Душа покрытая кровью

На следующий день Хансона пригласили на собрание, проводимое каждый понедельник в главных покоях Бексултана — месте, закрытом для всех, кроме важнейших особ. В Калье было больше стражей, чем обычно; они почтительно кивали ему — своему потерянному Амилириану. Многие лица были незнакомы — вероятно, то самое подкрепление для похода.

Повернув влево, Хансон едва не сбил с ног сверстника.

— Лоркан, ты-то тут что делаешь? — удивился он.

— Наставник Ашер сказал ждать здесь. Там, кстати, главнокомандующий Снейл- эфенди — Лоркан указал большим пальцем на дверь за спиной.

Хансон нахмурился. Присутствие Снейла вызывало у него тошноту. Никто из четверых никогда не забудет его тренировки. От ярости Хансон так сильно сжал кулаки, что костяшки побелели.

7 лет назад.

Хансон стоял на обрыве, глядя на безграничное море и закат. Из его носа текла кровь, губы были разбиты, а глаза едва открывались из-за синяков. Он прижимал к себе сломанную левую руку, наблюдая, как Снейл тащит по земле потерявшего сознание Сагаба. Справа лежал Осамус с ножом в животе, кривясь от боли. Его лицо было сплошным кровоподтеком, нос, кажется, сломан. Он тяжело хватал ртом воздух, пытаясь встать. Хансон всегда восхищался его духовной силой — хотя Осамус был на год младше, в тот день он пострадал больше всех. Снейл не поскупился на сталь.

— Оставь его на месте, мерзкий ты ублюдок! — раздался вопль Лоркана. Он, ковыляя, шел за Снейлом. Из всех четверых Лоркан был самым упорным и яростным. В их первую встречу он даже умудрился сломать Снейлу нос. После этого Снейл позвал лекарей с эмердалами исцеления, чтобы они «подлатали» детей. Те лишь качали головами: «Тебе стоит быть помягче, они ведь дети, им и десяти нет».

«Дети...» — подумал Хансон. Очутившись здесь, он совсем забыл, что он — ребенок, похищенный у родителей. Он безумно скучал по матери и младшей сестре, которую любил поднимать на руки. Звук удара вернул его в реальность: Снейл бросил Сагаба и принялся лупить Лоркана ногами. Тот закрывал голову руками.

— Мерзкий щенок! — брызжа слюной, орал Снейл. — Я дал вам кров, кормлю каждый день, назвал себя вашим отчимом! Так ты меня благодаришь?! Твое место — рядом с отцом!

Хансон поймал взгляд Лоркана — в нем не было страха. Только чистая, концентрированная ненависть ко всему миру.

— Да будет свидетелем мне Аллах, — прохрипел Лоркан, сплевывая кровь на сапог Снейла и через силу ухмыляясь Хану. — Придет день, и ты понесешь суровое наказание. Ты будешь гореть в аду, Снейл!

Последовал очередной удар, заставивший Лоркана закашляться кровью.

«Тренировка на прочность» закончилась, когда на обрыве появилась Араселли. Снейл относился к ней как к родной дочери, запрещая парням даже смотреть в её сторону. Увидев избитых мальчиков, Араселли разрыдалась, умоляя Снейла помочь им. Тот нехотя подозвал лекаря.

Старик-целитель тогда мрачно заявил: «Не подоспей я вовремя, Осамус умер бы от потери крови». Он настаивал, чтобы Снейл больше не использовал нож, но тирана это не изменило — он продолжал оставлять на их телах уродливые шрамы. Позже лекарь отказался потыкать Снейлу, за что лишился правой руки. Говорили, он отправился на поиски более сильного мастера эмердалов, но остальные лишь советовали ему полагаться на милость Всевышнего...

От неприятных воспоминаний его вывел голос Ашера:

— Хан, заходи.

Ашер стоял у открытой двери, прислонившись к косяку. Из покоев доносилось, как Снейл о чем-то яростно спорит. Первым зашел Лоркан, следом, глубоко вдохнув, вошел Хансон.

Как только он переступил порог, его обдал сильный, почти парализующий холод. В покоях стоял длинный деревянный стол и высокие, мягкие на вид софы, на которых сидели знатные гости — их Хансон видел впервые. Посередине стола, во главе, возвышался ледяной Тахт с острыми шипами. На нем сидел Кейнан, настолько погруженный в свои мысли, что даже не обратил внимания на вошедших.

— В углу есть камин, можете стоять там, — показал Ашер.

Хансон еще раз осмотрелся. Справа от Кейнана сидел парень с пронзительными синими глазами, которые ярко выделялись на фоне его белых волос. Рядом с ним сидела девушка в голубой парандже. Её глаза были такими же синими, но более темными, и смотрели они на Хансона словно на бездомного щенка. Беловолосый парень, видимо брат девушки - сидел, держа ступни вместе, а колени — врозь; он положил руку на ногу и сверлил убийственным взглядом Снейла, который напряженно сидел напротив него.

Рядом со Снейлом сидели еще двое. Хансон разглядел их лица только тогда, когда подошел с Лорканом к камину. Первый — мужчина с безупречно уложенными черными волосами — сидел расслабленно, мерно постукивая пальцами по подлокотнику. Второй выглядел более напряженным: кареглазый блондин разглядывал Хансона так, словно тот был существом из иного мира. Первый мужчина усмехнулся и вернул внимание к Кейнану, который в этот момент поднялся с Тахта.

— Раз все собрались, знакомьтесь, — начал Кейнан, указывая рукой на Хансона. — Сын Достопочтенного Фараона Хейсона Амилириана — Асирис Хансон Амилириан.

Хансон кивнул присутствующим, не отводя взгляда от ледяного Тахта. Как они умудряются сидеть в таком холоде и не дрожать? Даже стоя у камина, он изо всех сил сжимал челюсти, чтобы зубы не начали стучать.

Вокруг шумели голоса, но Хансон едва их различал. Кейнан смотрел на него с такой гордостью, словно обрёл величайшее сокровище, вернувшегося из небытия сына — Амилириана. Сам же Хансон чувствовал себя бродячей собакой.

Там стоял Снейл.

Взгляд Хансона, словно привязанный, намертво застыл на руках Снейла. Те самые руки. Хансон слишком хорошо помнил их форму, каждую жилу на бледной коже, помнил, как эти пальцы уверенно и безжалостно держали его горло. Сейчас Снейл медленно, едва заметно потирал большой палец о указательный, будто прокручивал в руках невидимый клинок. От этого простого, будничного жеста у Хансона перехватило дыхание, а старые шрамы на спине обожгло резкой, фантомной болью.

Сердце колотилось в ушах так громко, что заглушало речь Кейнана. Чтобы скрыть дрожь, Хансон до белых костяшек сжал пальцами край одежды, молясь только об одном: чтобы никто не заметил его паники.

Лоркан слегка наступил ему на ногу, привлекая внимание к мужчине рядом со Снейлом, который встал и кивнул.

— Позвольте представиться. Я — Азер Фетов, военачальник Империи Шахбулат. Для нас большая честь сопровождать вас к Достопочтенному Фараону.

Мужчина хотел было сесть, но блондин рядом что-то прошептал ему, и Азер продолжил:

— Рядом со мной — Анан Булатов, Шах  Империи Шахбулат.

Анан продолжал сидеть неподвижно, глядя перед собой. Ему явно было не по душе представляться тому, кто младше его.

— Айдар Джамиль — наследник Королевства Санджар, и его младшая сестра Айлинда Джаман, — представил других Кейнан.

На этот раз он кивнул Лоркану и добавил:

— Лоркан Суннар. Первый в четвертом поколении, кто открыл силу и эмердал одновременно. Он будет в рядах бахритов.

Лоркан уважительно кивнул с самодовольной ухмылкой, явно наслаждаясь моментом.

— Раз мы закончили знакомство, — подал голос Снейл, — предлагаю вам, уважаемый Бексултан, обдумать мое предложение.

Айдар внезапно прервал его на полуслове:

— И почему же вы так настаиваете, чтобы мы продвигались через Океан Искандар? Быстрее будет через Горы Ибелфольм.

— У них есть Рамзес. У него преимущество на поверхности, а у нас есть вы и уважаемый Бексултан Кейнан.

На этот раз Снейла перебил тихий смешок Айлинды.

— Вам это кажется смешным? — спросил Кейнан, одарив её холодным взглядом. — Конечно, ведь девушкам не место на поле боя.

— У Рамзеса есть преимущество везде: хоть на суше, хоть в воде, хоть постройте аэропланы по чертежам Предков — Рамзес и там вас найдёт, — её голос, несмотря на хрупкий вид, звучал жестко и уверенно.

— Как ты смеешь так обращаться с Бексултаном?! — вспылил Азер, но Кейнан поднял руку, призывая к тишине.

— Она права. Против Рамзеса нам нечего выставить, кроме...

— Осамуса, — негромко договорил Ашер.

— Тот самый преемник? — уточнил Айдар.

— Да. Лоркан, приведи его.

— Нет необходимости, с Осамусом могут познакомиться и в пути, главное — держитесь рядом, — сказал Кейнан.

Когда он собрался сесть на свой ледяной трон, Айлинда встала. Ростом она была лишь немногим выше Хансона.

— Возьмите свои слова обратно, Бексултан.

— Прошу прощения?

— Вы сказали, что девушкам не место на поле боя. Откажитесь от своих слов. Может устроить поединок, тогда и проверим, кому здесь не место.

— Вода всегда побеждает огонь, — процедил Ашер, выходя вперед и заслоняя Кейнана.

— Вода? Бексултан... — Айлинда оперлась правой рукой на левую. — Ваш лед настолько слаб и жалок, что его сравнивают с обычной водой? — усмехнулась она.

Лоркан прикрыл смешок ладонью. Хансон едва заметил сквозь чачву, как Айлинда подмигнула Лоркану. В этот момент Айдар тоже встал, закрывая собой сестру и усмехаясь — он явно гордился её смелостью. Ашер нахмурился, лицо Кейнана тоже изменилось, но Айлинда не унималась:

— Даже если так, никто не смеет называть мой огонь «обычным».

Плавным движением она подняла указательный палец в сторону Тахта. В тот же миг ледяной Тахт за спиной Кейнана охватило яростное синее пламя. Ашер инстинктивно оттолкнул Императора в сторону, его рука легла на рукоять меча, а в глазах вспыхнула ярость. Но Кейнан остановил его жестом — он не собирался действовать под влиянием эмоций.

— Довольно! — раздался голос Азера, который смотрел на всё это с явной неохотой. Шах Анан уже стоял на ногах.

— Айлинда Джаман. Как вы смеете проявлять неуважение в моем присутствии? — спросил Шах, широко открыв глаза.

Айдар ответил совершенно непринужденно:

— По Своду Законов Алмааза, Раздел 7, Канон 15, моя сестра поступила правильно. Бексултан оскорбил её гордость. Мы же не хотим встретиться в Палате Равновесия, не так ли уважаемый Бексултан?

— Бексултан Кейнан, решите этот вопрос. На этом мы отлучаемся — дорога была длинной, а завтра утром выдвигаемся, — бросил Азер, и они с Ананом ушли, не дожидаясь ответа.

Судя по лицу Кейнана, он понял свою ошибку, но он быстро вернул себе холодную маску правителя.

— Я должен был подумать, прежде чем говорить. Прошу прощения за то, что проявил к вам неуважение.

— Я понимаю, вы на нервах. И вы простите меня за дерзость, Бексултан, — ответила Айлинда и вышла из покоях вслед за братом.

Как только они ушли, Хансон почувствовал жар. Они с Лорканом так увлеклись спором, что не заметили, как холод исчез вместе с растаявшим ледяным троном.

— Она же из подчиненного Королевства, почему вы к ней так бережно относитесь? — спросил Хансон, когда они уселись.

— Во-первых, она девушка, — начал объяснять Ашер. — Мы, мужчины, должны уважать. Кейн и вправду погорячился. Во-вторых, Айдар правильно подчеркнул про Свод Законов.

— Меня всё ещё удивляют люди, которые наизусть знают Свод Законов,— буркнул Хансон.

— Бексултан, вы в порядке? — спросил Лоркан, нахмурившись.

— Да, — коротко бросил Кейнан и оставил их.

— У Кейнана эмердал обсидиан первого золотого ранга, который дает нейтральность к огню. Ни одно пламя до сих пор не могло победить его лед. Уверен, случившийся инцидент шокировал его. Собирайтесь все вместе, завтра выдастся тяжелый день, — Ашер отправился вслед за Кейнаном.

— Айлинда... она сильная... Видел, она мне подмигнула? — смеялся Лоркан.

Но Хансону было не по себе. Синее пламя Айлинды поглотило легендарный лед Кейнана, и это пугало.

Пообедав, Хансон решил потренироваться. Лоркан убежал искать Айлинду для тренировок. По пути к тренировочному полю Хансон встретил Сагаба, и они принялись усиливать свои эмердалы, пробуждая внутреннюю мощь.

— Осамус с утра в лесу пропадает, — проронил Сагаб, тяжело дыша и валяясь на траве. — Наверное, с Рамзесом.

Хансон прилег рядом.

— Тяжело ему, наверное. Стоять напротив Рамзеса... Даже Кейнан теряет уверенность, когда слышит его голос.

— А кто сейчас с Рамзесом? — внезапно над ними появилась девушка в голубой парандже, закрывая их от солнечного света.

Они торопливо вскочили на ноги.

— Осамус, преемник Рамзеса, — быстро ответил Сагаб.

— Тебя как звать? — спросила она.

— Сагаб.

— Я — Айлинда. Слышала, меня искал Лоркан.

— Да, он хотел бы с вами сразиться.

— Хм, пусть будет так. Приведите его, устроим бой.

Ждать долго не пришлось. Лоркан бежал издалека с бешеной скоростью, сияя улыбкой во все тридцать два зуба. Араселли помахала ему рукой. Когда Лоркан остановился перед ними, тяжело переводя дух, Айлинда заняла позицию в центре площадки.

— Не люблю я детей обижать, — выдохнула она, готовясь к бою.

Лоркан вышел вперед, разминая плечи. Его эмердал пульсировал ровным светом, а на губах играла дерзкая улыбка. Айлинда даже не шелохнулась. Голубая паранджа едва колыхалась от ветра, скрывая лицо, но её взгляд — холодный и неподвижный — пригвоздил Лоркана к месту.

— Меньше слов, — коротко бросила она.

Лоркан сорвался с места первым. Он двигался рывками, сокращая дистанцию с поразительной скоростью. Его удар должен был снести противницу с ног, но в последнюю секунду воздух между ними исказился от невыносимого жара. Вспышка — и Айлинда оказалась прямо у него за спиной.

— И это всё? — прозвучал её спокойный голос.

Лоркан резко развернулся, нанося круговой удар, но Айлинда мигом исчезла из поля зрения. Лоркан зарычал, активируя эмердал на полную мощь. Земля под его ногами треснула, и он пошел в яростную лобовую атаку. Но Айлинда лишь лениво взмахнула рукой, и волна жара от её синего огня была такой силы, что Лоркана отбросило назад. Он тяжело рухнул на землю и начал кашлять кровью.

— Довольно! — прозвучал резкий голос Ашера.

Айлинда тут же отошла на несколько шагов, и, слегка склонив голову в знак окончания боя, молча пошла прочь. Мы с Сагабом тут же ринулись к Лоркану. Пока Сагаб помогал ему подняться на ноги, Ашер уже стоял над нами, читая лекцию о безопасности и необходимости знать меру.

— Вы еще дети, — сурово ругал Ашер. — Ваша сила — это не игрушка для удовлетворения эго. Айлинда контролировала свой огонь, иначе от тебя, Лоркан, осталась бы горстка пепла.

Лоркан, вытирая кровь с подбородка, больше не улыбался. Он смотрел вслед уходящей девушке.

Вечер опустился на Калью быстро. Стража удваивала посты, а пекари суетились, готовя провизию. Завтрашний день обещал изменить всё. Хансон сидел на ступеньках казармы, глядя на темный лес, где скрывался Осамус. В его голове крутились слова Рамзеса и холодный взгляд друга.

— Эй, Хан, — Сагаб подсел рядом, протягивая флягу с водой. — Как думаешь, мы все вернемся обратно?

— Не знаю, — пожал плечами Хансон.