Твои линии на моём холсте

Мадридское шоссе встретило их ровным, идеальным полотном, уходящим вдаль под палящим южным солнцем. Салон черной BMW Дэвида был надежно изолирован от внешнего мира плотной, в ноль тонировкой и приятной прохладой, которую создавал кондиционер. На приборной панели тихо играл расслабляющий инструментальный трек, полностью вытеснив вчерашний агрессивный рок.

Дэвид уверенно вел машину, держа руль одной рукой, а его взгляд то и дело возвращался к зеркалу заднего вида, в котором отражалась Лейла. Девушка сидела на пассажирском сиденье, аккуратно сложив руки на коленях поверх темно-коричневого пальто. После своей капризной выходки у касс, когда она буквально силой заставила француза согласиться на эту поездку, Лейла снова вернула себе каплю привычной сдержанности. Но её пронзительные голубые глаза, с любопытством изучающие строгий, монохромный салон его черной бестии, выдавали её истинный, живой интерес.

- Твоя машина изнутри выглядит еще более графитовой, чем снаружи, - негромко заметила она, нарушая тишину. - Ни одной лишней детали. Даже пахнет у тебя как-то... по-особенному. Кожей и ночным Парижем.

Дэвид едва заметно улыбнулся, мягко перестраиваясь в правый ряд для съезда к огромному мадридскому торговому центру.
- Черный цвет помогает сосредоточиться на дороге, Раадова. Никакого визуального шума. А насчет Парижа... Наверное, этот город просто так легко не отпускает тех, кто в нем вырос.

В это же время на заправочной станции Ханифа и Медина, оставшись стоять у белой BMW Лейлы, вовсю праздновали свою маленькую победу. Едва черная машина Дэвида скрылась за поворотом, как Ханифа судорожно вытащила из сумочки телефон и начала быстро набивать сообщение в их закрытый семейный чат. Её пальцы буквально летали по экрану от переизбытка эмоций.

«Айла, ты не поверишь! Саид заглох на трассе, и Лейла только что сама... своими руками заставила Дэвида поехать с ней! Она трясла его за худи как маленькая девчонка! План тёти Латифы работает на все сто, они уехали вместе на его черной BMW! Срочно пиши Латифе!»

Получив это сообщение в своей «розовой» комнате, Айла едва не закричала от восторга, тут же пересылая текст тёте Дэвида с кучей победных смайликов. Мадридский заговор двух семей официально перешел в самую активную фазу.

Огромный загородный гипермаркет для животных встретил героев оглушительным простором, высокими стеллажами до самого потолка и сотнями ярких вывесок. Для Лейлы этот поход превратился в настоящее творческое испытание. Как будущий дизайнер, она не могла просто взять первую попавшуюся вещь - её Минка заслуживала только самого лучшего.

- Нет, Дэвид, посмотри на этот замок, - Лейла укоризненно покачала головой, стоя у огромного трехъярусного кошачьего комплекса из светлого дерева и серого фетра. - Эти линии совершенно не сочетаются с интерьером моей швейной мастерской. Нам нужен графитовый или угольный оттенок. И обивка должна быть плотной, чтобы Минка не распустила её на нитки за первую неделю.

Дэвид молча и послушно следовал за ней, толкая перед собой огромную металлическую тележку. Любой другой парень на его месте уже через десять минут начал бы выть от скуки, но Дэвид ловил кайф от каждой секунды. Видеть Лейлу такой - увлеченной, спорящей с ним из-за оттенков кошачьих мисок, капризно надувающей губы, когда цвет когтеточки не подходил под цвет её швейных лекал - было для него высшим наслаждением.

Они провели в магазине больше часа. Под чутким руководством Лейлы тележка Дэвида постепенно заполнилась доверху: огромный графитовый игровой комплекс в разобранном виде, мягкая круглая лежанка цвета мокрого асфальта, куча пакетов с премиальным кормом и целая гора разноцветных мышек и звенящих мячиков.

Когда они наконец подошли к кассе и пришло время упаковывать покупки, Дэвид полностью взял инициативу в свои руки.

- Стой на месте, Раадова, - спокойно, но очень твердо осадил он девушку, когда та попыталась поднять тяжелую коробку со складным домиком. - Ты только после операции, Имран мне голову оторвет, если ты поднимешь хоть один килограмм. Я сам.

Лейла послушно отступила на шаг, закинув руки за спину и с улыбкой наблюдая за его действиями. Дэвид, играя широкими плечами под плотной тканью своего черного худи, с легкой и уверенной небрежностью поднимал огромные, массивные коробки и складывал их в тележку. Для парня, который привык к физическим нагрузкам в гараже, эти кошачьи апартаменты были сущим пустяком, но его подчеркнутая, чисто мужская забота заставила сердце Лейлы сделать еще один лишний, волнительный удар.

На подземной парковке торгового центра Дэвиду пришлось проявить настоящие чудеса логистики, чтобы уместить весь этот кошачий рай в багажник своей спортивной BMW. Огромная коробка с домиком никак не хотела влезать под нужным углом. Дэвид, слегка нахмурившись и закусив губу, аккуратно переставлял пакеты, пытаясь не помять упаковки с кормом.

Лейла подошла ближе, облокотившись на открытую дверцу багажника, и дразняще улыбнулась, глядя на его сосредоточенное лицо:
- Ну что, французский гонщик, кажется, кошачий замок оказался сложнее, чем ночной серпантин Мадрида? Нужна помощь дизайнера?

Дэвид задвинул последнюю коробку, которая с сухим щелчком идеально встала в пазы багажника, и медленно выпрямился. Он оказался пугающе близко к Лейле - между ними было от силы тридцать сантиметров. Парень перевел на неё свой пронзительный взгляд, в глубине которого снова зажглись те самые теплые, живые искорки.

- Твой замок побежден, Раадова, - тихо, с легкой бархатистой ухмылкой ответил Дэвид, глядя прямо в её голубые океаны. - Линии сошлись идеально. Теперь осталась самая важная часть нашего утреннего договора - доставить всё это богатство и твою Минку в швейную мастерскую. Садись в машину, водитель ждет.

Лейла легко скользнула на пассажирское сиденье, чувствуя, как лицо снова заливает приятный румянец. Эта совместная поездка окончательно стерла между ними любые барьеры, оставляя лишь чистое, осязаемое тепло, которое они оба так долго искали в своем монохромном мире.