По бескрайней пустоши

Джонни сидит в своем домике и что-то рисует карандашом на бумаге. Внутри довольно темно: лишь лучи солнца, проникающие сквозь узкое окно, освещают комнату.

– Привет, – сказал чей-то тихий голосок.

Джонни резко обернулся и вскрикнул, взяв в правую руку карандаш как оружие. В дверном проходе стояла Роза, которая, увидев эту картину, стала хихикать.

– Трусишка, – тихонько сказала она, заходя внутрь, – Да еще и рисуешь плохо.

– Это ты виновата! – возразил Джонни, – Я помял рисунок из-за тебя!

Он схватил мятый рисунок, порвал его, а обрывки бросил на пол.

– Прости, – сказала Роза и бросилась собирать куски бумаги с пола.

– Собирай, собирай… – сказал Джонни и широко расставил ноги перед сидящей на полу девушкой.

Роза, собрав порванный рисунок, подняла голову и увидела улыбающегося Джонни, который смотрел прямо на нее с широко расставленными ногами.

– Извращенец! – вскрикнула она и резко поднялась с пола.

– Да ты чего? – спросил он, – Я всего лишь на несколько лет младше тебя!

Обиженная девушка бросила обрывки бумаги прямо ему в лицо и вышла из дома. Она стала бродить по деревне из стороны в сторону, пока ее не прервал старец.

– Что с тобой, Роза? – спросил обеспокоенный Йозеф.

– Мне нужно подумать, – ответила Роза.

– Я давно уже не видел тебя в таком состоянии… Если тебе нужно подумать, то я могу тебе показать одно место, куда часто ходит Агнес. Хочешь?

– Конечно!

Йозеф провел Розу в дом с обрушенной крышей.

– Хорошего времяпрепровождения, – сказал он и удалился.

Она села на каменную плиту и осмотрелась. Это место… Оно вызывает такие мысли, которые еще ни разу не посещали твою голову и над которыми ты не заморачивался. Оно пробуждает те воспоминания, которые уже давно забыты или стерты твоим подсознанием для твоей же психической безопасности. Роза – не исключение. Зачем она вошла к Джонни? Какую цель она преследовала? Неужели она хотела наладить связь с самым мерзким и импульсивным членом группы, который еще не вышел из пубертатного периода? Почему он так с ней поступил? – это и так понятно: отсутствие какого-либо воспитания в пустыне, возраст и т.д.

Когда пища для мыслей кончилась, Роза вышла из думальни. Джонни сидел около входа в свой дом и рисовал на песке. Она прошла мимо и вошла в свой домик. Атмосфера внутри была уютнее, чем в остальных помещениях: на каменных стенах были выцарапаны какие-то рисунки, оставленные кем-то еще давным-давно, а над кроватью и вовсе висела пожелтевшая от старости картина с пейзажем горного озера. В дальнем от входа углу стояла кровать и прикроватный столик рядом с ней, на котором стояла деревянная рамка с чьей-то старой фотографией. Около входа стоял старый деревянный стол из светлого дерева со стулом. На столе лежало укулеле. Уютно в комнате Розы было оттого, что только она одна, путешествуя по пустыне, собирала разные вещи для интерьера и создания уюта.

Роза взяла со стола свое укулеле и заметила страшную, очень страшную вещь – одна струна была порвана. Она ахнула и прикрыла рот одной рукой. Слезы навернулись на глаза. Попытавшись вспомнить, рвала ли она струну, Роза потерпела неудачу. Может, кто-то другой ее порвал? А если так, то случайно, или специально? Это ей еще предстояло выяснить.

В этот момент со стрельбища вернулись Нед с Уиллардом. Роза встала в дверной проем и стала любоваться последним, совсем позабыв об утрате.

– Ну что, как результат? – спросила сидящая на крыше штаба Агнес.

– Гений, глаз-алмаз, орел! – восторженно сказал Нед.

– Что? – не расслышав переспросила Агнес, но в тот момент Нед с Уиллардом уже вошли внутрь.

Она быстро спустилась с крыши вниз.

– Так что, как он пострелял?

– Великолепно! – воскликнул Уиллард, расхваливая при этом самого себя.

– Да, – согласился Нед, – Лучше и не скажешь. Поразил все мишени.

– Все?! – удивилась Агнес.

Нед провел Уилларда в свою комнату, видимо, для разговора. Такого же, какой он совсем недавно проводил со Стэнли. Тут же на склад зашла Роза.

– Привет, – сказала она Агнес, – Ну что?

– Что «Ну что»?

– Что Нед сказал о незнакомце?

– Попал во все мишени, говорит.

«Бабочки в животе» появились у Розы. Она влюбилась в него?

«Бред, – подумала она, – Он меня на лет двадцать старше»

– Роза? – спросила Агнес.

– Да?

– Ты задумалась. Все нормально?

– Ах, да. Это пустяки.

Она уже даже и позабыла про порванную струну на укулеле. Уиллард занял слишком много места в её мыслях. Когда Агнес вновь поднялась на крышу, Роза невзначай встала у двери в комнату Неда, пытаясь подслушать. Но в этот момент дверь отворилась и она быстро отпрянула. Ее встретил Нед.

– Роуз? – спросил он, – Что ты здесь делаешь?

«Роуз?!» – мысленно возмутилась она. Ей нужно было придумать оправдание.

– Нед, мне нужна помощь, – уверенно сказала она, но вновь завидев Уилларда, проходящего мимо, она ушла в себя.

– Эй? – ткнул ее в плечо Нед. – Все нормально?

– Да… да, но мне нужна помощь – у меня порвалась струна.

– Как это… порвалась? – недоумевающе спросил Нед.

– Ну, порвалась. Её больше нет.

– И больше не будет… музыки? – отчаянно спросил он.

– Я могу играть и на трех струнах, но это уже будет не то…

– Не то, да…

Нед, почувствовав головокружение, прислонился к стене, чтобы не упасть.

– Эй, все хорошо? – спросила Роза, после чего помогла ему сесть.

Она присела на пол рядом с ним.

– Ничего, – сказала она, – Если в этой пустыне можно найти что угодно, то и струну будет найти несложно.

Иногда даже самым сильным и жестким людям нужен близкий человек, который сможет подбодрить тебя.

Наступил вечер. Уилларду выдали жилье – домик на окраине деревушки. Из мебели здесь был только стол со стулом и кровать без матраса

Он сидит за столом и в потемках пишет какое-то письмо, аккуратно выводя каждую букву. Вдруг кто-то стучится в дверь.

– Да-да, сейчас открою! – сказал Уиллард, после чего положил письмо на пол за столом, в самый угол, чтобы никто не заметил.

Встав из-за стола и открыв дверь, он увидел Розу. Она стояла перед ним, держа какой-то мешок в руках.

– Здравствуй, девица, что вы здесь забыли в столь поздний час? – спросил он слегка наигранным тоном.

– Здравствуйте, – робко сказала она, – Могу ли я…

– Войти? – Конечно! – он освободил проход и рукой пригласил ее внутрь.

Она не это имела ввиду, но все равно вошла.

– У меня тут не очень удобно, даже присесть-то особо негде! Извиняюсь за неудобства, но большего мне и не выдали.

– Можете не извиняться. У меня есть одно… предложение.

– Предложение? – недоверчиво спросил он, – Надеюсь, заманчивое?

– Конечно, – рассмеявшись, ответила Роза.

– Ну так выкладывайте. Что у вас на уме?

Роза положила на стол мешочек и вытащила из него набор для бритья.

– Могу ли я оказать вам услугу и… побрить вас?

Глаза Уилларда округлились. Этого он точно не ожидал.

– Да, – согласился он, – На моем лице уже повылазили ненужные волоски. Я, знаете ли, уже стал опасаться, что мне вновь придется убирать их самому, при этом калеча свою кожу, но раз уж так... я буду рад и признателен вам, если вы сделаете это.

– Тогда присядьте на стул, ближе к окну, чтобы было больше света.

Он пододвинул стул к окну и присел. На улице уже было довольно темно, поэтому это не сильно помогло. Роза подготовилась и приступила к работе.

– Знаете, это очень…

– Молчите! – крикнула она, но осознав, что слегка напугала собеседника, все же извинилась.

Бритье проходило медленно и аккуратно. Иногда Уиллард смотрел Розе прямо в глаза, что очень сильно её напрягало. После еще одного такого взгляда она неаккуратно провела бритвой и нанесла небольшой порез. Уиллард резко схватил ее за запястье руки, в которой она держала бритву, и сильно сжал.

Внутри у Розы все застыло.

– Простите, – испуганным голосом произнесла она.

Он отпустил ее руку.

– Это вы меня извините, – он покачал головой, – Я наверняка напугал вас…

– Ничего, это же я вас порезала.

– Нет-нет-нет! Это моя вина. Я напрягаю вас своим пристальным взглядом, это моя дурная привычка. В этой пустыне редко можно встретить нежную девушку, которой таким взглядом можно нанести вред.

Успокоившись, Роза продолжила аккуратно брить Уилларда.

– А усы оставить? – спросила она.

– Это моя фишка, – сказал Уиллард, – Но я уже давно подумываю сменить стиль. Брейте.

Она улыбнулась и стала сбривать его густые усы.

– Всё, – выдохнув, сказала Роза.

– Готово? – спросил Уиллард, после чего достал из своей, висящей на стуле куртки, небольшое зеркальце, чтобы посмотреть результат.

– Как вам?

– Боже мой! – воскликнул он, – Мне снова как будто двадцать пять!

Он повернулся в ее сторону и продолжил:

– Благодарю вас от всего сердца! Ох, почему же мы не встретились с вами раньше? – Он пододвинул стул обратно к столу, – Я бы возможно не был так изуродован всеми этими мерзкими шрамами, которые сам себе наносил все это долгое время.

Лицо Розы залилось краской от такой лести.

– Спасибо, – сказала она.

– Как вас зовут?

– Меня?

– Да, вас.

– Роза… я Роза. Вы спросили мое имя!

– Конечно, ведь кто бы так еще…

Не дав Уилларду договорить, Роза подошла к нему и поцеловала. Он удивился, но, быстро взяв себя в руки, обхватил ее и прижал к себе еще сильнее.

– Это было весьма неожиданно, но в тоже время ожидаемо, – сказал Уиллард.

Роза ничего не говорила и продолжала смотреть ему в глаза влюбленным взглядом.