12 правил, чтобы не влюбиться

Лалиса
Либо ты завел у себя в комнате собаку, либо привел домой девушку. По тем странным звукам оттуда сложно сказать, кто именно там у тебя.
Я не могла заснуть и не сомневалась, что он тоже. А еще я была уверена в том, что он стонал мое имя. Чонгук стонал мое имя... но последнее, что мне нужно, это быть порнозвездой в ночных фантазиях какого-то качка.
Матрас прогнулся под тяжестью его тела, когда он придвинулся поближе ко мне и позвал:
– Эй, Лиса?
Мне нравилось, как он шептал мое имя. Я повернулась на его голос в темноте, который прозвучал всего в паре сантиметров от меня. Делить кровать было, вероятно, ужасной идеей, но пути назад уже не было. И это куда лучше, чем если бы кто-то из нас спал на пропитанном разными выделениями полу отеля. От одной лишь мысли о том, что могло быть на ковре внизу, у меня по коже побежали мурашки.
– Да?
Его голос дрогнул, когда он задал вопрос:
– Почему ты все-таки позволила мне поцеловать тебя в библиотеке? Только честно.
Это был хороший вопрос, о котором я не прекращала думать с тех самых пор. Я мысленно перебрала в уме причины, которые могла бы назвать ему прямо сейчас. Я могла бы сказать, что это было из-за денег (которые мне не нужны). Я могла бы сказать, что мне стало жаль его. Я могла бы сказать ему, что это была благотворительная акция.
Вместо этого я сказала правду:
– Мне было любопытно.
– Любопытно что?
– Я никогда раньше не целовала таких, как ты.
– Что ты имеешь в виду?
Я практически на физическом уровне ощутила, как он довольно улыбнулся. Этот мерзавец злорадствовал.
Он ведь и сам знал ответ. Просто самоуверенный придурок хотел услышать, как я произнесу это вслух. Не то чтобы я его не понимала. Разве не всем нам нравится слышать приятное о себе? Комплименты. Лесть. Даже великолепные красавцы не являются исключением.
– Ну, я не шутила, когда сказала, что ты не в моем вкусе, – сказала я в его сторону. Было так темно, что я еле могла разглядеть его на кровати. – Парни, с которыми я встречалась, обычно менее...
– Горячие?
Да.
Я бесшумно вздохнула:
– Нет. Я не это хотела сказать.
– Менее накаченные?
Да.
– Нет. Они обычно менее...
– Популярные?
Да.
– Ты перестанешь меня перебивать? Хотя постой-ка. Ты только что назвал себя популярным? Ты ведь помнишь, что мы уже не в школе, да?
– Детка, если ты думаешь, что я крутой сейчас, то ты бы была по-настоящему впечатлена тем, каким крутым я был в старшей школе. Я был просто нереален.
Я не усомнилась в этом ни на секунду. Закрыв глаза, я представила себе Чон Чонгука в старшей школе: высокий, самодовольный, писаный красавец. Если бы мне пришлось гадать, я бы предположила, что он, вероятно, переспал с кучей девушек на заднем сиденье родительской машины с девятого класса, завоевывал медали и трофеи за первое место по борьбе уже в десятом классе. И следующие пару лет его никто не мог победить. Отсутствовал на выпускном, чтобы участвовать в региональном турнире по борьбе...
Ладно. Возможно, я случайно облазила весь интернет в поисках информации про него.
Совершенно случайно.
И нет, там ничего не было про то, как он занимался сексом – эту часть я выдумала.
– Я никогда не говорила, что считаю тебя крутым, – рассмеялась я и, зарывшись в одеяло, поежилась. – Крутой. Так вообще еще говорят?
Из темноты донесся насмешливый голос Чонгука:
– Крутой или нет, но я бы уже точно поимел тебя, если мы были в старших классах.
Он это серьезно? Слава богу, свет был выключен, потому что мои щеки раскраснелись, и я почувствовала, как жар спустился к моей шее. Я укуталась в одеяло еще сильнее и сказала:
– Хм, нет, у тебя бы определенно ничего не вышло.
Он снова рассмеялся, на этот раз громче:
– Да ладно, брось, ты бы точно позволила. Не поверю, что ты бы смогла устоять передо мной. Все девчонки хотели меня.
Он такой несуразный, что я рассмеялась. Но, если честно, я также считаю его безумно обаятельным.
Уфф.
– Плохая новость, Чонгук: если ты думаешь, что я зануда сейчас, ты должен был видеть меня в старшей школе. Я была гораздо хуже. Приготовься к неожиданному повороту: я берегла себя.
– Берегла себя для чего? Для монастыря?
– Нет, идиот, для того, кто бы меня уважал. Любил. Женился бы. Не знаю, я была еще маленькой. Или, может быть, не хотела отдаваться неуклюжему неопытному старшекласснику.
– И кому же ты в конце концов подарила свою невинность?
Я полежала молча несколько секунд, не обращая внимания на тот факт, что он считал, что девственность можно подарить, и обдумывала свой ответ, после чего сказала:
– В конце концов я отдала ее неуклюжему неопытному студенту-второкурснику, потому что устала ждать появления хорошего парня.
– У тебя был оргазм?
– Я не буду отвечать на этот вопрос.
– Значит, нет.
– Почему ты... Ух. Да, это было «нет», но с тех пор все изменилось. – Я пожала плечами в темноте.
Он протянул:
– Интересно... Так кто, по-твоему, является хорошим парнем?
– Хорошим парнем в кавычках?
Чонг рассмеялся, отчего матрас затрясся:
– Да, как ты узнала?
– Какой же ты дурачок, – улыбнулась я, но тем не менее обдумала его вопрос, прежде чем ответить. – Хороший парень? Хмм. На самом деле... я понятия не имею. Тот, кто меня уважает, наверное? Кто выполняет все свои обещания. Надежный. Кто не изменяет... не обманывает меня.
– Как много ограничений.
Это и правда прозвучало как-то так, когда я произнесла все вслух.
– Если уж на то пошло, мне нужен тот, кто заставляет меня смеяться.
– Я заставляю тебя смеяться.
Я хихикнула:
– Это точно!
– И я уважаю тебя, – добавил он.
Хмм.
– Ну, с этим я бы поспорила.
– Мои слова не расходятся с делом.
Перевернувшись на спину, я посмотрела в потолок:
– Без обид, но я не понимаю, зачем ты мне все это рассказываешь. Ты подаешь свое резюме на эту вакансию?
– Наверное, потому, что я пытаюсь соблазнить тебя?
Я закатила глаза, проигнорировав его вульгарный ответ, и спросила:
– Хорошо, а ты? С кем у тебя был первый раз?
– Ах, я помню все, как если бы это было вчера: мне было пятнадцать, и ее звали Пенни Вандервал. Она была старшей сестрой моего друга, и она позволила мне переспать с ней на сеновале в амбаре. Определенно она была не девственница. Считается ли этот случай, если я кончил, надевая презерватив?
Грубо.
– Я так не думаю.
– Да, ты, вероятно, права. Фактически проникновения не было. Только лишь кончиком моего большого...
– О мой бог. Аккуратнее с выражениями!
В темноте раздалось его довольное фырканье:
– Не хочу тебя расстраивать, Лиса, но если ты думаешь, что это плохо, то лучше тебе даже не знать, что творится у меня в голове прямо сейчас.
Как же ты ошибаешься, подумала я про себя. Как же ошибаешься. Я хотела бы знать.
– У тебя один ветер в голове, Чон. Конечно, я знаю, о чем ты сейчас думаешь. Ты даже не скрываешь, что ты охотник за юбками, как сказала бы моя бабушка.
– Охотник за юбками? Черт, давненько не слышал такого. Однако мне нравится это выражение.
– Это не комплимент, Чонгук.
Он хихикнул:
– Как скажешь, Лиса.
Мы лежали в тишине, но я могла почувствовать его мысли. Услышать его ровное дыхание рядом со мной. Ощутить, как его рука скользнула по твердому матрасу под стену из подушек и схватилась за мою руку. Переплетя наши пальцы, он сжал мою руку:
– Я рад, что я здесь.
– Я... – Я нервно сглотнула. – Я тоже.
И это правда. Я была рада, что он здесь со мной, несмотря на все выходки, благодаря которым ему удалось поехать. Глупый, симпатичный и на удивление добрый Чон Чонгук. Мой друг.
– Спасибо за приглашение. Мне нужен был отдых.
Я закатила глаза в темноте.
– Ты что, закатила глаза?
– Нет.
– Ты не умеешь врать, знаешь?
– Засыпай давай, Чонгук.
Он снова сжал мою руку:
– Сладких влажных снов, Лиса.