Чужой номер

Когда тренировка началась и на поле выбежала компания высоких, накачанных парней, Со Ён увидела его: нападающий под номером восемь бежал, разминая руки. Сон У, чёртов Сон У. Поначалу Со Ён, увидев только спину, затаила дыхание: вылитый Хи Сон. Тот же размах плеч, та же лёгкая, пружинистая
походка, тот же жест — откидывать чёлку со лба быстрым движением головы. Время замедлилось, и на мгновение ей показалось, что это брат возвращается с тренировки, подходит к ней, треплет по волосам и называет так, как называл только он: «Малая».

Но иллюзия рассыпалась в прах, когда парень повернулся. Это был не Хи Сон. Это был Сон У — высокий, стройный, с уверенным взглядом и лёгкой улыбкой, за которую его обожали многие девчонки. Он остановился у боковой линии, перекинулся парой слов с тренером, потом отпил воды из бутылки. Движения его были отточенными, уверенными — будто он знал, что все вокруг на него смотрят.

Сон У жил в обеспеченной семье: в школу его привозили на дорогой машине, видимо, с личным водителем. Он носил брендовые кроссовки, которые другие ребята могли только разглядывать, и всегда выглядел так, будто только что вышел из модного журнала. По школе он ходил уверенно, с ноткой высокомерия — не наглого, а скорее спокойного осознания собственной силы. Может, в учёбе он и не блистал, часто получал замечания от учителей, но когда дело касалось футбола, ему не было равных. На поле он преображался: становился сосредоточенным, быстрым, расчётливым.

Со Ён сжала кулаки, чувствуя, как внутри поднимается волна горечи. «Как он может так спокойно играть? — думала она. — Носить номер моего брата, занимать его место... Будто ничего и не случилось». Она отвернулась, но краем глаза всё равно следила за ним. Сон У отдал пас, потом ловко обошёл соперника — всё так, как любил Хи Сон. И от этого становилось ещё больнее. «Ты не он, —мысленно повторяла Со Ён. — Ты никогда им не станешь. И не имеешь права носить его номер. Не после того, что произошло».

— Со Ён? — Ын Би ткнула подругу пальцем в плечо, выводя её из оцепенения.

Со Ён вздрогнула и огляделась по сторонам. Она и не заметила, как прошло не каких‑то полчаса, а целых два часа тренировки. Солнце уже клонилось к горизонту, отбрасывая длинные тени на футбольное поле, а игроки начали собираться.

Она вскочила со скамьи так резко, что та скрипнула, и этим невольно привлекла внимание всей команды. Несколько парней обернулись в её сторону, переглянулись и что‑то тихо обсудили.

Сон У, заметивший странную девушку, которая всё это время сидела словно истукан и неотрывно смотрела на него, теперь резко вскочила, слегка нахмурился. Он на мгновение задержал на ней взгляд. Сон У пожал плечами, будто отгоняя непрошеные мысли, и направился за остальными парнями в раздевалку.

— Ты чего застыла? — спросила Ын Би.

Со Ён встала, машинально отряхнулась и посмотрела на опустевшее поле. Ветер гонял по траве опавшие листья, где‑то вдали смеялись школьники, но для Со Ён всё это звучало будто сквозь толщу воды.

— Пойдём, — тихо сказала она. — Не хочу больше здесь находиться.

Ын Би молча кивнула и пошла рядом, не решаясь нарушить тяжёлое молчание подруги.

А в раздевалке Сон У, снимая футболку с восьмым номером, на мгновение замер, глядя на вышитые цифры. Перед глазами снова встала картина того дня — ослепительные фары, крик Хи Сона, толчок, спасший ему жизнь. Он сжал ткань в кулаке.

Но он даже не подозревал, какую боль причиняет своей игрой сестре Хи Сона — той, для которой потеря брата всё ещё была свежей, кровоточащей раной.

На следующий день после школы Со Ён снова пришла на стадион, чтобы посмотреть на тренировку. Это напоминало ей о брате — хоть и эти воспоминания порой заставляли её проронить слезу. Она уселась на заднюю скамью и натянула капюшон худи на лицо, чтобы не привлекать внимания.

Команда вышла на поле под бодрые крики тренера, и тут же возле стадиона собралась дюжина школьниц — они расположились на первых скамьях, восторженно наблюдая за игроками. Некоторые уже держали в руках бутылки с водой, готовые предложить её нападающему под восьмым номером.

Сон У, заметив это внимание, слегка улыбнулся и подошёл к одной из девушек. Он отпил воды, поблагодарил кивком и девушки тут же завизжали, как маленькие, захлопали в ладоши и принялись перешёптываться. Со Ён, наблюдая со стороны, лишь поморщила нос: «Идиотки» — подумала она, отворачиваясь.

Её взгляд невольно снова вернулся к Сон У. Тот уже был на поле — подбадривал товарищей, смеялся над какой‑то шуткой. Он двигался легко и уверенно, будто рождённый для этой игры. В футболке с восьмым номером он выглядел так, словно имел полное право её носить.

Она вспомнила, как брат рассказывал о Сон У: «Он никогда не паникует. Даже когда всё против нас, он держит себя в руках». Тогда эти слова вызывали у неё улыбку. Теперь же они казались насмешкой.

Со Ён стала ходить на тренировки почти каждый день. Она надевала чёрное худи, низко натягивала капюшон на лицо и молча сидела в тени поля до конца занятия, а после так же бесследно уходила. Никто не обращал на неё внимания на фоне визжащих школьниц на первых рядах — тех, кто бросал восхищённые взгляды на Сон У и готов был сорваться с места по первому его знаку.

Чем больше она видела Сон У — его уверенную походку, отточенные движения, его игру, его «украденную» форму с восьмым номером, тем сильнее она его ненавидела. Каждый раз, когда он забивал гол или раздавал точные пасы, внутри у неё всё сжималось от боли и обиды. «Это должен был быть Хи Сон, — думала она. — Он должен был играть, а не ты».

Поначалу Сон У не замечал девушку — у него не было времени отвлекаться. Он полностью погружался в игру, чувствуя на себе взгляды болельщиков, стараясь оправдать ожидания тренера и команды. Но однажды кто‑то из товарищей, подойдя к нему во время перерыва, кивнул в сторону дальней скамьи:

— Ты знаешь её?

Сон У поднял глаза и впервые отчётливо увидел девушку в чёрном худи. Она сидела в тени, почти сливаясь с сумраком, но взгляд её был устремлён прямо на него.

После тренировки, когда Со Ён быстрыми, решительными шагами направилась к выходу, чья‑то сильная рука схватила её за запястье.

— Ты кто? — спросил мужской голос.

Со Ён повернулась, слегка откинув капюшон. Сон У. Чёрт возьми, Сон У. Девушка вздрогнула, а парень, отпустив её руку, переспросил:

— Кто ты?

Перепуганная Со Ён, не в силах промолвить и слова, бросилась бежать. Она мчалась по дорожке, не разбирая дороги, пока не остановилась у остановки.

Сон У лишь пожал плечами, глядя ей вслед:

— Сумасшедшая, — пробормотал он.

Но уже сидя дома, Сон У вспомнил её взгляд. В нём было всё: и страх, и ненависть, и боль — такая глубокая, будто он причинил ей что‑то непоправимое.

«Если она моя фанатка, зачем прячется?» — подумал он, но тут же отбросил эту мысль. Нет, это было не похоже на восхищение или фанатскую одержимость. В её глазах читалось что‑то другое — что‑то личное, болезненное, почти обвинительное.

Он откинулся на спинку стула, уставившись в потолок. Перед глазами снова встала картина: девушка в чёрном худи, капюшон скрывает лицо, но взгляд — пронзительный. Она смотрела на него так, будто он совершил преступление.

Поразмыслив вечер, он остановился на мысли, что слишком популярен.

— Ну конечно, — фыркнул Сон У. — Я же звезда школы. Куда ни пойду — все смотрят, шепчутся. Неудивительно, что какая‑то девчонка стесняется подойти.

Он представил, как она, возможно, дома пишет в дневнике: «Сегодня он посмотрел в мою сторону! Это знак!» — и не смог сдержать усмешки.

Сон У подошёл к зеркалу, поправил волосы.

— Ладно, — сказал он вслух. — Если завтра придёт, я ей подмигну. Или махну рукой. Пусть порадуется.

Ложась спать, он задумался: «А она симпатичная... Её глаза такие... необычные». Но тут же резко отогнал мысли.

— Сон У, ты что, с ума сошёл? — вслух сказал он, поправляя подушку. — Ты сейчас должен думать о завтрашней тренировке, о тактике, а не о какой‑то девчонке в капюшоне! Он усмехнулся собственной рассеянности.

«Может, она вообще в меня влюблена, — мелькнула мысль. — Или просто следит, чтобы потом рассказать подружкам, где я хожу». Но чем сильнее он пытался отвлечься, тем отчётливее видел её лицо.