Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 3.
Игрушка.
Pov: Tom
Я уже знал, что Лина не оплатит долг. Потому что слишком глупая.
Но когда она показала мне фотки её дочери, сказав:
— Я могу отдать её.
Я сам усмехнулся от её слов. Такие, как она, от безысходности отдают то, что им дороже всего.
Я посмотрел на фотки более внимательно. Что-то в ней меня зацепило. Аккуратный носик, карие глаза, каштановые волосы. Она смотрит на камеру спокойно. Она ещё не представляет, что её мама продала её. Просто чтобы сохранить свою жопу, а не потому что стараются для дочерей.
Гофман сама виновата, что подписала договор. Как можно что-то подписывать, не прочитав? Мой отец слишком хорошо знал Лину, поэтому и дал ей этот договор.
Она вышла, но оставила мне её номер. Сказала, чтобы я не звонил, пока она не расскажет. Вот ещё. Будет она мне строить свои просьбы. Я не тот человек, который подчиняется.
Но сейчас я остановился и не стал звонить. Позвоню завтра. Хочу услышать её голос. Невинный, который ещё не представляет, куда её мать вляпалась.
Конечно, идти на работу завтра я не собирался. Я вообще не собирался сюда ходить. Но на какой-то хуй этот ресторан подписал отец на меня. Я прихожу сюда очень редко, по настроению, так скажем. И сегодня у меня его не было, но показать договор нужно было. А кто бы расстроил мою «любимую Гофман»?
Эмма будет моей игрушкой. Я сломаю её сопротивление, увижу её страх, её отчаяние. Я хочу, чтобы она поняла: выхода нет. Что её жизнь принадлежит мне. Я поиграюсь с ней. Унижу её и безжалостно брошу.
Но, возможно, я хочу не только этого. Возможно, я хочу, чтобы она смотрела на меня так, как смотрела на той фотографии — без страха. С доверием. Чтобы она улыбалась мне, не зная, что я — её тюремщик. Чтобы она сама пришла ко мне, не чувствуя, что это ловушка. Чтобы целовала без ненависти. Не потому что я заставил, а потому что сама захотела.
Но заставить её будет слишком сложно, потому что она возненавидит меня. Будет видеть во мне лишь холодного ублюдка. Хотя,я он и есть.
Я не знаю, что со мной происходит. Я не знаю, почему я думаю о ней так много. Но знаю одно: она — игрушка. С кукольными глазами. И она будет моей. Пусть даже если не хочет. Всё равно когда она уже перестанет сопротивляться, я её, возможно, отпущу. Просто потому что наиграюсь.
На следующий день я встал в три часа дня. Слишком уж долго я задержался с одной белой шлюшкой, которая доставила мне удовольствие вчера. Но утром я выкинул её, швырнув купюру.
Мне стало интересно, как там моя будущая женушка. От этого слова меня самого тошнит.
Я набрал её номер. Долго ждать не пришлось.
— Алло? — сказала она спокойно.
Я молчал, потому что просто хотел послушать её голос.
— Вы меня слышите? — уже раздражительно пробурчала она. А после сбросила.
В её голосе была нотка жизни. Она была радостная, хоть и раздражительная после того, что я молчал. Она слишком наивна, как мать. И мне нравится ломать таких. Которые до сих пор верят в доброту, счастье и любовь.
Я сам не получал любви. Не от отца, не от матери. Отец всё детство внушал мне, что я ничтожество, которое ничего не добьётся в своей жизни. Но зачем-то ресторан оставил на меня.
А мама просто поддерживала отца. Постоянно. Даже когда он её бил, она всегда защищала его. Я видел, как папа бил её по животу, по лицу,по всем местам тела.У неё на плече остался шрам — отец по пьяне так замахнулся, что порезал плечо ножом. Я помню, как он тогда врезал мне за то, что я пытался помочь маме. Спастись от этого чудовища.
С тех пор я стал сам таким. Жестоким, как отец. И как бы я ни пытался контролировать свою агрессивность, всё бестолку. Иногда я даже не замечаю, как могу наорать на любого человека. Как могу разбить кружку, когда бешусь.
Я налил себе чашку кофе и просто выпил всё залпом. Я не любил полчаса просто спокойно пить кофе, как человек.
Я решил, что хочу посмотреть на Эмму. На свою куклу.
Я напялил чёрные штаны и чёрную кофту. Сверху надел свою серую куртку. Я знал адрес Лины, поэтому труда мне это не составит. Главное, чтобы та девка дома была.
В это время она может быть в школе. Ну ничего, если её не будет дома, я подъеду к школе. Только в какой она учится — это нужно будет узнать.
Я сел в свою Mercedes-Benz C 300 чёрного цвета. Эту ласточку я купил год назад, и теперь с этой малышкой я не расстаюсь. Кроме своей машины я никого больше не люблю. Как бы смешно это ни звучало.
---
Я подъехал к дому. Впервые я увидел его вживую. Ну, так-то они живут не бедно. Двухэтажный дом с серыми кирпичами. В середине — балкон и четыре окна, которые выходят на улицу.
Но я не могу просто взять и пройти к ней. Потому что это глупо, да она и не пустит.
Я решил, что просто перелезу через забор, и надо будет найти её окно. Я поднялся через какие-то камни и перелез. Ну как перелез — я упал, когда залез. Ну и всё равно, главное, что я уже не на улице.
Я ходил вокруг дома, но на первом этаже окно было только на кухню и на зал. Значит, её окно на втором этаже. Я не всматривался туда — скоро я там сам побуду. Когда-нибудь.
Я сразу же начал смотреть наверх. В начале я ходил туда-сюда, никого не видя. Но стоило мне перевернуть голову, я увидел девушку. Она сидела на окне, спиной ко мне. У неё очень красивые длинные волосы, как на фотке, которую мне показала Гофман. Значит, это и есть Эмма.
Я ужасно хотел увидеть её лицо, но это было невозможно. Если она увидит меня, подумает, что я вор. Или ещё хуже — маньяк. Поэтому я ничего не мог сделать, кроме как уйти. Но это было очень трудно — я хотел поговорить с ней.
Может, кинуть камень ей в окно? Ну и что она подумает? Том, ты придурок.
Скорее всего, она не знает о том, что выйдет замуж. Или знает? А может, если и знает, она точно не видела меня вживую.
Я напялил капюшон на голову, чтобы она не увидела мои косы. Лицо у меня тоже немного перекрывало, но нос и губы оставались на свободе. Думаю,она их не заметит.
Я нашёл первый попавшийся камень и кинул туда, где сидела фигура.
Она обернулась. Я видел её прекрасное личико. Она была похожа на ангела. Я не мог отвести от неё глаз — какая она изящная.
Но моё удовольствие было недолгим. Она открыла окно и начала что-то кричать.
— Вы кто такой? — возмутилась она. — Как вы сюда попали?!
Я вздохнул. Покашлял, чтобы не было слышно моего голоса, и начал говорить:
— Я просто решил посмотреть на тебя, — спокойно ответил я.
Но она смотрела на меня с испугом и, кажется, боялась меня.
— Как понять «просто решил посмотреть»? — она резко спустилась с окна, и теперь я не видел её.
Я убежал. Начал перелезать через забор, как сделал это тогда. На этот раз я не упал, что очень хорошо.
Мне не хотелось, чтобы она узнала меня. Поэтому я уехал, лишь бы она не запомнила ни голос, ни меня. Пусть забудет. На время.
Я выехал с их улицы, и в зеркале заднего вида её дом становился всё меньше, пока совсем не исчез. Я сжал руль, чувствуя, как внутри что-то зудит. Что за дичь? Я вообще-то не планировал перелезать через заборы, как малолетка. Я — Том Каулитц. Люди должны бояться меня, а не я стоять под чужими окнами и кидать камни, как влюблённый дурак.
Но она сидела там, на подоконнике, с распущенными волосами. Я не мог отвести взгляд. Она не знает, что я уже её вижу.
Я ударил ладонью по рулю и выругался сквозь зубы. Всё идёт не по плану. Я должен был просто наслаждаться процессом, ломать её, а не стоять и пялиться, как подросток. Я хочу сделать ей больно — но почему-то я не хочу видеть испуг в её глазах. А хочу увидеть, как она улыбается, когда я зайду в комнату.
Я сам не свой. Это просто игра, Том. Ты играешь с ней, а не влюбляешься. В неё нельзя влюбиться. Она — часть сделки. Просто вещь, которую тебе отдали. Не позволяй себе чувствовать.
Я завёл машину и поехал домой, стараясь не думать о ней. Но она всё равно была перед глазами. Её лицо, её голос, её испуганный взгляд, когда она крикнула мне из окна.
Когда я вернулся, я даже не включал свет. Просто сел в темноте, смотрел на телефон, где была её фотография, и думал о том, как она крикнула мне: «Вы кто такой?» — с таким испугом, что я чуть не засмеялся. Она не знает, что я скоро войду в её жизнь. И она запомнит этот день — когда я впервые увидел её, а она не узнала меня.
https://t.me/tomkaulitzz197–тгк🙈


Комментарии