Корпорация "Перезагрузка". /ЗАВЕРШЕННО/

Час пик в сеульском метро — это отдельный вид первобытного хаоса, о существовании которого Ким Намджун и Кан Мирэ до сегодняшнего вечера знали разве что из выпусков вечерних новостей.

Когда они спустились на станцию «Дондэмун», Мирэ едва не оглушил скрежет прибывающих поездов, гул сотен голосов и монотонный стук тысяч подошв по бетонным платформам. Воздух здесь был совсем другим: тяжелым, душным, пропитанным запахом чужого парфюма, влажных от дождя зонтов и дешевой уличной еды.

Мирэ шла, вцепившись в ручку своего чемодана, чувствуя себя так, словно её выбросили посреди открытого космоса без скафандра. Её дорогие туфли-лодочки на тонкой шпильке, идеально подходящие для паркета и мягких ковров корпорации, здесь то и дело проваливались в решетки водостоков и скользили по влажной плитке.

— Быстрее, Мирэ, поезд уже на платформе, — Намджун обернулся, его высокий силуэт в темно-синем костюме резко выделялся в толпе спешащих домой клерков и студентов. На его плече висел один чемодан, второй он уверенно толкал перед собой.

— Я не могу быстрее! — огрызнулась она, едва успевая переставлять ноги. — Мои каблуки не созданы для марафонов по подземке!

Когда раздался предупреждающий сигнал о закрытии дверей, толпа сзади хлынула вперед, как океанская волна во время шторма. Мирэ испуганно охнула, когда её кто-то довольно сильно толкнул в плечо. Инстинктивно она зажмурилась, готовая упасть прямо на грязный пол, но в следующую секунду сильные пальцы Намджуна железной хваткой обхватили её за запястье и буквально втащили внутрь вагона за мгновение до того, как стеклянные створки с грохотом захлопнулись.

Вагон был забит до отказа. Люди стояли вплотную друг к другу, образуя сплошную человеческую стену.

Мирэ оказалась прижата спиной к запертым дверям поезда, а прямо перед ней, лицом к лицу, стоял Намджун. Из-за невероятной тесноты между ними оставалось от силы несколько сантиметров. Чтобы не упасть на неё при резком толчке поезда, Намджун уперся одной рукой в стекло прямо над её головой, а второй продолжал удерживать их чемоданы у своих ног.

— Ты... в порядке? — негромко спросил он. Его глубокий голос из-за шума колес прозвучал прямо у неё над ухом, заставив кожу покрыться мурашками.

— Физически — да. Морально — я хочу кого-нибудь уничтожить, — выдохнула Мирэ, стараясь смотреть куда угодно, только не на него.

Но смотреть было некуда. Прямо перед её глазами была идеально выглаженная белая рубашка Намджуна, верхняя пуговица которой теперь была расстегнута, обнажая сильную шею. Она отчетливо чувствовала тонкий, едва уловимый аромат его парфюма с нотками сандала и кедра, который теперь смешивался с прохладной влагой дождя на его волосах.

Поезд резко дернулся на повороте. Мирэ потеряла равновесие и пошатнулась, инстинктивно ухватившись ладонями за лацканы его дорогого пиджака. Намджун мгновенно среагировал, подавшись вперед и еще сильнее блокируя её своим телом от остальной толпы, принимая весь напор шатающихся пассажиров на свою широкую спину.

Мирэ замерла, уткнувшись носом прямо в его грудь. Она слышала, как быстро и размеренно стучит его сердце. В этот момент она осознала, насколько Ким Намджун на самом деле крупный и сильный. В офисных креслах и за столом переговоров он казался просто интеллектуалом, но сейчас, удерживая равновесие в летящем под землей поезде и закрывая её собой, он выглядел пугающе надежным.

Намджун опустил взгляд. Из-за разницы в росте ему приходилось смотреть на неё сверху вниз. В тусклом люминесцентном свете вагона лицо Мирэ казалось бледным, а в её обычно высокомерных, гордых глазах сейчас читалась непривычная растерянность и беззащитность. Волосы слегка растрепались, а помада на губах немного смазалась.

— Держись за меня, если нужно, — тихо сказал он, слегка наклонив голову. В его тоне впервые не было привычной иронии или желания уколоть. — Ехать еще одиннадцать станций.

Мирэ сглотнула, чувствуя, как к щекам приливает жар, который никак нельзя было списать на духоту в вагоне. Она сильнее сжала ткань его пиджака в своих пальцах.

— Ладно, — едва слышно ответила она. — Но учти, Ким Намджун... Если ты хоть кому-то в офисе расскажешь, что я использовала тебя вместо поручня, я лично аннулирую не только помолвку, но и твой контракт на поставку ИИ.

Намджун не выдержал. На его лице появилась та самая редкая, мягкая улыбка, и на щеках обозначились глубокие ямочки.

— Договорились, директор Кан. Наша первая коммерческая тайна.

Поезд мчался сквозь темноту туннелей, а они продолжали стоять так близко, что Мирэ казалось, будто весь остальной мир с его миллиардами, акциями и строгими отцами просто перестал существовать, оставив их один на один с этим суровым, но почему-то внезапно ставшим теплым вагоном.