По разные стороны сердца

Дождь начался ещё вечером и к ночи только усилился. Капли мерно били по стеклу, сливаясь в непрерывный шум, от которого мысли становились ещё громче. Амелия сидела на подоконнике, обхватив ладонями остывшую чашку чая, и смотрела в темноту за окном. Уже несколько минут она пыталась убедить себя, что сообщение, пришедшее час назад, не означает того, что она боялась предположить.

«Не стоит втягивать в это других.»

Она снова открыла переписку и перечитала последние сообщения. Никаких имён. Никаких объяснений. Только короткие фразы, каждая из которых оставляла после себя больше вопросов, чем ответов.

Особенно пугало то, что человек по ту сторону экрана знал о Софии.

Знал, что она рассказала ей.

Знал, что они говорили.

Знал даже то, что произошло в комнате.

Амелия отложила телефон и потёрла виски. Ей хотелось хотя бы на несколько часов перестать думать обо всём этом, но стоило закрыть глаза, как перед ней снова возникал отпечаток ладони на стекле и то последнее сообщение:

«Теперь можешь обернуться.»

Раздался стук в дверь.

Она вздрогнула и быстро выпрямилась.

— Кто там?

— Это я.

Услышав голос Джуда, Амелия почувствовала странное облегчение, которое тут же сменилось тревогой. После последних событий она уже не была уверена, что имеет право чувствовать себя спокойно рядом с ним.

— Входи.

Дверь открылась, и Джуд вошёл в комнату. В руках он держал тонкую папку, а мокрые волосы свидетельствовали о том, что он только что был на улице. Он бросил быстрый взгляд на Амелию и почти сразу заметил выражение её лица.

— Что случилось?

Амелия посмотрела на него поверх чашки.

— Ты когда-нибудь замечал, что каждый раз, когда спрашиваешь меня об этом, я уже знаю, что ничего хорошего не произошло?

Джуд едва заметно улыбнулся, но улыбка исчезла почти сразу.

— Значит, сегодня тоже?

— Сегодня особенно.

Он закрыл дверь и некоторое время стоял возле неё, словно решая, стоит ли вообще подходить ближе.

— Я принёс кое-что, что может тебе помочь.

Амелия посмотрела на папку.

— Что там?

— Документы.

— Какие?

— Связанные с твоей матерью.

Чашка в её руках едва заметно дрогнула.

— Где ты их нашёл?

— У человека, который когда-то работал с ней.

— И почему ты только сейчас решил мне их показать?

Джуд посмотрел на неё внимательно. В его взгляде появилось то выражение, которое Амелия уже научилась замечать: он что-то взвешивал, словно пытался решить, какую часть правды ей можно открыть.

— Потому что раньше я не был уверен, что тебе стоит это знать.

Она тихо усмехнулась и поставила чашку на подоконник.

— Ты знаешь, Джуд, иногда мне кажется, что все вокруг меня заключили негласное соглашение решать за меня, что мне стоит знать, а что нет.

— Я не все.

— Нет. Ты хуже.

Он нахмурился.

— Почему?

— Потому что тебе я доверяла.

Эти слова заставили его замолчать.

Амелия сама удивилась тому, как тяжело они дались ей. Она отвела взгляд, но было поздно — Джуд уже понял, что за её раздражением скрывается не злость, а обида.

Он медленно подошёл к ней.

— Я не хотел причинить тебе боль.

— А получилось именно это.

— Знаю.

— Тогда перестань решать за меня.

Джуд остановился напротив неё. Несколько секунд он ничего не говорил, а потом положил папку на стол.

— Хорошо. Сегодня я расскажу тебе всё, что знаю.

Амелия подняла глаза.

— Правда?

— Всё, что могу.

— Это не одно и то же.

— Я знаю.

Она внимательно смотрела на него, пытаясь понять, насколько искренним был его голос.

— Тогда начни с самого начала.

Джуд сел напротив неё и некоторое время молчал. Казалось, ему было трудно подобрать слова.

— Твоя мать помогла мне, когда я был ребёнком.

Амелия удивлённо нахмурилась.

— Ты никогда об этом не говорил.

— Потому что не видел причин.

— А теперь видишь?

— Теперь многое изменилось.

Он провёл большим пальцем по краю папки.

— Мне было одиннадцать. Я убежал из дома после ссоры с матерью. Думал, что смогу провести ночь где-нибудь один и вернуться утром. Твоя мать нашла меня возле магазина. Я промок до нитки и, если честно, выглядел ужасно.

На губах Амелии появилась слабая улыбка.

— С трудом представляю тебя в таком виде.

— Она тоже сначала смотрела на меня так, будто не знала, смеяться ей или ругаться.

— И что сделала?

— Купила мне горячий чай и отвезла домой.

— Просто так?

— Просто так.

Джуд ненадолго замолчал.

— Наверное, именно поэтому я её и запомнил. Она не задавала лишних вопросов. Не пыталась выяснить, почему я сбежал. Просто решила, что одиннадцатилетний ребёнок не должен сидеть один под дождём.

Амелия почувствовала, как внутри что-то болезненно дрогнуло.

— Она часто была такой.

— Я знаю.

Он посмотрел на неё.

— Поэтому, когда она попросила меня однажды присмотреть за тобой, я согласился.

Амелия замерла.

— Когда она попросила?

— Незадолго до своего исчезновения.

В комнате стало тихо.

— Почему она попросила именно тебя?

Джуд опустил взгляд.

— Потому что уже тогда понимала, что за ней кто-то следит.

— Кто?

— Она не знала.

— А ты?

— Я тоже.

Амелия внимательно смотрела на него.

— Тогда почему ты говоришь так, будто знаешь гораздо больше?

Джуд медленно выдохнул.

— Потому что после её исчезновения я начал искать ответы.

— И нашёл?

Он поднял глаза.

— Некоторые.

— Например?

— Комнату 317.

У Амелии внутри всё похолодело.

— Что с ней?

— Твоя мать использовала её для встреч.

— С кем?

Джуд не ответил сразу.

— С людьми, которым не доверяла.

Амелия нахмурилась.

— Тогда почему вообще встречалась с ними?

— Потому что иногда человек может не доверять кому-то и всё равно быть вынужденным с ним разговаривать.

— Ты говоришь загадками.

— Потому что пока сам не знаю всей правды.

Она отвернулась.

— А я думала, что хотя бы ты знаешь.

— Я тоже так думал.

Джуд поднялся и открыл папку. Среди документов лежало несколько старых фотографий. Одну он достал и протянул Амелии.

Она взяла снимок.

На нём была её мать, стоявшая возле машины. Рядом находился совсем юный Джуд.

Амелия долго смотрела на фотографию.

— Ты был рядом с ней в тот день?

— Да.

— Что произошло?

Джуд замолчал.

И именно это молчание заставило её насторожиться.

— Джуд.

Он поднял глаза.

— Что?

— Ты сказал, что расскажешь всё.

— Я помню.

— Тогда расскажи.

Он медленно сел обратно.

— В ту ночь я тоже был там.

Амелия почувствовала, как сердце болезненно ударило в груди.

— Где?

— Возле комнаты 317.

Она не сразу смогла ответить.

— Ты был там?

— Да.

— И почему я узнаю об этом только сейчас?

— Потому что твоя мать попросила меня никому не говорить.

— Даже мне?

— Особенно тебе.

Амелия резко встала.

— Она не могла попросить тебя скрывать это от меня.

— Почему?

— Потому что она знала, что я захочу знать правду.

— Именно поэтому и попросила.

Амелия отвернулась, чувствуя, как к горлу подступают слёзы.

— Что произошло той ночью?

Джуд долго смотрел на неё.

— Я приехал туда около одиннадцати.

— Зачем?

— Она позвонила мне.

— Что сказала?

— Что ей нужна помощь.

— И ты приехал?

— Конечно.

— А потом?

Он опустил глаза.

— Мы поссорились.

Амелия медленно повернулась.

— Из-за чего?

— Она хотела, чтобы я уехал.

— Почему?

— Сказала, что дальше справится сама.

— И ты уехал?

Джуд кивнул.

— Да.

— А потом она исчезла.

— Да.

Амелия смотрела на него, и теперь в её взгляде было уже не только недоверие.

Там был страх.

— Ты был последним человеком, который её видел?

Джуд не ответил.

Амелия почувствовала, как внутри всё оборвалось.

— Джуд...

Он поднял глаза.

— Я не знаю, была ли она одна после того, как я ушёл.

— Но ты был последним, кто видел её.

— Да.

Она медленно отступила.

— Почему ты никогда мне этого не говорил?

— Потому что боялся, что ты решишь, будто я виноват.

— А ты не виноват?

Вопрос вырвался раньше, чем она успела его остановить.

Джуд словно получил удар.

Несколько секунд он просто смотрел на неё.

— Нет.

— Тогда почему тебе так страшно, что я об этом подумаю?

— Потому что я сам каждый день задаю себе этот вопрос.

Амелия замолчала.

Он впервые выглядел не как человек, который знает ответы, а как человек, который много лет живёт с одним и тем же чувством вины.

— Я должен был остаться, — тихо сказал он. — Возможно, если бы я не ушёл, всё было бы иначе.

— Ты не мог знать.

— Но мог остаться.

Амелия хотела ответить, но в этот момент телефон на столе завибрировал.

Они оба посмотрели на него.

На экране высветилось новое сообщение.

Амелия медленно взяла телефон.

«Теперь спроси его, что произошло в 317-й комнате после полуночи.»

Она перечитала сообщение дважды.

— Джуд...

Он увидел экран и побледнел.

— Не отвечай.

— Почему?

— Потому что он хочет, чтобы ты задала этот вопрос.

— А если мне самой нужен ответ?

Джуд молчал.

Амелия почувствовала, как тревога сдавила грудь.

— Что произошло после полуночи?

Он закрыл глаза.

— Я не знаю.

— Ты врёшь.

— Нет.

— Тогда почему ты так испугался?

Джуд посмотрел ей прямо в глаза.

— Потому что после полуночи я вернулся.

Амелия застыла.

— Ты вернулся?

— Да.

— Зачем?

Он медленно подошёл к ней.

— Потому что понял, что не должен был её оставлять.

— И что ты увидел?

Джуд остановился совсем близко.

— Дверь комнаты 317 была открыта.

— А внутри?

Он замолчал.

— Джуд, что ты увидел?

— Ничего.

Амелия нахмурилась.

— Ничего?

— Комната была пустой.

— Тогда почему ты выглядишь так, будто увидел призрака?

Джуд отвёл взгляд.

— Потому что на полу лежал телефон твоей матери.

Амелия перестала дышать.

— И?

— На экране было открыто сообщение.

— Какое?

Он посмотрел на неё.

— Твоё имя.

Тишина стала почти оглушительной.

Амелия медленно села на кровать.

— Моё?

Джуд кивнул.

— Там было написано: «Если со мной что-нибудь случится, не позволяйте ему добраться до Амелии».

— Кому?

Джуд ничего не ответил.

— Кому, Джуд?

Он смотрел на неё так, будто понимал, что после следующей фразы назад дороги уже не будет.

— Я не знаю.

— Но ты догадываешься.

Он молчал.

Амелия закрыла глаза.

В голове всплыли сообщения, комната 317, отпечаток ладони на стекле, фотографии и теперь — Джуд, который оказался последним человеком, видевшим её мать.

А затем пришло новое сообщение.

«Ты всё ещё думаешь, что можешь ему доверять?»

Амелия медленно подняла глаза на Джуда.

Он стоял перед ней, совершенно неподвижный.

— Я хочу знать только одно, — прошептала она. — Ты когда-нибудь говорил мне правду?

Он долго смотрел на неё.

— Да.

— Всегда?

Джуд не ответил.

И этого молчания оказалось достаточно.

Амелия почувствовала, как внутри неё рушится что-то, чему она ещё недавно отчаянно хотела верить.

Но хуже всего было другое.

Несмотря на всё, что она только что узнала, ей по-прежнему хотелось подойти к нему.

Хотелось услышать, что он невиновен.

Хотелось поверить ему.

И именно это пугало её больше всего.