The Dark Cell

Я дала себе обещание.

Я почувствовала чьи-то руки на своих ногах. Резко, неожиданно, и я замерла. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. Я медленно опустила взгляд — и обомлела.

Раф.

Он стоял передо мной, улыбаясь своей спокойной, чуть насмешливой улыбкой, и держал меня за руки, чтобы я не упала с дивана. Вся моя пьяная бравада мгновенно испарилась. Я просто смотрела на него и не верила своим глазам.

— Ты?.. — выдавила я.

Он усмехнулся:

— Я. А ты думала, кто? Господь Бог?

Я не нашлась, что ответить. В голове шумело от алкоголя, но одна мысль пробивалась сквозь туман: он здесь. Он видел меня на диване. Он видел, как я пела эту дурацкую песню. Он видел меня пьяную и нелепую — и всё равно улыбался. Не подумал, что я неуравновешенная. Хотя, кто его знает?

— Как ты... как ты здесь оказался? — спросила я, пытаясь сесть ровнее.

— Хлоя — моя двоюродная сестра, — сказал он, и в его голосе прозвучала лёгкая насмешка. — А ты, Эмма, умеешь удивлять.

Я отвела взгляд, лишь бы он не видел, как я стыжусь. Это, что было пару минут назад. Да вообще, что было сегодня. Это не я. Завтра, я уверена, буду проклинать себя.

Он всё так же смотрел на меня с той самой насмешливой улыбкой, но на этот раз в его глазах читалось спокойствие. Он просто изучал. Просто узнавал, какая личность есть у меня.

Начала искать взглядом Луизу — на том месте, где она была, её уже нет. Глазами я посмотрела всё, что было передо мной, но силуэт подруги так и не заметила.

— Луиза... — тихо произнесла я.

Он вопросительно посмотрел:

— Я посмотрела. Её нет.

— Кто это?

— Лучшая подруга...

Теперь он тоже начал искать кого-то глазами, словно понял, как она выглядит. Я отошла от него, всё так же ища подругу.

И вдруг. Около маленького стульчика, кажется, чтобы переодевать обувь. Она сидела на нём с закрытыми глазами. Волосы прилипли к лицу, тем самым придавая ей уж точно не прекрасный вид. Кроме неё, рядом никого не было. Это точно она.

Я подошла к ней, и вслед за мной пошёл Раф. Мы взглянули на неё и поняли, что она не в состоянии дойти до дома. Ну, или хотя бы встать.

Пытаясь поднять её со стула, я покачнулась и чуть не упала. Хорошо, что упёрлась о дверной косяк. Раф обеспокоенно посмотрел на секунду и вернулся к Луизе.

— Смотри. Я сейчас возьму её на руки и положу в машину. Ты сиди и жди здесь. Поняла?

Кровь бурлила, мозг постепенно отключался. Я практически не слышала ни музыку, ни Рафа. Но когда он коснулся моего плеча, я словно вышла из транса. Он ещё раз что-то пробормотал и взял Луизу на руки. Даже не поморщился.

Я помогла подержать дверь, чтобы он спокойно её отнёс. А сама стала ждать. Но ноги постепенно отказывали. Я больше не могла стоять и села на этот обувной стул. Прижавшись щекой к двери, я закрыла глаза.

Кто-то поднял меня, и я открыла глаза всего на пару секунд. Меня нёс Раф. Уверенно, без лишних движений. Его лицо было спокойным, как никогда. Одной рукой он всё же придерживал меня, а другой открыл дверь машины.

Здесь уже спала Луиза, рядом с ней её обувь и сумочка. Я не знаю, откуда она тут. Но подозреваю. Я ещё раз мельком на неё посмотрела и села вместе с ней. Она вроде бы сидела, но сидела наполовину. Её голова наклонена в бок, а руки уверенно держали сумку.

— Твоя сумка тоже в машине, на переднем сиденье, — сказал Раф, заводя машину.

Будь я трезвой, я бы точно начала задавать ему миллион вопросов. Но сейчас мои веки были слишком тяжёлыми, и если их не сомкнуть, кажется, ты не выживешь.

Я чувствовала, как мы едем, как он что-то спрашивал у Луизы. А та что-то бормотала, а позже дверь открылась. Дальше я даже не чувствовала. Просто вырубилась, и, кажется, надолго.

---

Открыв глаза, яркие солнечные лучи пробирались в мою комнату. Резкая боль ударила в голову, что встать я даже не попыталась. Рука начала искать телефон по всей постели. Но нигде не нашла, поэтому всё же пришлось встать.

Еле как поднять свою голову и посмотреть в окно было уже победой. Я нигде не нашла телефон, но взглядом заметила, что сумка стояла на моём столике. Вероятно, телефон там.

На тумбе стоит стакан воды, около него таблетка. Белая, простая. Мама заранее подумала обо мне и, похоже, оставила это.

Бросив таблетку в рот, я залпом запила всё водой. Горький вкус таблетки опять проник в горло, и я не могла не поморщиться.

Я пыталась вспомнить, что вчера было. Пролетало много воспоминаний, но больше всего я запомнила, как танцевала и пела на диване, а потом меня поставил на пол Раф. Дальше как будто залито густым и белым туманом. Я не помнила, как добралась домой, что сказала мама, спала ли. Вообще ничего.

Надев белые тапочки, я встала с кровати и подошла к белому столику. Залезла в сумку — и я была права. Там лежал телефон. И кроме него, лежала зарядка, блеск и зеркальце.

Я усмехнулась. Тихо, просто для себя. Всё, что здесь находилось, я явно не пыталась собирать. Просто закинула.

На часах показывало 13:01. Весь мессенджер был забит сообщениями.

Сев на стул, я принялась отвечать маме.

«Наверное, ты ничего не помнишь».
«Я таблетку на столе оставила,проснёшься— перезвони».

С первым не сложно — она догадалась. Мне хотелось бы вообще всё забыть и не помнить тот стыд, который я испытала вчера.

Я набрала маме. Гудки шли, и через несколько секунд послышался голос.

— Доброе утро, Эмма.

— Доброе утро, — тихо простонала я.

— Как чувствуешь себя? — чуть насмешливо спросила мама.

Я ощутила её взгляд даже через трубку телефона, как она пытается не смеяться.

— За таблетку спасибо, я выпила. Чуть легче стало.

Она выдохнула, как будто бы в динамик мобильника. От этого улыбка непроизвольно поплыла.

— Тебя вчера парень принёс. Кто это был?

Моё сердце предательски замерло, а рука застыла в воздухе. Неужели Раф зашёл в дом? А если бы... Даже не хочу ничего говорить. Как такое могло произойти? Я что, до такой степени была не в себе, что меня пришлось тащить? С ума сойти.

— Блин, мам... Я даже не помню этого, — я встала с твёрдого стула и направилась на первый этаж.

— Ух, доча. Не рано тебе так пить? — усмехнулась она.

— Всё, мам. Пока, поговорим потом, — сбросив трубку, я прошла в ванну.

Конечно, мне было стыдно. За то, как я вчера выпила. Как пела, танцевала, как угорелая. За то, что не помню почти ничего. И самое главное, я так пила впервые в своей жизни. И нет, я не жалею. Всё-таки это было первый и последний раз. На пока что.

---

Несколько дней пролетели незаметно, словно пули. За эти дни мы с Луизой сделали неделю очень продуктивной. Ни одного занятия не было пропущено, некоторые нас даже похвалили. Кто-то сказал, что так и должно быть, а кто-то даже не заметил нашего присутствия.

Я поговорила с Рафом. Он сказал, что я была не в состоянии дойти до дома, да что уж там — я даже встать не могла. Я уснула в машине, а потом даже не проснулась. Луизу он отвёз — та смогла встать и дойти до дома. Он не считает меня пьяницей, наоборот. Посчитал, что такое может быть у каждого, и в моём возрасте он напивался часто.

Мы с ним сблизились. Всю эту неделю мы общались каждый день. Оказывается, у него есть сестрёнка, которая живёт вместе с ним. Виола. У неё есть няня, и она присматривает за ней, когда он устаёт или когда у него есть дела. Родители у него погибли, по какой причине мне не известно. Но у него есть пару близких, и Хлоя — одна из них. Он с ней не так часто общается, но вечеринку пропустить не мог.

А вот с мамой мы больше не ссорились. Про свадьбу, про Тома мы совсем забыли. Даже не упоминали его имя. Я думала, что до моего восемнадцатилетия мы даже не вспомним про него. Просто забудем. И будет всё как раньше.

Но этому черту, похоже, не хочется, чтобы мы жили спокойно, хотя бы сейчас.

Сегодня пятница, и я шла со школы. Мы попрощались с Луизой на переулке, и сообщение от мамы в этот же момент пропустило в моё сердце удар. Такой, который, кажется, ударили со всей силы. Со всей ненавистью.

«Сегодня к нам приедет Том».

Я замерла посреди дороги, перечитывая это сообщение ещё раз.

— Да с какого хрена! — пробурчала я, пытаясь понять. Мало того что они со своим грёбаным отцом всё это подстроили, он ещё хочет меня добить!

Я кипела от злости. Руки сжались в кулаки, и я яростно кинула телефон в портфель. Мои шаги были не спокойными, как пару минут назад. Сейчас они были быстрыми и громкими, как будто топчет слон.

Мне не хотелось видеть его. Ни на секунду. Я просто хотела отдыхать и проживать свою молодость так, как мечтала. А тут — в 18 замуж! Да что уж там. Это же пустяки. Сегодня у меня будет смертный приговор, ей-богу.

Кровь бурлила, словно мотором. Мне хочется всю свою злость на кого-нибудь вылить. Взять снег в ладонь и слепить снежок было лучшим решением. Я кинула его со всей злостью в сторону, но мне не полегчало.

---

Мама уже вовсю накрывала стол. Всё, что можно приготовить, она приготовила. Некоторые блюда заказала. И мне смотреть на это было тошно. Она старается для своего будущего... зятя. Ёпт твою! Зятя.

Сегодня её выходной, и я ни за что бы не подумала, что она будет проводить его так. Да какого черта? Почему нельзя просто положить на целованный пакет куриную лапку? Думаю, ему такое больше понравится. Этого он и достоин.

— Хватит сидеть надутой, — подошла ближе ко мне мама и присела рядом.

Она заставила меня надеть белую юбку, чтобы я выглядела более женственно. А наверх я надела майку. Хотя мама сказала надеть рубашку.

— Мам, мне светиться от счастья? — недовольно улыбнулась я.

— Эмма... Ты понимаешь, что я не со зла? Он тебя не обидел, а если посмеет — я сделаю всё, чтобы он понёс наказание.

Взглянув на неё, она пыталась улыбаться, но в её глазах читалась грусть. Она тоже не рада.

— Ладно... — тихо произнесла я и присела к ней ближе.

— Пытайся быть сдержанной, хорошо?

— Я не обещаю.

Свет стоял тусклый, почти тёплый. Такой уютный вечер мог испортить лишь один человек, который сейчас усердно звонит в видеодомофон. Мама открыла ему и попросила меня встать встретить его.

Мои волосы были слегка волнистыми, глаза подкрашены тушью. Ладони вспотели, а ноги слегка дрожали. И почему я так боюсь увидеть его в реальности?

Входная дверь скрипнула, и оттуда зашёл...

Он в кожаной куртке, серых джинсах. Прошёл в порог, всё так же смотря на меня. Его взгляд был цепким. Таким властным, что его холод почувствовался только по взгляду. Его карие глаза, такие тёмные, в которые невозможно любоваться собой. Там только отражение темноты.

А эта темнота — это он.

Я смотрела на его лицо и не могла отвести взгляд. Его тёмные волосы были заплетены в аккуратные брейды, которые лежали плотно к голове и подчёркивали жёсткие черты лица. Это не было модно. Это было властно. Как будто он носил их не для красоты, а чтобы показать: он сам решает, как ему выглядеть. И пирсинг на губе — маленький металлический шарик, который поблёскивал при свете, — делал его ещё более опасным. Я думала, что у парней такое бывает только в фильмах. Но он стоял передо мной, и эта деталь притягивала взгляд. Почему-то мне стало не по себе. Не от страха, а от того, что я заметила её. Что она мне понравилась.

Я словно окаменевшая, не слышала ничего. Передо мной стоит мой будущий муж. Который взглядом мог остановить любую драку и сразу показать, кто тут главный.

Я немного отшагнула, как будто пришла в себя. Моё лицо сразу напряглось, лишь бы не показать, как я удивлена. Я представляла его совсем по-другому. Мне казалось, что это бородатый мужик. А тут — словно демон. Но не старик, не бородатый, а вполне красивый парень.

— Ну что, — грозный голос, от чего по телу пробежала дрожь. — Познакомимся вживую, Эмма?

Он как будто издевался надо мной. Насмехался даже. Его улыбка сводила меня с ума. Но она была не добрая, а властная.

Мама повесила его куртку, как будто прислуга. На её лице была нотка раздражения, она смотрела на него лишь мельком.

— Познакомились, — пытаясь сделать ровный тон, в моём голосе слышалось лишь раздражение.

Он усмехнулся — тихо, но достаточно, чтобы я услышала.

— Так, ну всё, пройдёмте на кухню, — пытаясь как-то разгладить обстановку, попросила нас мама.

Я прошла первее, а он следом. Мне не хотелось сидеть вместе с ним, поэтому я села рядом с маминым стулом. Он сел напротив, и ощущать его взгляд на себе было не очень приятным явлением.

— Это ты всё сама готовила, Эмма? — разглядывая это чудо, спросил он.

Посмотрев на маму, она кивнула и ответила сама:

— Доставка, Том.

— Моя будущая жена, — он посмотрел на меня и сделал недолгую паузу. — Будет готовить сама.

Поперхнувшись киви, которое лежало на столе, я ошеломлённо на него посмотрела. Я. Ему. Готовить?

— Рехн... — оговорилась я. Том вопросительно посмотрел. — Я не буду готовить вам.

Тем временем мама раскладывала столовые приборы. Она не стала лезть в нашу перепалку, но я чувствовала, что если он ещё что-то скажет такого рода, держаться она не станет.

— Вам? — насмешливо переспросил он. — У нас разница в 3 года, а не в 10.

— Какая разница? Вы для меня неизвестный человек, поэтому терпите.

Его лицо напряглось от последнего слова. Я поняла: ему не нравится, что я общаюсь с ним в таком тоне.

— Это мы ещё посмотрим.

Как же этот человек, если его можно так назвать, вызывает у меня отвращение. Сидеть за одним столом с ним было пыткой. Как будто на месте Тома я вижу зомби. Он не съел ни одного жирного блюда, которое было на столе. Тем самым я ела всё, что тут было. И даже киви я ела вместе с кожурой, от чего он морщился. Пусть терпит, «муж».

— А чем ты занимаешься? — выпив стакан воды, задался вопросом он. Как будто ему интересно.

— Ничем, только в школу хожу.

Оценивая, он посмотрел на меня. Ему что, хочется стать жюри? Пф, да его выгонят в первый же день.

— Том, а ты почему не ешь мясо? — мама подвинула мясо ближе к нему, а он отодвинул. Это мясо мама готовила сама. А он посмел отказаться? Вот же урод.

— Не голоден, спасибо.

Мама в ответ лишь кивнула, пытаясь сделать это более мягко. Она стала сама уплетать курочку, а я смотрела на это. В меня ещё одна курочка не влезет — живот я себе точно отрастила.

— Эмма, а может, ты мне свою комнату покажешь? — ухмыльнулся тот.

Я ещё раз посмотрела на него, как будто не расслышала. Его лицо было как никогда спокойным, и это раздражало меня больше. Даже бровью не повёл, когда я хотела показать ему фак. Зато мама быстро среагировала и откинула руку, сказав:

— Конечно покажет, Эмма. — она взглянула на меня, и взглядом я поняла всё, что она хотела сказать.

Тяжело вдохнув, что мне придётся проводить его в свою комнату и находиться вдвоём, я встала и пошла к ступенькам. Даже ничего не сказала, потому что не огрызнуться у меня не выйдет. Руки сжались, а мышцы напряглись. Сзади я услышала шаги, но даже поворачиваться не стала. Понятно, кто это.

Я открыла дверь, и он зашёл первым. Вот же сукин сын — я должна была пройти первой. Похоже, как вести себя с девушками, его явно не учили. Джентльмен херов.

— Ну ничего так, миленько... — осматриваясь, оценил Том.

Я не собиралась проводить ему экскурсию — если ему нужно, пусть осмотрится сам.

— Может, вы уже осмотрелись? — дикое желание выгнать его с моей территории было нереальным. Мне ужасно хотелось вышвырнуть его в окно, как мух. Только это не муха, а целая стая мух.

Он подошёл намного ближе, так что между нами не оставалось расстояния. Чёрт, а дверь закрыта. Теперь я видела, какой он высокий — словно великан. Я была ему почти до шеи, и то не доставала. А он склонил голову, чтобы легче было говорить со мной. Его мрачный и холодный голос, от чего у меня скрутился мозг внутри меня.

— Ещё раз повторю — на «ты». Ты меня услышала?

Он стоял так близко, что я чувствовала запах его одеколона. Холодный, деревянный, с ноткой дыма. Он бил в нос, и от этого голова шла кругом. Я не могла дышать. Я хотела отшатнуться, но тело не слушалось. Между нами не было ни сантиметра воздуха. Только его голос, его запах, его холодные глаза, которые смотрели на меня как на вещь, которую он уже приобрёл.

Я сглотнув слюну, смотрела на него с ужасом. Он мне приказывает?

— Это указ?

— Это предупреждение. А то будет тебе не очень хорошо. Маленькая, — усмехнувшись, он отстранился от меня, и я наконец выдохнула.

Погодите-ка. Маленькая... Это прозвище я ведь слышала! Стоп. Неизвестный?

— Как ты меня назвал? — переспросила я. Он слабо улыбнулся, и теперь в моей голове сошёлся пазл.

— Только сейчас поняла?

Какой же гад!

Теперь я поняла, кто кинул мне камень в окно. После него мне начал писать неизвестный про волосы. И писать начал часто. Вот только понять, он ли это или нет, было сложно. Вдруг я его обвиню, а в итоге это будет совсем не он?

— И зачем?

Том элегантно отодвинул стул и сел за мой стол, разглядывая всё, что там стояло.

— Как это зачем? — с сарказмом, как будто не понимает, спросил он. — Мне же нужно было знать, какое у моей будущей жены настроение.

Настроение?! Жена?! Я сейчас упаду.

— А почему нельзя было это спросить по-нормальному, а не таким способом?! — повысила голос я. Тому это явно не понравилось. Он встал и подошёл ко мне ближе. Между нами оставалось совсем немного, и кажется, что мы будем соприкасаться носами.

— Следи за тоном, Эмма. Думаешь, если бы я сказал, что я Том, ты бы стала со мной общаться свободно?

Он прав. Я бы его заблокировала, как и пыталась сделать с неизвестным. Точнее, с ним. Я даже не пыталась ответить, потому что нечего. Он доведёт до белого каления, хотя это наша первая встреча. Неужели всё так плохо?

Он вышел, не ожидав ответа. Я так громко выдохнула, что, кажется, они это услышали. Проведя рукой по волосам, я подошла к шкафу и посмотрела на себя в зеркало.

— Эмма... — прошептала я. — Ты сильная. Ты с этого дня не посмеешь пролить ни слезинки при этом чудовище! — пообещала себе я.

Теперь я не собираюсь быть слабой для него. Быть маленькой, как он говорит. Я дам ему время, пока он будет кайфовать жизнью без меня. Но как только мы будем вместе... Как же меня выворачивает от этого слова. Но как только мы будем вместе, он пожалеет, что вообще родился на этот свет. Я заставлю его пожалеть. Я смотрела на себя в зеркало и видела не просто Эмму. Я видела девушку, которая больше не будет плакать по ночам. Которая не позволит ему сломать себя. Я не знала как. Я не знала, будет ли у меня вообще шанс. Но я решила: если он хочет войны — он её получит. Я найду способ сделать ему больно. Даже если это будет стоить мне всего.

https://t.me/tomkaulitzz197–тут вы узнаете о датах глав,намного раньше. Там больше информации! Буду рада если вы подпишитесь 🫂🖤