Немая невеста

Машина Минхо бесшумно скользила по мокрым улицам Сеула. Дождь начался сразу после того, как они покинули особняк Хванов, и теперь капли стекали по стеклу, искажая огни города за окном. Сынмин сидел на пассажирском сиденье, глядя вперёд, и молчал. Минхо сжимал руль так, что побелели костяшки, и смотрел на дорогу с такой ненавистью, будто это асфальт был виноват во всём.

- Феликс - козёл, - сказал Минхо резко, нарушая тишину. Его голос был хриплым, с металлическими нотками, которые не сулили ничего хорошего.

Сынмин медленно повернул голову и посмотрел на него с привычной холодной отстранённостью.

- Ты только сейчас это понял? - спросил он спокойно. - Он бросил сестру в подвале, улетел в США, даже не попрощавшись. Козёл - это слишком мягкое слово для него.

Минхо ударил ладонью по рулю, и машина на мгновение вильнула в сторону.

- Я должен был догадаться! - выкрикнул он, не повышая голоса, но в его голосе было столько ярости, что Сынмин инстинктивно отодвинулся к двери. - Он всегда был слабым. Всегда искал, куда бы сбежать, когда становилось трудно. Но я не думал, что он бросит Хёну. Она же его сестра! Его кровь!

Сынмин молчал, давая Минхо выговориться. Он знал, что брат Хёны не просто злится - он разбит. Разбит предательством, бессилием и чувством вины, которое грызло его изнутри.

- Что я теперь скажу ей? - продолжал Минхо, глядя на дорогу. - Она в доме этого монстра, связана браком по расчёту, а единственный брат, который мог бы её спасти, сбежал за океан, потому что ему было страшно. Как я посмотрю ей в глаза?

Сынмин вздохнул, поправил очки и заговорил ровно, без тени сочувствия:

- Ты скажешь ей правду. Что Феликс предал её. Что он трус. Что теперь ты будешь бороться за неё один. И что ты не сдашься.

Минхо усмехнулся - горько, почти зло.

- А если я проиграю?

- Тогда ты проиграешь, - сказал Сынмин, и в его голосе появилась сталь. - Но ты будешь знать, что сделал всё возможное. Это больше, чем может сказать о себе Феликс.

Дождь усилился. Дворники едва справлялись с потоками воды, и за окном всё расплывалось в серую пелену. Минхо смотрел на дорогу, и внутри него постепенно утихала ярость, уступая место холодной решимости.

- Ты прав, - сказал он тихо. - Я не сдамся. Даже если придётся уничтожить всех, кто встанет на моём пути.

Сынмин кивнул, отворачиваясь к окну.

- Всё будет хорошо, Минхо. Может быть, не сегодня. Но будет.

Они ехали в тишине, под шум дождя, и каждый думал о своём. О Хёне, о Феликсе, о том, что мир никогда не будет прежним. И только впереди, в темноте ночи, горели огни города, равнодушные и вечные, как сама судьба.