Песнь последней королевы.

Весна в этом году была тёплой.

Дворец просыпался вместе с садами: по утрам открывали окна, слуги выносили на террасы цветы, а в коридорах всё чаще пахло свежей травой и дождём.

Лиса любила это время.

Ей нравилось стоять у окна рано утром, когда дворец ещё не успевал наполниться голосами.

В такие минуты она могла представить, что находится не здесь.

Не в королевском дворце.

Не среди людей, которые постоянно чего-то от неё хотели.

А в том доме, о котором она когда-то рассказывала Намджуну.

Небольшом.

Тихом.

С садом.

С детьми.

И без короны.

Она положила ладонь на живот.

Последние несколько дней она чувствовала себя странно.

Усталость.

Лёгкое головокружение.

Иногда от запаха еды становилось неприятно.

Мира заметила это раньше неё.

— Ваше величество, вам стоит показаться лекарю.

— Мне просто нужно больше отдыхать.

— Вы говорите это уже третий день.

Лиса улыбнулась.

— Значит, мне действительно нужно больше отдыхать.

Мира посмотрела на неё внимательно.

— Вы ведь сами понимаете, что дело не только в усталости?

Лиса ничего не ответила.

Потому что понимала.

Но боялась поверить.

Лекарь пришёл ближе к полудню.

Он долго осматривал её, задавал вопросы, а потом попросил Миру выйти.

Лиса сразу поняла.

— Что?

Старик улыбнулся.

— Ваше величество, поздравляю.

Она замерла.

— Я беременна?

— Да.

Несколько секунд Лиса просто смотрела на него.

Она не чувствовала ни радости, ни страха.

Только какое-то странное тепло внутри.

Снова ребёнок.

Ещё один маленький человек.

Её ребёнок.

Она опустила взгляд на живот.

— Чонгук знает?

— Пока нет.

Лиса улыбнулась.

— Тогда я сама скажу.

Она нашла Чонгука вечером.

Он сидел в кабинете.

Перед ним лежали письма, карты и несколько документов.

— Ты занята?

Он поднял взгляд.

— Для тебя — нет.

Лиса вошла.

Закрыла дверь.

Чонгук сразу заметил её выражение лица.

— Что случилось?

Она подошла ближе.

— Я должна вам кое-что сказать.

Он отложил письмо.

— Говори.

Лиса положила руку на живот.

— У нас будет ещё один ребёнок.

Чонгук замер.

Он посмотрел на её руку.

Потом на неё.

— Ты беременна?

Она кивнула.

Несколько секунд он ничего не говорил.

А потом поднялся.

Подошёл к ней.

— Ты уверена?

— Лекарь сказал.

На его лице впервые за долгое время появилась настоящая улыбка.

Не политическая.

Не королевская.

Просто человеческая.

Он осторожно коснулся её руки.

— Намджун обрадуется.

Лиса улыбнулась.

— Очень.

— А ты?

Она посмотрела на него.

— Я тоже.

Чонгук кивнул.

— Тогда это хороший день.

Лиса тихо рассмеялась.

— Вы так говорите, будто подписали мирный договор.

— Для короля рождение ребёнка иногда важнее договора.

Она посмотрела на него.

— Иногда?

— Хорошо. Всегда.

Новость быстро распространилась по дворцу.

Намджун узнал первым среди детей.

Он ворвался в комнату матери настолько быстро, что Мира едва успела отойти от двери.

— Это правда?!

Лиса рассмеялась.

— Что именно?

— У меня будет брат или сестра?

— Почему ты решил, что именно брат?

— Потому что я хочу брата.

— А если будет сестра?

Он задумался.

— Тогда тоже хорошо.

— Очень великодушно.

Намджун подошёл ближе.

— Можно?

Лиса кивнула.

Он осторожно положил ладонь ей на живот.

Ничего не происходило.

Намджун подождал.

— Он меня слышит?

— Возможно.

— А если это она?

— Тогда она тоже тебя слышит.

Он улыбнулся.

— Привет.

Лиса почувствовала, как защемило сердце.

— Что ты ей сказал?

— Я сказал, что я её брат.

— Уже решил, что сестра?

— Не знаю почему, но мне кажется, что сестра.

Лиса посмотрела на него.

— А если их будет двое?

Намджун рассмеялся.

— Тогда я буду старшим братом сразу для двоих.

Прошло несколько месяцев.

Живот Лисы становился заметнее.

Она быстрее уставала.

Чонгук начал запрещать ей слишком долго гулять одной.

Она сначала возмущалась.

— Я не больна.

— Я знаю.

— Тогда зачем за мной ходят две служанки?

— Потому что ты беременна.

— Я беременна, а не сделана из стекла.

— Мне всё равно спокойнее.

Она посмотрела на него.

— Вы ужасно упрямы.

— Это ты заметила только сейчас?

Лиса улыбнулась.

И впервые за долгое время ей было легко рядом с ним.

Не романтично.

Не так, как в её мечтах.

Просто спокойно.

Он заботился о ребёнке.

Она видела это.

И этого было достаточно.

Однажды утром Лиса проснулась от музыки.

Не одной ноты.

Не обрывка.

Полной мелодии.

Она села на кровати.

Музыка была странной.

Сначала тихой.

Потом становилась светлее.

Лиса закрыла глаза.

«Две...»

Она задержала дыхание.

«Не одна.»

Сердце забилось быстрее.

«Два маленьких сердца...»

Лиса открыла глаза.

Она положила руку на живот.

— Двое?

Музыка продолжилась.

«Две девочки...»

Мелодия оборвалась.

Лиса сидела неподвижно.

Девочки.

Две.

Она даже не заметила, как улыбнулась.

Когда лекарь подтвердил, что детей действительно двое, Лиса несколько минут просто молчала.

— Две девочки, — повторила она.

Лекарь кивнул.

— Да, ваше величество.

Лиса положила руки на живот.

— Значит, их будет трое.

Намджун.

И две маленькие сестры.

Когда вечером он узнал, что его догадка оказалась правильной, он выглядел невероятно довольным.

— Я же говорил!

Лиса рассмеялась.

— Ты сказал, что будет одна сестра.

— Я чувствовал, что будут девочки.

— Каким образом?

— Не знаю.

Она посмотрела на него.

И вдруг на секунду замерла.

Лиса знала это ощущение.

Иногда люди говорили что-то случайное.

А потом оказывалось, что в этом была какая-то странная правда.

Она провела ладонью по волосам сына.

— Может быть, у тебя тоже есть свои маленькие тайны.

— Нет.

— Тогда хорошо.

Через несколько недель Намджун пришёл к Лисе с двумя листами бумаги.

— Что это?

— Имена.

Она улыбнулась.

— Ты уже придумал?

— Да.

— Для обеих?

— Конечно.

Лиса взяла первый лист.

На нём было написано:

Розэ.

Она посмотрела на него.

— Розэ?

— Да.

— Почему?

Намджун пожал плечами.

— Потому что это красивое имя.

Он протянул второй лист.

Дженни.

Лиса прочитала.

Потом снова посмотрела на сына.

— А это?

— Второе.

— Ты долго думал?

— Очень.

— Почему именно эти?

Намджун задумался.

— Не знаю.

Он улыбнулся.

— Просто когда я их произношу, кажется, что они уже настоящие.

Лиса почувствовала тепло в груди.

— Розэ и Дженни.

Она произнесла имена вслух.

Медленно.

Будто пробовала их на вкус.

— Мне нравится.

Намджун просиял.

— Правда?

— Правда.

— Тогда всё.

— Что «всё»?

— Теперь у них есть имена.

Лиса рассмеялась.

— Ты решил всё за всех.

— Я старший брат.

Чонгук сначала удивился выбору.

— Намджун сам придумал?

— Да.

— И ты согласилась?

— А почему нет?

Он посмотрел на неё.

— Ты не хочешь выбрать сама?

Лиса улыбнулась.

— Мне нравится, что имена выбрал он.

Чонгук задумался.

Потом кивнул.

— Тогда пусть будут Розэ и Дженни.

Намджун, стоявший неподалёку, сразу улыбнулся.

— Правда?

— Да.

— Значит, официально?

Чонгук усмехнулся.

— Официально.

Мальчик убежал.

Лиса посмотрела ему вслед.

— Он счастлив.

— Да.

Чонгук подошёл к ней.

— Ты тоже?

Она кивнула.

— Очень.

Он посмотрел на её живот.

— Розэ и Дженни.

Лиса улыбнулась.

— Звучит красиво.

В тот вечер Лиса вышла в сад.

Намджун сидел рядом.

Он положил голову ей на плечо.

— Мама.

— Да?

— А когда они родятся, я смогу держать их?

— Конечно.

— Даже если они будут маленькие?

— Особенно тогда.

Он улыбнулся.

— Я буду их защищать.

Лиса посмотрела на него.

— Только не думай, что теперь ты должен стать взрослым.

— Но я старший.

— Это не значит, что тебе нельзя оставаться ребёнком.

Намджун задумался.

— А ты останешься моей мамой?

Лиса тихо рассмеялась.

— Конечно.

— Даже когда они будут?

— Даже тогда.

Он снова положил голову ей на плечо.

Сад был тихим.

Вечернее солнце медленно уходило за стены дворца.

Лиса закрыла глаза.

И впервые за долгое время не услышала никакой песни.

Только смех Намджуна.

Тихий шелест деревьев.

И далёкий звон воды в фонтане.

Она положила ладонь на живот.

Там были две маленькие девочки.

Розэ.

Дженни.

И рядом был их старший брат.

На несколько минут Лиса позволила себе поверить, что этого достаточно.

Что судьба может быть милосердной.

Что её маленькая семья однажды действительно сможет жить в доме с садом.

И что никто не отнимет у неё эту тишину.