошипела я прямо в его ровные, красивые губы, сжимая кулаки. - Я ненавижу тебя! Ты сделал это не ради меня, а ради своего завышенного самолюбия!
- Естественно, - его губы тронула ядовитая, отвратительно-красивая ухмылка. - Ты мне не нужна. Но смотреть на то, как какая-то дворняга ломает то, что должно ломаться со вкусом - выше моих сил. Держись от меня подальше, Кира. В следующий раз я ломать руки никому не стану.
Он оттолкнулся от стены, оправил лацканы пиджака и пошел прочь по коридору, оставляя меня в одиночестве с пылающим от гнева сердцем.
Я смотрела ему в спину, стискивая зубы до соленого вкуса крови. Наша ненависть переросла в опасную войну, где каждый шаг в сторону друг друга отзывался взрывом.
Но ни я, ни он еще не знали, сколько шагов нам придется сделать вместе, прежде чем эта взаимная вражда превратится в огонь, который спасет нас обоих.