missing you, but working / kuertov

Дарина сидела на стуле, теребя край своей кофты. Тишина между ними была тягучей, но не такой тяжёлой, как раньше. Она смотрела на Влада, на его бледное лицо, на гипс, на капельницу, и внутри всё переворачивалось от нежности и боли.

— Ты может кушать хочешь? — спросила она тихо. — Врач сказал, что нужно. Ты скажи, я схожу, найду, принесу.

Влад поднял на неё глаза. В них была усталость, но и что-то тёплое.

— Если не сложно, — ответил он почти шёпотом.

— Ты бы что хотел? — спросила она, уже вставая.

— Что-то лёгкое, — пожал он плечами и поморщился от боли. — Суп какой-нибудь. Или салат. Что там есть.

Дарина кивнула и вышла из палаты, оставляя его одного.

Он лежал, глядя в потолок, и чувствовал себя полным идиотом. Она здесь. Она пришла. Она сидела рядом. А он всё ещё не знал, что делать. В голове была каша, в груди — боль, а сердце билось так сильно, что, казалось, выпрыгнет через рёбра.

В палату зашёл Леша. Увидев задумчивое лицо друга, он усмехнулся и плюхнулся на стул.

— Хочешь, я тебя поразвлекаю, пока твоя Дарина ушла? — спросил он с лёгкой улыбкой.

— Она не моя, — тихо ответил Влад, отводя взгляд.

Леша закатил глаза:

— Влад, вы че, не помирились, что ли?

— Нет, — сухо ответил Влад.

— Влад, ты дебил, — выдохнул Леша, но без злости. — Она здесь сидит, рыдала всю ночь, приехала с документами, кормить тебя собралась, а ты говоришь «она не моя»?

Влад молчал. Он смотрел в стену и думал. И вдруг в голове что-то щёлкнуло.

— Леш, — сказал он, поворачивая голову, — ты мог бы сходить в цветочный быстро? Купить цветов и вернуться до прихода Дарины?

Леша удивлённо поднял бровь:

— А какие предпочтения по букету?

— Маленький, — сказал Влад. — Не сильно наглый. Просто светленький и красивый. Как она.

Леша усмехнулся, кивнул и вышел из палаты.

Она пришла через пять минут после того, как Леша ушёл. В руках у неё был поднос с тарелкой лёгкого супа и стакан компота. Она поставила всё на тумбочку, села рядом и посмотрела на Влада.

— Давай попробуем, — сказала она мягко.

Влад попытался взять ложку сам, но его рука дрогнула, и он чуть не опрокинул тарелку.

— Чёрт, — выдохнул он, размазывая суп по подносу.

Дарина тихо вздохнула и взяла ложку в свои руки.

— Давай я помогу, — сказала она, и в голосе не было жалости. Только забота.

Влад хотел возразить, но не смог. Он просто открыл рот, когда она поднесла ложку к его губам. Первый глоток был тёплым. Вкусным. И таким родным, что у него защипало в глазах.

— Спасибо, — сказал он тихо.

Она кормила его. Молча. Аккуратно. Каждый раз, когда она подносила ложку, их глаза встречались, и оба чувствовали что-то, что не могли выразить словами.

В этот момент в палату тихо зашёл Леша. За его спиной был букет — маленькие белые полевые цветы, перевязанные бечёвкой. Увидев, что Дарина уже здесь, он спрятал их за спину и вопросительно посмотрел на Влада.

Влад незаметно кивнул, показывая глазами, чтобы Леша подошёл и отдал букет.

Леша бесшумно подкрался к кровати, передал букет Владу и так же тихо, как пришёл, исчез за дверью.

Дарина ничего не заметила. Она была сосредоточена на том, чтобы покормить его.

— Я больше не хочу

— Ладно, — сказала она. — Давай, я поставлю тогда на тумбочку.

Но Влад не дал ей уйти. Он протянул руку и вложил в её ладонь букет.

— Это тебе, — сказал он смущённо. Голос дрогнул, но он старался держаться.

Дарина уставилась на цветы. Маленькие, нежные, белые. Он помнил, что она любит такие — без помпезности, без кричащих красок. Просто цветы. Как она сама.

— Влад... — выдохнула она, и на её глазах выступили слёзы. — Спасибо.

Она даже улыбнулась. Впервые за этот год — той настоящей, тёплой улыбкой, которую он так любил.

— Это, конечно, не перебьёт всё то говно, что я натворил, — сказал он тихо, избегая её взгляда. — Но просто... хотел сделать тебе приятно.

Дарина сжала букет в руках и хотела что-то сказать, но Влад продолжил. Голос его стал твёрже, но в нём была боль.

— Дарин, не надо. Не нужно. Я не достоин тебя. Я поменялся, да. Я научился расставлять работу и дом. Но это не значит, что я стал другим человеком. Я всё тот же мудак, который сделал тебе больно. Я хочу, чтобы ты была счастлива. А я... я боюсь, что не смогу дать тебе этого. Что снова облажаюсь. Что ты снова будешь плакать по ночам.

Она смотрела на него, сжимая цветы, и не могла вымолвить ни слова.

— Дарин, едь домой, — сказал он, и голос его сорвался. — Прости, что заставил тебя волноваться. Но правда... не нужно тебе со мной возиться. Ты заслуживаешь лучшего.

Тишина повисла в комнате.

Дарина посмотрела на него. На его бледное лицо, на руки, которые не могли держать ложку, на глаза, полные боли и любви, которую он не позволял себе показывать. И внутри что-то оборвалось.

Она аккуратно поставила букет на тумбочку рядом с недоеденным супом. Встала. Посмотрела на него ещё раз. И, не сказав ни слова, развернулась и вышла.

Она ушла молча. Не поворачиваясь. Даже не взяв цветы, которые он подарил.

В палату залетел Леша. Его лицо было красным от злости и разочарования.

— Ты настолько долбаёб, или притворяешься? — выпалил он, глядя на Влада, который лежал с закрытыми глазами.

Влад не ответил.

— Влад! — Леша подошёл к кровати. — Она вышла от тебя с таким лицом, что я чуть не побежал за ней. Что ты опять ей сказал?!

— То же, что и всегда, — тихо ответил Влад. — Что я не достоин. Что ей не нужно со мной возиться. Что она заслуживает лучшего.

Леша закрыл глаза и медленно выдохнул. Потом сел на стул и взял ложку, чтобы докормить друга.

— Ты идиот, — сказал он спокойно, но в голосе была сталь. — Она тебя любит. Она носится с тобой, как с писаной торбой. Она здесь сидит, плачет, молится за тебя. А ты её отшиваешь.

Влад открыл глаза. В них была тоска.

— Я не хочу, чтобы это было из-за жалости, Леш, — сказал он тихо. — Я хочу вернуть её по-человечески. А не так, чтобы она сидела здесь ночами и няньчилась со мной. Это неправильно.

— Влад, — Леша наклонился ближе, — она не из жалости здесь. Это называется забота. Она здесь, потому что любит тебя. Всегда любила. А ты сейчас делаешь только хуже.

— Она даже цветы не забрала, — горько усмехнулся Влад.

— Влад, — вздохнул Леша, — я бы тоже не забрал. После того, что ты сказал, она, наверное, чувствует себя ненужной. Ещё раз. Ты её просто выгнал. Снова. Ты же видишь, в каком она состоянии.

Влад замолчал. Смотрел в потолок и думал.

— Тебе нужно нормально объясниться перед ней, — продолжил Леша. — Напиши ей. Позвони. Сделай что-нибудь. Потому что она сейчас не в лучшем состоянии вышла из твоей палаты. Я видел её глаза.

— Я знаю, — выдохнул Влад. — Я знаю, что я мудак. Я подумаю. Я сам разберусь.

Леша кивнул и начал кормить его, но в воздухе повисла тяжёлая тишина. Каждый из них думал о своём. О том, как всё могло быть иначе. О том, как трудно признавать свои ошибки. И о том, что у них ещё есть шанс.

Если Влад не проебет его окончательно.