ПУТЬ СКВОЗЬ ТУМАН

Ямы Чонгука, остров Дохлый Кит. Владения пиратов

Увидев типа, держащего Дженни за руку, я сперва испытал укол ревности. А следом пришло узнавание. Лощеный хмырь победно ухмылялся, на его запястье вспыхнули магические искорки. Я несся к Дженни, понимая, что еще мгновение и инквиз выпустит смертельную удавку. Но не успел.
Внезапно все потонуло в безумном грохоте.
Я дотронулся до уха, а потом взглянул на пальцы, на которых отпечаталась алая кровь. Бездонная тишина, последовавшая за оглушительным грохотом, давила так сильно, что я не мог расслышать даже собственных слов. Вокруг началась давка – зрители суетливой рекой хлынули к выходам из зала. Кто-то кричал, беззвучно открывая рот, кто-то, как и я, растирал уши... Люди толкались, расчищали себе путь кулаками и локтями. А с появлением стелющегося по полу тумана паника усилилась. В толпе стали вспыхивать рубиновые грозовые разряды – стремясь выбраться из ям, пираты не жалели своих артефактов и шли напролом. Наравне с алыми искрами мелькала и сталь мечей. Ужас. Хаос. Смерть.
Только теперь я понял, на что намекал Чонгук и почему велел сделать этот вечер таким зрелищным, какого еще не видел этот мир. Владелец ям не спешил делиться со мной всеми подробностями своих планов, лишь ставил конкретные задачи всем участникам переворота. Единственное, что я точно знал, – сегодня Дохлый Кит поменяет своего хозяина. И за это знание я заплатил клятвой молчания, замешанной на собственной крови.
Свою задачу я выполнил – интригу создал, антураж организовал, Крэйга заинтересовал. Ведь властелин острова давно перестал посещать бои в ямах, чужая смерть ему наскучила. Гораздо интереснее ему было наблюдать за ужасом в глазах просителей, когда за мелкие пожелания он одним лишь взмахом руки отправлял тех на смерть.
Но сегодня Крэйг занимал почетное место на трибунах и с нескрываемым азартом наблюдал за пародией на женский волейбол. Именно что пародией. Иначе происходящее на арене я назвать не мог. Как бы я ни старался, ни готовил зал и распорядителей – все равно игра превратилась в бабьи драки. Но основную свою функцию бешеные фурии выполнили – выманили Крэйга из его неприступной крепости.
Единственное, что бесило меня, – наличие Дженни на арене. Чонгук тоже не хотел рисковать ведьмой. Но цепочка «Крэйг – хозяин острова, Райдонс – друг Крэйга, Райдонс придет за Дженни» увеличила шансы на то, что Крэйг составит компанию Райдонсу. Плюс распространение новостей о том, что сегодня в ямах будет «пушка-огонь-ракета»...
Я бросил взгляд на места, где минутами ранее восседала власть и иже с ней. Там, похоже, творилось какое-то сложное колдунство – вспышки алых молний переплетались с вихрящимися в воздухе снежинками, а пару человек и вовсе пришпилило к спинкам кресел огромными сосульками.
«Силен драконище!»
Чонгук со своими бойцами больше не таился – в открытую рубился с охраной Крэйга. Сам же властелин острова отступал в сторону коридора, ведущего в его замок. Одной рукой он держался за бок.
«Значит, ранен».
У коридора тоже шла потасовка – подручные Чонгука блокировали отступление Крэйга. Сам же Крэйг не скупился на атаки, то и дело посылая в людей мощные грозовые разряды, после которых от человека оставалась горстка пепла. Рядом с Крэйгом бился Райдонс. Судя по всему, вынужденный дефицит девственниц в его жизни и правда сказывался на его боевой мощи.
«Ну Чон, ну чертяка, и тут подгадал. Улучил идеальный момент!»
Противники Заката должны были бы по идее вспыхивать факелами и затем тоже осыпаться пеплом. Но они лишь хватались за горло, словно начинали задыхаться, а дракон пользовался моментом и обрывал жизни острыми длинными когтями.
Я продирался против людского потока, туда, где в последний раз видел Дженни. Щемящее беспокойство пульсировало в венах, отдаваясь неровным гулом в висках.
– Черт, черт, черт! – выкрикивал я, не слыша себя. – Дженни! Твою-то налево! Ты где?!
Я осматривал эту часть трибун, искал ярко-алый всполох платья среди серой людской массы. Но ее нигде не было, как и инквиза. Впрочем, последнему затеряться в бушующей толпе было несложно. Вопрос лишь в том, потащил ли он ведьму за собой, чтоб свершить свое извращенное правосудие вдали от обезумевшей толпы, или по-простому придушил Дженни за ближайшим поворотом.
Рубиновая вспышка привлекла мое внимание – это Крэйг опустошил один из своих накопителей-артефактов и пробил себе путь в спасительный коридор. Я осознал одно – если главному пирату удастся пережить эту ночь и удержать власть, то это конец. В первую очередь, конечно, для Чонгука. Но вместе с ним и для всех остальных, причастных к попытке переворота.
«Для меня, Дженни, Лалисы... для всех нас!»
Не переставая оглядываться по сторонам и искать Дженни, я все же побежал в коридор, в котором скрылись Крэйг, его приспешники, а также их преследователи.
Вскоре я нагнал Чонгука. С ним был Рори, бойцы из ям и... эльфы. Они выстраивали линию защиты, удерживая над головами едва заметные глазу, почти прозрачные щиты, щедро обсыпаемые багрово-алыми искрами противника. Джин коротко кивнул мне и что-то сказал.
– Я нифига не слышу, – выкрикнул в ответ. – Но я рад тебя видеть, Джин. – Затем повернулся к Чонгуку. – Дженни нигде нет. В последний раз я видел ее во-о-он там и рядом с ней был инквиз из Рогранта.
Ответа я, ясное дело, не расслышал, но то, как сверкнул единственный глаз, целиком и полностью поясняло, как и в каком темпе циклоп будет сворачивать шею лощеному хмырю.
Джин опустил руку, сбросив на время свой щит и ударил в меня волной магии. Я тут же поперхнулся воздухом, а потом почувствовал, как первые звуки проламывают кокон давящей тишины.
– И не надо так орать, – донеслись до меня его слова.
– Звезды! Кажется, и я оглох от его воплей, – произнес другой эльф.
– Да он просто себя не слышал, вот и орал, – отозвался третий и обернулся к послу. – Tira ten' rashwe![24]
Джин едва успел восстановить свой щит, как над головами взорвался сноп алых искр. Мне показалось, что на миг я перенесся в свой мир и очутился в трансформаторной будке, потому как вокруг гудело, трещало и щелкало. Но в этот раз к стрекозам звуки не имели никакого отношения.

Рубиновый маяк, остров Дохлый Кит. Владения пиратов

Длинная анфилада осталась позади вместе с трупами – и наших, и пиратов. На лестнице, ведущей вверх, наступление давалось тяжелее из-за отсутствия маневренности. Здесь пришлось оставить двух раненых эльфов и с десяток погибших бойцов. Оставшийся от них пепел неприятно скрипел под подошвами, но Чонгук упрямо вел вперед остальных. Каждый понимал, что сдаться сейчас равносильно смерти. Нужно идти до конца, каким бы он ни был и сколько бы ступеней ни покрылось пеплом. На нашей стороне была внезапность, наглость, ранение Крэйга, сплоченность разношерстной команды.
Все это привело нас на самый верх башни – святая святых замка Крэйга. Именно здесь раньше находился потухший маяк вымерших грозовых драконов, о котором все говорили не иначе как с придыханием. Крэйг никого не допускал на самую вершину, устроив здесь свои личные покои.
Высокие, этажа в три, стены заканчивались перфорированной крышей, будто предназначенной лишь для создания легкой тени и защиты от посторонних глаз, но не от буйства погоды. В каменном полу лучами расходились желобки для отвода дождевых вод. Просторное помещение с одного бока было и вовсе открыто – там наружу выходила площадка без ограждения. Смотровой ее было сложно назвать, скорее, она больше походила на взлетную. В центре этого «актового зала», прямо в полу располагалась идеально круглая, чуть выпуклая, черная поверхность. Она, словно гладь озера, отражала свою сестру-близнеца – огромную черную «шайбу», что как по волшебству висела в воздухе четко над ней. Хотя почему «как» – даже мне, полному профану в магии, было понятно, что эти черные штуковины – жутко опасные. Тем более что с одного края верхнего «блина» свисал небольшой темно-бордовый сталактит, внутри которого отчетливо сверкали алые молнии. Воздух вокруг него трещал и пах дождем и озоном.
– Сердце Грозы! – выкрикнул Рори и тут же припал на одно колено, сраженный магическим ударом. Он затрясся и закашлялся, но попадание гудящего разряда прошло по касательной благодаря одному из эльфийских щитов.
«Какая романтика! – успел саркастично подумать я. – Сердце, которое больше похоже на две подгоревшие оладьи и нарывающий фурункул».
К краю верхней шайбы была по-простому приставлена стремянка, на верхней ступени которой сейчас находился Крэйг. Он что-то шептал и производил пасы своими окровавленными руками, пытаясь сладить с древним драконьим артефактом.
Чонгук командовал атакой, а я держался позади, как и положено иномирянину без опыта. Только и успевал выкрикивать заветное слово-вышибалу, отбрасывая то одного, то другого пирата:
– Raasmiou naasliolerii!
Волшебное слово Ноара работало через раз, но благодаря исцеляющей волне Джина больше не высасывало все силы разом. Хотя меня все же подташнивало от напряжения. Тем не менее тыл я вместе с раненым Рори удерживал.
А еще я постоянно вертел головой, пытаясь не пропустить очередной удар или грозовой разряд, но при этом рассмотреть загораживающую подход к «Сердцу Грозы» золотую махину, – размером со слона, но с крыльями. Когда еще вживую дракона увидишь?
Чонгук выпустил ледяную волну, которая острыми клинками столкнулась с золотисто-оранжевой чешуей Райдонса, стоящего на пути к Сердцу и проминающего эльфийские щиты опаляющим магическим жаром. Зверя смело́ в сторону, с громким треском приложило головой об «озерную гладь» – странный черно-глянцевый блин на поверку оказался весьма твердым. О чем свидетельствовали громко клацнувшие зубы Пламенного Заката. На полу вокруг него валялись выбитые чешуйки и осколки льда, которые стремительно таяли. Утробный рык раненого дракона разнесся над башней.
Воспользовавшись освободившимся пространством, все бойцы Чонгука на долю секунды слаженно расступились, открыв путь Джину. Он чуть подпрыгнул и прицельно запустил магическим сгустком в Крэйга.
Властелин острова в ускоренном темпе тянул магию из сверкающего бордового сталактита, насыщая свой опустевший резерв и многочисленные артефакты. В самый последний момент Крэйг выпустил бордовый грозовой жгут, оплел им Кнута Нам-Бо и прикрылся его огромной тушей. Видимо на полноценный щит у Крэйга грозовой магии не хватало. Кнута развеяло в воздухе белой пыльцой, густо пахнущей жасмином.
Эльфы снова сплотили щиты, отбиваясь от вражеских мечей, одновременно они пели витиеватые песнопения-заклятия и подпитывали Джина, готовящегося к повторному удару. Чонгук мечом и магией держал левый фланг. Его натренированные бойцы валили свиту Крэйга разящими взмахами клинков.
– Тэхен! – раздался за спиной выкрик.
Я обернулся в тот момент, когда с лестницы на площадку вывалились Лалиса и Дженни. Раскрасневшиеся, взмыленные, потрепанные. В один миг я испытал всю гамму чувств, от радости до злости. Дженни выжила, каким-то чудом отделалась от инквиза, но сейчас на девушек кинулись пираты.
– Raasmiou naasliolerii!
Первого нападающего смело в сторону взлетной площадки, и далекий крик оборвался всплеском моря.
Кособокий огненный шар, дергающийся словно в эпилептическом припадке, сорвался с пальцев Лалисы – один из пиратов вспыхнул факелом, а к не сочетаемой смеси озона и жасмина добавился запах паленой шерсти.
Двое пиратов крючились в болезненных спазмах, держась за животы. Третий громко икнул, но взмахнул мечом над головой Дженни.
Я снова выкрикнул:
– Raasmiou na...
Мощный удар обрушился на меня со спины, буквально прибив к полу. Не успев подставить даже ладони, я больно приложился лбом и носом. Казалось, даже сознание вышибло на краткий миг.
– Raas... – вновь прошептал я, глядя, как Дженни увернулась от меча и прижалась к Лалисе спина к спине, как сыплются проклятия с ее губ, как непослушные огненные всполохи срываются с рук Лалисы. – ...miou...
Меня дернули за ногу и поволокли. Пропахав щекой по каменному полу, я извернулся и, оказавшись на спине, вонзил кинжал в чешуйчатый хвост, болезненно сдавливающий кольцами бедро. Сталь звякнула, соскальзывая. Новые и новые удары не причиняли шкуре Райдонса вреда. Он подтянул меня к себе и замахнулся когтистой лапой. Я едва успел увернуться. Длинные блестящие когти проскрежетали по черной поверхности, словно по стеклу. Чешуйчатая рожа скривилась от мерзкого звука. Но в янтарных глазах с вытянутым зрачком полыхала ярость, направленная именно на меня. Как будто...
«Будто почуял, из-за кого именно ему не досталась Дженни», – промелькнула мысль, пока я перекатывался, уходя от очередного удара.
Мощные лапы таранили черную гладь, пытаясь попасть по мне, извивающемуся ужом.
– Raasmiou naasliolerii! – выкрикнул я, но зверюга лишь слегка покачнулась и клацнула зубами там, где только что была моя голова.
Улучив возможность, я пырнул Заката в то место, откуда уже торчала одна из тающих сосулек Чонгука. Остатки льда хрустко лопнули, пропуская лезвие глубже в плоть.
Закат взревел, в его зобу заклокотало, будто в жерле вулкана. Я чувствовал острое желание зверя спалить все вокруг.
Кто-то именно это и проорал:
– Жги их, Закат!
Яростный огонь плескался в янтарных глазах дракона. Разинутая пасть ощерилась острыми зубами. Воздух вокруг стремительно раскалялся.
Я почувствовал, как кожа начала покрываться болезненными волдырями и ожогами.
...и сильнее надавил на кинжал.
Видел, как Лалису сзади обхватил пират, и она, не глядя, голыми руками потянулась назад, вцепилась ногтями в перекошенное лицо, выжигая плоть до самого черепа прямым огнем.
...и продолжал давить – лезвие погрузилось в драконье тело по самую рукоять.
Видел, как стоит на коленях бледная Дженни с разбитым носом, но упрямо шепчет проклятия, осыпая противников, давая возможность «нашим» улучить момент для смертельного удара.
...и провернул кинжал в теле зверя.
Видел, как рубиновый всполох молний отразился в стали длинных драконьих когтей, занесенных над моей головой...

24.Берегись! (пер. с эльфийского)