Стальные сердца

Быстро нацепив на себя серые спортивные штаны и черную футболку, Айла выбежала с Итаном на территорию штаба. Так как наматывать круги по стадиону было достаточно скучно, то на пробежку ребята обычно выбирались за забор: добегали до ближайшей деревни, расположенной всего в паре километров от их места работы и проживания, а после возвращались. Друзья регулярно бегали вместе: обычно тренировки устраивали через день либо в утреннее, либо в вечернее время: все зависело от загруженности на службе.

Инициатором совместных пробежек являлся Итан, поскольку капитан печатников находил в данном занятии некоторое отвлечение от насущных проблем. Молодому человеку нравилось ощущать определенную свободу разума и тела во время тренировки. Бег помогал справиться Итану с негативом и тяготами жизни. В каком-то смысле Лайтвуд буквально “убегал от проблем”, благодаря своему хобби.

— Ну как ты? Помирать еще не собралась? — задорно поинтересовался печатник. Товарищи уже возвращались назад и пробегали то место, на котором обычно Айле становится тяжеловато, — Может сбавим темп?

— Нет, я бодрячком, — пыхтя, произнесла Мунстоун, — Но давай лучше не будем болтать, дыхание сбивается.

Рассмеявшись, Лайтвуд все таки замедлил ход, предоставляя подруге возможность немного передохнуть.

— Айли! Айли! — разбивая кулаком воздух, подбадривал подругу Итан, — Давай, осталось совсем немного! 

Пускай Айла и не могла ничего ответить, зато совсем не скрывала улыбку.

— Сейчас как вернемся, как позавтракаем! — не унимался Лайтвуд, — Попрошу двойную порцию! А потом там вроде как Колдхейм к себе вызывал, так что сходим, оценим обстановку!

— Часто он нас в последнее время к себе вызывает, — не сдержавшись, пробормотала Айла.

— Ну а что ты хотела, страна нуждается в своих героях! — рассмеялся Итан, подбегая к забору штаба, — Забегай! — пропустив вперед девушку, ребята промчались мимо часовых, а после, подбежав к дверям штаба, остановились, — Ну как? Чувствуешь заряд бодрости и энергии?

— Каждый раз ты задаешь этот вопрос, а после получаешь один и тот же ответ, — жадно выпивая воду, ответила Айла, —  Итан, я сейчас сдохну.

— Ну Айли! — возмутился Лайтвуд, — Могла бы уже и привыкнуть за два года совместных пробежек!

— Так ты несешься как угорелый, у тебя шаг-то больше, чем мой! Я не поспеваю! — воскликнула Мунстоун.

— Ой, да ну тебя, — махнул рукой Итан, — Погнали лучше кушать, а то я уже проголодался.

— Идем, — произнесла девушка, улыбнувшись.

Миновав коридоры штаба, друзья сперва поспешили к собственным спальням, дабы освежиться и переодеться. У Айлы было не так много времени на сборы, поскольку иначе они опоздают на завтрак. А если подобное произойдет — Лайтвуд ее четвертует. Ну, по крайней мере, точно будет ворчать до обеда.

Наспех одевшись в черные брюки и простую кофту с длинным рукавом, девушка выскочила из спальни. Однако весело направляясь к комнате товарища, Айла совсем не заметила, как из ниоткуда на ее пути появился Рэйвен. Мунстоун врезалась в широкую грудь нового капитана, а после, осознав происходящее, немного подняла голову наверх, встречаясь взглядом с мечником.

— И Вам доброе утро, капитан, — удивленно произнес мужчина.

— Прошу прощения, я Вас не заметила, — быстро ответила Айла, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

Казалось, что высказывание девушки слегла смутило Рэйвена, однако вмиг на лице мечника засияла довольная улыбка. Немного посмеявшись, Брэдшоу спросил:

— Куда так торопитесь?

— На завтрак, — раздался звонкий голос Итана, подходящего ближе к подруге — Ты бы тоже поспешил, а то сейчас воронье как налетит — ничего не останется. 

— Мы с Неферой уже поели, пока вы бегали, — скучающе ответил Рэйвен, — Так что увидимся в кабинете у начальника. Говорят, Колдхейм сегодня не в духе.

— Всмысле не в духе? — обеспокоенно начала Мунстоун, — Насколько сильно?

— Я не знаю, а что такое? — удивленно произнес Брэдшоу, поглядывая то на Айлу, то на Итана.

Лайтвуд, глупо рассмеявшись, почесал затылок. Утренняя новость совершенно не обрадовала старый капитанский состав, поскольку последствия дурного настроения полковника могли быть непредсказуемыми. Для себя ребята выявили три уровня гнева начальства: немного раздражен, но жить можно; сильно бесится, так что стоит быть готовыми к придиркам по поводу и без, но если недовольство доходит до крайней точки — жди беды. Обычно это означало, что Колдхейм сначала будет крыть матом всех и вся, а после, когда наступит отчаяние, достанет бутылку. За два года на капитанском посту, Айла и Итан встречали третий уровень гнева всего несколько раз, но каждый был просто незабываемым. 

— Тебе предстоит понять еще очень много вещей, Рэйвен, — устало ответил Итан, — Ладно, пока не забивай голову, подробности расскажем позже. Но не заходи в кабинет Колдхейма без меня, Айлы или Неферы. Заявимся все вместе.

— Договорились, — усмехнулся Брэдшоу, — Идите завтракать, не буду задерживать, — бросил напоследок мечник, заходя в свою комнату.

До столовой Айла и Итан шли в тишине. Каждый думал о том, что могло расстроить полковника и как ему помочь. Забрав подносы с едой, товарищи заняли место за капитанским столом, а после Мунстоун решила начать беседу:

— Надеюсь, что это не третья стадия.

— И я, — печально вздохнул Лайтвуд, — Не хочу опять вместо ужинов устраивать концерты Колдхейму.

— Да ну, — махнула рукой лучница, улыбнувшись. Айла прекрасно помнила, как в последний раз Итан разыгрывал перед полковником целое музыкальное шоу с песнями и плясками,— Может на этот раз будет другая замашка. Кушай лучше, ты же хотел.

— Да что-то аппетит пропал, — нахмурился печатник, ковыряясь в тарелке. То было совсем на него не похоже, поэтому Айла решила развеселить друга.

— Мне что тебя, с ложечки что-ли кормить? — улыбаясь, промолвила девушка.

Хитро усмехнувшись, Лайтвуд закивал головой.

— Боже, ты неисправим, — засмеялась Мунстоун, двигая ближе к себе тарелку товарища, — Ну давай, за маму, — ложка с манной кашей направилась в сторону рта Лайтвуда, а после быстро была поглощена, — Теперь за папу.

Едва проглотив кашу, Лайтвуд громко рассмеялся, а после забрал обратно тарелку.

— Ладно, Айли, не позорь меня, — улыбался Итан, — Уже солдаты смотрят. Наверняка либо приписывают нам роман, либо думают, что капитан печатников совсем слетел с катушек.

— Ну тогда кушай и не бухти, что аппетит пропал, — промолвила девушка, начиная есть свою порцию завтрака, — Кстати, хотела спросить. Как тебе новый капитан мечников? 

— Да вроде нормальный, — без особого энтузиазма ответил Лайтвуд, — Пока не докопаешься, а дальше увидим.

— М-м, — якобы невзначай промычала лучница, — Ясно.

— Что-то случилось? — Итан озадаченно глянул на подругу, чье лицо демонстрировало девичье “ничего”, подразумевающее под собой “случилось, но я не расскажу, пока не спросишь сам”, — Выкладывай.

— В общем и целом ничего, но, — загадочно начала Айла, — Вчера вечером это хамло сделало мне довольно двусмысленный намек. Когда я уходила от Неферы, то мы пересеклись в коридоре. Короче говоря, Рэйвен сказал, что если мне станет скучно вечерами, то он с радостью развеселит у себя в спальне, — решив не вдаваться в подробности, произнесла девушка, — Не знаю, было это тупой шуткой или нет, но я не оценила.

Прекратив жевать, Итан нахмурился и посмотрел в глаза подруге. Его выражение лица означало полное непонимание, вперемешку с недовольством.

— Это сильно тебя задело? — задал вопрос печатник, — Мне ему объяснить?

— Не стоит, просто имей в виду, — вздохнула Айла, — Не могу сказать, что это меня сильно огорчило, но… Он мне не нравится, Итан, — решительно произнесла Мунстоун, — Когда мне оказывали знаки внимания другие мужчины, то я находила это забавным и не воспринимала всерьез. Но тут… Не знаю почему, но рядом с Рэйвеном я чувствую себя загнанной в угол. И это не нравится мне еще больше.

Закончив размышления, девушка проглотила ложку каши, запивая все сладким чаем. Однако рядом послышался тихий смех Лайтвуда.

— Айли, ты что, влюбилась? — задорно вскинув брови вверх, произнес Итан, — Серьезно?

Чуть не подавившись, девушка легонько стукнула друга по голове.

— Совсем дурак? — возмутилась Мунстоун, — Я тут переживаниями делюсь, а ты стебешься.

— Да ладно тебе, Айли, — улыбнулся мужчина, — Не волнуйся, я не позволю Рэйвену тебя обидеть, ты же знаешь.

— Знаю, — облегченно выдохнув, Мунстоун собрала пустую посуду на поднос, — Давай и твое отнесу, а то уже нужно идти к начальству.

— Давай, — согласился печатник, помогая собирать тарелки.

Выйдя из столовой, друзья направились в сторону кабинета Колдхейма, морально готовясь к худшему. Однако мысли Айлы не оставлял в покое недавний вопрос Лайтвуда. Может быть Итан прав и она действительно влюбилась? Но это же глупо. Они с Рэйвеном знакомы чуть больше суток, за которые мечник уже успел наговорить лишнего. Да, Мунстоун определенно чувствует какую-то связь между ними. Сердцебиение девушки учащается при виде Брэдшоу, но это же не обязательно влюбленность? Может быть… страх? 

Нет. Ни одно из этих чувств не нравилось лучнице. Айла не хотела влюбляться, особенно в такого хама, как Рэйвен. И определенно точно девушка не хотела бояться его. Что он может ей сделать? Ударить? Убить? Пусть только попробует. Ни один мужчина в этом мире не может напугать, а тем более так быстро влюбить в себя Айлу Мунстоун. Лучница ни за что не позволит этому случиться. В разгар войны нет места ни для страха, ни для любви, особенно к Брэдшоу. 

***

Подойдя к кабинету начальства, друзья встретились с Рейвеном и Неферой. Мужчина был спокоен как удав. Казалось, будто он даже скучает, поскольку прикрывал рукой зевающий рот. Нефера же, наоборот, волновалась больше обычного. Девушка сверлила взглядом дверь кабинета, тревожно растирая ладонью запястье правой руки.

— Всем привет, — произнес Итан, — Ну что, что-нибудь слышно?

— Нет, — отозвалась Нефера, не сводя глаз с двери, — Наоборот тихо.

Айла, немного поежившись, скрестила руки на груди. Тишина не означала ничего хорошего. Возможно, что сегодня капитанскому составу предстоит пережить третий уровень гнева полковника.

— Заходим все вместе? — поинтересовался Рэйвен.

— Да, — отчеканил Итан, — За мной. 

Постучав в дверь, но так и не дождавшись ответа, молодые люди все же зашли в кабинет. Полковник стоял напротив высокого окна, глядя куда-то вдаль. В руке Колдхейма находилось письмо, на котором Айла заметила проклятую печать маршала Озборна.

— Полковник? — осторожно начал Итан, — Мы все здесь.

— Это ненадолго, — сухо ответил Колдхейм, поворачиваясь к своим капитанам, — Завтра вы отправляетесь к границе главного разлома. Он вернулся.