Корпорация "Перезагрузка". /ЗАВЕРШЕННО/

Прошла еще одна неделя. Жизнь в маленькой хрущевке окончательно вошла в стабильное, теплое русло. Намджун продолжал пахать на складе «Fresh Express», беря дополнительные часы, чтобы полностью перекрыть их бюджетные потребности. Мирэ, как и обещала, взяла на себя весь «тыл»: она виртуозно вела учет каждой воны, поддерживала в квартире идеальный порядок и готовила потрясающие обеды из самых простых продуктов.

В субботу Намджуна поставили в тяжелую двойную смену — склад затапливало заказами перед грядущими праздниками. Он ушел еще в четыре дня, забыв на кухонном столе свой контейнер с обедом, который Мирэ заботливо приготовила для него.

— Ну какой же ты рассеянный, директор Ким, — ласково проворчала Мирэ, обнаружив пластиковый бокс на кухонной тумбе. Внутри был аккуратно уложен теплый жареный рис с мясом и свежие овощи.

Посмотрев на часы, которые показывали уже девять вечера, Мирэ решительно накинула свою черную толстовку. Намджун работал без продыху, и остановить логистический процесс ради голодного желудка он бы точно не догадался. Она решила поехать прямо к нему на склад в Тобонгу.

Логистический хаб встретил Мирэ оглушительным ревом моторов, скрежетом гидравлических подъемников и криками бригадиров. Огромный бетонный ангар был залит резким, мертвенно-белым светом люминесцентных ламп. Повсюду сновали мужчины в грязных рабочих жилетах, перетаскивая огромные деревянные поддоны с коробками.

Мирэ шла по проходу, крепче прижимая к себе пакет с домашней едой. Ей было непривычно и немного жутко находиться в таком суровом, чисто мужском пространстве.

Она завернула за угол длинного стеллажа с бакалеей и наткнулась на зону погрузки. Сердце Мирэ болезненно сжалось, когда она увидела Намджуна. Он стоял у огромной фуры, закидывая тяжеленные ящики со стеклянной тарой внутрь прицепа. Его простая серая футболка полностью промокла от пота и прилипла к широкой спине, бицепсы напряженно вздувались от каждого подъема, а на лице застыло выражение глухой, предельной усталости. «Вот как он зарабатывает наши деньги», — подумала Мирэ, и к горлу подступил комок нежности и вины.

Она сделала шаг вперед, собираясь окликнуть его, но её дорогу внезапно перегородили трое крупных мужчин из соседней бригады сортировщиков. Они только что закончили перекур и, судя по всему, искали, чем развлечься.

— Опачки, а кто это у нас тут по складу бродит? — один из них, широкоплечий мужчина с татуировкой на шее и сальным взглядом, сделал шаг навстречу Мирэ, заблокировав проход. — Девочка, ты кого-то потеряла? Или, может, доставку для нас принесла?

— Извините, мне нужно пройти, — Мирэ нахмурилась, сделав шаг в сторону, но мужчина снова перекрыл ей путь, окинув её оценивающим взглядом с ног до головы.

— Да ладно тебе, не скромничай. В такой глуши таких красивых куколок редко встретишь. Чего ты к этим нищебродам-грузчикам пришла? Пойдем лучше с нами в бытовку, кофе попьем, поболтаем. У нас там тепло, — он протянул свою грязную, пахнущую табаком руку и попытался бесцеремонно схватить Мирэ за капюшон толстовки.

— Руки убрал! — резко выкрикнула Мирэ, отбивая его ладонь. Её внутренний директор моментально включился, но наглых рабочих это только раззадорило.

— Ишь ты, с характером! Мне такие нравятся... — ухмыльнулся татуированный, делая еще шаг.

Он не успел договорить.

Сзади к нему бесшумной, огромной тенью приблизился Ким Намджун. Услышав знакомый голос, он бросил ящик прямо на пол фуры и рванул через проход.

Намджун со всей силы схватил наглеца за плечо, развернул к себе и без единого предупреждения нанес мощный, короткий удар кулаком прямо в челюсть. Мужчина отлетел назад, с грохотом врезавшись в металлический стеллаж, с которого посыпались мелкие коробки.

— Ты че, охренел, Ким?! — взревели двое других рабочих, мгновенно бросаясь на Намджуна.

Завезалась короткая, но яростная потасовка. Один из нападавших попытался ударить Намджуна в бок, но тот уклонился, перехватил его руку и сильным толчком отправил в нокаут на бетонный пол. Второй рабочий успел вскользь задеть скулу Намджуна, оставив там мгновенно покрасневшую ссадину, но Намджун в ярости перехватил его за пояс и буквально впечатал в борт стоящей фуры.

— Намджун, стой! Хватит! — испуганно закричала Мирэ, хватая его за локоть.

На склад уже бежал разъяренный бригадир с сиреной в руках, а вокруг собиралась толпа. Намджун тяжело дышал, его кулаки были сжаты, а глаза горели опасным, диким блеском. Он загородил Мирэ собой, готовый драться со всем складом, если потребуется.

— Еще раз кто-то из вас посмотрит на мою девушку — живыми отсюда не уйдете, — леденящим кровь голосом выплюнул Намджун, глядя на поднимающихся с пола рабочих.

Бригадир подбежал, оглядел побитых сотрудников, затем посмотрел на Намджуна, который был лучшим работником на этой неделе.

— Ким! Ты с ума сошел?! Устраивать драку на рабочем месте! Живо забрал свою девчонку и пошел вон отсюда! Чтобы до понедельника я тебя здесь не видел! Штраф с тебя сорву!

Через час они сидели на старом диване в своей квартире. Намджун сидел, прижав к разбитой скуле пакет с замороженным зеленым горошком, а Мирэ... Мирэ снова ходила по комнате, меча громы и молнии, но на этот раз на её глазах блестели настоящие слезы.

— Ты... ты невыносим! — всхлипнула она, садясь рядом и резко забирая у него пакет с горошком, чтобы самой прижать его к его лицу. — Я ведь просила тебя! Решать вопросы головой! Опять драка! Тебя могли уволить, Намджун! Нам штраф выпишут!

— Мирэ, они тронули тебя, — тихо, но абсолютно твердо сказал Намджун, морщась от боли, когда она коснулась ссадины. — Мне плевать на штраф. И на работу плевать. Никто не имеет права прикасаться к тебе.

Мирэ замерла. Она посмотрела на его разбитое лицо, на его уставшие, но такие любящие глаза. Вся её злость улетучилась, оставив лишь безграничную, щемящую благодарность. Она аккуратно отложила пакет, обхватила его лицо ладонями и нежно поцеловала в здоровую щеку.

— Дурак ты, Ким Намджун... Но мой дурак, — прошептала она.

Намджун мягко улыбнулся, несмотря на боль, и притянул её к себе, укрывая их пледом. До конца их эксперимента оставалась всего неделя.

Пролетела последняя неделя их «ссылки». Штраф Намджуну действительно выписали, но они смогли перекрыть его благодаря жесткой экономии Мирэ. Они научились понимать друг друга с полуслова. Это был идеальный симбиоз двух сильных личностей.

И вот, наступил тридцатый день. Полночь.

Они сидели на полу в гостиной. Намджун разложил перед собой старые черновики и газеты, а Мирэ быстро исписывала их шариковой ручкой. В их глазах горел тот самый корпоративный азарт, но теперь он был общим.

— Смотри, — Мирэ ткнула ручкой в схему. — Основываясь на моем опыте в закусочной и твоем опыте на складе «Fresh Express», я поняла, где у наших отцов главная брешь. «Kang Enterprises» тратит слишком много на аренду промежуточных хабов, а «Mirai Tech» делает слишком сложный софт для линейного персонала. Если мы объединим твой ИИ с нашей логистической сетью, но адаптируем интерфейс под простых рабочих...

— ...то мы сократим издержки на сорок процентов в первый же квартал! — подхватил Намджун, его глаза расширились от гениальности идеи. Он перехватил ручку и быстро набросал финансовую модель. — Мирэ, это революция для ритейл-сектора конгломератов. Это не просто слияние компаний. Это создание абсолютно нового рынка.

Они посмотрели друг на друга. На грязных черновиках, сидя в обшарпанной квартире на окраине Сеула, они создали проект стоимостью в сотни миллиардов вон. Проект, который они выстрадали сами, с самого низа.

— Ну что, директор Кан? — Намджун нежно взял её за руку, переплетая пальцы. — Завтра за нами приедут лимузины отцов. Ты готова вернуться на Олимп и показать им, как на самом деле нужно вести бизнес?

— С тобой, директор Ким, — Мирэ уверенно улыбнулась и прижалась к его плечу, — я готова переписать правила этого мира.